Беглецы

I’m sure

I’ll bask in your forever

You just waste my time

I want to drag you down, down with me

jack off jill — angels fuck devils kiss

Он медленно плелся по пыльной, сухой улице, намекая, чтобы Наруто шел за ним, и нащупывал в кармане клочки билета. Наруто молча шагал следом, тщетно пытаясь собрать мысли в фигуристую кучу. Город неторопливо тек, все ещё подвластный чарам утра, переваливаясь с ноги на ногу, и лениво сверкая бликами на полированных боках автомобилей. Высокие кроны размашистых дубов оставляли на земле причудливые тени, сменяемые с потоками ветра, со всех сторон доносилось приглушённое щебетание маленьких пташек. Солнце пухло и в ярости летнего дня рассыпало лучи света по парку; Наруто чувствовал как редкая соленая влага скапливалась на висках и лбу, и он тут же вытирал ее подолом футболки. Через несколько жарких минут они остановились на просторной лужайке, то тут то там бродили люди в лёгкий хлопковых футболках и открытой обуви, пока их четвероногие лающие питомцы вынюхивали в траве жуков. — Говори, что хотел, — не оборачиваясь сказал Саске, пожевывая очередную сигарету. — Саске, я… — Наруто замялся, говорить, как есть было его вето, непроизвольное правило, и сейчас было впервые так сложно ему следовать, но не успел он открыть рот, как его снесли с ног и упёрлись чем-то влажным и подергивающимся в челюсть. Виляющий хвостом золотистый ретривер с интересом принюхивался к лицу напротив, сверкая темными бусинками глаз. Наруто простонал, чувствуя, как тянет многострадальное плечо, но стоило увидеть склонившего на бок голову пса и вспыхнувшая боль ушла на второй план. — Ха-ха, ты напугал меня, малыш, — Наруто расплылся в умилительной улыбке и руками потрепал пса за ушами. Он тут же встрепенулся и высунув язык стал подставляться под ласки. — Две псины… — пробурчал Саске, заглядывая в опустевшую пачку сигарет. — Ох, извините, — сзади подбежала девушка в широких штанах цвета хаки и с поводком в руках, — не знаю что на него нашло, наверное, сегодня он слишком игривый. Она выглядела очень виновато когда цепляла на прижавшего к земле Наруто пса поводок. — Ничего страшного, он милашка, — Наруто широко улыбнулся и девушка немного расслабилась, посылая ответную, ломкую улыбку. — Арчи, к ноге, — пёс неохотно подчинился приказу, на последок оставляя влажный след языка на щеке Наруто. Девушка проскользнула долгим взглядом по Саске и отвернулась, пряча покрасневшие щеки. Наруто встал отряхивая спину от налипшей травы и поднимая спавшую с плеча сумку. Арчи неотрывно следил за ним, и Наруто присел на колени, запуская руки в его густую, золотистую шерсть. — Кажется вы ему понравились, — девушка легко хихикнула, но ее пальцы тревожно перебрали плотную ткань поводка, — простите за одежду, я могу заплатить за прачечную. Наруто в недоумении оторвался от головы пса и взглянул на свою футболку. Посреди нее красовались два размашистых следа собачьей лапы, слегка размазанных по краям. — Все в порядке, не стоит, мне и так надо бы ее постирать, — Наруто неловко почесал щеку и улыбнулся. — Оу, тогда ещё раз извините, — девушка неуверенно кивнула на последок и потянула Арчи за поводок, Наруто, застывши, следил за удаляющимся силуэтом. Было трепетно и легко просто улыбаться и видеть улыбки других, о чем-то подобном он и мечтал сбегая. — Живее, — Саске, до этого скептично наблюдавший за обстоятельствами, скривил бровь. Наруто тут же вскинул голову, что бы взглянуть на него, солнечные лучи разглаживал кожу Саске, заставляя ее светиться изнутри. Изнеможенный и стройный он как будто сошел с потертой странички популярного в прошлом героинового шика. Его холодная, отстранённая красота была лишена реализма, он был идеалом и это вышибало воздух из груди. Наруто перевел взгляд обратно в даль и попытался выветрить из головы подобные мысли, вернутся к насущному. Неожиданно до слуха донёсся звонкий смех и лай, и мир залило миллионами других