Причастные

-Вы сами виноваты в том, что вы имеете. Не вините нас в своих ошибках… – на очередной гневный выкрик старика блондин отвечал нарочно спокойным голосом, но неожиданно он оборвал себя, а через несколько секунд выдал раздражённый цык, впившись похолодевшим взглядом голубых глаз в сидевшего перед ним старика Данзо. – Так и быть, признаю… вы неплохо проработали свой план, Данзо Шимура, – он сделал паузу, за которую повторно цыкнул и после ровно договорил ему. – Вы обманули нас и уловкой выманили к себе, чтоб в итоге мы оставили Хьюга без защиты. «О чём это ты говоришь, Намикадзе?» – на произнесённые им слова из его подсознания сразу же подал голос до того всё это время помалкивающий Лис. «Мой клон-наблюдатель только что развеялся. В госпитале на Неджи было совершено нападение тремя чунинами, – блондину пришлось спешно объяснять неучтённый им вариант событий, и опережая от Курамы любые по этому поводу могшие последовать вопросы, да понимая, что ему от Лиса никак не скрыть произошедшее, он признался своему биджу в уже совершённой ошибке. – Прикрытие работало перед Анбу Хокаге». Как сообщил ему развеявшийся клон-наблюдатель, Сакура в той ситуации не могла или, что более походило на правду, не захотела действовать иначе, показав себя. «Ты придурок…» – крикнул Лис, но громом прорвавшееся возмущение биджу перебил старик Данзо, чей голос прозвучал с ощутимо слышимой в нём усталостью и его общей подавленностью. -Получается, я вновь с тобой ошибся… и мои люди мертвы? Блондин, понимая интерес Данзо Шимура к вопросу утечки данных в руки к Хокаге и из-за этого к последующей в скором будущем обязательной проверке, намеренно смолчал старику. Ему и самому необходимо было с точностью знать, убила их Сакура нападавших на Хьюга чунинов или, что было бы всяко лучшим вариантом для неё самой, оставила в живых всё же совершенно ненужных никому из них свидетелей, но в этом тревожном обстоятельстве ему придётся запастись терпением и немного обождать. Главным было то, что Сакура смогла защитить Неджи, опережая в этом деле оставленного клона-наблюдателя и раз Неджи остался цел, не было существенной разницы, каким способом их Сакура сделала это. «… она же по полной программе всё там разнесла! О чём ты думал, оставляя своего монстра на защиту Хьюга?» – продолжал всё с нарастающим криком ругать его Курама, но блондин уже привычно не реагировал на возмущения своего биджу, а вместо этого он спешно анализировал ситуацию, понимая, что их Сакуру необходимо при скорой встрече с Хокаге подстраховать, и сделать это сможет только Саске. Намикадзе создал теневого клона и искоса оглянулся на парней, при этом действии не упуская посматривающего на него хозяина дома из виду. -Саске, проверь прикрытие. Саске не надо было при старике Данзо и Орочимару говорить каких-либо лишних слов. Учихе не впервой изображать объект влюблённости их Сакуры, своим участием весомо оживляя образ особого клона и отводя от него всякие подозрения, а остальное Учихе объяснит последующий за ним теневой клон. Саске развеял хенге и быстро поднялся с колена на ноги, молчком кивнув блондину, что он его понял, а после он показал Хаку скрытый жест руки, оповещая его, что мелкий пойдёт с ним в качестве страховщика. А меньше чем через несколько секунд клон блондина перенёс парней к госпиталю, а сам блондин в старом доме Данзо Шимура остался практически один, на что тут же услышал возмущение Лиса: «Опять мне придётся страховать тебя!» Смотря на ситуацию только со своей стороны и при этом до сих пор не доверяя Орочимару, Курама отчасти правильно подметил, что блондин, оставшись без страховки, поставил их двоих в невыгодное положение. Но, что Лис рассуждал подобным образом, можно было понять. От своего характера склонный всегда предвидеть худшие варианты и верно надумавши себе уже что-то, в чём Намикадзе его ещё предстояло переубедить, он уже впал в состояние