Ох уж эти городские

      Диана слабо помнила, как добралась до своей комнаты. Воспоминания кружили урывками. Миша приволок её в дом. Схватил первое попавшееся под руку — металлическую обувную ложку. Ударил. Резкая боль пронзила руку чуть выше локтя. Сейчас там красовалась глубокая царапина. Кровь на ней уже засохла, но огромный синяк вокруг не позволял толком двигать рукой. Девушка отчетливо запомнила, как нашла своё главное спасение — в кармане куртки оказался нож-бабочка. Но, к сожалению, Диана не могла вспомнить, воспользовалась она им или нет. Сейчас нож лежал у девушки под подушкой, а сама она его крепко сжимала в руке. Все дальнейшие воспоминания были как в тумане. Счёт времени Майер уже давно потеряла. Самочувствие ухудшалось с каждым часом. На следующее утро она проснулась в бреду и долго ворочалась в кровати, пока не провалилась в сон. Но даже там не нашла спокойствия. Снова пришел Рома. Диана помнила каждое его слово и, когда проснулась, прокручивала их в голове. Девушку мучили тысячи вопросов. Самым важным, не покидавшим её ни на секунду был: а придет-ли за ней кто-нибудь? Будут ли волноваться братья? Или бабушка, убедившись, что внучка дома, не позвонит своим внукам? Рассчитывать же на помощь женщины было глупо — она не сможет подняться на второй этаж в силу возраста.       В те редкие моменты, когда Диана просыпалась, а лихорадка отступала, девушка спешила сесть за стол и начать рисовать. Почему-то именно это заставляло отвлечься от всех мыслей, почувствовать себя, наконец, спокойно. Но расслабиться полностью всё равно не получалось: появлялся то жар, то холод. Девушка, в конце концов, не выдержала. Она поставила окно на проветривание, а сама села за стол, чувствуя как прохлада постепенно охватывает комнату и её тело.

----------- ✶ -----------

      Рома был уверен, что такого чувства как «испуг» он лишился ещё в далеком детстве, когда они с Бяшей увидели черный гараж. В тот раз все закончилось хорошо, все остались живы. Как бы трудно это ни было признавать, но в тот момент, когда бурят заглянул за пугающие двери и заорал от ужаса, Рома испугался в первую очередь за своего друга. С тех пор прошло чертовски много времени: множество веселых приключений, несчетное количество пьянок, даже коренные зубы Бяши выросли и он перестал смешно шепелявить. И всё-таки страх за друга — единственного близкого человека во всём мире — иногда прокрадывался в самые страшные кошмары.       И сейчас, спустя почти 5 лет, страх вернулся. Накатил с ещё большей силой, когда Диана не пришла в школу. Конечно, оставалась слабая надежда, что она просто плохо себя чувствует и поэтому решила остаться дома. Именно с таким предположением парень подошел к Диме после первого урока.       — Не знаю, может быть, — уклончиво ответил тот. — Она не отвечает на звонки.       — Может, не слышала?       — Если бы телефона не было на втором этаже, я бы тоже так подумал, — развёл руками Дима. — Ужасно за неё волнуюсь. Вчера весь вечер не покидало чувство тревоги, — вдруг признался он, а у Ромы защемило сердце.       — Знаешь, у меня тоже не хорошее предчувствие. Прямо как перед дракой, в которой точно знаешь, что проиграешь.       Парни ненадолго замолчали. Мысли их были схожи.       — Значит после уроков сходим домой вместе. Я заодно вещи сложу.       — Куда? — не понял Пятифанов.       — А, да мы с Дианкой хотим к Дане переехать.       И Рома не выдержал — рассказал всё, что вчера произошло. Дима выслушал молча, не перебивая, но глаза его выдавали: в них плескался страх за сестру. Всё так же, не говоря ни слова, он подошёл к своей парте, взял рюкзак и поспешил к выходу из класса. Пятифанов понял его без слов. Сам тоже взял рюкзак и пошел за другом.       Дима на ходу достал свой телефон-раскладушку и кого-то набрал.       — Дань, это срочно! — Рома не слышал, что старший Майер говорит, но Дима выглядел встревоженным. — Едь к дому мамы. Надо забрать Диану, я тебе всё потом расскажу.       На том конце провода что-то ответили, а парень нажал сброс и сложил телефон обратно в карман.       — Слушай, Ром, а почему ты вчера её отпустил? — видимо, этот вопрос уже давно крутился у него в голове.       — Не знаю… Миша сказал, что от Дани получим и я, и Диана… Честно, в какой-то момент проскользнула мысль, что он ведёт её домой. Наверное, поэтому… Я пиздец как за неё волнуюсь.       — Только поэтому я тебе ещё не въебал. Знаю, что ты не специально.       Они замолчали и поспешили выйти из школы. Улица встретила уже привычным морозом и хлопьями снега. Дима шёл чуть впереди, хотя, вернее было бы сказать бежал.       Возле ворот их встретила зелёная машина, рядом с которой стоял Даня. Парень облокотился на капот и курил.       — Дим, знаешь, это совсем не смешно, — тут же заговорил он, увидев младшего брата. — Ты срываешь меня с работы и говоришь, что это срочно, но ничего не объясняешь.       — Дань, Миша поднял руку на Диану, — только и смог выдавить парень, наблюдая как в немом страхе, беспокойстве и удивлении округляются глаза старшего брата. — Ещё несколько дней назад.       — И ты ничего не сказал? — тут же гаркнул Даниил.       — Она меня попросила! Я знаю, что поступил не правильно! Но сейчас дело не в этом!       Рома вкратце рассказал о вчерашнем дне. Даня вцепился себе в волосы, больно оттягивая их назад.       — Господи… — только и смог выдавить он из себя. — Так. Дима, идешь ко мне и сидишь там. Ты, Рома, идешь к себе. Я разберусь.       — Нет, — тут же хором возразили друзья.       — Да! — рявкнул Даня. — И так много чего натворили! Ещё больше проблем мне не нужно!       Рома и Дима переглянулись. Спорить со старшим Майером было сложно априори, но когда он был на нервах — невозможно.       — Дань, только скажи потом как всё прошло.       Парень кивнул и повернулся к ним спиной, обдумывая план действий.

