Сон наяву

      Второй день в школе начался с того, что Тереза сбросила клетку с Коростой на пол, тем самым разбудив всех раньше времени. Вины она не чувствовала, лишь смотрела на крысу взглядом, полным презрения. Странно было видеть, такой взгляд у кошки. Ребята оказались понимающими и не стали слишком долго причитать, лишь попросили оставлять Терезу, либо Коросту снаружи, чтобы такого больше не повторялось. Позволить спокойно находиться Петигрю в нашей спальне, я не мог, поэтому, попросил Рона оставлять крысу в гостиной. По началу, он отказался, но потом согласился, когда я сказал, что Тереза меня успокаивает, отчего мне легче спать. Видимо он понимает, что парню, который недавно потерял память, и практически ничего не помнит, очень важно иметь что-то, что будет помогать ему восстановиться.       Завтрак прошел также, не считая того, что на этот раз, Гермиона меня игнорирует. Не пойму, из-за чего она обижается? Да, может я не поделился тем, зачем мне эта информация, но ведь это может быть личным. Как же она этого не понимает? Хотя, если посмотреть её глазами, парень, который живёт в семье волшебников и не боится произносить имя Тёмного лорда, выглядит как минимум странным, учитывая, что эти семьи пережили. Но всё равно, почему она обижается? Понять девушек, даже в таком возрасте, довольно тяжело. Жаль конечно, что так происходит. У неё очень интересный склад ума, но вот характер, оставляет желать лучшего. Ну в этом вся Гермиона.       Из уроков, сегодня только История магии и Трансфигурация. Первый, прошел как и вчера, скучная и монотонная лекция от профессора Бинса и конспектирование его слов, с помощью перьев и чернильниц. Второй урок, выдался довольно сложным и интересным. Умная, но строгая, Макгонагалл произнесла очень суровую речь, как только мы, первокурсники в первый раз пришли на ее урок и расселись по местам.       — Трансфигурация — один из самых сложных и опасных разделов магии, которые вы будете изучать в Хогвартсе, — начала она. — Любое нарушение дисциплины на моих уроках — и нарушитель выйдет из класса и больше сюда не вернется. Я вас предупредила.       После такой речи всем стало немного не по себе. Затем профессор МакГонагалл перешла к практике и превратила свой стол в свинью, а потом обратно в стол. Ребята были жутко поражены и начали изнывать от желания поскорее начать практиковаться самим, но вскоре поняли, что научиться превращать предметы мебели в животных они смогут еще очень нескоро.       Потом профессор МакГонагалл продиктовала нам несколько очень непонятных и запутанных предложений, которые предстояло выучить наизусть. Затем она дала каждому по спичке и сказала, что мы должны превратить эти спички в иголки.       — Во время Трансфигурации важно делать уверенные и решительные движения палочкой. Не крутите и не вращайте вашей палочкой без надобности, в противном случае превращение несомненно будет неудачным. Перед тем как приступить к применению Трансфигурационного заклинания составьте чёткий мысленный образ предмета, который вы надеетесь создать. К концу урока только у Гермионы спичка немного изменила форму—профессор МакГонагалл продемонстрировала всему курсу заострившуюся с одного конца и покрывшуюся серебром спичку Гермионы и улыбнулась ей. Эта улыбка поразила всех не меньше, чем превращение стола в свинью, — ведь казалось, что профессор МакГонагалл вовсе не умеет улыбаться, хотя для меня, это не было неожиданностью. На этом урок был закончен. Домашнее задание: повторить сегодняшний урок, и на следующем, продемонстрировать выученное. За всё это время, мне так и не удалось трансфигурировать свою спичку.                          Оказалось, что магия не такая простая, как я думал. Трансфигурация, сравнима с математикой. Кажется, очень трудной, если не знать правил. Вот так и тут, нужно постоянно держать в голове, основные трансфигурационные законы, а также представлять образ того, во что ты хочешь превратить предмет. На сегодня это был последний урок. До обеда оставалось три часа. Не обращая внимание на остальных, я побежал по лестнице на восьмой этаж. На этаже, к тому моменту никого не было, т.к. у старших курсов, начались уроки. Поэтому без труда, я пробрался в выручай-комнату.              Внутри, книг было гораздо больше, чем в библиотеке. Вчера я этого не заметил, но книги оказывается, расположены в определённом порядке. Некоторые из них, были потрёпанные, другие выглядели новыми, но тиражировались сто лет назад. Самыми любопытными, были книги тысячелетней давности. У них был отдельный стеллаж, не такой большой как у остальных. Там располагалось, примерно триста книг. Тома были увесистыми, сделанные из пергамента. Крышки переплётов сделаны из дерева и обтянуты кожей. Было тут несколько книг, украшенных золотом, серебром и слоновой костью. Прочитать к несчастью, их, я не смог. Так как они были написаны на латыни. Из большинства тысячелетних книг, меня привлекла книга, на корешке которой, красовалась чёрная кошка, с надписью «a diaboli animalis». Я решил проверить это название. Поэтому достав из школьной сумки перо, чернильницу и клочок пергамента, я его записал, дабы перевести в будущем. Вдруг в этой книге, я что-нибудь найду. Остальные книги разочаровывали. Книг о животных, хоть как-то похожих на кошек, было очень мало. Их можно посчитать по пальцам руки. К сожалению, в них, ничего полезного не было, зря только потратил время. Одним словом — разочарование.       Проверив по карте, нет ли людей с наружи, я выбрался и пошел на обед, после него, уже вернулся в гостиную, с одногруппниками. Настроения общаться, у меня не было. Поэтому я сел делать домашнее задание.       Каждый занимался своим делом. Кто-то как и я, делал домашнее задание, кто-то шумно общался между собой, другие играли в плюй-камни или взрывные карты. В одиночестве кроме меня, сидела только Гермиона, и к моему удивлению, Рон. С ней всё понятно, на меня она скорее всего, обижается, а с другими одногруппниками, ей поладить еще не удалось так как слишком сильно пытается быть примерной ученицей и этим отталкивает остальных. Но Рон… Он ведь общительный парень, почти душа компании. В поисках собеседника, он осматривал гостиную, но никого не нашлось, пока не заметил меня, упражняющегося с трансфигурацией. — Как успехи с трансфигурацией? Получается? — Пока не очень. Думаю, этот предмет не для меня. — Понимаю дружище. Мне тоже пока не удалось освоить это заклинание. Всё время неудачно. — Можем позаниматься вместе, если хочешь. — О, было бы славно. А то Дин с Симусом куда-то ушли, а Невилл засел в библиотеке и читает книги по травологии. Через двадцать минут наших тщетных попыток, превратить спичку в иголку, Гермиона не выдержала и подошла к нам. — Просто представьте образ иголки в голове и держите при этом палочку ровно! — раздраженно сказала она. — Мы пытаемся, не видишь?! — гневно ответил Рон. — О, так это вы называете попытками? — едко ответила Гермиона. — Всё в порядке, у нас получится. Давай еще немного потренируемся, если не выйдет, попросим совета у Перси. — прервал я начинающуюся сору. — Как же она бесит! — сказал Рон, когда она ушла в спальню для девочек. — Вот сидела бы себе и читала книгу, нет-же, нужно обязательно кому-то дать указания.       