звуков, словно вынырнув из-под толщи воды, Наруто вслушивался в шаги, крики, ветер, в конце концов в себя. Мысли вдруг начали принимать четкое очертание. — Саске, тебе же тоже некуда вернутся? — краем глаза Наруто заметил, как Саске нахмурился, — Я понял это когда ты достал пачку денег, на одном вокзале столько не наворуешь. — А ты наблюдательнее, чем кажешься, — он навалился на шершавый ствол дерева, разглядывая бегающие по тропинке солнечные зайчики, — К чему клонишь? — Хмпф, тоже мне, — пробурчал Наруто, прежде чем продолжить, — Я подумал, раз мы оба идём куда глаза глядят почему бы не объединиться. Я мало что понимаю в путешествиях, а ты выглядишь опытным. — А мне что с того? — Саске поднял бровь, — Ещё и возится с тобой. К чему мне обуза. — Я не собираюсь мешаться и лезть в твои дела, просто доберёмся до какой-нибудь условной точки и разойдемся, я тебя и прикрыть смогу и загладить твои выкрутасы если что. Ты не особо то вежливый. — Бред. — Сам ты бред, ублюдок! Тебе просто повезло, что сегодня это был я, а будь кто-нибудь другой, ты бы уже ехал в участок. — Ты только что доказал, что глупее абсолютно любого другого человека. — Ты отрицаешь что тебе может понадобиться помощь? — Именно, — Саске закинул голову, разглядывая медленно плывущие облака, — А ты, то есть, набиваешся в соучастники? Не боишься, что если поймают, то и тебе срок светит? — он усмехнулся, стреляя в Наруто взглядом и покрепче перехватывая лямку рюкзака. Наруто на секунду задумался, почёсывая нос пальцем и просчитывая свои варианты, а после удовлетворённо кивнул. — Да, думаю мне это подходит, — он застыл, смотря как божья коровка неловко взлетает с травинки и выплясывает невидимые узоры в воздухе, по новой перечеркивая линию полета и взлетая все выше. Саске молчал и не выглядел хоть каплю впечатленным. Кажется, его лицо навечно застыло в маске безразличия, холодной, бессмертной маске питающейся любым импульсом, лишь глаза умело изворачивали романтику истории, выдавая в Саске непреодолимую злость и усталость. — Я не собираюсь тебя ждать, так что двигай. Наруто потребовалось несколько секунд, чтобы осмыслить сказанное и расплылся в улыбке, он, окрылённый маленькой победой, направился вслед за спиной обтянутой черной футболкой. — Слушай, а ты кажется понравился той девчонке, она так на тебя смотрела, — Наруто с любопытством наклонился вперёд, заглядывая в непроницаемое бледное лицо. Пожалуй он мог бы сойти за болезненного не будь его бледность столь ослепительно прекрасной, отражающей свет под идеальным, с любого ракурса, углом. Словно драгоценный камень в руках у опытного ювелира. — Стой, кажется ты кое-что не понял, , — Наруто скривился от формулировки, — Взяв тебя, я сделал огромное одолжение за которое придется платить равнозначную цену. От тебя требуется лишь послушание и тишина, как только я говорю тебе делать ты делаешь, говорю свалить, ты сваливаешь. Все происходит на моих условиях, будешь своевольничать, тебе конец, это ясно? Наруто пробила дрожь от того с каким спокойствием это слетело с губ Саске, от того с какой непоколебимой уверенностью это было произнесено. — Не хочешь на моих условиях — проваливай, — Саске скосил на Наруто взгляд, но он не видел, даже не пытался разглядеть сквозь пелену перед глазами. Наруто для него был не интереснее пыли оседающей на рюкзаке, он не видел в нем равного себе, лишь прозрачную оболочку, капсулу, содержащую примитивный набор функций, ничем не лучше собаки. Наруто нахмурился, Саске ему не нравился от слова совсем, он был напыщенным, эгоистичным, ублюдочным преступником, и помимо этого относился ко всем без исключения, как к мелким камешкам застрявшим в подошве или назойливым мухам жужжашим на ухо. Таких Наруто считал отбросами и мог только горько им сочувствовать и беззастенчиво злиться, но Саске… он вызывал в Наруто другой категории чувства, он все ещё злился и, возможно, испытывал раздражение, но что более