Пытка болью и правдой

Парень посмотрел на руку в которой лежал кусок метала. Глаза были пустыми. Эта роль ему не нравилась ведь ещё никто не видел его настолько слабым, но стоило оружею попасть к нему так он тут же переключился с жертвы на атакуещего. Достоевский холаднокровно провёл лезвием с низу в верх слегка царапая кожу и остановил его у подбородка немного вжимая острый край в кожу. И тут блеснул огонёк. Появилась лёгкая, хитрая улыбка. Фёдор поклал руку на плечё блондина, немного заходя на шею, так, что большой палец оказался у вены. -И чего же ты хочешь? Может мне стоит тебя убить? С издевкой сказал Дост смотря в глаза Гоголя. Он словно играл с ним. Всего минуту назад он был таким тихим и покорным, но теперь он на своём месте. Роль убийцы. -Убить меня? Это угроза или подарок?) Николай наклонил голову в противоположную сторону от пальцев брюнета, давая доступ к шее ещё сильней. Под подбородком немного стало печь, приятное чувство. Гоголь не просто быстро изменился из нападающего в жертву по своей воле. Теперь он кукла в руках кукловода, да ещё какого. С лезвием блондин отдал и контроль. Ему хотелось почувствовать то же что и Дост, этот азарт. Он ведь тоже больной на голову. Николай не на секунду не пожелал что поменял роль. Сейчас Федор действительно может перерезать глотку клоуну, но что это даст? Парень никогда не понимал такой легкой смерти. Он наблюдал за эмоциями людей, а теперь его жизнь в чужих руках. Какие чувства должны быть? -Можешь считать это новогодним подарком. Парень улыбнулся и совершенно спокойно переставил лезвие к своему пальцу. Хлестнула кровь. Фёдор вскрыл сонную артерию. Не сильно, совсем немного, но и этого хватило. Красная жидкось лелась без остановки. На лице Гоголя был виден испуг. Достоевский некоторое время смотрел на реакцию клоуна. Это принесло большое уловольствие. Душа ликовала, но нельзя было давать ему умереть. Через мгновение он лодонями прикрывал рану. Когда рубашка успела достаточно испачкаться парень спросил: -Ты же не хочешь умереть так глупо? Тебе сейчас лучше ничего не говорить. Недожидаясь ответа он взял со стола бинт и туго перемотал в этой области. Ощущение как утекает кровь и давление бинта это ещё та боль. Когда медецинская ткань окрасилась окровавленные руки взялись за щёки Гоголя розтерая находяшееся на них. Это розвесилило Доста, правда он бы предпочёл чтобы Николай отошёл в мир иной. Наверника такого блондин не ожидал, но он недооцентвал Фёдора. Желание убивать всегда преследовало его, ещё с детства. Он не был тем кто убивал бездумно и без мотива. Всё таки больше он любил моральные пытки. Руки оказались в светлых волосах, парень пытался разгледеть эмоции человека который оказался так близко к смерти. Тот ничего не мог сказать ведь даже оставаясь бездвижным кровь продолжала идти, хотя уже не так быстро. Гоголь прекрасно должен был осознавать на что шёл. Но его друг не был отбитым. Кажется на этот раз ему повезло. Жгучая боль заполнила тело изнутри. Николай округлил свои глаза до предела. Видимо он заметил смерть. Хоть он и стремился к свободе, но страх смерти все также есть. Гоголь почувствовал как смерть пробежала прямо перед ним, прикасаясь к шее. Но когда кровь перестала хлестать из раны блондин проклял себя. Он передумал, он вновь захотел оказаться в объятьях смерти. Достоевский просил молчать, иначе будет хуже. Мерзкое ограничение,но через него не переступить. А ведь его смерть сейчас сидит перед его носом, что испачкала его щёки в его же крови и теперь греет руки в волосах. Парень понимал что говорить сейчас опасно, но он смог осторожно прошептать: - Почему ты меня не убьешь? Всё ведь не должно быть так? Люди не должны хотеть умереть, не должны получать удовольствие от ран и пыток. Так почему это чувство есть. Просто не тот мир, просто лишние люди, испорченные. И из-за этого теперь нужно уйти. Николай положил свои руки на чужие голые плечи, ещё тише повторяя свой вопрос. Вся эта несправедливость больше не могла укладываться в голове парня. Теплая слеза скатилась по щеке, пока не растворилась