Холод и тепло

— О чём задумался? Голос Фрейи вывел Кратоса из небольшого транса, в который он погрузился, параллельно работая веслом. Реки Мидгарда наконец растаяли после окончания Фимбулвинтера и по ним снова можно было передвигаться на лодке, чем странная троица из двух богов и одного Мимира и занималась всю последнюю неделю. В долине реки встали лагерем эйнхерии и с ними пришлось разобраться, а добираться до лагеря через неприступные скалы не было возможности. Вот и пришлось несколько дней подряд плыть сперва в одну сторону, а потом обратно, прерываясь на умерщвление налётчиков, которые порой наровили выползти из леса и напасть на отважное трио. — Кратос? — уже взволнованным голосом произнесла Фрейя. В последнее время он часто уходил в глубины своих мыслей, порой даже во время боя, из-за чего несколько раз чуть не получил стрелой или топором в спину. Благо Мимир, висящий на поясе, вовремя кричал о приближающейся опасности, а Фрейя стреляла без промахов. — Да? — коротко и сухо, как всегда. И тут уже попала Фрейя. Не скажешь же ему, что он в последнее время молчаливый и замкнутый. Нет, сказать безусловно можно, только молчаливый и замкнутый он всё время. Просто сейчас он как будто… Не здесь? Словно телом он в Мидгарде, а разумом бродит по Игдрасилю. — Всё в порядке? — не придумав, что толкового сказать, богиня ляпнула самое банальное, что можно было ляпнуть в этой ситуации. — Да. Вот уж красноречивый ответ, не отнять, не добавить. Вокруг зеленел холодный северный лес, который в это время года наконец-то стал похож на лес, а не на плешивое чёрное нечто. — Брат, — встрял в разговор Мимир — мы так и не решили куда отправимся. Вроде, все срочные и не очень дела закончены, можно и домой. — У нас нет дома, Мимир, — перебила его Фрейя. — Мы нигде не задерживались дольше нескольких недель. — Твой дом в Ванахейме, — наконец подал голос Кратос. — Не думаю. За время наших путешествий мне стало казаться, что даже там я скорее гость. Не думаю, что у тебя иные чувства вызывает Мидгард, хотя твой дом действительно здесь у озера Девяти. — Был там. Он уже давно развалился. — Да, кто бы мог подумать, что этот толстяк Тор снесёт своим чёртовым молотом ту балку, на которой держалась крыша, — вновь заговорил Мимир. — Впрочем, ничто не мешает нам сделать новый. — И видеть его раз в несколько лет? Глупая трата времени, — нахмурившись произнёс Кратос. — Мимир прав, Кратос. Мы помогли всем мирам отстроить их жизнь заново после Рагнарёка, последние несколько месяцев наконец-то ничего серьёзного не происходит. Может пора бы уже отстроить свою жизнь? — Хм. Вновь повисло молчание. И Мимир и Фрейя были правы. Это и гложет Кратоса. Он помог мидгардцам справиться с последствиями Фимбулвинтера, помог асам и ванам создать новое общество в Ванахейме, даже в Свартальвхейме умудрился изничтожить разного рода живность в шахтах, над шахтами, под шахтами и так далее. И везде ему воздавали почести. «Всеотец», «Господин Кратос», да как только его не называли, выражая благодарность. Но строить свою жизнь он всё ещё не был готов. После того, как Атрей ушёл с Ангрбодой, в жизни Кратоса были только Фрейя и Мимир. Ну и очередное приключение, в которое они влезали или вляпывались, тут уж как повезёт. Наконец троица доплыла до Врат, через которые можно было покинуть Мидгард. Высадившись на берегу у Врат, они стали размышлять, что им делать дальше. — Я наверное вернусь в Ванахейм. Надеюсь, у Сиф там всё в порядке. — Мы, видимо, останемся здесь, госпожа. Если что мы тебя найдём. — Береги себя, — спокойно и холодно сказал Кратос. Фрейя настроила портал и уже собиралась войти в него, но слова Кратоса её остановили. Щёки слегка залились румянцем, что вызвало её беспокойство, ведь хоть она уже и стояла спиной к богу войны, не пристало богине краснеть. Развернувшись, она хотела было обнять Кратоса, но остановившись лишь подала ему руку. Старый спартанец рукопожатие принял. — Будь осторожен, Кратос. Береги себя и Мимира. Вернувшись к Вратам, Фрейя открыла их и обернувшись сказала лишь одно слово: — Прощай. После чего пропала в портале. Кратос же смотрел ей вслед и ничего не говорил. Несколько лет они не разлучались больше, чем на ночь, а теперь неизвестно встретятся ли они вообще. Пустота заполняла место, где всегда стояла Фрейя. — Брат, ты мне как брат, но сейчас ты болван. Кратос не ожидал подобного от Мимира. Сняв его с пояса, он поднял его перед собой, чтобы смотреть глаза в глаза. — Ты даже не попытался её остановить. — У неё своя жизнь в Ванахейме. — Только не говори, что ничего к ней не чувствуешь. Кратос промолчал. Да и что сказать, если Мимир прав. — Брат, ты уже сделал всё для других. Сделай что-то для себя. — Хм. Кратос безусловно хотел, чтобы Фрейя не покидала его. Ему не была понятна природа этого желания, но всё же он хотел этого. Нужно было сконцентрироваться. Обдумать всё происходящее. Желательно в одиночестве. — Мимир. — Да, брат. — Ты не знаешь, где искать Сигрюн? — Ты что-то задумал? — Нет, мне нужно подумать. Одному. Мимир прекрасно всё понял. Согласившись побыть с Сигрюн, если