важно, он был в ярости. А ещё ему было интересно. Несовместимая с жизнью смесь. Наруто от природы был любознательным и вездесущим; он выпучивал глаза и тыкал пальцем во все, что казалось ему хоть мало-мальски занимательно — это вполне в духе детей, но Наруто сумел не растерять любопытство с возрастом. И даже при этом ему никогда не было дело до чего-то ужасного, плохого, с чем Наруто не мог смириться сколько бы ни пытался, с чем-то вроде Саске. Дело даже не в нарушении закона или угрозе ножом, а в нем самом: в его движениях, взглядах, словах, даже в том как он дышал. Он был ядовит, сочился и плевался ядом совсем как кобра, даже больше, он и был ядом: кубиком цианида внутривенно, глубоким вдохом угарного газа, привкусом рицина на губах. Перпл поссум смотрящий из-под челки обсидиановыми глазами. И Наруто сам шагал в эту пучину, лез под укол, бездумно дышал и облизывал губы, не отдавая себе отчёт «почему?», выбрал судьбой самую жестокую эвтаназию. Он как-то невзначай принял это ещё когда следовал по шагам Саске в хранящем прохладу вокзале абсолютно незнакомого города. Он знает лишь его имя. Лишь имя. Он все ещё идёт за ним, даже когда знает, что это неправильный выбор, самый неправильный за всю его жизнь, потому что никто не выйдет победителем из этой игры. Когда он превратился в обреченного самоубийцу? — Я не проиграю, уж поверь, — Наруто слегка обогнал Саске заглядывая на него через плечо, — Ведь я Узумаки Наруто, черт возьми, и не беру слов назад! Он скорее почувствовал, чем увидел взгляд Саске, странный, не предвещающий ничего хорошего взгляд; Наруто тряхнуло где-то внутри и он побоялся себе признаться, что это из-за удовлетворения. — Не думай, что я тебе позволю, — его губы исказила усмешка, грубая и острая. И Наруто неотрывно наблюдал за вспухшими, контрастно красными губами, словно ожидая когда тонкая корка ранки лопнет и идеально белый подбородок Саске окрасится страшным, опасным цветом. Сгорит в кровавом пламени. Наруто почти желал этого. — Сегодня мы ночуем здесь, завтра выдвинемся, — Саске первым прервал их зрительный контакт, начиная рыться в рюкзаке. — У тебя есть план? — Да, — Наруто ждал долгие тридцать секунд, но Саске молчал. — Какой? — Потом, — И Наруто оставалось только смотреть в удаляющуюся спину Саске и кусать сухие губы. Ещё долго они шли в абсолютном молчании, мимо проносились новые пестрящие многоэтажки, сверкающие свежими стеклопакетами; множество автомобилей, сметающих с сухих дрог песок и тополиный пух, и низкие, с обшарпанной краской дома бедного района. Он особенно напоминал Наруто детство, дряхлые ручища высушенных засухой деревьев, испещрённых тонкими пальцами веточками, нависали над холмистым дорожками, норовя зацепиться за одежду или поцарапать лицо; когда-то Наруто упал с подобного дерева, почти с самой его верхушки, он летел вниз, сильно зажмурившись и цепляясь за ветки, раздирая кожу и ткань футболки, пока в голове билась мысль «будет больно», в какой-то степени ветки помогли ему, замедлив падение, и он выжил. Все его тело синело и краснело гематомами и царапинами, превратившимся в белесые полосы и разрывы, внутри треснуло несколько ребер, а рука вывернулась под неестественным, тупым углом, и кое-где можно было увидеть окровавленную кость выпирающую из мяса предплечья, а самое большое напоминание о том случае — его лицо. Тот день был его проклятием. Шесть тонких, невероятно симметричных белых росчерков на щеках были ничем иным как клеймом, три из них он получил из-за неосторожности при падении, три из-за жестокости с которой пришлось столкнуться позже. Наруто выплакал все глаза в свои пять, а они до сих пор бурлили синевой морей. Когда Саске остановился напротив неприметного, обшарпанного здания Наруто измывался от жары. Он обмахивался какой-то цветастой листовкой и растрепывал влажную от пота челку. Саске зашёл в здание и Наруто последовал за ним, внутри пахло сыростью и холодной цементной