близкое к панике. А вот если на ситуацию смотреть со стороны Намикадзе, пусть он и по мнению Лиса рискует, действуя со стариком Данзо без страховки Саске, ему всё же было значительно выгоднее действовать в этом плане самостоятельно. Он мог с Данзо Шимура решить вопрос без оглядки на Саске, действуя по-своему и сразу подготовить Орочимару к полезной и нужной для блондина деятельности. Старик, словно предчувствуя свою участь, с того момента, как парни объявились перед ним, явно не сопротивлялся, вполне разумно предпочитая не злить Намикадзе в своей близости, а поняв, что и его тоже обманули, он нервно сощурил свой глаз в полностью закрытую щёлочку, и уже не крича, да и не ругая блондина, стал говорить с ним голосом побеждённого и смирённого противника. -Сай ещё жив? – на что Намикадзе сразу кивнул, не видя для себя выгоды в этом направлении тому врать. – Мальчишка… – продолжил было старик, но вовремя сдержав свой гневный порыв, он прижато кашлянул, заставляя свой голос дальше звучать мягче и покорнее, – прошу тебя, хоть его не убивай. Блондин помедлил с ответом, на какой раз за сегодня прикидывая, будет ли ему в чём-нибудь полезен уже так многое о них знающий паренёк старика Данзо. -Ладно… – произнёс он, – если вы не станете упрямиться, Сай не погибнет. -И что сейчас, малыш-кун? – спросил стоявший у его плеча Орочимару, нетерпеливо облизывая губы. – Ты убьёшь Данзо Шимура? -Нет, – отрицательно покачал головой блондин, решив не тянуть больше и рассказать нукенину свой план, предугадывая, какая реакция вот-вот последует от Лиса. – Мы изучим Данзо Шимура, – отвечал он ему, подходя к креслу старика вплотную и протягивая к Данзо руку, – поймём, как он мыслит, действует, разговаривает. Узнаем всё, что он ещё скрывает, – блондин прикоснулся к плечу старика своей ладонью с расширенными на ней пальцами и от одного этого прикосновения старик, успев погасить вырвавшийся из него стон, обессиленно завалился на спинку кресла. – После я заберу Данзо Шимура себе, а вы дальше станете изображать его для меня. «Изображать? – взвыл Курама, только сейчас сообразив, что блондин задумал сделать. – Ты вконец спятил, придурок! Это же тебе ни какой-то там не знающий нас шиноби, не понимающий, что ему делать, а сам Орочимару!» -Хочешь меня вместо него отправить в тюрьму? – спросил несколько задумчиво Орочимару, подходя ближе к блондину и своим вопросом невольно вызывая на лице Намикадзе улыбку. -Нет. Я хочу, чтоб с вашей помощью наш Данзо Шимура до момента принятия нового Хокаге расшатал самообладание ныне действующего Хокаге. Свидетельствовал против себя и него и полностью уничтожил репутацию Сарутоби, как Хокаге. Хочу, чтоб вы победили своего сенсея в иной битве, – ровно отвечал ему блондин, искоса поглядывая на свою застывшую на месте копию. «Орочимару доверять нельзя!» – продолжал орать из подсознания Лис, пытаясь докричаться до здравого мышления своего джинчурики, отменно сотрясая своим криком голову блондина. Намикадзе, вновь концентрируя нужное количество чакры в кончиках пальцев, нахмурил светлые брови, признавая, что к концу работы у него будет просто зверски раскалываться голова. -Не хочешь, чтоб он погиб героем, отдавшим жизнь за Коноху… – губы копии блондина растянулись в гадкой улыбке и Орочимару, начавший понимать план блондина, ещё раз нетерпеливо облизал их, – а хочешь сделать из него старого и никому ненужного лгуна… Блондин вновь склонился к старику Данзо, тот, ещё не пришедший в себя от испытанной им резкой боли, на его движение застонал, до покраснения закусывая нижнюю морщинистую губу. -Будучи ответственным за Коноху, Сарутоби Хирузен позволил своим подчинённым творить всё, что те хотели. Впоследствии вместо наказаний и другой правильной от него на случившийся инцидент реакции он прикрыл их противозаконные методы действий принятой им или согласованной с ним ложью. Он решил, что исправлять свои же