Причастные

На столе перед Хирузеном лежало два прочитанных им отчёта. Первый полученный из них был с главных ворот Конохи, с поста от не подводившей до того Хокаге парочки неразлучных чунинов, от Изумо и Котетсу. Его подчинённые сообщили с опозданием в десять минут, что не справились с двумя пришедшими в Коноху чужаками, одетыми в чёрные плащи с красными, ярко выделенными на их тёмном фоне облаками, и пропустили чуть более получаса назад предполагаемо двух членов организации Акацуки на территорию деревни. «Могли и убить, но заявив, что шиноби, за головы которых не назначена награда, их не интересуют, вышибли нас на несколько минут», – гласила одна из строк отчёта, более прочих заинтересовавшая Хирузена потаённым в ней смыслом. На сообщение своих чунинов Хирузен отреагировал мгновенно и предполагая, какой был уровень обладаемой силы у открыто заявившихся в Коноху самозваных гостей, он отправил на их поимку лучших имевшихся у него Анбу, с временной заменой сняв для этой задачи с охраны мальчишки Хьюга капитана Анбу. Происходившая ситуация требовала от Хирузена быстрой и безошибочной реакции и общего понимания, а нужных данных ему не хватало. И отсюда последовала неясность за неясностью. Во-первых, отправленная Хирузеном на поимку чужаков группа из пяти Анбу, уже обнаружив интересуемые Хокаге объекты и скрытно ведя их, упустила чужаков в центральной части деревни, у всех на виду прогуливающихся по главной и в это время дня достаточно людной улице, ведущей прямиком к Башне Хокаге. Но помимо того, что чужаки были упущены, ни на один раз обыскавшая всю Коноху группа Анбу их след так и не обнаружила. «Недопустимая халатность…» – анализировал Хирузен действия своих подчинённых, слушая их отчёт и отмечая для себя ряд точных совпадений в описанных подробностях во внешнем виде заявившихся гостей от его Анбу, а также от чунинов с поста, совпадавших с описанием общего вида членов Акацуки со слов Джирайя, кто единственный в своё время обеспокоился усиливающейся деятельностью тайной организации Акацуки, и кто ещё несколько лет назад впервые оповестил Хирузена о ней. Всё это подтверждало, что чужаки и в самом деле были из Акацуки, по пока ещё твёрдо не установленной причине заинтересовавшиеся чем-то или кем-то в Конохи. Но Хирузен предвидел один вариант, могший объяснить ему интерес гостей, виня в случившемся опасные контакты Данзо Шимура с представителями тайной организации. А если дело обстояло так, как он и предположил, то целью гостей были три ничего не знающих о нависшей над ними опасности генина Конохагакуре, за жизни которых по тем или иным обстоятельствам Хирузен был в ответе. «Вероятность, что они заявились за мальчишками, очень высока…» – тревожно раздумывал Хирузен, внимательно оглядывая спешно отчитывающихся перед ним Анбу. В какой-то момент ему и правда казалось, что он верно проанализировал ситуацию и понимал, откуда ему ждать от заявившихся гостей нападение. На охрану Конохи он задействовал больше людей, выслал патруль шиноби в госпиталь, своими людьми закрывая имеющиеся там у него дыры, а также срочно вызвал к себе Шикаку Нара, чтоб согласовать с ним появившиеся у него вопросы и отправил пару бывших при нём шиноби за своим где-то в нужный момент слонявшимся учеником. А после упоминания в устном отчёте от Зо, что им были замечены двое джонинов, независимо от Анбу преследовавших членов Акацуки, выделяя в безупречной реакции Майто Гая и Хатаке Какаши, Хирузен приказал и их немедленно вызвать к нему в кабинет. Подробности, Хирузену необходимы были отсутствовавшие у него подробности. Но за несколько минут перед тем, как без стука в дверь и на пару со своим клоном на пороге кабинета Хирузена появился Хатаке, пришедший вперёд запропастившегося Джирайя, и даже вперёд Майто Гая, к Хирузену с клоном его Анбу был доставлен короткий, наспех написанный отчёт из госпиталя, гласящий, что Хьюга Неджи из отведённой ему палаты для пребывания исчез и на всей территории госпиталя обнаружен не был. Это и был второй отчёт, лежавший на столе Хирузена, и с этим это была вторая неясность, с которой за сегодня столкнулся