attraction

Тэхен берет выходной от работы и три часа крутится дома перед зеркалом, пытаясь подобрать подходящий наряд для свидания с альфой. Останавливается он на атласной синей блузе с завязками и классических черных широких брюках, которые отлично подчеркивают его талию и длинные ноги. Сверху омега накидывает черное пальто прямого силуэта, и, подкрасив губы прозрачным блеском, спускается к такси. У клуба его уже ждет черный строгий авто дорогой марки, под стать самому Чонгуку. Альфа, завидев вышедшего из такси омегу, выходит из машины и открывает перед ним дверь пассажирского сиденья. В автомобиле стоит терпкий и настоявшийся запах Чонгука и Тэхен с удовольствием втягивает его носом, чуть улыбаясь. — Добрый вечер, Тэхен, — удовольствие на мужском лице неприкрыто ничем, и омега этим наслаждается. Он смотрит в чужие черные глаза и растягивает уголки губ в приветственной улыбке. — Здравствуйте, Господин Чон. — О нет, зовите меня просто Чонгук, прошу вас. А то я чувствую себя слишком старым из-за этого обращения. — Хорошо, Чонгук, — мужчина чуть задыхается и не может отвести взгляда от омеги, он выглядит просто сногсшибательно: его строгий и одновременно ошеломительный вид выбивает альфу из колеи. Он чувствует легкий шлейф жасминового аромата, исходящего от парня и берется за руль, переводит взгляд на дорогу. В салоне автомобиля играет расслабляющая музыка, и по дороге к ресторану они занимают себя непринужденной беседой. Омега узнает, что Чонгук вырос в обеспеченной семье в качестве младшего сына, оправдав все ожидания своего отца. Он не был женат или замужем, детей нет, из родственников только отец и брат. И на этом моменте альфа кривится, а Тэхен понимает, что эта тема для мужчины неприятна и мягко уводит разговор в другое русло. Чонгук в свою очередь узнает, что омега вырос в семье среднего достатка, и практически все, что у него сейчас есть, он добился собственным трудом. Парень всю свою сознательную жизнь мечтал работать в сфере медицины, но окончить университет так и не смог: подкосила смерть его родителей, которые погибли в автокатастрофе. Парень был на последнем курсе магистратуры, учился на нейрохирурга. Оплатить обучение он оказался не в состоянии, да и обеспечивать его тоже было не кому. Поэтому он и занялся тем, что умеет лучше всего: танцами. Так и работает уже три года в стрип-клубе, больше не видя альтернатив. В дальнейшем надеется накопить на последний год обучения, восстановиться в университете и закончить выпускной год. В ресторане они не испытывают никакой неловкости, заказав себе по блюду и продолжив беседу, которую начали в машине. Тэхен заказывает себе красное вино, Чонгук воздерживается, аргументируя это тем, что ему еще предстоит сесть за руль и отвезти омегу до дома. Мужчина весь вечер смотрит на Тэхена и не сводит с него взгляд. Омега в свою очередь замечает это и не пытается привлечь внимание мужчины, итак получая его сполна. В какой-то момент парень чувствует острое желание прикоснуться к альфе и не отказывает себе в этом, накрывая своей ладонью чужую и слегка поглаживая. Глаза мужчины напротив предупреждающе потемнели, а парня охватила дрожь. Выходя сегодня из дома, он надеялся на то, что сможет провести не только вечер, но и ночь не в собственной постели, поэтому надел под одежду небольшой сюрприз, который должен был удивить альфу. Благодаря длинной скатерти, практически в пол, Тэхен решился на одну шалость, чтобы подразнить мужчину. Он аккуратно снял обувь с одной стопы и под столом прикоснулся кончиками пальцев к чужому колену, следя за изменениями на чужом лице. Омега видит, как скулы на лице альфы начинают выделяться отчетливее, губы крепко поджимаются, а глаза становятся совсем темными и в них плещется очевидное возбуждение. — Тэхен-ши, не могли бы вы прекратить то, что делаете прямо сейчас? — голос мужчины был низким и чуть хрипел, выдавая истинные чувства. Омега лишь улыбнулся и провел ногой по внутренней стороне чужого бедра, едва касаясь паха. Он одним глазом заметил, как альфа тяжело задышал и сжал в кулаке скатерть на столе. Невинно улыбнувшись, он убрал ногу, и, извинившись, отошел в уборную.