крошкой, каменная лестница уходила вниз, с каждой ступенькой теряя очертания, растворяясь в глухой, застывшей тьме. Саске спускался и по узкому, словно сточившемуся проходу и от стен отражался и множился шоркающий стук его шагов, Наруто не отставал, местная прохлада взбодрила, и он следил за сливающейся с темнотой спиной Саске и пропадающими ступеньками. Внизу их встретил удаляющийся коридор и мягкий, зеленовато-желтый огонек на его конце. Это место было пустым и ржавым, безжизненно глухим, тихим, Наруто здесь бы не смог — слишком душат и давят бетонные стены, им то хорошо стоять тут веками, не колышась и не думая о неизведанном, манящем свете, питающим все живое, и смотрят они как будто с высока своего незнания. Застоявшийся подвальный воздух был спертым и Наруто почувствовал подступившую рвоту. Саске, засунув руки в карманы, безразлично скользил по холодному бетонному полу, и тени перед ним расступалась, как бы признавая его авторитет и непоколебимую силу, размеренно текущую в венах. Наруто же прятался и шугался, доверившись своему спутнику и не желая вступать с тьмой в конфронтацию, держался к Саске как можно ближе, но достаточно далеко, что бы не попасть в поле его превосходящей любую темноту ауры. Балансируя на грани, Наруто выдохнул, когда далёкий огонек превратился в настольную лампу, стоящую на хлюпком, сколотом в некоторых местах, деревянном столе. За ним незаинтересованно сидел парень, покуривающий сигарету, пепельница на столе была забита окурками и небольшая комнатка перманентно пропахла дымом. Стоило Саске появится в поле зрения парня, как он заметно оживился. — Саске, — в его глазах, недавно удивлённых, застыло немое понимание смешанное с теплившимся в глубине страхом. Живым, неконтролируемым страхом, чувствуемым лишь секунду, словно по наитию, безусловному рефлексу. — Шикамару, хм, смотрю, ничего не меняется, — Саске усмехается, проводит пальцем по шершавой поверхности стола. — Ты тоже особо не изменился, разве что отрастил мускулатуру, — Шикамару вернулся к сигарете, облокачиваясь на спинку стула, — оно и ясно. Почему ты здесь? — Непредвиденные обстоятельства, — он приподнял брови, показывая что больше ничего не скажет. Наруто отлепился от стены и выглянул из-за Саске. — А это ещё кто? — Шикамару нахмурился разглядывая Наруто. — Да так, запасной вариант, — он отмахнулся, двумя руками уперевшись в стол и нависнув над Шикамару, — вернёмся к делу. Думаю время платить по долгам. Шакамару вздыхает и смахивает пепел на пол, не удосужившись дотянуться до пепельницы. — Конечно, Саске. Ты можешь взять свою комнату, — он беспомощно развел руками и потянулся назад, небольшая дощечка с висящими на ней ключами скрипнула. Шикамару стащил ключ не глядя и протянул его Саске. На бирке темно зелёным маркером выведено размашистые нули и волнистая семёрка. Саске подкинул ключ, тут же его ловя, и с ухмылкой шагнул в противоположную от выхода сторону. Он толкнул массивную деревянную дверь и его, так естественно, поглотила тьма за ней. Наруто нахмурился, чувствуя себя послушным хвостиком, идущим в след за сумасбродным псом. — Иди уже, — Шакамару кивает на дверь и Наруто с подозрительным чувством беспокойства, словно вот она — точка невозврата, со скрипом заходит следом. Тут все ещё холодно и Наруто готов поклясться, как слышит шепот в глубине, в темном пятне перед глазами. Он вторит странному духу, воздуху промозглого коридора с бетонной крошкой оседающей на полу, он дышит неразборчивые слова Наруто на ухо, и убегает вперёд подхваченный невидимой силой, на последок махнув по плечу, словно зовя за собой. Наруто поежился, вслушиваясь в тишину, и поправил сумку. Саске на удивление хорошо ориентироваться в темноте, не сбавляя скорости шагал вперёд, Наруто его не видел, он честно говоря, не видел ничего, лишь шел на звук шагов, который был то ли спереди, то ли сзади, он и сам уже не скажет, но Наруто шел, с каждым разом шагая в неизвестность, и с облегчением находя под ногами пол.