Причастные

«Ты точно уверен, что справишься с ними? – спросил Курама, к началу работы уже основательно изведясь беспокойством из-за того, что его предприимчивый джинчурики в плане, наспех доработанном ими двумя, но на взгляд Лиса все равно имеющим множество опасных недочётов, использует за раз значительно больше клонов, чем он обыкновенно привык использовать. В этот раз к общей нагрузке Намикадзе на каждого из его клонов возлагалась ещё и собственная задача, важная и отличительная от задач других клонов блондина. И не справься кто из них или же развейся из-за любого непредвиденного обстоятельства раньше ожидаемого срока, и весь их шаткий план тут же развалится, а они, влезшие в это дело без надёжного страховщика, могут пострадать, и уж точно в этом случае наследят. – Намикадзе, ты меня слышишь?» Джинчурики стоически проигнорировал очередной отвлекающий его от дела окрик своего взволнованного биджу. Находившись рядом с Кабуто Якуши и с клоном, сейчас для нужной маскировки и требуемых от него задач имевший идентичную внешность с их целью, он притаился на ветке дерева на достаточном отдалении от двух ночных наблюдателей, прагматично выставленных стариком Хокаге для отслеживания подозрительной активности финалистов экзамена на ранг чунина и сопровождающих их шиноби. Блондин оценивающе посматривал на спины Анбу Хокаге и джонина, бывшего на беду ему выходцем из неудобного клана Хьюга, внимание которого им ещё предстояло в нужный момент отвлечь неожиданным взрывом, а также он захватывал зорким взглядом крышу высокого здания, выделенного для проживания на территории Конохи иностранных гостей, где на одном из козырьков без движений сидела их цель, скрытая безлунной тьмой ночи. Их целью был страдающий своеобразной бессонницей мальчишка из Суны. В округе стояла подходящая для работы тихая обстановка. Кроме двух умелых наблюдателей со стороны Конохи и одного наблюдателя со стороны Суны, за которым с вечера пристально следил клон-разведчик блондина, никаких лишних зрителей замечено не было. К середине ночи все первоочередные приготовления уже были выполнены, а брат и сестра цели были пойманы. Клоны блондина использовали для их поимки заранее установленные на родственниках Гаары метки Дзюцушики, как имелась одна единственная установленная метка на личной вещи пацана из Суны, вот только открыто использовать технику перемещения при трёх уже известных наблюдателей Намикадзе не мог, поэтому он и решил устроить наспех спланированное представление для младшего сынка Казекаге и для его ночных наблюдателей, и тем спровоцировать Гаару на необходимые для своей задумки действия. Намикадзе планировал первой комбинированной атакой клонов испугать пацана настолько, чтобы тот без промедлений и в полной мере воспользовался своей песчаной защитой, а не только бронёй вкупе со всяко неудобным песчаным щитом, как это обыкновенно происходило в прошлые встречи замаскированных клонов блондина с Гаарой, произошедшие на этой же самой крыше. Да, он уже несколько раз прощупывал пацана, подсылая к нему своих клонов то под одной продуманной маскировкой, то под другой, стараясь за коротко проведённый бой собрать на противника важные данные, сам при этом о себе информации не выдавая. К этому времени Намикадзе утвердился, что его талантливый противник владел целым набором весьма сложных для повторения техник, а в его тыкве-горлянке находился уникальный песок, по всей видимости наполненный иного рода чакрой, чем обладал Гаара, срабатывающий исключительно для защиты пацана в моменты угрозы его жизни без как такового его осмысления. Этот песок был быстр, подвижен и сносно блокировал физические атаки, а также неплохо прикрывал джинчурики от некоторых уже опробованных на нём техник ниндзюцу. Блондин потратил около двух недель на изучение уникального песка Гаары, как и на изучение его уже известных техник, а также достаточное количество свободного времени у него ушло на создание подходящей печати для блокировки неудобного песка пацана, мгновенной в наложении и эффективной в результате. Подготовленная печать получилась недоработанной, проверенной на наложение и на снятие только на специальных перчатках их Сакуры и разрывных сюрекенов Саске, но должна была сработать и с песком. Впрочем, на случай неудачи у Намикадзе была подготовлена и другая печать, проверенная им не единожды и никогда не подводящая его, но которую он предпочёл бы использовать лишь в самый крайний момент или не использовать её вообще. На