Узумаки Наруто:Самый удивительный внук номер один в мире

Большая часть Белоусовцев и их союзники разделились, дабы морским пехотинцам было труднее их выследить. Команда Орза осталась с ними, так как свиток, в котором запечатали гиганта, был во владении Белоуса, не говоря уже о том, что великан будет сильно ранен, когда его наконец выпустят оттуда. Они причалили к острову, находившимся под защитой Белоуса, на котором было достаточно свободного места, чтобы распечатать тело Весла, при этом не уничтожив ничего важного. Многие затаили дыхание, когда Наруто вынес свиток в середину выбранной области и развернул его, положив руку на печать. Через мгновение из облака дыма заместо свитка появилось тело Литтл Орза-младшего с сидящим наверху усатиком. Все зааплодировали, радуясь, что мальчишка ни капли не соврал и своими действиями рассеял всё оставшееся недоверие. Наруто же не стал терять времени даром и уже вовсю наклеивал на поврежденные участки тела бумажные печати с мед-чакрой, а после, убедившись, что все они активны, деактивировал стазис, что он наложил на ослабшего гиганта. Все с облегчением наблюдали, как гигантская грудная клетка размеренно поднималась и опускалась, сообщая всем, что Орз на самом деле ещё очень даже жив и помирать не собирался. Многие из команды вышли вперед, чтобы поблагодарить солнечного мальчишку, будь то словами или дружеским хлопком по спине, и шиноби явно наслаждался этим. Всё это напомнило ему о моменте после боя с Нагато, когда вся деревня высыпалась к ним с Какаши-сенсеем на встречу, со слезами на глазах встречая своего спасителя в лице Узумаки. Затем, после того, как чуть ли не каждый из белоусовцев потрепал его по макушке и сжал в крепких объятиях, он начал раздавать оставшиеся мед-печати, что были у него в запасах, а когда и те закончились, пришлось разложится прям тут, на поляне рядом с Орзом, и в темпе вальса создавать новые, ведь даже со всеми приложенными усилиями, раненных всё равно оставалось ещё слишком много. За монотонным вырисовыванием кандзи на бумаге и напитыванием их чакрой, разум мальчишки начал безвольно блуждать по закоулкам подсознания, предаваясь различным воспоминаниям, как хорошим, так и не очень.  За этот ужасно короткий промежуток времени, проведённый среди команды своего деда, он начал чувствовать себя по настоящему дома, так, как Конохе ни разу за всю его жизнь не удалось заставить его так себя чувствовать.  Никто ничего не знал о его прошлом, они знали лишь то, что он был очень силён, и то, что он не был обладателем никакого дьявольского фрукта, уже родившись с такими способностями как владение фуиндзюцу и т. д. И отвечая на вопрос о возможности обучить такому хоть кого нибудь из семьи Белоуса, то нет, тут вообще не на что было рассчитывать, никто из них не смог бы выучить хотя бы самые наипростейшие техники фуиндзюцу, даже если очень сильно этого захотел. Дело было совсем не в том, что они не могли научиться вырисовывать нужные кандзи на бумаге, просто они были уже слишком стары, чтобы начать тренировать свои почти что несуществующие каналы чакры, это бы привело очень пагубным последствиям. Да и к тому же, сейчас он совершенно не горел желанием пояснять за чакру и всю к ней прилегающую дребедень, он уже и так был занят клепанием печатей, да и разговаривать сейчас с кем то из команды, а уж тем более что-то пояснять не хотелось от слова совсем. Все они были так приветливы с ним, даже его дедушка, все еще не знавший об их связи, в какой-то степени уже привязался к нему, хоть и несильно. И Наруто... Наруто совершенно не хотел, чтобы это теплое чувство, что комком свернулось где то под грудной клеткой, уходило. Он сделал небольшую паузу в своих мазках, прежде чем тяжко вздохнув, закончить еще одну печать, и отложить ту в сторону, где уже сушилось парочка дюжин таких же бумажек, убрал кисть, и переведя взгляд на море, начал