Спорить с Роном я не стал, потому что не было смысла. Он всё равно поменяет своё мнение о ней позже. Только вот… Без Гарри, того переломного момента, может и не быть. Можно конечно попробовать сдружить их, без подвергания опасности Гермионы, но мне кажется, что Рону, нужно увидеть, что она не такой плохой человек, каким он её рисует. А можно конечно оставить всё как есть. Вот только в этом случае, они не будут уже друзьями и скорее всего, будут одиноки друг без друга. Рушить такую дружбу я не хочу, они мне как родные.Столько раз они вытаскивали меня из депрессии, в моём мире, каждый раз показывая, что есть на свете, настоящие друзья, о которых я мог только мечтать. Как же я могу допустить такое?       День прошел быстро, оставляя после себя, горькое послевкусие. Следующий прошел также. Травология была первым уроком. Нам показали «Ядовитую тентакулу», а также научили избавляться от «Колючки обыкновенной», с помощью заклинания «Инсендио». Про растения, мы читали перед уроком, так что на осмотр растений, у нас ушло минут 10. Остальное время, мы разучивали заклинание, и только к концу урока, нам дали поработать с колючкой. Это был единственный урок, который проводился днём. Ночью, у нас была астрономия. Теперь каждую среду ровно в полночь, нам нужно смотреть в телескопы, изучать ночное небо, записывать названия разных звезд и запоминать, как движутся планеты. Информацию про Терезу я даже не пытался искать. Единственная надежда, это на ту тысячелетнюю книгу, которая на латыни. Увы, перевести её, я не могу, а человека, который её переведёт, у меня нет. Думаю, пока отложу эту загадку на потом, спешить мне некуда. Сейчас, я решил заняться разгадкой медальона. Некоторое время, я о нём и не вспоминал, но сегодня, пришло письмо от родителей:       «Сынок. Мы очень рады, что ты нам написал. Когда мы узнали, что ты попал на Гриффиндор, твой отец не мог в это поверить. На некоторое время он потерял дар речи. Конечно, он рад за тебя, но первая реакция, была несколько забавной. Ты скорее всего этого не помнишь, но Марк, в школе, постоянно соревновался с твоим факультетом. Ему постоянно казалось, что на этот факультет, распределяют редкостных тупиц, уже когда повзрослел, он перестал так считать. У него даже есть несколько друзей в министерстве из Гриффиндора, но, видимо, некоторые школьные обиды, он не забыл. Не бери на свой счет, отец хоть и отреагировал так, всё же рад, за тебя и желает тебе удачи. Он также простил тебе передать, что про медальон, тебе так просто не расскажет. Это некая традиция нашей семьи. Тот, кому педают медальон, должен сам разгадать его секрет. Но Марк не одобряет эту традицию, поэтому он даст тебе маленькую подсказку. Этот медальон, помогла создать знаменитая четвёрка Хогвартса, какая, ты уже должен был догадаться. И каждый из них, вложил в него частичку своей магии. Вот и вся подсказка. Теперь, хочу сказать пару слов от себя. Я очень за тебя рада, Гриффиндор, это конечно не Когтевран, но уверена, ты в нём освоишься. Если честно, я думала ты попадёшь на Слизерин. У тебя характер как у отца, но как видишь, я ошиблась. Дома, у нас всё хорошо, без особых изменений. Моя аптека в последнее время битком, и зелья моего приготовления становятся популярнее. Твои Бабушка и Дедушка, очень интересуются твоими успехами в школе. Пришлось им напомнить, что ты только поступил, так что еще рано, о этом говорить. Также, я очень рада, что Терезе комфортно в школе. Береги её. По поводу совы, с которой ты прислал письмо. Тебе комфортно пользоваться школьной совой? Может мы тебе купим свою? У нас проблем с деньгами нет. Только скажи и на Рождество, у тебя уже будет собственная сова.PS: Ты там нормально питаешься? А какие у тебя отношения с учителями? В своём письме, ты мало о чём писал. Весь в отца, такой же не многословный. Пожалуйста, по мере возможностей, пиши побольше, мы переживаем.»       Было приятно получить такое письмо. Знать, что у тебя есть родители, которые за тебя волнуются, заставляют испытывать чувства, которые ты не мог испытывать раньше.       А в четверг, для меня, была настоящая клоунада. Первым уроком, была защита от тёмных искусств. Вёл его конечно, Квирелл. По началу, я немного волновался, всё-таки у него на затылке сидел Волан-де-морт, но потом, понял, что переживал зря. Как и написано в книге, его кабинет насквозь пропах чесноком, которым, как все уверяли, Квиррелл надеялся отпугнуть вампира, которого встретил в Румынии. Он изображал человека, который очень боялся, что тот вампир вот-вот явится в Хогвартс, чтобы с ним разобраться. Смотреть на этот спектакль, было противно, зная, как события будут разворачиваться дальше. Если честно, думаю этот профессор, самый худший в школе. Напоминает моего преподавателя в универе, который через каждое слово, говорил «так сказать». Мы даже считали, сколько он это слово повторил за лекцию. Сто восемьдесят раз. И так, делал каждый курс, который слушал его лекции. А с Квиреллом, почти тоже самое, только он заикается. Поэтому, разобрать что он говорит, очень тяжело, а записать тем более. Я удивлён, как можно так притворятся? Уже на первой лекции, я бы как-то себя выдал, он же, бесподобно.       На втором уроке, снова была травология, она у нас трижды в неделю. На фоне урока с Квиреллом, этот был на порядок лучше. В этот раз, мы повторили то, что изучали на предыдущих занятиях. Даже поработали с большими колючками и закрепили заклинание «Инсендио». В целом, этот день тоже, прошел быстро. Только в этот раз, я провёл больше времени с ребятами. Пятница же, ожидалась очень интересной. Два урока зельеварения со Снейпом. В книгах, он описан неоднозначным персонажем. Сначала, нам показывают, что это персонаж, который ненавидит главного героя и всеми силами, пытается сделать его жизнь хуже, потом показывают, что он его защищал, всё это время, хоть и ненависть к Джеймсу, переносил на Гарри. Как вспомню, так постоянно появляются различные мысли на этот счет. А сейчас, я могу лично встретиться с ним. Вот интересно, какой он в жизни?       