MY Camelopardalis/ MY жирафа

"Да начнётся же эксперимент!... Или нет?"

      Выходные прошли занятно, в компании Ваймена. Вместе юный гений и инопланетный паразит вместе с Ксено потихоньку начинали публикацию научных исследований касаемо Почемучки. Первым делом они опубликовали статью о медузах в принципе, в качестве доказательства предоставив фотографии наблюдения на Луну, фотографии Ваймена, а также окаменение ласточек, которое началось задолго до окаменения человечества. В статье было подробно расписано о том, как именно Ваймены способны влиять на воздействия поля Хиггса. А если быть точным: медузы способны влиять на W- и Z- бозоны, с которыми можно взаимодействовать за счёт квантов поля, коими являются бозоны Хиггса (И если я буду дальше вдаваться в подробности, это перерастёт в конспект научных статей, а не фанфик). Про то, как работает окаменение, учёные решили написать ровно через неделю, и понемногу ознакамливать научное сообщество с таким явлением, как медузы. Проблема будет одна - у Сенку и Ксено нет уже сломанных медуз, а использовать Ваймена или кого-то из его собратьев - негуманно и дико. Подобное можно расценивать, как эксперименты над людьми, так как медузы думающие создание, умственные способности которых превзошли даже человеческие. И вот так, за выходные, ещё незнакомая часть научного сообщества и мира знакомится с медузой-паразитом - Вайменом. Также за выходные удалось связаться с Бьякуей, чему тот был безумно рад и даже распустил прямо при остальных членах МКС нюни, чуть ли не расплакавшись. Вместе с тем космонавт познакомил своего сына с Лилиан, Шамилем, который, по мнению Ишигами старшего, был такой же хмурый и серый, как Сенку. Не обошлось и без других членов экипажа, которым "старик" уже все уши прожужжал, какой у него невероятный сын. Выяснилось, когда Бьякуя вернётся с МКС. Это должно было случиться через 6 месяцев. Естественно Сенку и на секунду не проявил слабости, решая пока не рассказывать про все произошедшие приключения. Хоть юный гений скрывал и прятал от самого себя, но чувства в груди брали верх, разливаясь невероятно тёплыми ощущениями с того факта, что Бьякуя жив и с ним всё в порядке. Забавные и иногда абсурдные вопросы Почемучки, публикация первых научных статей, связь со стариком: всё это очень радовало и добавляло мотивации, но кое-что Сенку всё-таки беспокоило. На протяжении всех выходных от менталиста ни слуху, ни духу - словно сквозь землю провалился. Это единственное, что портило картину. И нет, это не из-за чувства симпатии, привязанности или чего-то такого. Сенку такое максимально отрицал. Проблему учёный предпочитал выразить так: "как начинать эксперимент без его главной части - второго подопытного?". Первым подопытным считался сам Сенку, над которым повисли задачи проверить свои чувства на искренность, узнать их природу и в случае положительного ответа в первой задаче - соблазнить Гена. Ничего особо сложного, да? Ага… как бы не так! Вся проблема заключалась в том, что Ишигами абсолютно ничего не понимал в чувствах: ни своих, ни чужих! Он был прямолинеен, краток и холоден. Конечно, иногда делал подарки и с той же Суйкой он был мягче. Но пока этому безбашенному учёному прямо в лицо не скажешь: "Я тебя люблю!" он об этом даже не догадается и не додумается. Точно также, если Сенку не намекнуть на существование у него чувств - как это сделал Рюсуй – гений даже не заметит этого, пока не станет тошно. И вот мало бедному учёному этих проблем, так Ген ещё, засранец такой, ничего не написал после той прогулки. Вариантов с причинами было уйма, поэтому, дабы не перебирать, Сенку решил сам написать фокуснику. — «Ну, здаров, болтолог. Живой не?»