следить за мягкими волнами, что разбивались о песчаный берег. Он прикусил губу, когда в голове начали скрестись не слишком хорошие мысли по поводу будущего разговора, за которым он пришёл к своему старику. И, по правде говоря, ему было до ужаса страшно перед грядущей неизвестностью. А вдруг, когда он назовёт причину своего визита и расскажет кем является на самом деле, дедушка даже слушать его больше не захочет, и отвергнет, как своего родственника. Ведь, как минимум, Наруто был причиной смерти его родного сына из плоти и крови, которого тот оставил далеко в Конохе, дабы уберечь своё чадо от казни на Эшафоте на потеху народу. Не уберёг...И всё из-за него... ”Сколько раз тебе ещё повторять, хватит всякую дурь воображать раньше времени!” Наруто подпрыгнул от громогласного голоса своего рыжего друга. -“О, так ты уже проснулся, Курама? А я уж думал, что ты решил не вставать ещё несколько дней после "циркового выступления" Дозора.”, - На лице опять непроизвольно растянулась ехидная ухмылка. - “И что же заставило тебя, великого и неповторимого девятихвостого демона-лиса, покинуть угодья морфея и снизойти до моей скромной компании?” ”Ой, да заткнись.”, - Раздался наигранно-обиженный ряв от лиса. - ”Я и так уже многое сделал для сохранности твоего здравомыслия после того парада абсурда, что мы пережили в Маринфорде.”, - Со стороны лиса послышался тихий смешок. -”Или ты без моего внимания и дня не проживёшь? Ну если так, тогда я очень польщён.” Несколько секунд меж ними стояла гробовая тишина, а затем лис разразился громким хохотом на всё подсознание своего джинчурики, Узумаки на такое лишь неопределённо хмыкнул. ”Мне действительно нравится здесь спать, в твоём подсознании на удивление так тихо и спокойно. И твоей компании мне более чем достаточно.”, - Усмехнулся лис. - ”К тому же тут очень даже удобно. Особенно без этой дурацкой клетки.”, ”Но вернёмся к обсуждаемой теме.”, - Ку тяжело вздохнул. - ”Мы оба убедились в том, что твой дед вовсе не дурак. Он точно выслушает всё, что ты расскажешь, а уже потом будет делать собственные выводы из услышанного.” Шиноби усмехнулся: “Держу пари, так и есть. Но тем не менее, нет никакой гарантии, что он не возненавидит меня после раскрытия всех карт.” ”И так же нет гарантии, что он это сделает.”, - Продолжал настаивать на своём лис. - ”Серьёзно, малой, хватит уже сравнивать этих людей с Коноховскими букашками.” “Не называй их букашками, партнер. К сожалению, я ничего не могу с этим поделать. Я рос в месте, где каждый считал своим долгом презирать маленького, ни в чём неповинного ребёнка, ожидая, что люди всегда будут ненавидеть меня, что бы я ни делал. Я думаю, это просто для того, чтобы я не был сильно расстроен, если это действительно произойдет.” ”Если, малой. Если это произойдет. Не недооценивай себя или этого старого пердуна. Разве он не простил того человека, который всадил в него нож прямо у всех на глазах? ” “Да, но...” ”Никаких "Но", малец. Если он не осудил того человека, тогда он не станет судить тебя. А теперь поднимай-ка свою задницу и иди поговори с ним.” “Да, да, как только я...” ”Сейчас.” -“Ками...”, - проворчал Наруто, поднимаясь на ноги. - “..Вот чё ты забухтел? Иду я, иду...” С другой стороны, это были всего лишь отговорки. Он не узнает, пока не поговорит с этим человеком и тот не выскажет своё мнение. Ему не хотелось терять это приятное чувство принадлежности к Белоусовцам, но и скрывать правду он тоже не мог. В какой-то момент все рухнуло бы, и было лучше рассказать все добровольно. Таким образом, у него, по крайней мере, будет небольшая фора для побега, если дела пойдут наперекосяк. Проигнорировав раздраженный вздох лиса, он направился в ту сторону, где они разбили лагерь вокруг тела Орза-младшего. Луффи уехал за день до этого с Сильверсом Рэйли и Пиратами Сердца, (у которых заместо корабля была долбанная подводная