В темноте время и расстояние рассыпались на атомы и растворились, не имея значения, и когда Саске остановился Наруто не мог сказать сколько они уже прошли и сколько было до конца коридора. Был ли этот конец вообще? Или темнота поглотила весь свет без остатка, растворила пространство оставляя лишь иллюзию эха шагов? Когда послышался стальной лязг ключа о замочную скважину Наруто решил оставить загадку с коридором Шредингера до лучших времён. Ещё одна, судя по скрипу, деревянная дверь отворилась после трёх поворотов ключа и Саске зашёл внутрь щёлкая тумблером. Комнатку залил слабый грязно-ржавый свет, на полу развалился большой, ворсистый ковер с извилистыми рисунками, на который Наруто бы не рискнул встать босыми ногами. Стены, обклеенные однотонными то ли белыми, то ли желтыми обоями, чутко следили за посетителями немигающими бетонными глазами-дырами; в центре разместилась небольшая двуспальная кровать, застеленная коричневым колючим покрывалом, ее массивные деревянные ножки продавливали ковер, и Наруто был уверен, что в нем уже остались вечные вмятины. Саске сбросил рюкзак на пол, и он с глухим стуком впечатался в стену. Под самым потолком, в другой части комнаты, сжатое бетонными массами, примостилось узенькое решётчатое окно, едва пропускавшее свет. — Сиди здесь, — Саске оказался в проходе, едва Наруто со скрипом старой древесины раскинулся на кровати. — А ты…? — комнату оглушил стук захлопывающейся двери, следом раздался глухие щелчки поворачивающегося ключа. В комнате сгущался пыльный воздух. Сердце ускорило свой бит, когда до Наруто дошло, что он заперт в бетонной клетке. Было холодно, мурашки бегали по шее и ногам, а ещё страшно. Страшно быть одному, без выбора, без поблажек. Совсем как когда-то давно когда был несмышлёным ребенком, путающим левый и правый ботинок. Но что тогда, что сейчас Наруто не слишком сильно задумывался над завтра и просто был сейчас, а сейчас со свободой его разделяла только хлюпкая, многовековая дверь, которую несомненно можно было открыть в любой момент, а что будет когда она откроется? Идти некуда, а шанс столкнуться с Саске ещё хотя бы раз, безвозвратно стремиться к нулю. Остаться только как-то себя развлекать и главное отвлекать, под руку так удачно попался телефон, выпавший из кармана. Связи не было, но примитивные три в ряд и странные флеш игры помогли скоротать ещё около часа. Воздух в закрытой подвальной комнате быстро сперся, сгустился в ржавые облака и осел конденсатом на стенах и лёгких. Стало душно и жарко, так что Наруто быстро принял решение стянуть потную, грязную футболку в надежде, что где-то здесь есть душ или хотя бы чистая вода. Спустя ещё час, когда заряд на телефоне сократился почти на половину пришла смутная мысль, что Саске его здесь просто бросил, не желая возиться, но Наруто тут же ее отмел, заметив черный рюкзак у двери. Деньги бы он не оставил. Вдруг появился соблазн покопаться в вещах Саске, но Наруто не осмелился, зная, что с ним будет если Саске заметит, а он не сомневался — заметит. В горле было сухо и Наруто скатился к краю кровати, шаря рукой по полу в поисках сумки, она нашлась недалеко у изголовья. Он затащил ее на кровать, не беспокоясь о новом слое пыли на ней, и расстегнул молнию. Внутри плескался пятнистый комок свернутых наскоро футболок и шорт. У самого бортика была впихнута пластиковая бутылка воды, Наруто хватило десяти секунд, чтобы опустошить ее. Неподалеку нашелся какой-то батончик в шуршащей упаковке и он с наслаждением прожевал его, громко чавкая от слипающей зубы карамели. В комнате удалось найти розетку и Наруто удовлетворённо поставил телефон на зарядку. Что бы хоть как-то отвлечься, было принято решение покопаться в сумке, ее содержимое, ещё недавно свое, стало каким-то далёким, неважным, но стоило абстрагироваться от сложившейся ситуации и месиво внутри затянуло с головой. Перебирая