Утром, Перси отвёл нас к его классу. Он, как и было написано, находится в подземелье. Тут было холодно — куда холоднее, чем в самом замке. Вдоль всех стен стояли стеклянные банки, в которых плавали заспиртованные животные, различные веточки и непонятные растения. Снейп, как и Флитвик, начал занятия с того, что открыл журнал и стал знакомиться с учениками. Закончив знакомство с классом, он обвел аудиторию своим внимательным взглядом. Глаза у него были черные, как ночное небо и были холодными и пустыми. Если бы я был обычным первокурсником, я бы подумал, что он хочет всех убить, но зная то, что он пережил, начинаешь видеть всё в другом свете. — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, — начал он. Снейп говорил почти шепотом, но все отчетливо слышали каждое слово. Как и профессор МакГонагалл, Снейп обладал даром без каких-либо усилий контролировать класс. — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… Я могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.       «Обалдеть не встать! Слышать это в живую, просто потрясающе! Как же красиво он говорит, сразу видно, что человек, разбирается в своём деле. А его саркастичность, это высший уровень. Почему-то раньше, он мне казался другим, каким-то злодеем или отрицательным персонажем, сейчас же он вызывает восхищение, даже не понимаю, почему. ” После этой короткой речи царившая тишина стала абсолютной. Гермиона нетерпеливо заерзала на стуле — судя по ее виду, ей не терпелось доказать, что уж ее никак нельзя отнести к стаду болванов. — Уизли! — неожиданно произнес Снейп. — Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни? Лицо Рона, словно говорило: «Измельченный корень чего с настойкой чего?». Зато Гермиона явно знала ответ, и ее рука взметнулась в воздух. — Я не знаю, сэр, — ответил Рон. На лице Снейп появилось презрительное выражение. — Так, так… Очевидно, интеллект вашего отца, вы не унаследовали. Что ж, хорошо, давайте спросим вашего соседа по парте. — Снейп упорно не желал замечать поднятую руку Гермионы. — Роули! Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать? — Его извлекают из желудка козы, так что, думаю либо у тех, кто это уже сделал, либо придётся доставать самому. — Какими свойствами он обладает? — Ну, он является противоядием от большинства ядов. — Хорошо, Роули, а в чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха? — Если не ошибаюсь, то волчья отрава и клобук монаха — это одно и то же растение, известное как аконит. — Видимо, вы не такой бездарный, как ваш сосед. Может вы знаете ответ и на первый вопрос? — Получится усыпляющее зелье, которое по своим свойствам, настолько сильное, что его называют напитком живой смерти. — Прекрасно. Похоже не все гриффиндорцы отстают в развитии. Так! Почему никто не записывает?       «Мда, повезло, что я решил почитать учебники перед учёбой, сейчас бы получил порцию оскорблений в свой адрес. Последнее оскорбление, было немного жестким, думаю, гриффиндорцы, уже возненавидели этот предмет.»       После его слов все поспешно схватились за перья и зашуршали пергаментом. Для первокурсников моего факультета, уроки Снейпа обещали быть не самыми приятными. После того как Снейп получил ответы на свои вопросы, произошло еще кое-что совсем безрадостное. Снейп разбил учеников на пары и дал нам задание приготовить простейшее зелье для исцеления от фурункулов. Он кружил по классу, шурша своей длинной черной мантией, и следил, как все взвешивают высушенные листья крапивы и толкут в ступках змеиные зубы. Снейп раскритиковал всех, кроме Малфоя, которому, очевидно, симпатизировал и к удивлению, меня. В тот момент, когда Снейп призвал всех полюбоваться, как Малфой варит рогатых слизняков, класс вдруг наполнился ядовито-зеленым дымом и громким шипением.       Невилл каким-то образом умудрился растопить котел Симуса, и тот превратился в огромную бесформенную кляксу, а зелье, которое они готовили в котле, стекало на каменный пол, прожигая дырки в ботинках стоявших поблизости учеников. Через мгновение все с ногами забрались на стулья, а Невилл, которого окатило выплеснувшимся из котла зельем, застонал от боли, так как на его руках и ногах появились красные волдыри. — Идиот! — прорычал Снейп, одним движением ладони сметая в угол пролившееся зелье. — Как я понимаю, прежде чем снять котел с огня, вы добавили в зелье иглы дикобраза? Невилл вместо ответа сморщился и заплакал —теперь и нос его был усыпан красными волдырями. «Похоже, я поторопился со своей оценкой. Как преподаватель, он ужасен. Такое обращение к детям, вызывает негативное чувство к нему. Если бы он обращался так ко мне, мне бы было безразлично, конечно немного неприятно, но терпимо. А вот детей жалко, им приходится это терпеть. А ведь, у меня тоже были такие учителя, не такие падкие на оскорбления, но заставляющие тебя думать, что ты полный идиот и опускали твою самооценку до самого дна.» — Отведите его в больничное крыло, — скривившись, произнес Снейп, обращаясь к Симусу. — Продолжайте работу. — сказал он всему классу. Спустя час, мы вышли из класса и поднимались по лестнице. У ребят были грустные лица, словно головы были забиты различными мыслями. Видимо, стерпеть Снейпа способен только я, ну может еще Гермиона, но и у неё лицо нерадостное. Только сейчас мне пришло в голову, что впереди выходные. Если честно, неделя выдалась довольно тяжелой, хоть и в большинстве случаев я справлялся. Думаю, пока можно сделать домашнее задание Снейпа, а потом уже наслаждаться отдыхом, не хотелось бы откладывать всё на потом. — Почему Снейп такой козёл? — нарушил тишину Рон. — Ну подумаешь Невилл ошибся с зельем, но зачем было кричать и оскорблять его? — Такой уж он человек, смирись. — сказал Симус. — Почему тогда его взяли в преподаватели? Он же ненавидит всех учеников, хотя к слизеринцам это не относится. — продолжал ворчать Рон. — Ну, он отличный зельевар, может поэтому. — влезла в разговор Гермиона, чем вызвала у Рона негативную реакцию. — Как ты можешь его защищать? Ты слышала, что он про нас говорил? По его мнению, на нашем факультете учатся стадо