лодка) после того, как Ло прооперировал Орза. Очевидно, мужчина в белой шапочке следил за ними всю дорогу от Маринфорда. А Рэйли... ну, Рэйли тупо приплыл. Наруто даже знать не хотел, как ему это удалось, и упаси ками если этот человек будет какой то здешней вариацией Гай-сенсея. Содрогнувшись всем телом от представления встречи этих двоих, Наруто бесшумно спрыгнул с ветки дерева и приземлился на корточки рядом с Эйсом, который даже не заметил его появления, пока не встал и не повернулся к нему, тут же немедленно отпрянув назад. -“Боже! Да как, чёрт возьми, ты это делаешь?!” Это восклицание заставило окружающих тоже заметить его и посмеяться над неудачей Огненного Кулака, но прежде чем Наруто ответил на неожиданный восклик Портгаса, с этим его опередил глубокий, рокочущий голос Ньюгейта. -“Этот сопляк - ниндзя. Мальчик, ты из Конохи, не так ли?” Наруто глубоко вздохнул, прежде чем с улыбкой повернулся к старику. - “Агась, родился и вырос я именно там! Рад, что хоть кто-то по эту сторону моря знает о моей родине.” -“Гура-ра-ра-ра! Скажи мне, как поживает Деревня Листа? Прошло так много времени с тех пор, как я плавал по тем морям ... ” "Да, около 40 лет...", - С горечью подумал наруто, но внешне не проявляя этих эмоций. - “Ну, мы пережили Вторую, Третью, а так же Четвертую Мировые войны шиноби в твое отсутствие, но сейчас Народы шиноби живут в мире. Есть только трое живых Джинчурики, причем двое из них являются каге своих деревень. Два года назад Коноху ненадолго сравняли с землей, но никто не умер...или, ну, в любом случае, никто не остался мертвым.” Наступила гробовая тишина, пока кто-то не спросил: - “Черт возьми, хоть кто нибудь понял значение последних слов?” Наруто повернулся к тому, кто говорил. - “Ну, Нагато сделал это дзюцу...”, - Но его опять прервали на полуслове от часовых разъяснений творившихся приключений на его родине. - “А знаешь что, лучше не надо, а то мне кажется, что твой рассказ затянется на о~очень долгое время, без обид, ладно?” - На это усатик только кивнул говорившему с благодарной улыбкой, чем вызвал новую волну смешков среди собравшейся "семейки". - “Ояджи, ты хочешь сказать, что где-то там есть целая страна, заполненная ниндзя?” - “Вообще-то, континент.”, - Поправил говорившего Узумаки. - “Как никто не знает об этом!?” - Вскрикнула хором добрая часть экипажа Моби Дика. - “Континент расположен в Море Мертвецов.”, - Вмешался Белоус прежде, чем спор смог разгореться. - "Ходят слухи, что это область, почти полностью состоящая из водоворотов, поэтому очень немногие плавают там. Континент окружен водоворотами, что делает практически невозможным добраться до него или покинуть его. Напрашивается вопрос, как тебе удалось сделать это без команды? ” - спросил мужчина, вопросительно выгибая бровь. Наруто закатил глаза, прежде чем ткнуть большим пальцем в грудь в широком жесте. -“Старик, я Узумаки. Я бы опозорил фамилию своей матери, если бы не смог сделать что-то столь простое, как перемещение через водовороты, за кого ты меня принимаешь?” Для всех здесь присутствующих в этих словах было мало смысла, но до Эйса наконец кое что дошло. - “Так Узумаки - фамилия твоей мамы?” - В глазах Портгаса зажёгся огонёк осознания. Блондин повернулся к нему лицом. -“Да.”, - Он опустил взгляд, выглядя грустным из-за этой темы. - “Папа был...действительно сильным человеком. Во время Третьей войны он был настоящим природным бедствием на поле боя, из за чего за всю свою жизнь тот нажил себе множество врагов...