***

Парень, стоя перед зеркалом и стряхивая воду с рук в раковину, подумал, что, наверное, был слишком прямолинейным или слишком поторопился и этим отпугнул Чона, но, стоило ему вытереть остатки влажности на руках бумажным полотенцем, в дверь уборной аккуратно постучали. Он подумал, что его пытаются поторопить и что больше не осталось свободных комнат, и поспешил открыть дверь. Там его ждал Господин Чон, который, после того как дверь открылась, начал заходить в комнату, даже не давая омеге шанса выйти. Альфа посмотрел на него темными глазами, развернулся и закрыл дверь на замок. Тэхен лишь сглотнул ком в горле, пытаясь отогнать мысли о том, что сейчас может произойти. — Знаете, я хотел как минимум сводить вас на несколько свиданий, прежде чем позволить себе хотя бы поцеловать вас. Я до сих пор помню, что произошло с вами не так давно и ни в коем случае не хотел бы торопить события, но вы сами дали весьма прозрачный намек, отчего я могу сделать вывод, что вы совершенно не против, — Чонгук подходит ближе и аккуратно кладет руки на чужую талию, слегка сжимая и подталкивая ближе к стене, — того, что я сейчас могу сделать. — Вы все правильно понимаете, Господин Чон. — Я же попросил, Тэхен, — Чонгук тихо зарычал и прикусил мочку его уха, переходя ниже, к шее. Он вжался носом в запаховую железу и с жадностью вдохнул жасминовый аромат, проводя по этому месту языком и целуя нежную кожу. Омега тихонько пискнул от ощущения чужого языка на своей шее и зарылся пальцами в густые черные волосы альфы, крепче прижимая его к себе. Чонгук оторвался от его шеи и посмотрел слегка затуманенным взглядом на парня. Его губы слегка блестели и были немного приоткрыты, отчего Чон не смог сдержаться и наконец коснулся их своими. Тэхен застонал в поцелуй, приоткрыл глаза и столкнулся с чужими, темными, в которых видел отражение своих собственных. Мужчина крепко и глубоко целовал его со всей жадностью и со всем желанием, которое накопилось в нем за несколько встреч с этим невообразимо прекрасным парнем. Тэхен не менее пылко отвечал ему и прижимался к чужому сильному телу, что так восхитительно придавливало его к стене. Чонгук скользнул пальцами с талии и сжал в ладонях упругую задницу, чем вырвал очередной негромкий стон из омеги. Альфа резко оторвался от его губ и развернулся вместе с ним, усаживая на раковину и прижимаясь своим пахом к чужому. Он потянулся к ширинке его брюк, медленно расстегивая и приспуская пояс. То, что он увидел, заставило его замереть на несколько секунд и перевести взгляд на красивое лицо парня, что лишь лукаво улыбался. Под брюками у него был кружевной голубой пояс с подтяжками, которые цепляли голубые сетчатые чулки. Омега спрыгнул с раковины на пол и спустил брюки на пол, аккуратно выступая из штанин. Чонгук сглотнул, увидев перед глазами уже знакомую картину: чужие карамельные ноги, обтянутые прозрачной тканью. Он стоял практически голыми ногами на холодном кафеле, и мужчина решил, что нужно одеть на него обувь. Наклонился и встал одним коленом на пол, и приподнял чужую ногу за щиколотку, аккуратно вставляя в черный ботиночек, сначала одну, потом вторую. Тэхен наверху тихо вздохнул и не удержался от того, чтобы накрыть макушку мужчину ладонью и провести пальцами по уложенной прическе. — Развернись ко мне спиной, Тэхен, — Чонгук поднялся, проводя ладонями по чужой спине с нажимом, заставляя повернувшегося парня прогнуться в пояснице и опереться руками о керамику раковины. Он огладил кожу спины шершавыми пальцами и принялся прикасаться поцелуями к каждой родинке, которую только мог заметить. Тэхен вцепился взглядом в собственное отражение: опухшие зацелованные губы со смазанным блеском, болтающаяся на уровне груди наполовину расстегнутая