в бинте. Гоголь ещё раз произнес те слова, понимая как теряет лицо. Вот это его по настоящему пугало, сильнее смерти. Он точно не сможет прикинуться дураком. Ещё одна слеза, и вот безумец глухо плачет. Достоевский вновь стал холодным. Он сидел смотря на страдания блондина словно Бог смерти. Тот не мог ничего сыграть, теперь видны его истинные чувства. Не сама нанесённая боль или покушение на убийство были его целью. Как он не мог убежать точно также теперь не мог подняться Гоголь. Это моральная пытка. Фёдор возвышенно, ровным голосом произнёс: -Ты пришёл в этот мир таким же как и все. Всё о чём ты говоришь лишь твои травмы. Ты прав. Те кто хотят умереть–не имеют права на жизнь, но ты же боишься смерти. Если ты способен испытывать это значит не всё утерено. Боль–это одна из состовляющих жизни. Для людей нормально бояться и избегать её. Также как ты делаешь со смертью. Всем сложно жить, но тебе не казалось что все твои слова о свободе лишь маска для того чтобы не бояться смерти? А теперь когда она оказалась так близко ты отказываешься? Не плачешь же ли ты от того что я тебя не прикончил? Николай прижался к тому кто чуть не убил его. Слезы продолжали катится из глаз, их невозможно остановить. Рана на шее давала о себе знать, она стала болеть сильнее, но парень не мог сдержать мыслей. Ему хотелось кричать на весь мир. Николай решил что страх смерти - это такой же страх как и высоты. Его можно преодолеть, просто каждый раз нужно подходить ближе к краю. - я люблю этот мир, я ненавижу людей в нем. В первую очередь себя. Убей меня. Убей.. убей.. убей.. Гоголь старался говорить тихо, чтобы кровь вновь не хлестнула. Мольба о убийстве прервалась всхлипом. Он знал что опять испугается смерти, но точно не так сильно как впервые раз. Николай действительно любил этот мир, считал его прекрасным, но люди в нем гнилые и мерзкие. Люди не боятся смерти, они бояться неизвестности. Маленькие дети не знают что в темноте, что за поворотом, что в другом мире. Все бояться смерти, даже самоубийца в петле чувствует страх. Они пытаются избавиться от него алкоголем. Блондин закрыл глаза, стараясь прекратить плакать и бессильно упёрся в чужую грудь. Дост прикрыл рукой рот Гоголя чтобы тот случайно опять не открыл рану. Он отодрал его от своей грули и посмотрел на жалкий плачущий образ. -Я же просил молчать... От чего ты плачешь? От страха или от желания умереть? От того какой прекрасен мир или из-за людей что обитают в нём? Успокойся. Я не буду тебя убивать. Тебе стоит смирится с тем что в этом мире нет ничего идеального. Все люди мерзкие. И я, и ты. Если ты так хочешь умереть так убей себя сам, но когда будешь лететь вниз словно птица не вспоминай что ты человек. Кстати, где твои крылья? Умерев ты лишь простишься со всем прекрасным что тебя окружало, а после великое ничего. Голос был монотонным. Фёдор мог легко вбить желание жить в человека, также как и отнять его. Руки Достоевского соскользнули и он встал. Подходя к окну он добавил -Тебе хватит сил чтобы убить себя? Посмотри на стол. Там лежит скальпель. Повеял ветер что задул огни свечь. Комнату осветил лунный свет. Пачка сигарет и едкий дым. Сигарета в крови. -Я не хочу брать на свою душу такой грех. Кто я? Бог? Я не имею забирать у людей жизни, тем более ты сам не знаешь чего хочешь. Красно-жёлтый ободок и сгоревший табак, что падает на подоконник. Слышен тихий плачь. Пустота. Слезы засохли, успев смыть грим. Николай смотрел вперёд, ничего не видя. Вот его истинные эмоции, вот что он чувствует. Ничего. Маски что он носил содрали с него лицо. Нельзя говорить, так как дать понять свои мысли? Нет, это бесполезно, это ни к чему не приведет. Запах табака ударил в нос, это должно успокаивать. Парень подобрал свою одежду, направляясь к выходу. В замочной скважине повернулся ключ. -Спасибо что напомнил. У людей нет крыльев. Что это было? Очередная защита или правда? Тёмные волосы развевал ветер. Кровь на руках засохла, а про свои раны он уже давно забыл. Взгляд в пустоту и вновь Фёдор остался наедине с сигаретой в одиночестве и холоде.