Королева Зимы

Его жена прекрасна. Джейме наблюдал, как она становится могущественной, сильной. Он наблюдал, как она превратилась из осторожной лани в боевого волка. Он видел, как она ослабила бдительность и впустила его, снова научилась любить и доверять в его объятиях. Санса наблюдала, как он отучился от десятилетий сомнений в себе и начал верить в себя. Она видела, как он нашел место для себя, проведя всю свою жизнь, полагая, что его место было где-то совсем в другом месте. Он был сломлен и восстановлен в безопасном и любящем кругу ее рук больше раз, чем он может сосчитать. Но у него есть любимая Санса, хотя он никогда бы ей в этом не признался. Он любит Сансу, когда она мягкая и нежная, заботится о нем и о каждом другом бездомном, которого она находит. Он любит ее, когда она тихо строит планы о том, как их продвигать, как их устанавливать - всегда, для них. Он любит ее, когда она краснеет и задыхается от его прикосновений. Но он восхищен ею, когда она встает, словно королева, перед своим народом, чтобы вершить правосудие и исправлять зло, причиненное ей мужчинами. Он видел вспышки этого раньше, о королеве, которой могла бы стать Санса, если бы эти дикие северяне решили сделать ее такой - когда она стояла перед его семьей за день до их свадьбы и разыгрывала Джоффри и Серсею вежливыми словами, пока даже его отец не затаил дыхание; в день, когда они вернулись в Королевскую гавань и она встала перед Джоффри и публично обвинила его в том, что он с ней сделал. И Кинстон рассказал ему о том, что она сделала, когда созвала всех домочадцев после того, как его отравили. Он всегда хотел посмотреть это, и теперь его желание исполняется. -Вы обвиняетесь в убийстве. Вы обвиняетесь в государственной измене. Вы обвиняетесь в шпионаже. Как вы хотите оправдаться, лорд Болтон? Новое знамя висит над камином позади нее, когда она стоит, ее рыжие волосы распущены по спине. Русе Болтон смотрит на нее без дрожи, собравшиеся главы Северных Домов - даже Карстарки - наблюдают за ними в мрачном молчании. И он не смеет даже дышать, наблюдая, как его жена поднимает подбородок и смотрит на Болтона голубыми глазами, а лед окутывает ее, как плащ. -Боюсь, я не понимаю, леди Ланнистер, - спокойно отвечает Болтон. -Я не помню, чтобы совершал какие-либо из этих преступлений против вас. -Вы этого не сделали, лорд Болтон. Речь идет не обо мне и не о преступлениях, которые вы совершили против моего мужа. Речь идет о преступлениях, которые вы совершили против своего Короля. По залу проходит волнение, когда мужчины смотрят друг на друга. Никто об этом не знал. А Санса неподвижно стоит перед ними, ее спина совершенно прямая, а руки совершенно неподвижны. Джейми чувствует, как его сердце слишком быстро бьется в груди. Они с Сансой так тщательно все спланировали. Если сейчас что-то пойдет не так, если Лорды не поддержат их, тогда у них нет никакой надежды когда-либо успешно править Севером. Они потеряют все это, прежде чем когда-либо начнут играть. -Я верен Короне, миледи, - начинает Болтон. - Не та корона, лорд Болтон. Ты предал корону, которую когда-то поклялся защищать, корону, которую Север решил возложить на голову моего брата, Робба Старка. Ты предал его. Ты продал своего короля. Вы совершили цареубийство. Вы предали своего короля тому, кто заплатил больше, и в этом нет чести, лорд Болтон. Мой отец был бы первым, кто призвал бы тебя к ответу за это . Она выпрямляется, и Джейме слышит, как у него перехватывает дыхание, когда она, кажется, растет перед ним. В зале нарастает ропот. -И он бы лично обезглавил тебя на месте за то, что ты позволил сделать с моей матерью.- Растет ропот.