носки, Наруто добрался до дна, где плотно прижатый со всех сторон вещами, ютился ежедневник. Идея описать случившееся складным языком показалась как нельзя удачной. Он раскрыл его, вытащив из внутреннего кармана ручку. Написал дату размашистым почерком, и вдруг, что-то тяжёлое и бурлящее вырвалось из недр, мысли раскатом волны потекли на желтоватую клетчатую бумагу, он писал, глубоко погружаясь в свои мысли и находя все новые грани восприятия. Он черпал слова из чернильного месива внутри, выскребывая густые, пузырящиеся комки собственных чувств и раздирая стенки. Когда мелкий почерк заполнял десятую страницу к ряду, дверь со скрипом распахнулась, Наруто, погруженный в дело и не услышавший поворот ключа в замочной скважине, дернулся закрывая ежедневник и с хрустом прерывая поток мыслей. Саске то ли не заметил, то ли намеренно не обратил внимание на странное поведение Наруто. — И… где ты был? — Наруто замялся, увидев бардак устроенный в комнате, но когда Саске взглянул на него он понял, что тому было совершено не до этого, — Ты что обдолбался? Наруто отодвинулся к изголовью, когда Саске завалился поперек кровати. В нос ударил стойкий запах алкоголя исходивший от неподвижно лежащего тела, под ложечкой заворочалось неприятное беспокойство. — Ты как? — Наруто пытался заглянуть тому в лицо, но оно было плотно скрыто в складках пыльного покрывала. Вдруг Саске перевернулся на спину и посмотрел снизу вверх так остро, что Наруто бросило в дрожь, несмотря на слабый контроль тела голова его была чиста. Или он, по крайней мере, хорошо делал вид, что была чиста. — Ты… — Наруто сглотнул, когда услышал хриплый полушёпот разбивающий в дребезги любое чувство, — блять, свали. — Я не могу, пока ты в таком состоянии, да и куда, — Наруто мутило от застоявшегося в комнате воздуха и пряного, густого перегара. Вдруг взгляд Саске поменялся, как будто поддавшись действию спиртного помутнел и расфокусировался. Он приподнялся на локтях и криво усмехнулся, скорее заученно, чем разумно. — А ты такой хороший, послушный мальчик, да? — Саске совсем потерял форму, растворился в пространстве обтекая Наруто со всех сторон своим глухим шепотом, вдруг он дотронулся до головы Наруто, сначала мягко проведя до затылка пальцами, а после сжимая короткие, пушистые волосы в кулак. Наруто, до этого застывши в немом удивлении и ожидании странного нечто, вздрогнул и попытался отстраниться от прикосновения, но чужая рука держала крепко. — Давай, помоги мне, — Саске потянул его на себя, отчего Наруто зашипел, но поддался, — хороший мальчик. — Саске, ты не в адеква… — рот плотно закрыла вторая рука, обжигая холодом разгоряченные губы. — Шшш, не надо говорить, тихо. Саске отнял руку от рта и потянулся к ширинке своих джинсов, сердцебиение Наруто участилось, а в голове пронеслись все безумные идеи покинутые возбуждённым мозгом, стало неожиданно страшно находиться рядом с Саске, и этот страх был хуже, чем любой из страхов которые он испытывал. Он пробивал насквозь, раздирая внутренности и паразитируя на мозге — обречённый страх неизбежности. Когда из чужих брюк показался налитый кровью член, глаза Наруто застелила какая-то белая пелена то ли из-за подступивших слез, то ли из-за шока. — Нет, нет, не надо, Саске, — Наруто начал тараторить, проглатывая звуки, голос вдруг осип и потерял любой смысл, — пожалуйста, не надо, я, — вдруг по щеке прилетела тяжёлая пощечина, Наруто задохнулся от боли и страха, чувствуя как во рту копится кровь из прокушенной кожи. — Я же сказал тебе молчать, не зли меня, — Наруто хотел перестать чувствовать сжимающую волосы на затылке руку и медленные, соленые капли на щеках, — Не бойся, я не сделаю тебе больно если будешь послушным. Саске вытер свободной рукой слезу с подбородка Наруто, отчего тот вздрогнул, и потянул его вниз, к паху. Наруто упёрся руками в бедра Саске, терпя боль и закусывая губу. Но Саске был настойчив. И силен. Когда губ коснулась головка