рубашка, из-под которой выглядывали ленты и цепочки белья, вцепившиеся в раковину бледные пальцы, благодаря которым он все еще стоял, а не падал, и, наконец, Чонгук, который покрывал его спину поцелуями-бабочками. Он двигался ниже и ниже, достигнув ягодиц и ощутимо прикусил одну из них, тут же касаясь языком красного следа от своих зубов. Весьма нескромно, он отодвинул кружевную полоску трусиков и раздвинул ладонями мягкие половинки в сторону, впечатываясь ртом во влажное и давно потекшее отверстие. У омеги задрожали ноги, и он едва стоял. Казалось, еще одно движение внутри него и он растечется лужей прямо здесь. Тэхен приглушенно постанывал, не забывая, где они находятся, а Чонгук расходился все сильнее, сжимая в пальцах упругую мягкость. Он слизывал естественную смазку и толкался языком внутрь, наслаждаясь слабыми стонами. В последний раз поцеловав распухший вход, он выпрямился и слегка навалился на спину парню, прикасаясь пальцами к влажному проходу. Стоило ему ввести один палец внутрь и параллельно сжать член омеги в другой ладони, как Тэхен с тихим вскриком кончил ему на пальцы. Его доводило все: развратная картина в отражении, чужой язык и пальцы в его заднице, густой сандаловый запах, исходящий от мужчины. Он резко развернулся и впился в его губы, проникая языком внутрь и оглаживая пальцами скулы Чонгука, который удивился подобному напору и прижал омегу ближе к себе за талию. — Тэхен, нам нужно остановиться, — Чон уверенно в себе и крепко сжимает младшего за талию и смотрит в блестящие глаза с поволокой возбуждения. — Почему же, Чонгук? — на него смотрят в ответ с вожделением. — Нам нельзя делать этого здесь, я хочу отвезти тебя к себе домой и, — голос мужчины становится на пару тонов ниже и тише, — совершенно неприлично заняться с тобой сексом. У Тэхена внутри все сжимается от такого тона, и ноги дрожат от недавнего оргазма, но он держится благодаря сильным рукам, которые так правильно лежат на его пояснице. Он наклоняется за своими брюками, пока Чонгук ополаскивает руки от его смазки и остатков спермы. Тэхен наспех пытается руками пригладить растрепанные волосы, смотрит то на пылающий алым засос на шее, то на мужчину, который с абсолютно невозмутимым лицом вытирает руки бумажным полотенцем. Его щеки снова наливаются румянцем и он спешить заправить рубашку в брюки, поправляя ее и еще раз проверяя внешний вид в зеркале: ничем не скрыть этот слегка сумасшедший блеск в глазах и распухшие от поцелуев губы. Чонгук же спокойно открывает перед ним дверь и они вдвоем идут к своему столику, собирая вещи и расплачиваясь за ужин. Тэхен стоял красный, как рак, под взглядом слегка улыбающегося официанта и не мог найти себе места, переминаясь слегка с ноги на ногу. Альфа накинул ему на плечи его пальто и приобнял за поясницу, выводя из ресторана к автомобилю, который был уже запущен и стоял прямо у входа. Дорога до квартиры Чонгука прошла в таком же молчании. Лишь зайдя в помещение и закрыв за собой дверь, мужчина, параллельно раздевая омегу, позволил себе сказать с довольной улыбкой на губах: — Как мне нравятся твои метания из крайности в крайность, ты просто не представляешь, — прижался губами к шее и принялся размашисто вылизывать языком карамельную кожу, взяв в руки атласные завязки на блузке и потянув их в разные стороны. — Это вы о… чем… — Тэхен бесстыдно зарылся пальцами в чужие волосы и сильнее прижал мужчину к собственной шее. — То ты вот так, без всякого стыда, прижимаешь меня к себе и жаждешь моих прикосновений, то краснеешь под взглядом обслуживающего персонала, которому до нас и дела никакого нет, — Ким чувствует улыбку на губах альфы, когда вновь притягивает его к себе для поцелуя. — Он стоял и улыбался мне с явным