болванов, мы отсталые в развитии, я бездарный, а Невилл идиот! И это только первый день, как он у нас преподаёт! Только представь, что мы будем выслушивать на следующих занятиях. Мне кажется его взяли не за то, что он отличный зельевар, а за его искусство высмеивать других. Гермиона на это ничего не ответила. Видимо поняла, что зря она это сказала. Когда толпа людей, ненавидит одного человека, переубедить их бывает очень трудно, да и вряд ли они хотят менять своё мнение, о человеке, который их прилюдно оскорбляет. — Арт! Как тебе наш декан? Понравился? — сдерживая улыбку, спросила Бет, приближаясь к группе гриффиндорцев. — Ты еще кто? — спросил Рон, с нескрываемым отвращением смотря на герб змеи — Я его сестра — ответила она, указывая пальцем на меня, чем заставила Рона поменять своё мнение. — Твоя сестра Слизеринка? Почему ты раньше не говорил? — удивлённо спросили мальчики — Незнаю, просто забыл упомянуть. У меня еще есть брат когтевранец. — Так как тебе наш декан? Ты не ответил. Правда он замечательный? — с издёвкой спросила Бет. — Ага. Неплохой. Но оскорблениями он так и сыпет, словно ему приносит это удовольствие. — Он может допускать оскорбления, но только в адрес гриффиндорцев, ведь всем известно, что кхм, интеллектом природа их не наделила. — ответила она, глядя на меня и ожидая моей реакции. — Может и есть такой миф, но пустили его слизеринцы, чтобы как-то очернить наш факультет. Есть общеизвестный факт, что большинство слизеринцев, примкнула к сама-знаешь-кому. Надо же, как-то отвести внимание от своего факультета. — вызывающе ответила Гермиона, вызвав восторженные взгляды в её сторону. — Всякое случалось, но сейчас всё по-другому. Кто старое помянет… Кхм, не важно. Арт, я хотела поговорить, давай отойдём? Попрощавшись с ребятами, мы зашли в небольшой коридорчик, на третьем этаже. — Скоро у мамы день рождения. Как насчет подарить ей общий подарок, от нас троих? — Ты мне говоришь это только сейчас? Забыла, что кто-то память потерял? — Да, немного запамятовала — ответила Бет, слегка улыбнувшись. — Прости. Я правда забыла. В свою защиту скажу, что ты не похож на человека, который потерял память. — Ладно, проехали. Когда у неё день рождения? — Через неделю. Так что? Ты согласен? — Да. А что будем дарить? Вообще, наших денег, на это хватит? — Хватит. Не переживай. Деньги практически не нужны. Мы будем делать его сами, нужны только материалы. — И что ты хочешь сделать? — Пока не скажу, нужно поговорить с братом. — Так я и есть твой брат. — Дубина! — слегка ударила она меня по лбу. — Я про Эрика. Завязывай притворятся тупицей. — сказала Бет, на прощание. В гостиной было шумно, это ребята поливали грязью Снейпа. К ним подключились старшие курсы, среди них были Фред и Джордж, о чего, стало еще шумнее. — Так вот, когда мы с Джорджем, были на втором курсе, мы заколдовали плащ Снейпа таким образом, что, когда он добавлял очки Слизеринцам, от него исходил запах коровьего навоза. Самое забавное, что Снейп заметил это не сразу, а только через неделю. Вот умора была, вы бы видели его лицо, в том момент, когда он понял в чём дело. Почему-то он сразу подумал, что это были мы. После этого, мы месяц чистили свои котлы, без магии. И скажу я вам, не лёгкое это дело. Как маглы только управляются без магии? — Фред, а помнишь, как на матче по квидичу, мы случайно посылали бладжеры в него, после того, как он назначил нам наказание? — И после этого, мы еще неделю, испытывали на себе зелья учеников. Конечно помню. Золотое время. Эта блаженная музыка, выходящая из рта Снейпа, просто незабываемая. «Минус двадцать очков Гриффиндору. Вы у меня неделю будете работать подопытными кроликами» — передразнил его Фред, от чего гостиную залило хохотом. — Артур! — заметил меня Джордж. — Говорят у тебя сестра из слизерина, как вы уживаетесь дома? — Да нормально. Не все слизеринцы такие, как вы о них думаете. — Не все, согласен, но их меньшинство. Как зовут твою сестру? — Бетти. — Хм, не знаю такую. А ты Кэти? — Да, знаю. Она моя ровесница. Неплохая девушка, но язык у неё острый. В отличие от других слизеринцев, не такая заносчивая. — Понятно. Вердикт — оправдана. — сказал Фред.       Они еще долго общались на тему «гриффиндорцы-слизеринцы», вспоминали свои проигрышные матчи, уроки у Снейпа, их проделки и так далее. В таком шуме, делать уроки невозможно. Я хотел сесть отдохнуть, но Рон позвал поиграть в шахматы. К сожалению, я забыл заказать себе шахматные фигуры и доску, поэтому, снова играл фигурами Симуса. И снова, он меня уделал, в этой раз, за десять минут. Игра в шахматы не клеилась, поэтому, решено было поиграть в плюй камни, но это быстро надоело, поэтому мы перешли на карты. Так пришло время обеда. Я думал, что я много ем, это я еще не следил за Роном, вот кто много ест, так это он. И при этом, он не толстеет. Кстати о Роне. Почему-то в последнее время, он старается больше со мной общаться. Вот и сегодня, сел со мной за одну парту. Странно это всё, но думаю, мне бы было приятно с ним подружиться. В книгах, он был верным другом, который всегда помогал Гарри. Я даже когда-то завидовал ему, что у него такие друзья. Уверен, он тоже был этому рад, такие друзья, всегда были редкостью. После обеда, Рон предложил вместе заняться домашним заданием. В гостиной было уже не так шумно, потому что многие разошлись по школе. Кто-то просто пошел прогуляться с друзьями по окрестностям Хогвартса, остальные пошли либо в библиотеку, либо к своим друзьям из других факультетов. Вот так и опустело наше гриффиндорское гнёздышко. Домашнее задание было очень скучным, особенно защита от тёмных искусств. Здесь нужно было написать очень много вступительной теории о том, что это за предмет, зачем он нужен и т.