Хирузен. Не на шутку встревоженный пришедшим ему известием из госпиталя и имея серьёзный повод для беспокойства, он был вынужден предположить худшие варианты развития событий. Если Хирузен без сомнений был уверен в скрытности Наруто, с которой не могли сладить его всесторонне натасканные Анбу, и вот уже практически неделю безуспешно справлялся Джирайя, а тот являлся Саннином и был отменно подкован в поиске весьма сложных объектов, и к этому в последнее время от Наруто не отставал и младший Учиха, неожиданно пропадая из поле зрения наблюдателей, то по поводу Неджи Хьюга Хирузен подобной уверенности не имел. Потому он, не обдумав ещё ситуацию, резко и сурово рявкнул клону своего Анбу: «Отыскать Неджи Хьюга немедленно!» Третьей же странностью оказался сам Какаши, вернее удерживаемый им за руку его теневой клон, смирно стоявший перед своим Хокаге с пакетом яблок. Увидев его, Хирузен сбился со своей сложной цепочки рассуждения, успев несколько раз подряд прокрутить в голове одну и ту же мысль: «Сегодня у него не так, как обычно…» По давно сложившемуся мнению у Хирузена, Какаши Хатаке всегда разительно отличался от прочих шиноби, что в свои юные годы, что и сейчас. Являясь сыном Белого Клыка и единственным выжившим учеником Минато Намикадзе, что для Хирузена уже было немаловажным фактом, он помимо разносторонней одарённости был и обладателем на нынешний момент редкого улучшенного генома, и бесспорно выделялся в аналитическом мышление уникальной, не повторимой другими шиноби цепкой и трезвой логикой, показывающей Хирузену у него высокий уровень развития интеллекта. И если не акцентировать в характеристике Хатаке на его имени, с которым Какаши в какой-то мере повезло по-своему, на его специфическом пристрастии к определённому жанру чтива и в последнее время с подачи самого Хирузена на явно проявившемся интересе к сынку Минато, всегда внимательный Хирузен не видел минусов в своём способном подчинённом, воспринимая его изредка проскальзывающее чудачество, как вполне допустимое и порой необходимое этому шиноби условие. Отпустив своих Анбу с приказом отыскать чужаков и задержать их, или же убедиться, что они покинули Коноху, он перевёл тяжёлый, суровый взгляд на Хатаке, нетерпеливо спрашивая у него: -Какаши… ты видел их? – Хатаке вместо ответа кивнул, а его клон резко обернулся на оригинала и недоверчиво сощурил глаз. Заметивший это Хирузен твёрдо приказал. – Докладывай. «У него совершенно иной взгляд на вещи… Обыкновенно он видит то, что другие из своего внимания упускают…» – раздумывал Хокаге, уже рассчитывая на нужные ему подробности в отчёте от Хатаке, да захватывая внимательным взглядом и его отчего-то нервно дёрнувшегося клона. -Они точно опасные ребята, Хокаге-сама, – произнёс Какаши ровным, собранным голосом, но своей руки от клона не отпустил. – Насторожили нас с Гаем одним видом. Мы решили проследить за ними. Прекратили слежку, когда приметили Анбу. -Ясно… – его слова совпадали со сказанным Зо. Хатаке Какаши и Майто Гай прекратили своё преследование сразу же после того, как чужаки вышли на главную улицу. – Мне нужны подробности… все замеченные тобой мелочи. -Первый, кто из них был выше, сдержанный и опаснее второго. – Какаши сжал руку крепче и клон Какаши незамедлительно перевёл свой взгляд с оригинала на Хирузена. – Он скрытный. Из его внешности много не разглядел. Волосы покрыты светлым капюшоном, нижняя часть лица закрыта маской. У него достаточно приметные глаза. Зелёные и без зрачка, склера красная. Ногти выкрашены в коричневый цвет. – Хирузен задумчиво потянулся к бородке рукой. Всё, как и сообщили ему чунины с поста на главных воротах. Тот, кто из чужаков был выше ростом, вёл себя осторожнее, проявляя рассудительность и сдержанность, и своим поведением на фоне следующего за ним склочного товарища сильно настораживал. – На левой руке кольцо, – добавил Какаши первую упущенную другими деталь. – На голове протектор с перечёркнутым символом Такигакуре, – да, это обстоятельство также заинтересовало Хирузена. По сравнению с Пятью Великими Странами Шиноби, Такигакуре считалась мелкой страной, но из неё выходили