Сон

Лололошка дремал под деревом, что скрывало его от ослепляющих лучей солнца, прытких и неугомонных, рвущихся к парню, чтобы прервать его сон. Им это удалось; они полоснули его светом по лицу, пробуждая его. Рома недовольно сморщился, протяжно мыча и переворачиваясь на другой бок, избегая надоедливых лучей. Ах, как «прекрасный» сон терзал его душу. Тёмное измерение, где каждое растение: будь то огромное дерево или маленький цветок — переливалось яркими цветами, что освещали мглу мира. Башня возвышавшаяся перед шатеном становилась всё ближе, если бы это было реально. Парень ни на секунду не задумался и побежал в самую глубь постройки, заходя во все двери, исследуя вдоль и поперёк. Мироходец даже не мог представить, что его мечта может осуществиться, но не самым лучшим образом. *** Трудный и всё также странный, непонятный день подходит к концу. Опрятная комната окунула воина в тепло и уют, хотя он не жаловался на своё сожительство с жителем, который тоже держал язык за зубами, ни о чём не спрашивая у путника. Лололошка пробежался по сундукам, в последний раз окидывая комнатушку взглядом и закидывая в рот ломтик хлеба, он улёгся на двухместную кровать, проваливаясь в царство Морфея, что добродушно принял его, окуная в самый страшный кошмар. Лололошка открыл рот в немом вопросе. Перед ним простиралась пещера, блистающая множеством кристаллов, что так и манили к себе. Внутри что-то сжалось, когда он дотронулся до скелета, спокойно лежавшего рядом, и тот рассыпался в прах, словно это был такой же человек нечаянно попавший сюда. И он больше никогда не ушёл отсюда, заснув на кровати в надежде вернуться в свой светлый мир. Рома громко сглотнул, слезая с постели, и направился вдоль коридора, откуда слышался шорох и тихий голос. Радость обуздала парня, он чуть ли не визжал от радости, когда перед ним предстала огромная статуя Бога Времени. — Бой! — Восторженно шепнул мироходец, дотронувшись до каменной фигуры. Перед глазами всплыло окно, где виднелась новая иконка с мечом. Парень прикусил губу, радостно прикрывая глаза, вспоминая те моменты, когда он нашёл предыдущие две статуи, что достались ему прям таки на блюдечке с голубой каёмочкой. Хотя бой с дракон… Нет, это было легко, так что он просто счастливчик! Лололошка радостно хлопнул в ладоши, словно молясь, поклонился фигуре Бога и впорхнул в маленькую комнатку, бросая по пути восторженные взгляды. Если шатен был бы чуточку внимательнее, возможно лёгкая рябь, прошедшая по коже каменного существа, как минимум насторожило воина, но Лололошка беззаботно улизнул в заросшее помещение. Существо двинулось, каменная кора потрескалась, осыпаясь на пол и сдувалось по направлению к выходу тонким шлейфом. Золотые песочные часы с грохотом упали на землю, срывая с потолка пару мелких сталактитов. Из прохода показался взъерошенный мироходец. Его глаза чуть ли не налезли на лоб, а сам он крупно дрожал. Статуя бросила на него взгляд, в который нельзя было прочитать, словно в нём смешались все чувства человечества. — Подойди ко мне. — Может воину показалось, но от голоса великана стены пещеры угрожающе задрожали. Лололошка выдохнул, в горле неприятно першило от сухости, а руки, как и ноги, словно ватные, ничего не хотели делать. Бог Времени устало пробормотал что-то, и медленными шагами стал надвигаться на человека. Шатен стоял, как вкопанный, не осмеливаясь шелохнуться, и наблюдал, пока великан не оказался всего в паре десятков сантиметров. Громадная рука накрыла его голову, Рома напрягся, в ожидании того, что ему раздавят голову. Но этого не случилось существо неловко погладило его по волосам, после рукой спустился на талию, терпеливо подталкивая юношу на выход. — Ты оживил меня и я должен отблагодарить тебя. — Существо выпрямилось задевая каменные отростки головой, но это его не волновало в свободной руке у него появился маленький меч, который гигант протянул шатену, что выхватил его в тот же момент, не испытывая терпение Бога. *** Взмахи мечами и короткие указания ожившей статуи нарушали многовековую тишину этого места. Рома усердно старался следовать всем указаниям существа, чей внимательный взгляд пожирал его изнутри. Пот стекал с него ручьём, но он не останавливался, не осмеливаясь перечить статуи Бога Времени. «Как же прекрасно изгибается его измотанное тело. Какие аккуратные линии лица, мягкая кожа и незабываемое тепло» — Великан потёр палец о палец вновь вспоминая тонкую талию юноши и её тепло, что ощущалось даже через одежду. Гигант выдохнул, опуская свою руку на взмокшие волосы шатена, что устало выдохнул, чуть ли не падая на землю, но статуя бережно держала его. — «Похож на оленёнка, когда-то я охотился на них, протыкая их своим мечом» — Рот наполнился слюной, в голове крутились картинку с прожаренным стейком из оленины, красиво оформленного травами. Статуя наклонилась, языком проходя по загривку парня, что шумно выдохнул дёргаясь в сторону, в надежде выбраться из огромных рук. — Да, маленький оленёнок, — прошептал великан, усаживаясь на промерзший пол и прижимая испуганного шатена к себе. Он чувствовал, как маленькое тельце дрожит, слышал, как сердце ускоряет свой ритм, ощущал тепло парня. Рука забралась под толстовку, касаясь горячего тела холодными пальцами, из-за чего Лололошка шумно выдохнул, тихо охая от накатившегося волнения. Грубые подушечки пальцев мягко, насколько это возможно, поглаживали его соски и живот. Предательское возбуждение накапливалось, разгоняя кровь всё быстрее. Из джинсов показался бугорок, что великан не смог не заметить он опустил вторую руку на него, требовательно натирая член через ткань. Рома сжато охал и цеплялся за великана, шепча: то просьбы остановиться, то выкрикивая отчаянные мольбы о продолжении, сладких пыток. — Да! — Восторженно простонал Рома, прежде чем замарать штаны в собственной сперме. Руки исчезли, воин прислонился спиной к широкой груди статуи, восстанавливая сбитое дыхание. — Ты готов принять меня? — Великан потянул джинсы мироходца вниз, но те не сдавались, лишь с тихим треском рвались, всё же оголяя худые ножки парня. — Что?! — Лололошка дёрнулся в сторону выхода, но статуя без усилий остановила его. — Не бойся, папочка тебе поможет! — голос великана стал звонче, и в нём читалось некое волнение. — Он поможет тебе, мой рыцарь! — Рома почувствовал горечь в этих словах, всё перед глазами поплыло, парень, упал, как тряпичная кукла, больше не двигаясь, а после рассыпаясь на мелкие частицы… *** — Мой герой, вы проснулись! — Девушка повисла на его плечах. Рома огляделся он стоял в своей комнате. Некоторые из вещей лежали на полу. Он вновь взглянул на блондинку, нежно поглаживая её по волосам и вслушиваясь во встревоженное трепетание принцессы, что это всего лишь дурацкий сон, и они всегда будут вместе.