члена, Наруто крепко зажмурился. — Давай, давай, — Саске сжал его щеки, оттягивая челюсть, и стоило Наруто на секунду поддаться, как рот заполнило, а в нос ударил мускусный запах смешанный с алкоголем, — Да, так, хороший мальчик. Саске не разжимал хватки, второй рукой придерживая за макушку, крепко фиксируя. Наруто чувствовал головку его члена во рту и эта мысль заставила почувствовать желчь подкрадывающуюся по стенкам горла. Дальше Саске только сбито дышал и иногда шептал мерзкие, грязные комплименты, заставляющие внутренние органы скручиваться и, медленно проталкиваясь в зафиксированный рот. Наруто едва мог сдерживать всхлипы, тело, находясь в неестественном положении, было напряжено до дребезжания мышц. — Шшш, поаккуратнее с зубами. В какой-то момент Саске толкнулся сильнее, почти доходя до стенки горла и Наруто понял что это была последняя капля. Его вывернуло наизнанку: от отвращения, страха, пыли оседающей на стенках желудка и рвотного рефлекса. Собственный желудочный сок вперемешку с кусочками шоколадного батончика съеденного накануне грязным месивом вырвалось наружу. Штаны Саске покрылись аляпистой лужей и Наруто вывернуло снова только от этого вида. — Блять! — Как только до затуманенного алкоголем и возбуждением мозга Саске дошло случившееся, он подорвался стаскивая джинсы, — Какого хуя, уебок? Поняв что и нижнее белье и тело измазано в рвоте, Саске скрипнул зубами, его член тут же упал. — Съеби отсюда, — он хрипел сквозь зубы, и Наруто отчётливо слышал угрозу в его голосе; держаться поблизости с Саске стало почти физически больно. Дверь за Наруто захлопнулась глухо и рвано. В коридоре было так же темно и холодно, как и когда он пришел сюда, но холод ранее чужой теперь поселился в нем, вонзая стальные зубы в мягкие ткани органов, сил хватило едва ли на пять шагов и Наруто запнулся о собственную ненависть падая на бетонный пол. В груди зияла дыра, заполненная клейкими сгустками грязного отвращения, томно бурлящими в минусовой температуре. Слезы вмерзли в кожу, превратившись в ледяные осколки, а отчаянный крик встал в горле, мешая дышать. — Эй, парень, что с тобой? — эхо зыбко отражалось от толстых стен, вторя чужому голосу. Сердце пропустило удар от страха быть застанным чуть ли не рыдающим на полу. Поэтому он быстро вытирает не образовавшиеся слезы и распрямляется, вглядываясь в темноту. — Все в норме, просто упал, здесь хоть глаз выколи! — стоило слабо воскликнуть осипшим голосом, как коридор залило все тем же сухим, жёлтым светом. Наруто с горьким удивлением обнаружил, что находится в самом конце длиннющего бетонного раскола. А в начале, привалившись к стене, стоит парень с ресепшена — Шакамару или как там его. Наруто неуверенно поплелся к выходу из давящего со всех сторон, глазастого коридора. — Выглядишь хреново. — Спасибо, — Наруто фыркнул, скорее по привычке, на деле же слабо обрабатывая информацию. — Ну и куда ты собрался? — Шикамару лениво следил за ним взглядом, когда Наруто уже собирался свалить из этого гадюшника. — В смысле? Тебе то что. —Я имею в виду, в таком виде. Не хочу что бы люди думали будто тут вшивый притон, — он изогнул бровь, красноречиво смотря на Наруто. Наруто и сам посмотрел на себя: без футболки и с влажными следами рвоты на штанах он выглядел в лучшем случае жалко. Пробубнив скомканное ругательство Наруто встал в ступор прямо посреди комнаты, возвращаться назад, как вариант даже не рассматривалось, а куда-то идти, как выразился Шикамару «в таком виде» было бы не лучшей идеей. Не то что бы в данной ситуации это бы его остановило, но Наруто не хотел привлекать к себе лишнего внимания, когда при себе был разве что счастливый билетик прошлогодней давности. Черт, даже телефон остался на зарядке. — Может по пиву? Наруто удивлённо вскинул голову, неожиданное предложение показалось иллюзией, выдумкой воспалённого разума, но ожидающий ответа взгляд напротив развеял тревожные сомнения. — Давай.