----------- ✶ -----------

      Всю следующую ночь Рома не мог уснуть. Дима, как и обещал, позвонил ему вечером и сбивчиво объяснил, что Диана не приехала. Миша просто не пустил Даню на порог. Ордера на обыск, которым он хотел воспользоваться чтобы попасть в дом, у того не было, а значит всё происходило по закону, не придерёшься.       Нервозность лишь росла, когда Диана снова не появилась в школе.       — Слушай, Дим, — парень поймал друга в коридоре. — Что Даня говорит?       — Через несколько дней будет готов ордер, тогда и пойдёт.       Майер выглядел нервным, раздраженным, уставшим и Рома мог поклясться, что и сам выглядит не лучше сейчас.       — А тебе не кажется, что через несколько дней всё станет только хуже? — нахмурился он.              — Кажется, но что можно самим сделать?       Рома задумался на пару секунд, вспоминая дом. Окна комнаты удобно выходили на крышу террасы, а рядом росло дерево. В целом, он бы смог долезть до девушки.       — Сегодня в семь будь готов, — только бросил парень и зашел в кабинет.

----------- ✶ -----------

      Диана уснула, сидя за столом. Она положила голову на руки и не двигалась.       Именно в таком положении увидел её Рома, когда стоял на скользкой от снега черепице и думал как попасть к ней в комнату. На стук в окно девушка не реагировала. Её брат стоял с Бяшей внизу и недовольно ворчал себе под нос — они с Басаевым спорили кто полезет к Диане. Дима уверял, что это должен быть именно он, в то время как Бяша говорил, что ему легче — сноровка получше и веса поменьше. Рома же, воспользовавшись их перепалкой, сам полез к Диане и сейчас пытался попасть к ней в комнату.       Взгляд упал на приоткрытое окно. Все складывалось очень удачно. Привстав на цыпочки, Пятифанов схватился и повернул ручку, открывая окно. С подоконника он спрыгнул в комнату и аккуратно дотронулся до плеча Майер. Девушка только невнятно что-то пробормотала.       Взгляд парня упал на открытый блокнот. Часть листа скрывала её рука, но все же рисунок он смог рассмотреть. Весело улыбаясь, на него смотрел собственный портрет. Аккуратно приподняв холодную ладошку и вытянув блокнот, Пятифанов всмотрелся и в рисунок поменьше — свой профиль. Не такой проработанный, как портрет, но все же легко узнаваемый. Парень аккуратно выдрал лист и спрятал его во внутреннем кармане.       — Диана, вставай. Мы за тобой пришли, — прошептал Рома.       Она почти тут же встрепенулась и сонно заморгала глазами. Когда взгляд приобрел ясность и Диана, наконец, посмотрела на парня, в её глазах мелькнула усталость и грусть.       — Неужели, опять ты?.. — тихо прошептала она. — Почему ты снова и снова приходишь?       — Что? — не понял Пятифанов. — Мы пришли тебе помочь. Там внизу Бяша и Дима.       — Ты опять это говоришь, — Диана покачала головой, а в глазах блеснули слезы. Было непонятно появились они из-за болезни или чего-то ещё. — Почему тогда здесь стоит не Митя? Почему мне все время снишься именно ты? Зачем ты меня мучаешь?       — Диана, — Рома старался говорить спокойно, но внутри всё кипело: неужели он ей снится? Но почему тогда она сказала «мучаешь»? — Ты не спишь. Мы действительно пришли за тобой.       В зеленых глазах мелькнуло недоверие.       — Ты всегда так говоришь. Всегда. — она устало вздохнула и встала. — Но никогда не уводишь отсюда… Только издеваешься…       Рома совсем растерялся, но постарался успокоиться: сейчас нужно спустить её вниз.       — Диана, — парень сделал шаг к ней и легонько встряхнул, взяв за плечи. — Посмотри на меня, — когда девушка подняла на него взгляд, продолжил. — Я никогда бы не стал тебя мучить. Ни-ког-да. Я пришёл помочь.       Майер неожиданно усмехнулась.       — Никогда? Ты стоишь тут, а значит уже мучаешь меня. И если это не сон, то все ещё хуже.       С каждым новым произнесенным ею словом, Пятифанов запутывался всё сильнее.       — Что я делаю не так? — всё-таки не выдержал он. — Я никогда и не думал издеваться над тобой.       — Да? Даже в тот вечер, когда поцеловал? Каждую ночь приходишь и повторяешь этот кошмар… А я так не могу… Это всё только во сне, а в жизни ты на меня и не посмотришь…       Девушка судорожно вздохнула и села на кровать. Рома опешил, замерев на месте. Боялся, что если пошевелит хотя бы мизинцем — она опровергнет свои слова. Ведь не может этого быть: ей снятся почти такие же сны как и ему! Только она, видимо, воспринимает их за кошмары, в отличие от него.       — Диана… — Рома сел рядом с ней на кровать. — Мы поговорим об этом, но не сейчас. Когда выздоровеешь. Лучше скажи, где твоя куртка?       — На первом этаже… — пробормотала она, а в глазах мелькнуло осознание на пополам со смущением и страхом — наконец поняла, что это действительно не сон.       — Я сейчас вернусь, а ты пока оденься потеплее.       Рома бесшумно отпер дверь и выскользнул в коридор. Спустя пару минут, которые для Дианы проскользнули как вечность, он вернулся с курткой, шапкой и ботинками. Девушка быстро оделась. Кажется, даже болезнь отошла на второй план, но Пятифанов всё же косился на неё с беспокойством. И не удивительно — красные воспалённые глаза, бледная кожа, сухие, потрескавшиеся губы и взлохмаченные волосы не внушали здорового вида.       — Пойдём.       Рома первый выскочил на крышу, подавая руку Диане. Навес был горизонтальным, так что передвигаться по нему было не сложно. Опасность доставляли лишь обледенелые черепицы. Бяша и Дима достали из гаража лестницу, приставив её к краю крыши, так что Рома и Диана без трудностей спустились вниз.       Дима тут же обнял сестру, утыкаясь носом ей в шапку.       — Я так за тебя испугался… — только и смог выдавить он.       — Мить, но я же теперь рядом… — Диана уткнулась брату в плечо.       Кажется, за последние пару дней она наконец-то чувствовала себя в безопасности.