ошибки выйдет худшим для Конохи вариантом. Вместо себя легко подставил под ответ невиновного человека. На слова блондина губы копии блондина ещё сильнее потянулись вверх и Орочимару, выдавая этим своё нарастающее нетерпение, утвердительно кивнул. -Твой замысел уничтожения Хирузена и правда впечатлил меня, малыш-кун, – тут же подтвердил он свой кивок словами. Намикадзе отнял руку от плеча старика и тоже кивнув Орочимару, добавил: -Репутация нынешнего Хокаге – единственное слабое место Хокаге… «Какая может быть репутация, Намикадзе! Ты играешь с огнём! Орочимару ненавидит Хирузена, он обязательно что-нибудь придумает, чтоб обхитрить тебя и у нас всё пойдёт крахом!» – меж тем всё ревел Лис, для надёжности сотрясая своими лапами и машущими хвостами прутья клетки. -За которую Хирузен по-прежнему цепляется и которой он дорожит, скрывая свою слабость от других… – замаскированный нукенин, хорошо понимая блондина, перебил его, сам договаривая его не озвученную вслух мысль, поглядывая на Намикадзе крупно вытаращенными голубыми глазами, поблескивающими твёрдой решительностью. -Так вот что ты хочешь сделать, самоуверенный мальчишка! Ты задумал оставить Коноху без Хокаге, да? – прохрипел завалившийся на спинку кресла старик Данзо, но прежде, чем блондин ответил ему, за него вступился Орочимару, лучше старика понявший задумку Намикадзе. -Вы опять ошиблись в своих суждении, Данзо-сама! – и он протянул руку, бесстрашно и вольно на пару вполне долгих секунд касаясь своей ладонью головы Намикадзе, довольно гладя блондина по золотым, торчавшим в разные стороны волосам, будто тот и вправду для него был сильно поразившим его ребёнком. – Этот необычный малыш думает о Конохи больше, чем мы с вами, а методы его законнее ваших и продуманнее моих. Старик Данзо расширил глаз, уставившись взглядом на копию блондина и сглотнув, подметил, что перед ним стоял далеко не клон Намикадзе. -А ты ещё кто такой? – теперь в голосе его опять заслышалась злость, этим выдавая его упрямую и ничем неменяющуюся натуру. И блондин, быстро пропустив больше чакры к кончикам пальцев на своей руке, прикоснулся к голове старика, заставляя его кричать уже в полный голос, не успевая справится с пронизывающей его болью от очередной печати. -Поверьте мне, вам этого не надо знать, Данзо Шимура, – произнёс он привычным, ровно звучавшим голосом, как только старик Данзо немного стих и был в состоянии услышать от него ответ, а Орочимару у его плеча выдал довольный хмык. – У вас скоро появятся другие поводы для волнений. -Я полностью согласен в этом моменте с малышом, – произнёс Орочимару, уже хорошо знающий, через что сейчас пройдёт старик Данзо, но не жалевший из-за этого старика, а напротив с нетерпением ждавший зрелища, ища для себя возможность при этом действии внимательно наблюдать за блондином. «Намикадзе, бойся Орочимару! – подал голос уже накричавшийся, но всё ещё не успокоившийся Лис. – Он что-то задумал по твоему поводу». «Да…» – без раздумий и привычного игнорирования согласился блондин со своим биджу, резко коснувшись руки стоявшего возле него нукенина своей рукой, готовой к наложению печати полного подчинения, через которые Орочимару уже не раз проходил. А после того, как не ожидавший незамедлительной реакции на своё прикосновение, стонавший от боли Орочимару осел на колени, не сдержавшийся на ответ Намикадзе в миг похолодевшим голосом произнёс нукенину, предупреждая его на будущее: -Вам следует запомнить, Хапуга-сан, вам меня касаться нельзя, – сказав это, Намикадзе зло цыкнул, и более нисколько не беспокоясь о присутствии рядом с ним Орочимару, он перевёл потемневший взгляд на бывшего главу Корня, уточняясь у притихшего старика, смотревшего на него расширенным от удивления глазом. – Мне следует продолжить с вами или вы поняли, что я хочу от вас узнать? -Я понял, – хрипло произнёс он, своим ответом полностью признавая победу над собой.