Причастные

«Намикадзе, берегись! Сзади!» – на внезапно раздавшийся из подсознания крик Курамы, прорвавшийся громом посреди их разговора о Саске, за кем они вдвоём, уже хотевшие уйти с хорошо просматриваемой крыши, но заприметившие тишком общавшихся двух Учих у разбитого окна в бывшей спальне Намикадзе, с обоюдным согласием остались ненадолго понаблюдать, сердце у джинчурики дрогнуло и отбило гулкий удар, заставляя его действовать со значительным опережением какого-либо здравомыслия. Отменно натренированное тело при ещё невыясненных для ума Намикадзе обстоятельствах двигалось без его осмысления, и лишь благодаря этому, в последний миг резко сиганувши в сторону, из-за чего блондин отбил себе бок о крышу, он смог вывернуться из почти завершённого захвата незаметно подкравшегося к нему со спины шиноби, успевшего нагнуться и даже протянуть к нему свои руки, в одной из которых на кратчайший миг опасно мелькнуло остриё куная. Шиноби, кого блондин, действуя настолько быстро, с первым занесённым им ударом локтём под челюсть не признал, сразу посчитав напавшего на него врагом, на неожиданно проявленную из-за его близости резвость слегка отпрянул назад. А Намикадзе, бросив из-за плеча беглый взгляд на в своё время основательно приевшуюся ему звериную маску Анбу, с запозданием в несколько драгоценных секунд всё же смог определить, кто им заинтересовался, с трудом успевая вскользь увести свой удар в сторону, лишь задевая маску, прикрывавшую лицо Зо. «Нас заметили! Хатаке поднимается на крышу! Намикадзе, давай, действуй быстрее!» – тут же проорал Лис, глуша своим вторым окриком у блондина только что начавшие выстраиваться должным образом мысли, привнося в его движения небывалую стремительность. И легко догадавшись, что раз Курама не сдержался и в сложный момент отвлёк его своим криком, то значит Хатаке вот-вот появится здесь, Намикадзе, всё ещё лёжа на боку, молниеносно ударил по ноге Зо своей, метко и с ощутимой болью попадая тому по колену, а в следующую секунду он выбил у заваливающегося на него Анбу из руки кунай, звякнув им о крышу. И более не тратя времени он переместился, прихватывая вставшего против него исполнительного глупца с собой, намертво уцепившись тому в руку. «Курама!» – блондин, стоило ему появиться в притихшей и погрузившейся в полумрак квартире Могура, прокричал своему компаньону, одним словом спрашивая у него, успели ли они скрыться с крыши вовремя или нет. А упав на пол и сообразив, что он оказался зажатым под Анбу, он раздражённо цыкнул, но вместо ответа Лиса услышал сквозивший удивлением голос шиноби, слегка приподнявшегося над ним и растерянно заглядывавшего ему в лицо через небольшие прорези фарфоровой маски. -Наруто? После близко подпущенного к себе Анбу, произошедшей с ним незапланированной потасовки, которая непременно аукнется ему в будущем сложными проблемами, и всех мыслей, так и роившихся в области его тревог, а именно заметил ли их Хатаке на крыше, произнесённое имя, как пропущенный удар куная, мгновенно принесло Намикадзе боль и жгучее раздражение, затмившее его сознание на несколько секунд. Он, отдавшись неконтролируемой злости, произвёл два жёстких удара, одним за другим попадая в одно и тоже место, по болевой точке на шее Анбу, тем кубарем откидывая с себя шиноби, издавшего на его старания придавленный стон. Рывком подскакивая с кухонного пола, Намикадзе, сжав в кулаки пальцы с мгновенно пущенной по ним чакрой, наметил с уже успевшим за несколько секунд сесть на колени Зо завершить начатое ещё на крыше, как вдруг его напряжённую и чуть подрагивающую руку, занесённую для сокрушительного удара, перехватили крепко сжатыми пальцами. От чужого, неожиданного для Намикадзе прикосновения по его сознанию прошлась неприятная рябь раздражения, заставившая его дрогнуть, и он наконец-то услышал бешеный рёв Курамы, всё пытавшегося его образумить. «Придурок! Мать твою! Да я так с тобой с ума сойду! Что? Пришёл в себя?!» А следом за ним прозвучал сдавленный шёпот Могура: -Остынь, Малыш... Намикадзе резко дёрнул рукой, больше делая то для пробы, инстинктивно проверяя, насколько Могура был с ним в своей попытке вступиться за Зо серьёзным, и убедившись, что тот свою хватку не расслабил, он хлёстко глянул на черноволосого парня, в ответ от того получая чуть осёкшийся взгляд, едва заметно подмешанный страхом. «Успокойся, хорошо, – наседал на блондина из подсознания и Курама, быстро догадавшийся, чем в итоге закончится их противостояние. – Не действуй сгоряча. Не забывай, один Анбу старика уже мёртв». Могура отпустил руку блондина, отступая на замеченных Намикадзе полшага назад. -Прости, Зо... дальше ты сам... – поспешно, будто опомнившись, сдался парень, только теперь показывая своими действиями, что он считается с гневом Намикадзе, как, по мнению блондина, тот должен был поступить