- Как дочь Эддарда и Кейтилин Старк, как сестра короля Севера Робба Старка, я говорю вам еще раз: вы обвиняетесь в убийстве, измене и шпионаже. Прежде чем ты умрешь за свои преступления, я спрашиваю тебя еще раз: как ты ответишь на эти обвинения? Лорд Болтон смеется. Он смеется, и сердце Джейми проваливается сквозь землю. У тебя нет полномочий делать это, - насмехается Болтон над Сансой. -Я не служу тебе. "Нет, вы служите Тайвину Ланнистеру, которого здесь нет, лорд Болтон. И Ланнистеры, которые здесь, не твои друзья после того, как ты взял золото, чтобы заплатить Яносу Слинту за попытку убить меня. Ты далеко от всех, кто может тебя спасти. Вы пытались обмануть обманщика, лорд Болтон, и сыграли сами с собой. Видите ли, преступления, которые вы совершили против меня и моего мужа, послужат мне оправданием, когда я отправлю вашу голову Тайвину Ланнистеру в качестве доказательства свершившегося правосудия. Но я не играю в игры со своим народом, лорд Болтон. Север является и был моим домом задолго до любого другого. У меня есть честь, Болтон. Это качество, которого вам не хватает, и, по-видимому, вы не понимаете . -У вас есть по крайней мере три дюжины свидетелей, которые скажут лорду Ланнистеру правду ... -Правда? - говорит Санса, медленно моргая, глядя на него, ее улыбка опасная, ужасная вещь, от которой что-то темное и горячее поднимается в его груди. - Лорд Гловер? У вас есть что-нибудь, чтобы рассказать лорду Тайвину о том, почему это произошло сегодня? " "За отравление, миледи". "Лорд Мэндерли?" "За отравление". "Леди Мормонт?" "За отравление". Санса делает один точный, размеренный шаг вперед. -У вас здесь нет друзей, лорд Болтон. Ты предал своего короля, ты продал моего брата и мою мать тем, кто заплатил больше, ты хладнокровно убил Робба. У вас есть один шанс, лорд Болтон. Один шанс. Отрицай это сейчас. Убеди меня, и ты уйдешь живым. Он знает, что она делает. Ему не нужно видеть ее лицо, чтобы понять, что оно напряжено и напряжено, чтобы понять, что она предлагает Болтону. Джоффри прислал ей голову, предположительно принадлежащую Роббу Старку, - голову, которая не принадлежала Роббу Старку. Она предлагает Болтону шанс признаться, сказать ей и каждому Северному лорду, что он не убивал Робба Старка. Или - она хочет, чтобы он сказал ей, что он это сделал, что голова была уловкой, но ее брат все равно мертв, что ей не за что цепляться за надежду. -Я следовал приказам, - говорит лорд Болтон. -И я убил предателя Робба Старка. Санса склоняет голову, всего на секунду, совсем ненадолго, когда сердитый ропот проносится по комнате. -Очень хорошо, лорд Болтон. Тогда вы виновны, и предатели должны умереть . -Вы сами обезглавите меня, леди Ланнистер? - Говорит Болтон, все еще с насмешкой на лице. Он не всерьез ожидает смерти, понимает Джейме. Он все еще не до конца осознает, что вызов в Винтерфелл, который ему прислали, не имел никакого отношения к присяге Лорда на верность их новому Хранителю. Это всегда было концовкой игры. Санса всегда собиралась потребовать ту цену, которую потребовала в ярости в тот день, когда коробка была доставлена в Утёс Кастерли. Я хочу, чтобы голова этого предателя Болтона висела у меня на стенах. -Я выгляжу способной махать мечом, лорд Болтон?- она отвечает. -Моя сила исходит не от клинка, мне не нужен клинок, чтобы править тобой. Тем не менее, мой отец очень хорошо научил нас всех - человек, который выносит приговор, должен размахивать мечом . И тут Джейме встает, и по комнате проходит шорох, когда понимание волной проходит через комнату. -Как Хранитель Севера, с властью, данной мне Короной, я считаю тебя виновным в измене, убийстве и шпионаже. Ваши титулы и имущество конфискуются, и я приговариваю вас к смерти.- Он обращает свой взгляд на всегда готовых Кинстона и Марбранда. -Вывести его на улицу. Идет снег снег. Нет ничего поэтичного в том, когда Болтон умирает, темно-красная кровь окрашивает землю, смешиваясь со взбитой грязью и снегом, создавая зловонное болото смерти и тяжелого напряжения. Лорды клянутся в верности. Никто из них не принимает расширенное приглашение Сансы провести ночь или две в стенах Винтерфелла. -Они нам еще не доверяют, - говорит он, когда она начинает мерить шагами ту ночь в их спальне, когда она вслух беспокоится, что отклоненные приглашения означают, что она совершила ужасную ошибку, что ей следовало оставить Болтона в живых, по крайней мере, еще на некоторое время. -Это не вызывает удивления. -Я была осторожна, - говорит она, возможно, в пятый раз. -Я не предлагала Болтону хлеб и соль, я не предлагала ему права гостя, я намеренно этого не делал.