По этой причине в детстве мне не разрешалось носить его фамилию, так как я был сиротой и не мог защитить себя, если бы они прознали обо мне. По этому я был всего лишь слегка чудным Узумаки со светлыми волосами вместо красных. Ни у кого даже и мысли не закралось, что я принадлежал к одному из самых могущественных Кланов мира шиноби, поэтому никто из тех, кто хотел закончить работу по искоренению Узумаки, не пришел за мной.” Белоус серьезно посмотрел на мальчика. - “Так вот из за чего ты так сильно переживал о причине казни моего сына...”, - Старый Йонко покачал головой, вспоминая о клане аловолосых дьяволов, что просто мастерски владели самыми различными видами фуиндзюцу, и готовы были свернуть горы и разорвать в клочья любого, кто посмеет обидеть их собратьев или сестёр. Шиноби листа тяжело вздохнул. - “Если бы Ивагакуре знала о моем существовании, я сомневаюсь, что все еще был бы жив. Шиноби Ивы испытывали глубокую ненависть к Желтой молнии Конохи-моему отцу. Также Ива была одним из основных участников нападения на Узушио, что сделало мою мать одной из немногих выживших Узумаки.”, - Он засунул руки в карманы штанов, задумчиво постукивая носком сандалии по земле. - У меня так же есть подозрения, что рыжеволосый Шанкс - Узумаки, поскольку никто, похоже, не знает его настоящей фамилии, а его волосы соответствуют оттенку, который обычно имеют Узумаки.” Эта теория, кстати, уже давно засела у него в голове, уш больно странно, что такой безымянный мальчишка вдруг нистого ниссего оказался настолько силён, что довольно рано смог забраться на пьедестал Йонко. - “Но я здесь не из-за этого...”, - Блондин хотел уже было продолжить, но прежде чем он смог произнести хоть слово о своей настоящей причине, по которой он отправился на встречу с Белоусом, мужчина в кимоно, которого Наруто видел с пистолетами, подбежал к ним, выкрикивая одну вещь, что заставила всех обратить на него свое внимание. - “Тич мертв!” Послышалась куча ответных выкриков: “Что?”, “Правда?” и неизбежное “Откуда ты это услышал, Изо?” Изо указал на них газетой что держал у себя в руке:- “Это было в газете! Они нашли его тело под обломками штаба морской пехоты вместе с несколькими заключенными из Импел Дауна.” Услышав это, все обратили свои взоры к блондину, стоящему за разрушением Маринфорда, только чтобы увидеть, как он смотрит на них широко раскрытыми глазами, прежде чем сказать: - “Эм...упс?” - Растерянная улыбка расцвела на его лице, пока он оглядывал всех присутствующих. Это заставило всех посмотреть правде в глаза. - “Это все, что ты можешь сказать!?” - Взвыла присутствующая публика, половина из них уже готова была рвать на себе волосы, от реакции Блондина. Наруто беспомощно пожал плечами. -“Ну, я на самом деле не проверял, есть ли там кто-нибудь. Так что....упс...” Кто-то фыркнул в наступившей тишине, и несколько человек рассмеялись с последовавших слов Эйса: -“Черт, я хотел его убить.” Наруто повернулся, чтобы посмотреть на них всех. - “Так...это не плохо?” Джоз поморщился. - “Черт возьми, нет, этот ублюдок убил нашего брата и по совместительству командира 4-й дивизии - Тэтча, прежде чем уйти с Дьявольским фруктом, который он нашел. Эйса схватили, когда он преследовал его. ” Изо быстро продолжил, прежде чем его снова могли бы прервать. - “И у нашего блондина теперь есть официальный розыскной плакат!” - С улыбкой проговорил оккама-снайпер, разворачивая листовку. Это был скриншот Наруто, опирающегося одной ногой на деревянный ящик, с дьявольской ухмылкой на лице и мини Ден-Ден-Муши в руке. Очевидно, кадр был взят с его трансляции в Маринфорде. Под картинкой красовался текст: Тысяча вспышек Наруто Разыскивается: живой или мертвый 500,000,000 Бейли -“А....” , - Наруто ошарашенно кивнул. Затем он оглянулся на Белоуса капитана. -“Эм, мне продолжить позже...?” - Спросил он, пока остальные восхищались его огромной первой наградой, которая, судя по тому, что он услышал от них, была не такой высокой, какой по всем правилам должна была быть. Белоус покачал головой- “Ты довольно долго избегал этого разговора. Итак, скажи мне, почему ты покинул свою деревню только для того, чтобы поговорить со мной?” Наруто поморщился и потер затылок. - “Всё таки заметил, да?” -Он тяжело вздохнул. - “Это касается тебя как личности, ты хочешь сделать это наедине или?...”, - Нару жестом указал на других командиров и часть команды вокруг них. Старик усмехнулся. -“Я не склонен хранить секреты от своей семьи, если это в моих силах. А теперь, не могли бы вы рассказать мне, как вы вообще узнали, когда я в последний раз посещал ваш дом? ” Кивнув, блондин закрыл глаза, чувствуя незримую поддержку от Курамы и готовясь к предстоящим последствиям. -“Тоже заметил, да? Я полагаю, имя Намикадзе Минато вам знакомо?”