д. У Снейпа, было уже интереснее. Нам задали повторить способ приготовления зелья от фурункулов, а также те вопросы, что он задавал вначале, а точнее, дать более развёрнутый ответ. — Иглы дикобраза, добавляются после четырёх рогатых слизней и нужно дать зелью настояться, поэтому тут нужно написать, что котёл, нужно снять с огня. Не совершай ошибку Невилла, а то он и тебя будет идиотом называть. — Спасибо, я не заметил. — буркнул Рон. — Да ладно тебе, бывает. — улыбнулся ему я. — Все допускают ошибки. -Наверное ты прав. — слегка приободрился он. — Артур, что это? — спросила Гермиона, держа клочок пергамента в руке и стоя за моей спиной. — Эм… погоди, кажется это моё. — А зачем ты написал «дьявольское животное» на латыни? — Ты разбираешься в латыни? — удивился я. — Немного. Я планировала стать стоматологом, как мои родители, но потом узнала, что я волшебница и бросила её. — слегка смущенно ответила она. — А можешь мне помочь перевести одну книгу? — Надеюсь, она никак не связана с тем, о чём ты меня спрашивал ранее? — Ты до сих пор обижаешься на это? — Нет, я не обижалась! Просто о таких вещах, абы кто говорить не будет. Согласись, очень странно, когда чистокровный волшебник, произносит его имя без капельки страха. Ты не захотел отвечать на мой вопрос. Конечно я буду тебя избегать, вдруг ты замышляешь что-то недоброе. — О чём вы вообще? — с удивлением спросил Рон. — Решай сам, говорить ему или нет. Я бы хотела, чтобы ты сказал, зачем ты у меня это спрашивал. — решительно сказала Гермиона. Видимо придётся ему рассказать. — Несколько дней назад, я спрашивал у Гермионы, про Гарри Поттера. Мне было интересно кое-что узнать о нём. — И что тут такого? — удивился Рон. — А то! Он произнёс имя того, кого нельзя называть. Вот это и было очень странным. — А зачем тебе понадобилось произносить его имя? И вообще, почему ты называешь его по имени? — ошеломлённо спросил он. — Ну, мне нужно было напомнить Гермионе, откуда она слышала про Гарри. — Понятно. — спокойно воспринял Рон. — Но… Ты не боишься произносить его имя? — Нет, это всего лишь имя. От его произнесения, ничего не случиться. Разве что, такие как Гермиона, будут от тебя держаться подальше. — произнёс я, стрельнув взглядом в Гермиону. — Ну знаешь! Не каждый день, чистокровные волшебники произносят его имя. Да и я не уверена, что произносят. — сказала она, слишком сильно раздувая ноздри. — Ладно, проехали. Так поможешь с книгой или нет? — Помогу. Если хочешь, могу прямо сейчас, но нужен словарь по латыни. — Она не здесь. — сказал я, раздумывая. — Давай так. Через час встречаемся в коридоре на восьмом этаже, принеси словарь туда. — Восьмой этаж? Что мы там забыли? — Книга находится там. В общем, не задавай вопросов. Через час. Восьмой этаж. Со словарём. За эти пол часа, мы доделали домашнее задание Снейпа и пошли на восьмой этаж, ждать Гермиону. — Так почему именно восьмой этаж? — спросил Рон по пути туда. — Узнаешь. — с улыбкой сказал я. По прибытии, коридор оказался пустым, видимо остальные на уроках. Хорошо же быть первокурсником. Столько свободного времени в запасе. — Вы уже тут? Отлично! Ну! И куда нам идти? — спросила запыхавшаяся Гермиона, с большой книгой в руках. — Сюда. — сказал я, заведя их за угол и доставая старый пергамент. — Торжественно клянусь, что замышляю шалость, и только шалость. — Что за… — не договорил Рон. — Это карта? Зачем тебе она? — Это не просто карта Рон, смотри. Она показывает местоположение всех людей в Хогвартсе. Откуда у тебя эта карта? — спросила она резким тоном. — Брат подарил. Не важно. На восьмом никого нет, можем идти. — А почему мы пытаемся избегать других? — Потому что я не хочу, чтобы они видели, куда мы идём. — А куда мы идём? — спросил Рон. — Мы почти пришли, потерпи. «Мне нужно место, где можно найти информацию о моем питомце» — трижды думал я, проходя мимо стены. — Зачем ты ходишь туда-сюда? — спросил Рон. — Вот зачем. — сказал я, указав на полированную дверь, которая появилась секунду назад. -Дверь?! Как…? — воскликнула Гермиона. — Тише ты! Заходите. — сказал я, открывая перед ними дверь. — Это выручай-комната — Выручай-комната? — одновременно спросили они, уже внутри. — Её еще называют комната так и сяк. Она появляется только тогда, когда ты по-настоящему в ней нуждаешься. Внутри появляется то, что тебе нужно. Для этого, нужно трижды пройти мимо стены и думать о том, что тебе нужно. Но конечно есть и ограничения. К примеру, гору еды ты заказать не можешь, или то, чего не существует. — Никогда не слышала про такую комнату. Почему о ней не сказано в истории Хогвартса? — с восхищением спросила Гермиона, осматривая стеллажи с книгами. — Возможно авторы книги об этом не знали, а остальные не рассказывали, потому что не хотели, чтобы о ней узнали. — ответил я, предполагая. — А откуда ты о ней узнал? — с подозрением спросила Гермиона. — Секрет. Если скажу, не поверишь. — сказал я, взяв в руки нужную книгу. — Давай лучше займемся переводом. — Вы переводите, а я пока тут полежу. — сказал Рон, указывая на красный замшевый диван. — Работы тут много, на несколько часов точно. — сказала она.       В течении двух часов, мы перевели лишь половину книги. Книга по своему содержанию, представляла мерзкое чтиво. Например, там говорилось о том, что чёрный кот — это демон, которому участники дьявольских оргий обязаны были целовать гениталии. Или что от «дьявольского» животного исходит реальная опасность, так как кошачий организм якобы перенасыщен гумором — адской смесью слизи с чёрной и жёлтой желчью, от которой, люди могут страдать меланхолией. Также в книге говорится о ведьме, которая пробиралась к колыбели младенца и душила его. Поэтому таких кошек, избивали, и на следующий день, смотрели у какой женщины есть синяки и царапины. «Книга похоже описывает представление маглов, о черных кошках». Написано еще как лишали урожая соседей. Нужно было взять шкуру чёрной кошки, набить её зерном, зашить и положить на три дня в воду, после чего высушить и измельчить в порошок. Получившаяся труха якобы обладает свойством превратить в бесплодную пустыню любую землю, над которой она будет развеяна. — Какая же мерзкая книга. Мне не хочется её переводить — сказала Гермиона. — Понимаю. Мне и самому это не нравится, но возможно в этой книге что-то есть полезное. Пожалуйста, Гермиона, я уже везде искал, может тут будет хоть что-то. — Ладно, хорошо. Но только потому, что мне жалко твою кошку. Еще через час, мы кажется нашли то, что было нужно. — Вот! Тут говорится, что это зелье, способно обратить ведьму обратно. — Гермиона, ты же помнишь какие тут были рецепты до этого? — спросил Рон, с лицом полным отвращения. — Помню конечно, но это уже больше похоже на нормальное зелье. Правда, его писал не автор книги, а кто-то посторонний. Оно записано в конце, другими чернилами и почерком. — И что там написано? — «Данное зелье, способно вернуть облик ведьме, которая не способна обратиться сама. Для приготовления данного зелья необходимы:

1. Три листка мандрагоры

2. Частичка объекта превращения (это может быть клочок шерсти, коготь, частичка кожи ведьмы)

3. Хрустальный фиал

4. Серебряная чайная ложка росы.

5. Куколка бабочки «мёртвая голова».