намеком, это смущает, — он горячо выдыхает ему на ушко и медленно, пуговица за пуговицей, расстегивает черную рубашку на мужчине. Оголенная поджарая грудь так и манит коснуться, и Тэхен себе в этом не отказывает: оглаживает кончиками пальцев выступающие мышцы под кожей и окончательно сбрасывает рубашку с чужих широких плеч на пол. Руки альфы скользят от шеи по бокам, сползая на мягкие ягодицы, обтянутые брючной тканью. Чонгук позволяет себе вновь стянуть с омеги штаны, касаясь уже обнаженной мягкой кожи и изредка задевая подтяжки, которые держат чулки на карамельной коже. Тэхен задирает руки, когда мужчина тянет подол блузки вверх, чтобы снять ее и увидеть голубое кружево на его груди и ребра, перевязанные лентами. Он с удовольствием проводит ладонями по разгоряченной коже и едва не стонет от ее мягкости. Чонгук аккуратно подхватывает омегу под бедра и заставляет его обхватить собственный торс ногами, прижимая к себе. Он чувствует, как его шею и ключицы целуют с трепетом, и несет парня в свою спальню, укладывая на черные простыни. Смотрит на открывшуюся картину и откровенно наслаждается: Тэхен в его постели смотрится просто прекрасно. Он поджимает пальцы на ногах и цепляется за черную ткань, смотря на него из-под ресниц своими зачаровывающими медовыми глазами. Чон расстегивает ширинку собственных брюк, сбрасывая их куда-то под кровать вместе с бельем и нависая над омегой. — Хочешь быть сверху? Или я могу сделать все сам, — прикусывает мочку уха и отодвигает резинку мокрых кружевных стринг, проникая в омегу одним средним пальцем. У Тэхена, кажется, даже уши краснеют от такого откровенного вопроса и он лишь негромко стонет в ответ, когда чувствует чужие пальцы в себе, что растягивают медленно и умело. Чонгук, не услышав ответа от парня, поднимает его за талию и обнимает поперек живота, усаживая к себе на колени. Он кладет руку на чужую грудь и вынуждает Тэхена отклониться спиной на его грудь, а затылком упереться в его плечо. Омега чувствует упирающийся в ягодицы член альфы и прикусывает нижнюю губу, когда мужчина снова просовывает в него уже три пальца, раздвигая их внутри него и проталкивая дальше в попытках нащупать простату. Смазка, обильно вытекающая из его задницы и крупными каплями скатывающаяся по его бедрам, хлюпает громко и пошло, альфа двигает в нем пальцами и Тэхен очень громко стонет, когда они наконец задевают простату. Он хватается за собственные влажные бедра, прижимая их к себе для удобства и чувствует губы на своей шее, когда они начинают оставляет на его коже метку за меткой. Чонгук чувствует, что омега уже достаточно растянут, чтобы принять его, и приставляет набухшую головку к напряженной дырочке, аккуратно толкаясь. Тэхен в его руках весь напрягается и прикусывает губу до крови, вжимаясь затылком в крепкое плечо Чона. Когда он медленно, полностью погружает член в омегу и замирает на несколько секунд, стискивая зубы, парень не сдерживается: — Черт… Как же жарко, Чонгук, Господи… — он еще сильнее сжимается и альфа готов кончить уже от этого. Мужчина начинает неторопливо двигаться в нем, сжимая до белых отпечатков ягодицы и впиваясь в них слегка отросшими ногтями. Тэхен бесстыдно и громко стонет, подмахивая бедрами и чувствует, как его шею терзают чужие зубы, оставляя ярко-красные следы. Кружево его трусиков немного мешает, и альфа, совершенно не стесняясь, двумя руками разрывает их, откидывая в сторону. Одной ладонью он берет член омеги, мягко поглаживая его, а другой касается обтянутой сеткой чулка ноги, проводя кончиками пальцев от коленки до ягодицы. Он наращивает темп и слушает ласкающие слух стоны омеги. — Чонгук… пожалуйста, — просит он непонятно чего и отпускает свои ноги, хватая руки альфы и укладывая их на свою