-Он открыл глаза, взглянув на застывшего Белоуса. Чего бы ни ожидал Эдвард Ньюгейт, это было явно не то. Он не слышал имени своего собственного сына уже больше 40 лет. Белоус закономерно предположил, что мальчик вырос и стал шиноби, поскольку он не видел розыскных листовок с этим именем. Учитывая, что страны шиноби окружало море, посетить их было бы крайне трудно, не говоря уже об опасности, если бы кто-нибудь узнал, что у него есть биологический ребенок. Таким образом, он оставил это место в покое, как бы ему ни хотелось его посетить. Он ничего не знал о жизни своего сына, он даже не знал, как выглядел мальчик, когда рос. Он мог быть уверен только в том, что медальон, который он оставил женщине, в которую влюбился, сможет привести его к отцу, если он захочет его найти. Что же ещё знал этот мальчик? - “Откуда ты знаешь это имя, дитя?” Блондин моргнул от смены темы, но все равно ответил. - “Я знаю достаточно. Я знаю, что Намикадзе - это Фамилия его матери. Я знаю, что был всего лишь годовалым ребёнком, когда вы видели его в последний раз, и я знаю его настоящую фамилию. Если бы пожелания его матери были услышаны, он вырос бы Ньюгейтом Минато.” Его сыновья ахнули, на их лицах отразился шок от услышанного. Они никогда не знали, что Ояджи на самом деле был чьим-либо отцом. Между тем, Марко только поднял бровь. Феникс и раньше подозревал, что у их капитана где-то должна быть хоть какая-то семья, но даже он не ожидал такого поворота событий. Светловолосый шиноби провел рукой по волосам, вглядываясь в горизонт. - “Минато вырос сиротой, я не уверен, что случилось с его матерью, но его поместили в приют в Конохе, и у него не было ничего, кроме медальона и дневника его матери. Это единственная причина, по которой он знал о твоем существовании.” Ньюгейт закрыл глаза от боли. Он не знал об этом. Если бы он знал, он бы вернулся за своим сыном. Меж тем, Нару, через силу сглотнув подступивший к горлу ком, продолжил: - “Минато вырос и стал одним из сильнейших шиноби своего поколения, женился на второй Джинчурики Кьюби и был назван четвертым хокаге.” - “Что такое Джинчурики?” - Спросил кто-то, прежде чем Наруто смог продолжить, побуждая шиноби уточнить. - “Джинчурики - это человеческое вместилище для одного из биджу. После Первой войны Коноха находилась во владении Кьюби. За Суной последовали Ичиби, Кири - Санби и Рокуби, Кумо - Ниби и Хатиби, Ива - Гоби и Йонби. Возможно, в тот момент у Таки тоже был Нанаби, но я в этом не уверен.”, -Пояснение помогло немного унять нараставшую нервозность, и та свернулась где-то в районе желудка, больше не беспокоя его. Покончив с этим, шиноби снова повернулся к Белоусу. - “Минато был великим Хокаге и любим Конохой. Его правление, однако, было самым коротким из всех хокаге. Намикадзе Минато умер в возрасте 24 лет, повторно запечатав неистового Кьюби-но Йоко, который был выпущен из печати его жены.” Последовало короткое молчание, но Белоус не успел заговорить, ниндзя продолжил уже гораздо более сдержанным тоном. - “Особенность Кьюби в том, что, поскольку у него больше всего чакры из всех Хвостатых зверей, мало кто может его сдержать. Его предыдущий контейнер умирал от того, что лис был вырван силой, так что повторное запечатывание не сработало. Единственные люди, способные безопасно содержать Кьюби - Узумаки, но в Конохе была всего одна