- Никто из них не сможет обвинить меня в нарушении, по крайней мере, этого . Джейме прав, еще один северный обычай, который он не до конца понимает. Еще одна традиция, которую он должен изучить и уважать, если у него есть хоть какая-то надежда управлять этой дикой провинцией, о которой он почти ничего не знает. Север по-прежнему остается страной мифов, магии и сказочных монстров, и он ничего не знает о том, что правда, а что нет. Он не понимает Старых Богов отца Сансы, он не понимает обычаев гостевого права, Деревьев Сердца и северной молитвы. -Любовь моя, - говорит он и протягивает руку, чтобы поймать ее, когда она делает шаг, притягивая ее ближе к себе. -Любовь моя, ты сделала то, что считала правильным. Ты поступила правильно, независимо от того, веришь ты в это или нет. Иногда лучшее проявление силы - это продемонстрировать эту силу, продемонстрировать последствия измены. И я гарантирую, что твой отец поступил бы так же. Она закусывает губу. -Я хочу, чтобы он гордился, - шепчет она, как будто боится, что ее услышат. -Как бы они ни говорили, каким он был в конце - у него была честь, и я хочу, чтобы он гордился мной. Я хочу, чтобы его память была почтена, и я хочу делать для этого правильные вещи. Я боюсь, что повторю его ошибки. -Его - ошибки?- Джейме отвечая в замешательстве. -Он совершал ошибки, Джейме. Сказать Серсее, что он знал правду? Добрые боги. Робб тоже совершал ошибки - если бы он женился, как должен, у меня все еще был бы брат. Я не повторю этих ошибок, если смогу. Мой отец и мой брат были очень далеки от совершенства, но они не заслуживали смерти за это. Он притягивает ее ближе, чтобы прошептать свой ответ. -Мы не знаем наверняка, что твой брат мертв, - Она смеется, горько и ломко, когда прерывает. -Я предложила Болтону шанс выжить, признав, что Робб жив. Это не была голова Робба, которую Джоффри прислал мне, но он не менее мертв, несмотря на все это. Он не связывался со мной, о нем не было даже слухов. Я должна ожесточить свое сердце, мое нежное сердце, они всегда говорили мне, что это будет моим падением. Я должна признать, что он мертв. Это сведет меня с ума, если я продолжу цепляться за надежду. -Я надеюсь, ты никогда не потеряешь это нежное сердце, - возражает он. -Никто другой не смог бы полюбить меня. При этом она касается его лица, нежно поглаживая кончиками пальцев его щеку и подбородок. -Ты романтичный дурак, - говорит она ему. -Я знаю. Ты хочешь, чтобы я извинился?" Она улыбается. -Нет. Никогда.- Она выпрямляет спину с гримасой. -Я, пожалуй, спать. Ты присоединишься ко мне? -Да. Как только они раздеваются, он смотрит на нее, стоящую в сорочке, чтобы расчесать волосы - и немного замирает. -Санса. -Хм? Джейме показывает на ее живот.На ее лице появляется легкая улыбка. -Я заметила это несколько дней назад, - тихо говорит она. -Каллен пришлось немного распустить мои шнурки. Я собиралась дать тебе еще одну луну, чтобы ты заметил, прежде чем я скажу тебе.- Она откладывает щетку и поворачивается к кровати. -Ты... ты хотел бы почувствовать это?- Он кивает, его горло сжимается. Она подходит к нему, выглядя такой болезненно юной в своей сорочке и босиком, ее волосы распущены. Она берет его за руку - а он дрожит, - и осторожно подносит ее к своему животу. Выпуклость ее живота небольшая, но твердая под его рукой, она хорошо вписывается в изгиб его сложенной чашечкой руки. Это его ребенок. Мальчик, возможно, сын и наследник со светлыми волосами Ланнистеров и голубыми глазами Талли, со всем состраданием его матери и его собственной решимостью. Возможно, дочь с рыжими волосами Талли и его носом, с упрямством ее отца и сердцем ее матери. Он хочет, чтобы они были здоровыми и хорошими, смелыми и сильными, он хочет, чтобы в них было все лучшее от их матери. Он хочет, чтобы они были лучше, чем Ланнистеры, которые были до них. Он почти спит, свернувшись вокруг нее, защищая, его рука все еще обхватывает ее живот, когда она снова заговаривает. -Нам все еще нужно разобраться с ублюдком Болтона, - тихо говорит она. -Он тоже должен заплатить цену за то, что он приказал сделать. Он слишком хорошо знает, что она права. Он не знает, как он скучал по тому, как она стала воином, которым она является сейчас.