грудь. — Что, Тэхен? — хрипло спрашивает и сжимает бусины сосков сквозь кружевную ткань, выбивая очередной стон из парня. — Пожалуйста, глубже… — омега упирается ладонями в твердые, будто стальные, бедра мужчины и с удовольствием их сжимает. — Тогда нам придется немного поменять положение, если ты хочешь глубже, — Чонгук буквально в ушко выговаривает последнее слово и обдает горячим воздухом мокрую от собственной слюны мочку парня, — детка. У Тэхена срывает все заслонки от этого хриплого низкого голоса и от этого обращения. Он дрожит и со стоном кончает на свой живот, сжимая в себе член альфы. Чон аккуратно снимает его со своих бедер, ставя ослабшими и разъезжающимися в разные стороны коленями на мягкий матрас. Омега еле удерживается от того, чтобы не упасть лицом прямо в простынь и просто не вырубиться. Чонгук пристраивается сзади и входит в него с громким шлепком, укладывая свою большую сильную ладонь на шею Тэхена. Он слегка сжимает ее, продолжая вбиваться в омегу и перекрывает доступ кислорода, из-за чего омега закатывает глаза и едва не теряет сознание от накрывшего его удовольствия. Мужчина расслабляет ладонь, просто удерживая парня за шею и двигается в Тэхене, наполняя его снова и снова, раз за разом задевая простату. Простынь под ними давно мокрая от смазки и пота, стекающего по ним. Тэхен втягивает в нос тяжелый аромат сандала в перемешку с подчиняющими феромонами, которые позволил себе выпустить Чонгук, и громко стонет, кончая в третий раз, уже насухую. Чонгук вцепляется зубами ему в плечо, выходя из омеги и забрызгивая его спину белесыми каплями. Омега валится на постель совершенно без сил, чувствуя, как его обнимают поперек живота и прижимают к сильному телу. Лежать вот так, мокрыми и грязными, не очень приятно, но он не может пошевелить ни одной частью тела, и поэтому довольно быстро отключается.

***

Тэхен просыпается от постороннего шума, разносящегося по квартире. Он медленно разлепляет глаза и не наблюдает рядом с собой альфу. Также он не чувствует противной липкости на теле, которая должна быть, понимая, что его вытерли пока он спал. Щеки приобретают слегка алый оттенок, когда в голове появляются мысли о том, что мужчина сам вытирал его. Омега накидывает на плечи чужую черную рубашку, которая валялась на входе в комнату, где Чонгук ее и оставил. Парень смотрит на себя в зеркале и немного удивляется: он весь в красных засосах и следах от зубов. Поворачиваясь спиной к зеркалу, он замечает яркий укус прямо на заднице и краснеет пуще прежнего. Выглядит он, откровенно говоря, затраханным во всех смыслах этого слова. Взгляд падает на разорванную кружевную ткань на полу возле кровати и небольшое голубое пятно на тумбочке. Тэхен понимает, что и от остатков белья он тоже не сам избавлялся. Ким слышит шум на кухне и следует туда, заставая альфу за плитой, усердно что-то готовящего. Чонгук слышит шорохи за спиной и оборачивается, ловя на себе смущенный взгляд парня. Альфа тяжело сглатывает, смотря на стройные ноги, выглядывающие из-под подола его рубашки. Омега медленно подходит к нему и кладет ладони на его оголенные плечи. На мужчине лишь свободные домашние брюки, и это открывает вид на его загорелую грудь, на которую парень и пялится, не решаясь поднять глаз на Чонгука. У него в руках лопатка, а на щеке немного муки, и Тэхен ее стряхивает, смешно морщась и оставляя ладонь на чужом лице и слегка поглаживая. — Ты такой красивый, Тэхен, — мужчина смотрит ему в глаза и немного ухмыляется, наклоняясь к его лицу и оставляя нежный поцелуй на его переносице. Тэхен забавно сводит глаза к носу, а затем удивленно смотрит на мужчину, от которого не ожидал таких нежностей. — Честно, я думал, что вы просто предложите мне денег на такси