----------- ✶ -----------

      Голова неприятно гудела, когда девушка открыла глаза. Первое, что она увидела — светлый потолок, который показался незнакомым. У неё в комнате он был деревянный, здесь же был заклеен обоями. В центре располагалась стеклянная люстра. Диана удивленно осмотрелась. Она никогда раньше не видела эту комнату, но обстановка казалась смутно знакомой. В голове всплывали неясные образы, но пазл отказывался складываться в единую картинку.       Неприятно морщась от слабости во всем теле, Диана с трудом приняла сидячее положение. Горло неприятно першило, словно она не пила несколько дней.       Где она? Что случилось?       За дверью послышались недовольные голоса.       — Дима, я всё сказал!       — Нет! Она и моя сестра тоже! Ты не можешь мне так просто запретить пойти к нему!       — Дима, прекрати! Я уже этим занимаюсь. Миша за всё ответит, но для начала должны приехать родители.       — И что они сделают? Потащат его по судам. А я…       — Если ты с ним подерёшься, только усугубишь ситуацию! Дай разобраться взрослым самим.       Диана внимательно вслушивалась в голоса братьев, с каждым новым словом вспоминая прошедшие дни. Волна облегчения накатила с головой — сейчас они у Дани, в безопасности.       Всё ещё чувствуя слабость, она свесила с кровати ноги и встала, пошатнувшись. Диана вовремя схватилась за изголовье кровати, это помогло ей удержать равновесие. Девушка очень медленно двинулась в сторону выхода из комнаты. За дверью продолжали спорить и даже не заметили, как в гостиную зашла Диана.       — Можно воды? — прохрипела девушка, совсем не узнавая собственный голос.       Братья замолчали и резко развернулись.       — Диана… — Даня оказался рядом сразу, подхватывая сестру и прижимая к себе, понёс в комнату. — Никогда больше так не делай. Ты нас напугала.       Усадив сестру на кровать, он прижался своим лбом к её.       — Не буду, — прошептала она.       Непрошеные слёзы застили глаза — она наконец-то дома. Даня и Дима рядом, ей ничего не угрожает. А сколько заботы и переживания было в голосе брата. Да, Миша точно соврал, когда говорил, что она никому не нужна.       Диана перебралась к брату на колени, обнимая его и позволяя слезам скатываться по щекам. Вместе с ними, кажется, уходили и все тревоги последней недели. Брат только гладил её по спине и волосам.       Дима зашел в комнату, поставил чашку с водой на тумбу и сел рядом. Сестра тут же заключила близнеца в свои объятия. Он ответил ей тем же.       — Дурашка, чего ты плачешь? Мы же теперь рядом.       — Тебе надо отдохнуть, — Даня мягко отстранился от сестры, целуя её в лоб. — Я сейчас принесу лекарства.       Диана укрылась одеялом, и как только дверь за старшим братом закрылась, она посмотрела на Диму.       — Митя, сколько я вот так пролежала?       Брат вздрогнул и внимательно всмотрелся в лицо сестры, словно размышляя говорить или нет. Девушка легонько сжала его пальцы.       — Три дня. И еще чуть больше суток там…       — Ты что-то не договариваешь, — тихо прошептала она.       Дима глубоко вздохнул. Казалось, одни только воспоминания об этих днях причиняют ему нестерпимую боль.       — У тебя была высокая температура и лихорадка. Раз в 12 часов обязательно начинала что-то бормотать. Про гараж, сову, Рому. Я ничего не понял… Ты что-то из этого помнишь?       — Очень смутно, — покачала головой Диана.       — Ладно, — кивнул парень и вдруг улыбнулся. — Главное, что ты сейчас в порядке.       Даня принес таблетки и собирался что-то сказать, но в прихожей раздался звонок. Выругавшись сквозь зубы, он вышел. Девушка молча выпила лекарство и легла поудобнее. Когда Дима собрался встать, она аккуратно придержала его.       — Мить, посиди со мной…       Парень кивнул и, облокотившись на спинку кровати, остался.