крыше здания мелькнули три едва приметные тени клонов, вперёд блондина вышедших поприветствовать Гаару. Дождавшись нужного момента, Намикадзе шепнул Кабуто, этим же приказом отвечая и Кураме: -Начинаем. Хорошо знающий, что ему надо делать, Кабуто Якуши мгновенно спрыгнул с ветки высокого дерева вниз, умеючи и беззвучно скрываясь во тьме ночи, будто его здесь и вовсе не было. По плану с момента его ухода необходимо было строго выдерживать минутный разрыв, за время которого клоны Намикадзе должны будут атаковать Гаару двумя техниками, бьющими друг за другом подходящим для заданной задачи уроном по всей площади той части крыши, где находился пацан. Блондин рассчитывал, что тот непременно укроется от неожиданных атак, покрывая себя защитным песком, после воспользуется против напавших на него наглецов своей техникой песчаного погребения, так кажется пацан назвал её, когда впервые использовал эту вполне неплохую технику для «убийства» подосланных к нему клонов. Намикадзе признавал своё удивление, ведь несмотря на наличия в пацане запечатанного Шукаку, остро конфликтующего со своим джинчурики, Гаара для своего юного возраста отменно контролировал силу давления песка, даже при использования большого его количества, и мог с его помощью раздавить, вероятно, почти любую попавшую в его технику жертву до такого состояния, что впоследствии от неё не оставалось даже изуродованного трупа. Это было на руку Намикадзе. Его особые по прочности клоны, уже сделавшие требуемое от них дело, при атаке этой техники могли исчезнуть, абсолютно не вызывая ни у кого подозрений, в том числе и у самого Гаары. Пацан, видевший привычный ему результат, измеряющийся в подыгранном предсмертном сопротивлении ему и в правдоподобном фонтане крови жертвы, полагал, что он убивал настоящих людей. Клоны блондина, а вернее всё то, что оставалось от них, окончательно развеивалось позже. Здесь Намикадзе помогли трудоёмкие наработки с прикрытием, заменяющим их Сакуру. На тот случай, если их Сакуру ему всё же придётся убить, её труп должен для всех оставаться реалистичным и сохранять необходимое время свой получившийся вид в целостности. Клон такого уровня создавался с наложением на него особых печатей, дающих технике высокую прочность к урону и общую устойчивость, но создание настолько сложного клона требовал просто чудовищный контроль чакры и огромную сосредоточенность на задаче. С крыши здания, озарившейся во тьме ночи ярким оранжевым отсветом, разнёсся с резкими порывами ветра протяжный гул, а через секунду, за которую Намикадзе успел подумать, что выбранные им техники для решающей атаки против пусть и талантливого джинчурики, но ещё пока генина, вышли мощнее, чем он планировал, в стороне внизу здания раздался оглушающий взрыв, сквозь тёмные стволы деревьев в повторный раз озаривший ночную округу ярко оранжевыми всполохами огня, быстро превращающимися в клубы чёрного дыма. За краткий миг Намикадзе вместе со своим клоном перенёсся к пацану в его песчаную сферу по своей Дзюцушики, установленной с помощью брата цели на налобный протектор, закреплённый на кожаной лямке горлянки Гаары, и в следующий миг клон блондина отпустил руку, а сконцентрировавшийся на задаче Намикадзе мгновенно установил новую метку Дзюцушики на плечо дрогнувшего Гаары, а следом заблокировал чакру пацана, полностью обездвиживая его. И наконец в последнюю очередь он с мелким успокаивающим выдохом заблокировал уникальный песок, закрывающий Гаару от затухающей внешней атаки, безошибочно устанавливая свою печать на тыкве горлянке пацана. Состоящая из уплотнённого песка сфера стала осыпаться вниз, и Намикадзе, понимая, что у него не оставалось лишнего времени, произвёл захват, грубо завернув руку Гааре и вместе с горлянкой наклонив того головой вперёд, в этом самом положении переносясь с ним в спальню брата цели, где их поджидали клоны блондина, и где сам оригинал, ловко ударив Гааре по ноге, резко опустил пойманного пацана перед собой на колени, прислоняя к его горлу кунай. А клону, оставшемуся на крыше заменять на некоторое время джинчурики из Суны, необходимо было доделать дело, запечатать опавший песок, погасить после использованных техник имевшиеся на крыше очаги пламени и быстро уйти, скрываясь от ожидаемого к этому времени заново возобновившегося наблюдения за пацаном. В тёмной комнате помимо них находились ещё четверо клонов, двое из которых были блондинами, а двое родственниками Гаары, и два последних клона с завязанными