та не откажется принять несчастную голову на день-другой, он решил более не доставать Кратоса распросами о его чувствах к Фрейе. Оставалась одна проблема. Сигрюн скорее всего в Ванахейме. Там же, где и Фрейя, а сейчас пересекаться с ней было не лучшей идеей. *** Фрейя брела по ветвям Игдрасиля в ожидании появления двери непосредственно в Ванахейм. Казалось бы, ты на пороге дома, в котором родилась, прожила много лет, сражалась за него, но ноги предательски не слушаются, словно покрылись слоем тонкого льда и теперь едва плетутся. Да будь проклят этот старый пёс спартанский, что в нём такого притягательного? Наконец портал появился и, ступив в него, Фрейя оказалась на окраинах новой столицы Ванахейма, которую выстроили ваны вместе с асами. Не самое удачное место она выбрала для того, чтобы не думать о Кратосе хотя бы день. Несмотря на возражения бога войны, огромную статую ему всё же поставили прямо в центре города. Выше неё дома не строили, вот и вышло, что практически из любой точки города её прекрасно было видно. Фрейя бесцельно бродила по улочкам столицы, не зная, чего хочет. Одна часть её разума говорила, что надо повидаться с Сиф, узнать где можно остановиться, чем может быть полезна и начать новую жизнь. Одной. Без вечно угрюмого и молчаливого, но такого отважного и храброго Кратоса и вечно умничающего и болтливого, но учтивого и мудрого Мимира. Без поисков эйнхерий, без сражений с драконами, без новых горных вершин и новых скрытых подземелий. Другая же часть… — Госпожа Фрейя! Знакомый голос отвлёк богиню от размышлений. Это была Труд, которая за всё время после Рагнарёка успела вырасти в настоящую валькирию. Улыбка сразу вернулась на лицо Фрейи. — Привет, Труд! — Фрейя не удержалась и обняла девочку. — Давно не виделись! Как вы тут? — Всё хорошо, госпожа. Вы со Всеотцом нас здорово выручили, когда прогнали тех ужасных существ из пещер под городом, а с остальным мы и сами справляемся. Не без проблем, но чего уж тут поделать? — Ну, славно. Хильдисвини ещё не доканал твою маму? — Нет, — Труд засмеялась — он дотошный, но очень мудрый советник. Вы со Всеотцом здесь по какому-то важному делу? М-да, что тут скажешь? Кратос даже в своём отсутствии не отпускал Фрейю. — Нет, мы… Мы разошлись, я здесь одна. И, наверное, останусь тут. Труд непонимающе смотрела на богиню, и во взгляде читалось непонимание как эти двое вообще вдруг дошли до такого решения. — Вы… У вас что-то случилось? — попыталась предположить валькирия. А это был хороший вопрос, к которому Фрейя не была готова. Безусловно, если не углубляться в размышления, то ничего не случилось и всё в полном порядке. А вот если углубиться. Та часть разума, что не склоняла Фрейю к тихой жизни среди ванов и асов, вновь дала о себе знать. «Дура. Наивная дура, чем ты занимаешься?» — Нет, всё… Всё в порядке. Просто… Решили пока заняться своими делами. Она бы не соврала, если бы наконец не осознала, что её дела — это поиск Кратоса, с целью разговора, который бы расставил всё по своим местам. Но не бросать же свою первоначальную задумку. *** Сияющий портал перенёс Кратоса и Мимира в Ванахейм. — Ох! Кого я вижу! — Лунда, — Мимир явно был не в восторге. — Давно не виделись. Лунда расположила свою кузнечную лавку прямо у Врат, что находились в предместьях столицы, так что не столкнуться с ней было невозможно. — У меня к тебе будет просьба. — Что такое, сладкий? Кратос достал из-за пояса Мимира и поставил на стол перед Лундой. — Отнеси его Сигрюн и скажи, что через два дня я приду за ним в Ванахейм. — Как скажешь, золотце, — Лунда взяла Мимира в руки. — Ну что, всезнайка, готов немного прошвырнуться? — Ну хоть посмотрю как вы, гномы пере… Не успел Мимир договорить, как Лунда уже исчезла вместе с головой. Для Кратоса наконец-то наступил долгожданный покой. Не хотелось покидать цветущий и зеленеющий тёплый Ванахейм, но Кратос знал, что тепло расслабляет, а холод же наоборот, заставляет собраться и действовавать. Именно это и нужно было сейчас богу войны. Достав руну, он открыл портал и вернулся в Мидгард на порог своего дома. Точнее того, что от дома осталось. Он не был здесь уже пару лет. Некогда было, да и незачем. Всё время в дороге, всё время в делах. Починить дом, который он строил для них с Фэй, Кратосу не довелось. Уже смеркалось. Кратос решил, что лучшего места для уединения и размышлений до ночи не найдёт. Он открыл дверь. Всё было завалено провалившейся крышей, хотя пройти в дальний конец дома всё же удалось. Кровать Атрея была разбита упавшей балкой, а вот кровать Кратоса всё же осталась цела. Разведя огонь и прикрыв дыру в крыше найденной оленьей шкурой, Кратос присел на кровать и закрыл глаза в попытках собраться. Фрейя. Королева Валькирий. С валькириями Кратос уже справлялся, это его не пугало. Прекраснейшая из ванов. Здесь всё становилось сложнее. Женщина, чей сын был убит Кратосом. Это уже было за гранью. Разум обвивал Кратоса беспростветной тьмой и абсолютной пустотой, в которую не проникал ни один внешний звук. Всё замерло. Но тишину нарушил тёплый знакомый женский шёпот: — Кратос. Открой глаза.