50 (20) первых поцелуев

У Наруто кружится голова. Видимо, потому он принимает худшее, как он позже думает, решение в своей жизни: сбрасывает козыри. Киба напротив хмыкает. И закидывает его в следующем раунде оставшимися на руках королями и валетами. — Считать карты надо, дубина, — хохочет он, повторяя слова Наруто, сказанные пару игр назад. Только вот тогда у них ещё не закончились жвачки, сигареты, пакетики кофе и одноразовые тряпки для полировки кунаев. Их все выиграл Шикамару. Теперь они с Чоджи с другой стороны стола строили из сигарет и спичек башенки на спор, пока Наруто и Киба играли ну точно последний, решающий раунд. Оставалось его (их) играть только на желания. Киба уже и на заборе петухом скакал, и выл на четвереньках рядом с мимо проходящими кафе девчонками, и даже флиртовал с бабулькой-уборщицей. Наруто тоже досталось: удар в нос от бармена, к которому Киба отправил его за приглашением на свидание, и танцульки посреди улицы со спущенными штанами. Был славный вечер, они не жалели друг друга, и этот раунд теперь точно должен был стать последним. — Давай уже, — фыркнул Наруто, ложась на груду перемешанных карт без сил. — Только на этот раз без раздеваний, ладно? Мне хватило пощёчины от Ино… — Да-да, я думаю, — задумчиво, но весьма воодушевлённо проговорил Киба, почёсывая подбородок. Никогда не присоединявшийся к ним, а лишь наблюдающий цирк со стороны Шино пошевелил руками в карманах и достал пару жвачек. Очень вовремя. Киба всё смотрел в потолок, и лоб его сморщился от натуги. Наруто взглянул на него исподлобья, и лицо Инузука вдруг озарилось гаденькой радостью от пришедшей на ум пакости. — Придумал! Фильм недавно вышел, как его… 50 первых поцелуев! Во! — В противовес его оскалу лицо Наруто омрачилось вполне рациональным ужасом. — Давай-ка 50 разных поцелуев с разными людьми. Наруто сглотнул, чувствуя, как кровь отливает от головы. — Ты с дубу рухнул, что ли? — прохрипел Узумаки, содрогаясь. — Я столько не придумаю, это во-первых… а во-вторых, это задание не того… уровня, который мы давали до этого. — Струсил, что ли? — фыркнул Киба. — Тогда милости прошу танцульки с голой попой перед Резиденцией. Наруто слишком устал после миссии и настольных игр в душном баре, чтобы громко возмущаться и лезть в праведную драку. Такая глупость, — с лёгким недовольством подумал он, и дума эта его прозвучала голосом Сакуры. Да ещё и от Кибы. Лишь бы поиздеваться да поставить в неловкое положение. — О боже, ну ты и нытик, — фыркнул Киба, сам, видимо, борясь с желанием ввязаться с Наруто в драку. — Ну а, скажем, двадцать тоже много? — Просто охренеть как, — закис Наруто окончательно. Ему точно влетит от Цунаде за выкрутасы со спущенными штанами перед резиденцией. Идиот Киба. Он вдруг встал из-за стола и подошёл к барной стойке. Наруто невесело наблюдал за его разговором с настороженным барменом. Парень, настрадавшийся от них за вечер, наклонился и вытащил из-под барной стойки лист А4. Киба плюхнулся перед ним с ручкой. — Значит, так, — воодушевлённо начал он, разделяя лист на две половины и нумеруя список от одного до двадцати сверху вниз, — слева пиши имя, а справа — вид поцелуя. Если, конечно, — он стрельнул в сторону Наруто своими хищно прищуренными глазами, — не зассал. Энергия вдруг снова наполнила тело Наруто лишь для того, чтобы поругаться. — Да пошёл ты, — гаркнул Наруто недовольно, вырвал лист из-под сопротивлявшегося Кибы и скомкал с намерением выбросить в мусорку у двери. И всё бы хорошо кончилось, если бы что-то не дёрнуло Наруто обернуться и, кокетливо согнув в коленке ножку, послать Кибе на прощание воздушный поцелуй с самым что ни на есть зазывающим видом. Тут и Секси-Дзюцу не понадобилось. Наблюдавшие со стороны барной стойки джонины поощрительно заулюлюкали. Придя домой, Наруто записал в одном столбце «воздушный поцелуй», а напротив — «Киба Инузука», и завалился спать.