Летний лагерь

— Ну что? Продолжаем? — Спросила синеволосая. На что Ху Тао быстро кивнула головой. — Отлично! Тогда я следующая… Люмин, тебя будут чаще всего спрашивать. Так вот… Правда или действие?. Белокурая ожидала, что сегодня будут спрашивать только её и Тарталью, но что поделать? — Правда. — Если бы она ответила «действие», то ей бы обязательно задали бы поцеловать Чайльда и что-то на подобе. —… Ты любишь его? — Этот вопрос тоже был весьма ожидаем. — Тарталью я имею в виду. — Я не знаю. — Ровным тоном ответила она. Девушка ещё не определилась, что чувствует к рыжему сорванцу. Любовь или ненависть. — Ну должен же быть конкретный ответ? — Нет. Его ещё нет. Давайте дальше… В это время рыжеволосый уже принёс кружку чая. Как раз была его очередь. — Так… Вот ваш чай, леди. Он плавно протянул кружку чая — Моя очередь? Так… Люмин. — Очевидный ответ. — Правда или действие? — Правда. — Снова ответила она. Такой ответ она будет давать каждому. — Тогда… — Наверное, опять вопрос по типу «ты меня любишь?» — Почему ты сегодня ни разу не заглядывала в телефон? — У блондинки от такого глаза расширились. Отвечать прямо при подругах? Или он уже им всё рассказал? Неужели придётся рассказывать о маме? —… Он зрение портит. — Самая банальная отговорка. — Но ведь раньше ты этого не боялась, разве это не так? Или ты только сейчас об этом узнала? —… Секрет. Это уже не один вопрос, а несколько. Так что на это я уже не буду отвечать. — Так это получается не «правда или действие», а «ложь или действие»? — Его взгляд совсем отличался от того, который Люмин привыкла видеть. Его глаза блестели, что наводило страх. — Нет. Я сказала правду. — Это была скорее не правда, а полуправда. Так то телефон и вправду портит зрение… — Чтож… Ладно. Не хочешь — не надо. Ху Тао следующая. — Я?.. Хмм… Тарталья. Правда или действие? — Действие. — У пшенички немного скривилось лицо, так как она поняла, что ему могут задать то же, что она боялась получить когда скажет ответ «действие». Она, кстати, уже планировала, что сегодня даст такой ответ, ведь на ответ «правда», ей тоже могут задать много чего лишнего. — Тортик… Сделай что-нибудь с пальцем Люмин. — Сказала брюнетка, взяв без разрешения ногу недоумевающей девушки и указав на её большой палец. — У меня теперь парочка вопросов есть… Но я задам тебе их чуть позже. — Угрожающе сказал рыжик. —... Ладно. Её взяли на руки, и понесли в спальню. Девочки, кажется, пищали, когда увидели это зрелище. Она же уже не дёргалась, потому что привыкла к таким неожиданным и пугающим действиями рыжего. — И как ты так умудрилась поколечить свой пальчик? Я недавно слышал, когда мы были только вдвоём в квартире какой-то стук в ванной комнате. Неужели это ты тогда упала? На это она промолчала. Но молчание, как мы знаем — знак согласия. — Я заклею твою ранку пластырем. Но потом обязательно говори, если ударишься. В следующий раз, я так просто это не оставлю. — Он был серьёзен, что очень удивило её. — И что ты мне сделаешь, если в следующий раз не скажу? — С недовольством спросила она, потому что даже если парень и серьёзно беспокоится об этом, то это ей не очень и нравится. В детстве до лагеря, Люмин никогда не видела беспокойства за неё. Но это уже, конечно, в прошлом. — Кто знает.) — К нему снова вернулась эта игривость и беспечность, к которой она привыкла. Вот и слава Архонтам...