В напитанный лунным светом хрустальный фиал добавить частичку объекта превращения, смешанную с листьями мандрагоры, серебряную чайную ложку росы, собранную в месте, которого в течение семи дней не касались ни солнечный свет, ни человеческие ноги, и куколку бабочки «мёртвая голова». Поместить эту смесь в тихое тёмное место, и до ближайшей грозы на неё нельзя ни смотреть, ни беспокоить каким-либо иным образом. В ожидании грозы, на восходе и на закате необходимо выполнять следующую процедуру. Поместить кончик палочки напротив сердца объекта и произнести следующее заклинание: «Amato Animo Animato Ritorno». Ожидание грозы может затянуться на несколько недель, месяцев или даже лет. В течение этого времени хрустальный фиал должен оставаться совершенно нетронутым и не подвергаться прикосновениям солнечного света. Поражение солнечным светом приведёт к наихудшим мутациям. Не поддавайтесь искушению посмотреть на своё зелье, пока не сверкнёт молния. Ничего нельзя менять. Заклятие обязательно необходимо произносить в нужное время, не пропуская ни одного раза. Сразу же после вспышки молнии в небе идите туда, где спрятан хрустальный фиал. Если все предыдущие шаги выполнены верно, внутри обнаружится глоток кроваво-красного зелья. Важно сразу же отправиться в просторное безопасное место, где трансформация не вызовет тревоги и не создаст физической опасности. Нужно расположить кончик палочки напротив сердца объекта и произнести заклинание: «Amato Animo Animato Ritorno», а затем дать ему выпить зелье.» — закончила читать Гермиона. — Ух, ну и рецептик — сказал Рон — Да, понадобится не мало ингредиентов. С частичкой Терезы проблем не будет, но с остальным… — произнёс я. — Возможно моя мама сможет помочь. У неё есть своя аптека, с зельями, собственного производства. — Это же замечательно! — воскликнула Гермиона. — Тогда особых проблем не будет. У зельеваров всегда припасены различные ингредиенты. — Ну не знаю. Мне кажется росу достать будет тяжело. — предположил Рон. — Может ты и прав, я спрошу, имеется ли у неё такие ингредиенты. Да уж, работёнка еще та, на закате и восходе читать заклинание. Это еще надо, чтобы Тереза в эти моменты всегда была со мной.       Мне показалось, что возможно, после того, как я показал Рону и Гермионе выручай-комнату, они станут чуть ближе друг к другу, но похоже я ошибся. После того как мы вернулись в гостиную, мы еще немного обсудили то, что прочитали, а потом разошлись, будто ничего не было. Да, тут ничего особенного не произошло, всего лишь перевели тысячелетнюю книгу, побывали в выручай-комнате, узнали способ, которым можно вернуть Терезе человеческий облик, а я думаю, что он есть, очень маловероятно, что она обычное животное, слишком уж она умная, даже для полу-жмыра. Но всё же, я думал общая тайна, сможет их как-то сблизить. Похоже, нужно дать событиям идти своим чередом.       На следующий день, после завтрака, я подошел к Бет, чтобы обсудить подарок для матери, а также заодно отправить ей письмо. — Привет. Ты придумала что подарить маме? — спросил я, догоняя её на выходе из большого зала. — Да, есть одна идея. Но я пока не обсуждала это с Эриком. Давай его тут подождем, он скоро доест — Эрик! — позвала его Бет. — Можешь подойти на секунду? — Идите, я к вам позже присоединюсь. — сказал Эрик своим приятелям. — Что ты хотела? — У меня есть идея, что подарить маме на день рождения, но нужна твоя помощь. — Подарок будет только от тебя, или от нас всех? — спросил Эрик, посмотрев на меня. — Ах, да. Забыла это упомянуть. От нас всех. — Так что ты хочешь подарить? — В общем, я планирую нарисовать мини-историю, где будет нарисовано знакомство мамы и папы, а потом, какая замечательная семья, у них появилась. — А от меня что требуется? Ты вроде неплохо рисуешь, вряд ли нужна моя помощь. — А от тебя, дорогой братик, требуется заколдовать мои рисунки, чтобы они двигались, и выглядели, как живые. — Погоди, а я тогда зачем? — спросил я, недоумевая. — Так я же не только альбом хочу нарисовать. Я хочу, чтобы в конце, мы написали маме наши пожелания, и рассказали, какая она хорошая мама. После случая с Артуром, я заметила, что она очень переживает, что из неё получилась плохая мать и она недостаточно делает для нас. — Хорошая идея! А деньги, я так понимаю, для того, чтобы купить краски и подходящий материал для альбома? — Да, ты всё правильно понял. Я же не могу нарисовать их историю, простым пером с чернилами, на пергаменте. Конечно можно и так, но выглядеть будет не так хорошо, как с красками и нужной бумагой. А еще, можно обернуть это в кожу, и сделать альбом, который мама будет открывать, когда будет думать, что она плохой родитель. — Хорошо, в какой день тебе его заколдовать? — спросил Эрик — Хм… Думаю, во вторник в самый раз. Как раз, в среду, он будет уже готов, и после уроков, я его отправлю. — Неплохо, да? — спросила Бет, когда Эрик уже ушел. — Да, довольно умно. Не ожидал от тебя такого. — сказал я, слегка улыбаясь. — Еще бы! Ты просто забыл, что твоя сестрица, придумывает гениальные подарки. — Ага, особенно твой вредноскоп. Ты в курсе, что он срабатывал только на тебя? — Ну, иногда моя гениальность, даёт сбои. Ладно, еще увидимся. — попрощалась Бет и пошла к себе в гостиную.       Выходные пролетели быстро, словно их и не было. Рон с Гермионой, практически не общались, только когда мы были втроём, они перекидывались парой слов, а так словно и не знакомы. А я решил, что пока не стоит торопить события, и пытаться их подружить, иначе, их дружба, продлится не долго. Бет, как и обещала, принесла уже готовый альбом во вторник. Эрик смог его заколдовать и нам оставалось лишь написать свои пожелания и рассказать, какая она хорошая мать. Я написал, что желаю ей успехов в её начинаниях, чтобы она всегда оставалась такой же красивой и молодой, а также, чтобы всегда была здоровой. Еще, рассказал, что она очень хорошая мать, настолько хорошая, что ребёнок, который потерял память и никого не узнавал, смог почувствовать её материнскую любовь, что она ни за что его не бросит и будет о нём заботится. Эрик написал вполне стандартные пожелания и положительные качества матери, что-то про её ум и мудрость. А Бет, отказалась показывать нам, что она написала, так как очень этого стеснялась, и сказала, что только девушки поймут это.       В этот день, нас еще начали обучать полётам на метле. Невилла, я сразу предупредил, что напоминалку, лучше оставить в спальне, потому что при полёте, она может выпасть из кармана. Мне не хотелось, чтобы Малфой, её прятал, а тем более, не хотелось ему мешать и становиться новым Гарри Поттером. Он конечно один из моих любимых героев, но повторять его путь, мне не хочется. В пятницу, после уроков, пришло письмо от матери. В нём говорится, что она очень горда нами, и не думала, что мы такие внимательные и заметили её переживания. Особенно, ей понравились слова Бет, на последней странице альбома. Они тронули её до глубины души. В конверте, также было отдельное письмо для меня.       «Артур, я никогда не слышала о таком рецепте и у меня есть сомнения, что это зелье, даст нужный эффект. Оно очень похоже на зелье, для становления анимагом, с некоторыми отличиями. Возможно, зелье как раз и предназначается тем людям, которые не смогли трансформироваться обратно и остались в своей анимагической форме. Я не стану тебя отговаривать от попытки, проверить твою теорию, лишь прошу не спешить и быть осторожным. Предлагаю тебе подождать, пока я не найду нужные ингредиенты для этого зелья, а когда найду, я его сделаю и проверю, не причинит ли оно вреда Терезе. Если оно пройдёт мою проверку, то можешь начинать выполнять заклинание. PS: Пришли мне, частичку Терезы, без неё, зелье не получится.»       Это многое упрощает для меня. Проверять какое-то зелье из книги на Терезе, мне бы не хотелось, вдруг оно нанесёт ей вред, особенно вспоминая, какие в той книге, были рецепты. Остаётся только ждать, что скажет мама.       Учёба проходила спокойно, не считая конечно уроков Снейпа, каждый урок, было что-то новое, увы, не в плане интересных моментов, а скорее новых оскорблений гриффиндорцев. Что меня удивляло, так это то, что меня он никогда не оскорблял, в отличие от той же Гермионы. Хотя наши ответы, всегда были правильные, но ко мне, отношение было другое. Я не понимал в чём дело, оказалось, что Снейп, когда-то дружил с моим отцом, и скорее всего, поддерживает отношения и сейчас. Что сказать, слизеринцы, они такие. Создают какую-то свою сеть связей и пользуются ей. Был даже момент, когда Малфой, недоумевал, почему у него такое отношение ко мне, но потом, видимо, выяснил кто мой отец и пытался со мной подружиться. В мягкой форме, но я ему отказал. Похоже, что отказ принять он не мог, и постоянно пытался наладить со мной связь. — Да отстань ты от него — не выдержал в очередную попытку Малфоя подружиться, Рон. — Он же тебе сказал, что не хочет с тобой дружить. — Я не спрашивал тебя, Уизли. — высокомерно ответил Малфой. — Подумай Роули, зачем тебе это отребье в качестве друга. У нас богатые семьи, а такие как мы, должны держаться вместе, подальше от этих… — закончил он, указав на гриффиндорцев — Твоя главная ошибка Малфой, заключается в том, что ты оцениваешь людей по состоянию их семьи, а не по их качествам. Поэтому, у тебя никогда не будет настоящих друзей — спокойно ответил ему я. — Ну и ладно! Водись с этими отбросами. Мне это надоело Роули. Ты такой же, как твоя глупая сестра. — скривившись сказал он. — Ты бы не бросался такими словами, не то потом пожалеешь. — Ха-ха-ха, если ты намекаешь на то, что ты мне что-то сделаешь, то в это слабо верится. — Малфой, неужели ты и вправду такой двуличный? Сначала предлагаешь дружбу, а потом, когда тебе отказывают, ты начинаешь сыпать оскорблениями? — Думай, что хочешь Роули, ты свой выбор сделал! — угрожающе сказал Малфой, уходя. — Мда, ну и скользкий тип. — сказал Рон. — Хороший же у тебя друг — пошутил он. — Ой, да иди ты. — сказал я, отвесив ему лёгкий подзатыльник.       Прошло два месяца, проснувшись утром в канун Хэллоуина, мы почувствовали восхитительный запах запеченной тыквы — непременного атрибута этого праздника. А потом на уроке по заклятиям профессор Флитвик объявил, что, на его взгляд, мы готовы приступить к тому, о чем давно все мечтали, к заклинанию левитации. Профессор Флитвик разбил всех учеников на пары. Мне достался Невилл, а вот Рону — Гермиона. За эти два месяца, ребята так и не нашли общий язык. С выручай-комнаты, их отношения, ничуть не улучшились, лишь ухудшались. У них постоянно были какие-то ссоры, а Рон, думаю ей завидовал, что на уроках, у неё всё получается и учителя её хвалят. Видимо, дружить с двумя любимчиками учителей, и всё время чувствовать превосходство двух друзей дело нелёгкое. Представляю, как ему обидно, что он до нас недотягивает. — Не забудьте те движения кистью, которые мы с вами отрабатывали, — попискивал профессор Флитвик — Кисть вращается легко, и резко, и со свистом. Запомните — легко, и резко, и со свистом. И очень важно правильно произносить магические слова — не забывайте о волшебнике Баруффио. Он произнес «эс» вместо «эф» и в результате обнаружил, что лежит на полу, а у него на груди стоит буйвол. Достичь результата оказалось непросто. Я делал все так, как учил профессор Флитвик, но перо, которое мы с Невиллом по очереди пытались поднять в воздух, не отрывалось от парты. Рону, стоявшему за соседним столом, тоже не слишком везло, но ему было легче от того, что у меня тоже не получается. Он не злорадствовал, нет, просто было приятно, что не только у него не получается, но и у его друга, который был любимчиком учителей и был одним из первых, кому удавалось усваивать новые заклинания. —Вингардиум Левиоса! — кричал он, размахивая своими длинными руками, как ветряная мельница. Но лежавшее перед ним перо оставалось неподвижным. — Ты неправильно произносишь заклинание, — донесся до меня недовольный голос Гермионы. — Надо произносить так: Винг-гар-диум Леви-о-са, в слоге «гар» должна быть длинная «а». — Если ты такая умная, сама и пробуй, — прорычал в ответ Рон. Гермиона закатала рукава своей мантии, взмахнула палочкой и произнесла заклинание. Перо оторвалось от парты и зависло над ней, на высоте примерно полутора метров. — О, великолепно! — зааплодировал профессор Флитвик — Все видели: мисс Грэйнджер удалось! Как же это взбесило Рона. Сначала столкнулся с недовольным тоном Гермионы, потом услышал, как учитель её хвалит, за то, что у него не получалось. К концу занятий Рон был в очень плохом расположении духа и его неудовольствие достигло пика. — Неудивительно, что ее никто не выносит, — пробурчал он, когда мы пытались пробиться сквозь заполнившую коридор толпу школьников. — Если честно, она — настоящий кошмар. Наконец выбравшись из толпы, кто-то врезался сбоку, видимо не заметив меня. Это была Гермиона. Она тут же метнулась обратно в толпу с заплаканным лицом. «Кажется, всё идёт как надо, нужно немного надавить на Рона, чтобы он чувствовал вину, иначе ничего не произойдет» — По-моему, она услышала, что ты сказал, — сказал я, повернувшись к Рону. — Ну и что? — отмахнулся Рон, но, кажется, ему стало немного неуютно. — Она уже должна была заметить, что никто не хочет с ней дружить кроме нас, а точнее, кроме тебя. На это, я ничего не ответил. Действительно, если бы я не знал Гермиону из книг, вряд ли стал бы с ней дружить. Должно быть, Рон постоянно задаётся вопросом, почему я с ней дружу. Ну, это уже не важно, он и сам вскоре с ней подружится.       