и выпроводите из квартиры, — Чонгук на это оскорбленно сводит брови к центру и несильно шлепает омегу по заднице, заставляя его тихо вскрикнуть. — Я же сказал тебе вчера, что хотел сводить тебя на несколько свиданий, прежде чем поцеловать. Как ты мог после такого подумать о подобном? Ты мне нравишься, Тэхен, как омега нравишься. И я не планирую тебя так просто оставлять после этой ночи. Тэхен обнимает мужчину за плечи и тихонько пищит, не веря своему счастью. Альфа ему тоже сильно нравится, и он хотел бы продолжить с ним общаться. — Я приготовил нам небольшой завтрак. Тебе больше нравится кофе или чай? — парень в который раз задумывается, что это, наверное, просто мужчина мечты из того самого сериала, и не понимает, за что он ему такой достался. — Я больше люблю кофе, — и безмолвно наблюдает, как Чонгук достает баночку с кофе и засыпает немного в турку, ставя ее на плиту. Он подходит к альфе сзади и стеснительно приобнимает за талию, не решаясь слишком сильно к нему прижиматься. Чон разворачивается лицом к омеге и притягивает его в крепкие объятия, оставляя легкий чмок на макушке. Это определенно самое лучшее утро в их жизни.

***

Через несколько дней они видятся снова, потом еще через несколько дней и так в течение месяца, пока их свидания не становятся чем-то обычным. Уже на третьем альфа официально предлагает ему встречаться, а также предоставляет квитанцию об оплаченном году обучения в Сеульском Медицинском университете. У Тэхена в глазах сверкают бисерины слез и он лишь безмолвно обнимает мужчину. После этого свидания Тэхен приходит в клуб, чтобы написать заявление об увольнении, желая не упустить предоставленную возможность и наконец-то закончить обучение в университете, чтобы стать полноценным врачом. Чонгук на это лишь спокойно улыбается и поглаживает большим пальцем чужую ладонь, целуя в лоб. Flashback — Ты уверен, Тэхен? — Минхек улыбается даже немного грустно и несет бланк для заявления на увольнение. — Да, — омега приподнимает уголки губ в улыбке и сжимает в ладони кулон с цветком жасмина, который подарил ему Чонгук. — Я хочу закончить обучение в университете и стать врачом, как хотел всегда. Я же не мог танцевать здесь всю свою жизнь. Администратор вздыхает мечтательно и подкладывает руку под подбородок, смотря, как Тэхен быстро заполняет бумагу. — Повезло же тебе, Тэхен, как немногим из нас здесь иногда везет. Счастливый ты, я даже немного завидую. Омега смотрит укоризненно на администратора за стойкой и несильно шлепает его по ладони. — Это даже везением назвать трудно, скорее одна огромная случайность. Просто вытекла она в очень приятные последствия. И завидовать здесь тоже нечему, как будто мне все так в этой жизни просто давалось, как эти отношения, — омега снова улыбается, вспоминая лицо альфы в тот момент, когда он вручил ему заветную бумагу. Только приятные эмоции и счастье окружал его рядом с Чонгуком, он не знал, за что альфа ему достался, но абсолютно точно был ему за все благодарен. Отнеся заявление директору клуба на подпись, он спокойно выдохнул и вышел из здания. Кажется, впереди его ждет совершенно другая жизнь. End of flashback Омега стоял перед зеркалом в спальне Чонгука, наблюдая в отражении, как он надевает классические черные брюки и заправляет в них рубашку. Сам он еще в нижнем белье, пытается подобрать одежду, которая соответствовала бы самому Чону. Он сказал, что обязан быть на каком-то приеме и позвал Тэхена сопровождать его. У него не то, чтобы был выбор, но он и сам хотел пойти вместе с альфой, потому что нахождение рядом с ним доставляло ему удовольствие. Чонгук часто был занят на работе, а Тэхен все свое время старался уделять учебе, поэтому они виделись не так часто, как хотелось бы им