весьма неплохие джонины, и Хирузен не забывал, что в Такигакуре имелся в наличии один биджу. – Второй проблемный. Ощущалось, что он привык брать противника напором. Признаков осторожности не проявлял. «Любопытно… – раздумывал Хирузен, поглаживая бородку рукой. – Какаши подметил эту черту характера, только наблюдая за вторым чужаком со стороны… Котетсу лишь во время сражения с ним предположил нечто подобное. Выходит, мне и правда надо считать, что молодой шиноби не страшиться получить ранений в бою. Вероятно… этот шиноби обладает уникальной техникой, дающей ему уверенность одолеть всякого противника без лишнего анализа и продуманного заранее плана или же в нём сокрыта иная загадка…» Хатаке продолжал свой отчёт, чётко описывая уже известную Хирузену внешность второго чужака, но прежде чем в дверь кабинета раздался стук, успел добавить ещё одну упущенную другими деталь. Какаши и на втором госте приметил кольцо на левой руке, сказав, что оно было оранжевого цвета. «Мне следует уточниться на счёт этого обстоятельства. Нельзя не придавать значения их внешнему виду. Одинаковые плащи… кольца… окрашенные ногти… Общие атрибуты принадлежности, как и у нас… – раздумывал Хирузен о масштабе развития организации, наблюдая за вошедшим в его кабинет Майто Гаем, привычно облачённым в свой исключительно зелёный комбинезон. Приветствуя Хокаге, как он это делал обыкновенно, он оглядел стоявшего возле плеча Хирузена и молчком наблюдавшего за всеми Шикаку Нара, и оглядел Хатаке, останавливаясь непонимающим взглядом на его клоне, а подметивший это Хирузен вновь мысленно вернулся к клону джонина. – И мне надо уточниться с ним…» Державший нелепый пакет яблок клон Какаши безотчётно вызывал у Хирузена нарастающее любопытство, и если бы не сложившиеся тревожные обстоятельства, отсутствие у Хокаге времени и ещё более тревожные помыслы о судьбе мальчишки Хьюга, Хирузен бесспорно уже бы полностью утолил своё естественное любопытство. Отчёт Майто Гая по сути не противоречил словам Хатаке, но по окрасу был намного эмоциональнее и для Хирузена всяко менее полезным. «Гай… Сколько я с ним не бьюсь, он так и не научился среди лишнего сразу выделять нужное мне, – хмурил всё сильнее свои брови Хирузен. Он слушал доклад от Гая, старательно вырывая из его потока слов важное, примечая среди прочего, что встать на пути чужакам Майто Гаю не дал Какаши, остановивший его вполне разумными словами: «Посмотрим на что они горазды, а там действовать станем». Повторяя эти слова, Гай пытливо посматривал на Хатаке, но тот уже отменно закалённый частым обществом с Зелёным Зверем Конохи, не обращал на друга никакого внимания. – Непонятно ещё, во что бы переросла необдуманная стычка на людной улице порывистого Гая с двумя чужаками, о силе которых мы ещё ничего не знаем и предположительно… Какаши учёл это обстоятельство и не позволил Гаю действовать самостоятельно, – не мог не отметить Хирузен толковость своего подчинённого, в конце отчёта Гая переводя свой взгляд на клона Хатаке. – Он теперь кажется спокойным… Вышел из-под контроля… или Какаши что-то задумал с ним?» Любопытство брало своё и проедало выдержку старого Хокаге с каждой новой пройденной секундой. Он выдохнул, чуть смягчил свой суровый взгляд и выдал давно рвущийся из него вопрос: -Что у тебя с клоном, Какаши? Глаз Хатаке сощурился в улыбчивом прищуре, как умел делать только он один, и с запозданием ровно на секунду также ему улыбнулся и клон Хатаке, незаметно дёрнув оригинала за руку. -Своевольничал, Хокаге-сама. Пытаюсь разобраться, в чём я с ним ошибся. Хирузен хмыкнул. С теневыми клонами порой случались просчёты в начале изучения техники либо при плохом её контроле. Впрочем, Хирузен имел обоснованные сомнения в том, что Какаши мог как-либо ошибиться в этом вопросе. Но и ответ Хатаке не был чёток и совсем не покрыл любопытство Хирузена. -Яблоки… – раздался у плеча Хирузена задумчивый голос советника Нара. Теперь хмыкнул клон Хатаке. -С этим у нас и возникли сложности… – размыто ответил оригинал, по-прежнему прищуривая свой глаз, а его вновь замолчавший клон крепче прижал пакет с яблоками к груди.