Гермиона не появилась на следующем уроке и до самого вечера никто вообще не знал, где она, кроме меня конечно. Спускаясь в Большой зал на банкет, посвященный Хэллоуину, мы с Роном случайно услышали, как Парвати Патил рассказывала своей подружке Лаванде, что Гермиона плачет в женском туалете и никак не успокаивается, прося оставить ее в покое. Судя по виду, Рону стало совсем не по себе. Но уже через несколько мгновений, когда мы вошли в празднично украшенный Большой зал, Рон и думать забыл о Гермионе. На стенах и потолке сидели, помахивая крыльями, тысячи летучих мышей, а еще несколько тысяч летали над столами, подобно низко опустившимся черным тучам. От этого огоньки воткнутых в тыквы свечей трепетали. Как и на банкете по случаю начала учебного года, на столах стояли пустые золотые блюда, на которых вдруг внезапно появились самые разнообразные яства. Только я собирался отведать пирог с клубникой, как в зал вбежал Квиррелл. «Эх, а я так хотел попробовать пирог». Его тюрбан сбился набок, а на лице читался страх. Все собравшиеся замерли, глядя, как он подбежал к креслу профессора Дамблдора и, тяжело опираясь на стол, простонал: — Тролль! Тролль… в подземелье… спешил вам сообщить… И Квиррелл, потеряв сознание, рухнул на пол. В зале поднялась суматоха. Понадобилось несколько громко взорвавшихся фиолетовых фейерверков, вылетевших из волшебной палочки профессора Дамблдора, чтобы снова воцарилась тишина. — Старосты! — прогрохотал Дамблдор. — Немедленно уводите свои факультеты в спальни! Перси тут же вскочил из-за стола, явно чувствуя себя в своей стихии. — Быстро за мной! — скомандовал он. — Первокурсники, держитесь вместе! Если будете слушать меня, ничего страшного не случится! Пропустите первокурсников, пусть подойдут ко мне! Никому не отставать! И всем выполнять мои приказы — я здесь староста! — Это странно — говорят, что тролли ужасно глупые. Может, его впустил Пивз, решил так пошутить перед Хэллоуином? — сказал Рон, когда мы поднимались по лестнице. Судя по оживленному движению на лестницах, эвакуация шла полным ходом. Только ученики из Пуффендуя оправдывали репутацию своего факультета: они потерянно столпились в одном из коридоров и мешали пройти остальным. — Я только что вспомнил: Гермиона! — сказал я, пытаясь направить события, в нужную мне сторону. — А что Гермиона? — не понял Рон. — Она не знает про тролля. Рон прикусил губу. — Ладно, — отрывисто произнес он через несколько секунд, которые, судя по всему, понадобились ему на то, чтобы призвать на помощь все свое мужество. — Но если Перси нас заметит… Пригнувшись, мы влезли в самую середину группы школьников из Пуффендуя, которые наконец двинулись к своей башне — то есть в противоположном направлении. Никто не обратил на нас внимания, и через какое-то время мы вынырнули из толпы, быстро пробежали по опустевшему боковому проходу и устремились к женским туалетам. До цели было подать рукой. Мы уже сворачивали за угол, как сзади послышались быстрые шаги. — Это Перси! — прошипел Рон, хватая меня и прячась вместе со мной за большим каменным грифоном. Это был Снейп. Он пересек коридор и пропал из вида. — Что это он тут делает? — прошептал Рон. — Почему он не в подвалах вместе с другими учителями? — Не знаю. — ответил я, прекрасно понимая, куда побежал Снейп. Мы на цыпочках вошли в следующий коридор — как раз туда, где скрылся Снейп, удаляющиеся шаги которого мы отчетливо слышали. — Чувствуешь запах? — спросил Рон. В воздухе пахло смесью грязных носков и общественного туалета, в котором много лет никто не убирался. «Ох, ну и вонище.» Вслед за запахом появился звук — низкий рев и шарканье гигантских подошв. Рон указал рукой в конец коридора — оттуда что-то огромное двигалось в нашем направлении. Мы отпрянули в тень, наблюдая, как ЭТО выходит на освещенный луной отрезок коридора. Это было нечто ужасное примерно четырех метров ростом, с тусклой гранитно-серой кожей, бугристым телом, напоминающим валун, и крошечной лысой головой, больше похожей на кокосовый орех. У тролля были короткие ноги толщиной с дерево и плоские мозолистые ступни. Руки у него были намного длиннее ног, и потому гигантская дубина, которую тролль держал в руке, волочилась за ним по полу, а исходивший от него запах мог сразить получше любой дубины. Тролль остановился, застыл у дверного проема и, нагнувшись, заглянул внутрь. Он зашевелил длинными ушами, кажется пытаясь принять какое-то решение. Процесс затянулся, потому что мозг у тролля, если судить по размерам головы, был крошечный. Однако в конце концов решение было принято и тролль, сгорбившись, пролез в комнату. — Смотри — ключ остался в замке, — прошептал Рон, — мы можем запереть его там. — Не можем. Потому что это женский туалет Рон! — Гермиона! — воскликнул он, когда из комнаты донёсся отчаянный вопль ужаса.       Потянув на себя дверь, мы с Роном влетели внутрь. Гермиона стояла у стены прямо напротив двери. Она вся сжалась, словно пыталась, подобно привидению, просочиться сквозь стену. Вид у нее был такой, словно она сейчас потеряет сознание. Тролль приближался к ней, размахивая дубиной и сбивая со стен прикрепленные к ним раковины. Мы начали кидаться в него всем, что попадётся в руки, чтобы отвлечь его от Гермионы. Тролль замер в каком-то метре от неё и неуклюже развернулся, чтобы посмотреть, кто произвел такой шум. Его маленькие злые глаза смотрели нас. Тролль заколебался, решая, на кого ему напасть, а потом шагнул ко мне, поднимая свою дубину. — Эй, пустая башка! — заорал Рон, успевший добежать до угла туалетной комнаты, и швырнул в тролля куском металлической трубы. Кажется, тролль даже не обратил внимания на то, что кусок железа ударил его в плечо. Зато он услышал крик и снова остановился, поворачивая свою Уродливую физиономию к Рону и предоставляя мне возможность оббежать его и оказаться рядом с Гермионой. — Давай, бежим! Бежим! — громко говорил я, пытаясь тянуть Гермиону за собой к двери. Но она не двигалась и не поддавалась, словно приросла к стене. Рот ее был открыт от ужаса. Мои крики и разносящееся по комнате эхо, рикошетом отлетающее от стен, привели тролля в еще большее замешательство. Он явно растерялся, когда перед ним оказалось так много целей, и не знал, что ему делать. Вдруг тролль заревел и шагнул к Рону, тот был ближе всех к нему и ему некуда было бежать. Я разбежался и прыгнул на тролля сзади, умудрившись вцепиться в его шею и обхватить ее сзади обеими руками, точно также, как и Гарри Поттер. Пришлось делать как он и засунуть палочку троллю глубоко в ноздрю. Завывая от боли, тролль завертелся и замахал дубиной, а я висел на нем, что есть силы цепляясь за шею. В какой-то момент, он смог меня сбросить и откинуть в стену, после чего, я потерял сознание, успев разглядеть, как тролль поднимает свою дубину готовясь меня ударить.