за спинами руками бесполезно мычали через тканные повязки на их ртах, и как предполагаемый из них младший, они находились перед блондинами на коленях с прижатыми к их горлам острыми кунаями. «Справились? – спросил шёпотом Лис, показывая своему джинчурики охватившие его напряжение. Намикадзе в ответ цыкнул, зло и несдержанно. Если он умудрился поймать Гаару, как он и планировал, не причиняя тому ощутимого вреда, это не означало, что им можно расслабляться на половине пути. До запланированного результата им ещё надо поработать. – Так вот для какой цели ты их так тщательно изучал…» – продолжил было Лис, но блондин его мгновенно перебил. «Ш-ш-ш, Курама». -Канкуро? Темари? – выдал Гаара, с трудом потянувшись к родственникам телом, но склонившийся к нему блондин жёстко осадил его. -Ты не в состоянии сам отвечать за свои действия. За тебя ответят старшие, – произнёс Намикадзе в темноте комнаты абсолютно без эмоциональным голосом, плотнее прижимая свой кунай к горлу замершего пацана. А когда Гаара, спешно поняв, что он не может нормально двигаться и использовать чакру, дрогнул во второй раз уже в твёрдом осознании участи, что ему приготовил блондин, тем же открыто выдав свой страх, Намикадзе, незаметно кивнув своим клонам, добавил младшему сынку Казекаге решающие слова. – Не отводи от них своего взгляда. Один из блондинов, стоявший за клоном, прекрасно изображавшим напуганного брата цели, резким движением своей руки под сорвавшийся хриплый крик Гаары: -Не смей! – беспощадно проткнул замаскированному клону горло, ударом ноги заваливая того на пол. Гаара резко перевёл свой взгляд на второго клона, имевшего внешность его старшей сестры. Тот выглядел ещё более напуганным, чем первый убитый клон, дрожал и стонал имя Гаары через ткань повязки на своём рте, но в эту же секунду другой блондин, стоявший за ним, пробил насквозь и его горло. -Темари! – по щекам пацана потекли слёзы. Он, смотря на завалившегося на пол клона, изображавшего его сестру, пытался выдернуть свою руку, пытался и второй рукой врезать по Намикадзе, но все его попытки были тщетными, а сам Гаара не мог удержать тёкших из глаз слёз и свой плач, готовый сорваться всхлипами, всё повторяя блондину. – Я убью тебя, убью. -Значит я не ошибся. Они всё же имеют для тебя значение, – прошипел ему Намикадзе, легко вжимая пацана вместе с тыквой горлянкой в пол. – Я понял это в проявленных тобою сентиментах. Твои слабые места. Твои близкие… Знай, они могут изменить тебя. Дать тебе то, от чего ты отказываешься. Выбор за тобой. – Гаара громко всхлипнул в пол, смолк и, кажется, начал слушать блондина. – В следующий раз думай, что ты делаешь. Не подставляй своих близких под удар вместо себя. Стань сильнее и защищай то, что для тебя имеет значение. -Ты убил их! – надломленным голосом возразил ему пацан. -Оглядись… – Намикадзе приподнял Гаару, потянув его за руку. Произошёл хлопок и тела убитых клонов исчезли в появившихся облачках дыма. – Твои брат и сестра живы… – произнёс блондин голосом мягче, выдерживая для осознания случившегося полуминутную паузу, за которую он ловко убрал свой кунай в подсумок и установил на ошарашенного джинчурики из Суны ещё две необходимые печати, и снял две предыдущие блокирующие печати. – Больше я с тобой играться не буду. Расскажешь обо мне или навредишь чем-нибудь Конохи, я убью тебя и твоих близких. – Гаара, всё ещё бывший у Намикадзе в захвате, от сказанных ему слов вздрогнул. – Они в соседней комнате. Дорожи имеющимся у тебя шансом и извинись перед ними, – он отпустил пацана, отступая от него на один шаг назад. Гаара быстро подскочил на ноги, оглядел блондина взглядом, не имеющим злости или гнева, вместо этих эмоций в его взгляде было недоумение, перемешанное подсыхающими слезами. – Я верну твой песок до начала финала. Уходи. Гаара заторможено кивнул и скрылся за дверью, а через пару секунд из коридора послышался хлопок двери в соседней комнате. «Из глупого мальчишки под твоим руководством выйдет толк… – шепнул Курама. Намикадзе привычно смолчал ему. Он тем временем развеял своих клонов, но прежде чем перенестись к Кабуто, чтоб приступить ко второй части плана, в которой ему ещё предстояло отыскать скрывающихся на ближайшей территории к Конохи шиноби из Сунагакуре и ликвидировать их, Лис спросил его. – Решил использовать джинчурики однохвостого в своих целях?» «Да… если у пацана хватит ума быть полезным», – ответил блондин, исчезая из тёмной комнаты, на миг озарив её жёлтой вспышкой.