изначально. На эти слова замаскированный блондин цыкнул во второй раз, выплёскивая тем злость, разжал и вновь крепко сжал кулаки, и отведя от Могура скошенный взгляд, он пристально посмотрел на Зо, уже решив для себя, что ему понадобиться у того выяснить и как он с ним в дальнейшем поступит. -Что происходит, Могура? Объясни мне, – просил Зо под первый сделанный в его сторону шаг Намикадзе. Капитан Анбу, не смогший сам проанализировать слова и действия своего младшего товарища, изрядно терялся в догадках. – Как ты связан с Узумаки? -Я на исправительном сроке... Осознаю свою вину... – шепнул второй шиноби и отступил дальше, впритык подходя к кухонному столу, без слов говоря, что вмешиваться он более не будет. – Но и ты, смотрю, сглупил... и привлёк внимания Малыша. Могура дал подсказку, хоть знал, что об их сотрудничестве ему даже косвенно распространяться было нельзя, и за это он будет наказан, а до того он проявил инициативу, мешая действиям блондина, что также не ушло от внимания Намикадзе и заставило его наметить для себя новое поле работ с Могура. -Придётся нам познакомиться поближе, Зо-сан, – подходя к капитану Анбу на расстоянии вытянутой руки, Намикадзе произнёс эти слова ровным, слегка холодным голосом и немного помолчав, будто раздумывая над чем-то важным, спросил. – Ответьте, с вами ещё кто-нибудь был на крыше? -Не был. «Он врёт, – Лис тут же опроверг уверенные слова шиноби и с опозданием признался, сразу переходя на шёпот. – Там был Ямато». -Тц... – сорвалось с языка блондина. Нагоняя уже упущенное им время, Намикадзе незамедлительно сложил ручную печать для создания клона, только что появившегося из облачка дыма, но уже чётко знавшего, что от него требуется. Клон самостоятельно наложил на себя хенге, становясь точной копией Могура и используя за спиной у Зо шуншин, да не произнося ни слова, ни звука, исказившись на несколько секунд, исчез. Доверивший клону разузнать неясную ситуацию, больше с Хатаке, чем с Тензо, кто, если видел использованный хирайшин, и без его вмешательства поймёт, что ему надо делать, блондин переключился на Зо, занося к нему приготовленную к наложению печати руку. «Прости, я не успел тебе сказать», – быстро шепнул ему из подсознания Лис, чувствовавший по этому поводу за собой вину, но Намикадзе уже не обращал на него внимания. С Курамы он спрашивал о другом шиноби, намного более его тревожившим, чем все прочие, но пока что не получил от него ответа. -Давайте договоримся с вами, Зо-сан, – произнёс он, прикасаясь к покрытой капюшоном плаща голове Анбу, крепко обхватывая её своими пальцами, на одно касания которого Зо дрогнул, и как при незримом давлении прижался к полу, со стоном упираясь себе на руку, второй же рукой держась за повреждённую шею. – Вы пойдёте мне на уступки и ответите послушность. Не станете врать мне, выгораживая своих товарищей. Не станете говорить обо мне, выдавая любую информацию. И не станете произносить моё имя. А я не причиню вам лишней боли, – ответом ему был усилившийся стон Анбу и зная, что печать, какую он устанавливает, будет давать эффект всё возрастающей боли, блондин, пробравшись второй рукой под фарфоровую маску Зо, покрыл ладонью рот шиноби, своим движением предупреждая его, что это лишь начало. – Вам придётся считаться со мной. Проявите рассудительность. Он дал время обдумать его слова, доделал дело и убрал от Зо руки, заглядывая на трясущегося перед ним всем своим телом капитана Анбу, слыша его хриплые, рваные вздохи. Все необходимые печати были установлены, лучше всяких слов объяснявшие Зо, что с этого момента от него требовалось, и Намикадзе спросил, зажимая дрожавшие пальца на левой руке в кулак. -Что вы решили, Зо-сан? С Тензо, что и с Могура, блондину приходилось тратить большее количество времени не на печати, что Намикадзе наловчился на них устанавливать куда быстрее прежнего, а на убеждения, перестраивая преданных старику подчинённых на свой лад. Зо не был исключением. Его решительность, с какой он терпел боль, а после с какой он, уже что-то начавший понимать, дрожащим голосом выдал: -Что ты творишь... На... руто? – поражала и злила Намикадзе, но она же заставляла его в какой-то мере уважать вот уже третьего Анбу, за последние дни доставшегося ему. Но его удивил Могура. Тот, всё это время беззвучно стоявший у него за спиной, сейчас вступился за него, вновь действуя по собственной инициативе. -Не будь глупцом, Зо. Поверь мне, он внушительнее старика... Но ты это уже и сам понял. За потраченное блондином на установку печатей время в кухне Могура стало совсем темно и тихо, будто в опустевшем доме, оттого каждый произнесённый здесь шёпотом звук казался произнесённым в полный голос и был отчётливо слышен. -Да. Понял, – сипло согласился Зо и, верно, скрививши под маской лицо, добавил. – Я сопротивляться не стану.