представительница почти вымершего клана, и она умирала.” Сначала никто не мог понять, к чему всё это клонится, пока мальчик не упомянул Узумаки и не поднёс руку к своему животу. - “К счастью для Йондайме, в тот же день родился мальчик наполовину Узумаки. Теперь мужчина столкнулся с невозможным выбором: обречь ребенка на жизнь, обремененную статусом Джинчурики, или позволить уничтожить Коноху. В тот день я потерял всё...” -Произнёс усатик, опустив голову и руку к земле. - “В тот день Минато снял единственное напоминание о своём отце, которое у него было, надел его на шею своему сыну и запечатал в нем демона.” При этом заявлении все уставились на подростка широко раскрытыми глазами, смысл слов медленно прояснялся, Наруто поднял взгляд, встречаясь с глазами своего дедушки. - “10 октября, почти 18 лет назад, хокаге Йондайме, Намикадзе Минато, испустил последний вздох, оставив после себя третьего Джинчурики Кьюби но Йоко, его сын. Я. Если бы бабушка и папа добились своего, я бы вырос Ньюгейтом Наруто. Мои родители отдали свои жизни в тот день, чтобы я мог жить. Полгода назад я нашел дневник отца и решил, что должен найти тебя, хотя бы для того, чтобы ты знал, что с ним случилось.” Наруто глубоко вдохнул, прежде чем протянуть руку и схватиться за цепь на шее, расстегнуть замок и показать его всем, когда он шагнул вперед, протянув руку к великану, с которым он был связан. - “Когда я рос, мне не разрешали носить это. Теперь, когда ты знаешь, что произошло, ты хочешь это вернуть?” Ах, черт. У меня дрожит рука... Его рука дрожала, хотя это и так было очевидно. Пока он ждал суда над собой. Когда он увидел движение большой руки, он опустил голову, зная, что будет дальше. Он готовился отпустить цепь... Его тело рефлекторно дёрнулось, когда его охватили однорукие объятия. Это действие чуть не заставило его уронить единственное, что у него осталось от его отца. Наруто застыл в захвате, когда рука с медальоном опустилась вниз, не зная, что делать. Он не получал так много объятий в своей жизни, и ни одно из них не было таким приятным. -“Ты долгое время был один, не так ли?” Тревожно понимающий тон заставил глаза Наруто наполниться слезами, поэтому он закрыл глаза и кивнул, понимая, что не сможет больше говорить так, что бы голос предательски не дрожал. -“Ты пришел в поисках семьи, потому что у тебя ее не было.” У Наруто спёрло дыхание, когда он снова уткнулся в грудь мужчины. Ну почему же этот человек должен быть таким чертовски наблюдательным? У него просто прекрасно получалось сохранять самообладание! Он проигнорировал фырканье лиса, вот чьего мнения по этому поводу точно не спрашивали. -“Ты бы хотел остаться?” Наруто посмотрел в добрые глаза своего дедушки, его собственные были полны слез. -“Можно?” - спросил он жалобно, срывающимся голосом. Ответ был очевиден. - “Если бы я знал о кончине Манами, я бы пришел за ним.”, - В словах его дедушки слышались лишь сожаление и печаль. Наруто прикрыл глаза и едва заметно улыбнулся, чувствуя себя намного легче. - “Нет, уж лучше пусть всё остается так как есть. В конце концов, папа был счастлив до самого конца. Не это ли главное? Джии-чан?” За словами белобрысика последовал раскатистый смех Ньюгейта. -“Гура-ра-ра! Никогда не думал, что доживу до того дня, когда у меня появятся внуки!” Вот так, легко и просто, напряжение было снято, и вскоре на Наруто со всех сторон налетели его так называемые дяди, начав безжалостно дразнить и подтрунивать того за то, что он расплакался, в особенности Эйс. Все это время Наруто не мог не чувствовать себя счастливее, чем он когда-либо мог вспомнить. Он знал, что разговор на самом деле всё ещё не закончен, без слов поблагодарив своего дедушку за молчание. Они поговорят об этом позже. Это было самое сильное эмоциональное потрясение, которое он мог вынести в данный момент. По крайней мере, он еще не спрашивал о Кураме...