двоим. Любое совместное времяпрепровождение было им в радость. Выбрав в итоге черный костюм, практически такой же, как у альфы, Ким стал надевать его, все еще наблюдая за Чоном. Он стоял и поправлял бабочку на шее, смотря на омегу и улыбаясь ему в зеркало. Их отношения за последние несколько месяцев стали только теплее, потому что каждая минута вместе была драгоценной. Альфа еще ни разу не пожалел, что выбрал именно Тэхена: казалось, что они слишком идеально сочетаются. Схожие вкусы в еде, в литературе, в музыке — им всегда было о чем поговорить. Но даже молчание с ним было каким-то теплым и родным. Мужчина уже был в шаге от того, чтобы предложить Тэхену стать его мужем, потому что сомневаться в нем и в его чувствах не приходилось. А сам Чон… Тут даже говорить нечего, он просто обожает своего парня от кончиков волос до пят. Взяв его за руку, он повел его на выход из комнаты в прихожую, где помог обуться и накинуть теплое пальто, заворачивая оголенную шею Кима в огромный пушистый шарф, чтобы того не дай бог не продуло. Омега лишь довольно улыбался и принимал всю заботу в свою сторону. Контраст этого мужчины сводил его с ума: такой собранный и серьезный, не растрачивающий лишней энергии и эмоций альфа всегда с теплотой и заботой относился к нему. Придержать за спину на скользком тротуаре, закрыть ладонью острый угол рядом с омегой, чтобы он не ударился, обрадовать его чем-нибудь вкусным в дождливый день, потому что в дождь у него всегда портилось настроение. Из этих мелочей состоял весь Чонгук: заботливый, обходительный, любящий. Словом, Тэхен был влюблен.

***

В зале приема было светло и слегка прохладно. Парень прижался чуть ближе к Чонгуку и крепче обхватил его локоть, смотря на огромное количество незнакомых ему людей в костюмах, которые в большинстве держали бокалы с шампанским и вели беседы друг с другом. Альфа сразу же подошел к своим, по видимому, знакомым, представляя им Тэхена, как свою пару, и присоединился к беседе. Омега чувствовал себя немного некомфортно в этой обстановке, но было терпимо, учитывая, что Чонгук все время находился рядом и никуда от него не отходил. Он взял с подноса шампанское и немного выпрямился, слегка отстраняясь от альфы и выпрямляя плечи и спину. Ходьба туда-сюда продолжалась около часа, прежде чем стало можно немного перекусить. Мужчина направился к столу, а Тэхен в сторону уборных, чтобы немного поправить внешний вид. Когда он направился к своей паре, то дорогу ему перегородил его старый знакомый. Лицо омеги слегка искривилось, а губы поджались. Глазами стало сразу необходимо поскорее найти Чона. — Тэхен, какая встреча. Как же давно я тебя не видел, — Чхве улыбался ему неприязненно, укладывая руку на плечо, — признаюсь, не ожидал встретить тебя здесь. Альфа позволяет себе большее, укладывая руку на поясницу, насильно приближая парня к себе. Он принюхивается и морщится, ощущая жасминовый аромат, смешанный с сандалом. — Ты испортил свой чудесный природный аромат, какая жалость, — омеге становится дурно, его начинает тошнить и в глазах мутнеет от въедающегося в ноздри запаха коньяка, которым обладает Чхве. Тот, наблюдая реакцию Тэхена, лишь скалится и выпускает феромоны, отчего омеге становится совсем плохо. Он пошатывается и в глазах собираются капли слез, глаза бегают по помещению и судорожно пытаются найти Чонгука. Чхве уже начинает тянуть его куда-то в сторону, как Тэхена буквально выхватывают из его рук и прижимают к себе. Омега чувствует такой родной аромат сандала и успокаивающие феромоны его пары и начинает беззвучно плакать, железной хваткой вцепляясь в рубашку на груди мужчины и комкая ее изо всех сил. Его внутреннюю омегу только что пытались насильно задавить, он чувствует сильный страх и жмется ближе к родному теплу практически на уровне инстинктов, не способный сказать даже слова. — Я уже думал, что больше не свидимся, Чхве, — выплевывает Чонгук и чуть ли не рычит на него, когда видит чужой взгляд, направленный на его пару, жмущуюся к нему. — Я был того же мнения, Чон, но меня тоже пригласили сюда, как и тебя. Чонгук не может контролировать свою агрессию, которая, сейчас, кажется, из ушей польется. Он крепче прижимает к себе Тэхена и зло смотрит в крысиные глазенки Чхве. — Куда ты собрался увести мою пару, ублюдок, — шипит Чонгук и чувствует, как сильно намокает от чужих слез его рубашка. Хочется свернуть альфе шею и закопать его труп где-нибудь на заднем дворе. — О, так это твоя пара? Когда мы виделись в прошлый раз, он был общей шлюхой. Кажется, любой мог снять его для себя, — худое тело только сильнее сжимается в приступе плача, пытаясь надышаться родным запахом. — Не испытывай мое терпение, Чхве, пока не случилось ничего плохого. Тэхен — моя пара, мой омега, и никто не смеет его касаться без его разрешения, а уж тем более, давить его сущность. Если ты забыл, это запрещено законом. Надеюсь, что мы больше никогда не пересечемся, ради твоего же блага. Всего недоброго, — мужчина подхватывает Тэхена на руки и несет к выходу, собирая на себе множество удивленных взглядов. Пусть смотрят, пусть запоминают, что за этого парня Чонгук свернет горы и поменяет направления рек.

***

Тэхен просыпается в их общей спальне, окутанный уже родным ароматом, и теплыми крепкими руками. Он поднимает голову, наблюдая за мирно спящим альфой, который дышит ему куда-то в волосы и чувствует, как под ним медленно вздымается чужая грудь. Сегодняшнее происшествие буквально оглушило его, сбило с ног, ведь в нынешнем обществе давным-давно отошли от опоры на инстинкты и внутренние сущности, поняв, что они в большей степени люди, и оправдывать свои гнилые поступки своей якобы животной частью больше не получится. За все нужно отвечать: за гнусные мысли, вылетающие грязными потоком слов, за отвратительные поступки. Поэтому альфы уже давно не пользовались своей аурой и внутренней сущностью, чтобы показать грубую силу. Но Чхве, видимо, решил, что ему все можно. А как себя будет чувствовать человек после этого ментального воздействия, видимо, не задумался. Не остановился бы ни перед чем. И Тэхену было страшно представить, что могло бы с ним случиться, если бы Чонгук не появился в его жизни. Тэхен медленно выпутывается из его объятий и шагает прямиком на кухню, чтобы смочить горло водой. Общее состояние оставляет желать лучшего: голова раскалывается, тело ломит, и, кажется, поднимается температура. Омега опирается руками о столешницу и сверлит взглядом белый кухонный фартук, задумываясь. Чонгук появился в его жизни так неожиданно, и также неожиданно стал кем-то невероятно важным в ней. И это произошло по воле одного единственного случая. Мысли об альфе вызывали приятное тепло в груди, похожее на спокойствие и удовлетворение. Омега лишь надеется, что вызывает такие же чувства у альфы. Талию резко обвивают те же родные руки, а в макушку горячо дышат. - О чем так задумался, Тэ? - мужчина поглаживает чуть мягкий животик омеги через свою же рубашку, которую Тэхен благополучно приватизировал, как и половину чоновского гардероба. - О том, как благодарен всем существующим богам за то, что они позволили нам с тобой встретиться, - Ким разворачивается в объятиях и чмокает альфу в подбородок, укладывая руки на щеки Чона. - Не знаю, что бы делал без тебя. Я так благодарен, ты бы знал... - Тэхен прижимается ближе и утыкается лицом в шею Чонгука и крепко сжимает в объятиях. - Я тоже, - Чон гладит омегу по пушистым мягким волосам в успокаивающем жесте, - тоже благодарен.