Прочитано

Именно такая надпись повисла. Никакого ответа не поступило ни через минуту, ни через час, ни через день, собственно, как и более не заходил в сеть. Кто-то спросит, неужели Сенку постоянно проверял, как часто менталист в сети? Да, проверял. Может юный учёный и кажется тем, кто будет беспокоиться о друге в последнюю очередь, но это не так. Он тщательно скрывает свою добрую натуру, но не беспокоиться он не может, не может не сопереживать. Такое своё качество Сенку проявлял ещё в царстве науки, когда не однократно заботился о жителях деревни. Да и сама цель – спасти человечество – невероятна и её уверено можно отнести к "доброй" сущности Ишигами, потому что будь у него цель только возродить существующие технологии, то согласился бы на идею Хьёги и не пытался спасти всех. Наступил тот самый день. День окаменения. Четвёртое июня. Конечно, благодаря усилиям Сенку и Почемучки, а также куче других гениальных учёных удалось построить машину времени и, на что все надеялись, предотвратить окаменение. Инопланетянин уверял, что всё хорошо, и он уговорил своих собратьев уйти, но пока этот день не закончится, сказать наверняка было сложно. Ко всему прочему, сегодня Тайжду должен был признаться Юдзурихе. Конечно, Сенку уже заспойлерил им, что они поженятся, но Тайджу пообещал, что повторит этот момент. Это глупо, но так в стиле доброго и глуповатого силача. От всего этого день обещал быть волнительным и как не редко выражался Сенку: "возбуждающим". Обычно молчаливый, и спрашивающий исключительно по надобности Ваймен, был несмолкаем и… делился переживаниями? Это действительно было что-то новенькое, потому что маленький зелёный механизм внеземного происхождения постоянно выражал свою надежду на то, что его собраться послушались совету и решили не окаменять людей. Он надеялся, что не будет лишних и никому ненужных жертв ни среди людей, ни среди медуз. Сенку, да и Ксено тоже, полностью разделяли его чувства. Хотя, для младшего учёного это было удивительно и забавно наблюдать, как его маленький приятель так сильно волнуется. И всё-таки, даже инопланетный механизм способен на симпатию, сопереживание, беспокойство. Это подтверждает, что медузы подвержены чувствам, однако в куда меньшей степени, чем люди. Но это доказывало, что паразиты также далеко не всегда рациональны, как бы сильно они сами в это не верили. Медузы подвержены чувствам и способны на их выражение, а также могут нуждаться в поддержке. Удивительное наблюдение, которое обязательно надо изучить, а потому к основному эксперименту подступает новая задача: проверить чувствительность Почемучки к человеческим эмоциям, развить из любопытства эмпатию. Практически весь день, как и в предыдущей временной линии, Сенку проводил в научном кружке, а то есть в лаборатории. Наконец-то приступив к созданию бензина из полиэтиленновых пакетов и пластиковых крышек, учёный полностью погрузился в процесс, как вдруг в помещение ворвался невероятно счастливый Тайджу. — СЕЕЕНКУУУУ!!! КАК И ОБЕЩАЛ, Я СОБИРАЮСЬ ПРИЗНАТЬСЯ ЮДЗУРИХЕ!!! — Кричал парень, улыбаясь во все 32 зуба. — Ага. Она же вроде… а ладно, валяй! — махнул рукой учёный, тихонько лыбясь в сторону раковины, над которой и держали колбочку с бензином. Учёный вылил содержимое в раковину, после чего кинул туда зажжённую спички, как вдруг резко вспыхнуло пламя. Бензин горел хорошо, что не могло не радовать, и гениальный школьник довольно ухмыльнулся. Кто-то может спросить: "чего такого в изготовлении бензина из крышек, если Сенку уже это делал и даже больше, создавал машину времени?". А всё донельзя просто! Это своеобразная проверка данного таймлайна, который исторически теперь должен был отличаться. Не существенно, но как ни крути, предки Бьякуи сейчас существовали с ним в одном времени, а значит, вселенная для этого немного перестроилась, дабы создать родственные связи с Бьякуей, Лилиан и другими. Помимо этого, бензин из крышек и тот факт, что он горит, подтверждал, что умственные способности Сенку всё ещё превосходные, и он не забыл процесс создания горючей жидкости. Сам добытый из отходов материал был важен и полезен в современных реалиях. Бензин из пластика и полиэтилена имел большое значение для экологии. Проще говоря, ученик из обычной японской школы сделал прорыв в энергетике. Тем временем все остальные с научного кружка уже во все глаза наблюдали за картиной на улице: уверенный Тайджу направлялся к своей возлюбленной, которая, как истинная защитница природы и всего живого, повязало на подломанную ветку дерева свой шарфик как фиксатор. Это могло помочь дереву зарастить рану и снова стать крепким. Посыпались ставки на отказ, которые разрезал Сенку. Он точно знал, что эти двое любят друг друга. Знал ещё до их свадьбы в другой временной линии, до окаменения, до этого дня. Ишигами давно знал о том, что те двое чувствуют друг к другу. Он никак не мог повлиять, да и понимал, что может навредить своим вмешательством, поэтому просто со стороны наблюдал за развитием и образованием одной из самых крепких пар, существовавших в мире. В этом Ишигами был уверен на все десять миллиардов процентов. — Ставлю десять тысяч иен, что всё будет наоборот! — Произнёс Сенку, выглядывая из другого окна. Сейчас Тайджу и Юдзуриха знали о чувствах друг друга, но оттого не становилось менее интересно. — Да ладно! — Вскрикнул один из компашки школьников. Сейчас всё внимание было уделено милой парочки, что стояла возле дерева и раскрывалась друг другу в своих самых чистых и искренних чувствах. Вдруг под руку подлез Почемучка, тоже выглядывая из окна. Ему точно не было дело до романтики, его волновало кое-что другое, и пока только Сенку среди окружающих понял, что именно. Взгляд юного гения был устремлён на юго-запад, как бы уже готовясь к самому худшему. — Юдзуриха! Все эти 5 лет… ВСЕ ЭТИ 5 ЛЕТ Я ЛЮБИЛ ТЕБЯ! — Завопил во весь голос, наверное, самый добрый на всём белом свете великан. Его голос услышала не только девушка и школьники, наблюдающие за этим, но и обычные прохожие, которым тоже стало интересно, как на это отреагирует молодая школьница. Послышался тихий и милый смешок. Огава направилась к Оки и легонько чмокнула парня в щёку. — И я тебя тоже люблю, дурачок, — произнесла она. Люди, просто проходившие мимо, радостно похлопали парню, как бы поздравляя, а у "знающих" парочку ребят пооткрывались рты. Лишь Сенку никак не отреагировал, всё ещё всматриваясь куда-то вдаль. Зелёного света не последовало. Окаменения не будет. По крайней мере, сейчас. Учёный тяжело вздохнул, переводя взгляд на лучших друзей. В глазах научника весело засеяли блики, а на лицо вылезла такая же весёлая и довольная ухмылка – такой исход радовал Сенку. Лучшие друзья теперь пара, спустя так много лет, а окаменения не намечается. Но и снова, всю идиллию испортил Ген, всплывший в голове. Его вечно лыбящаяся лисья морда, тёмные серо-синие глаза, в которых видно всё, кроме его чувств и искренности, его чёрно-белые чёрные волосы, с отливом пепла. Всё это аж бесило, казалось до тошноты нелогичным. Сенку хмыкнув, развернулся и направился в класс, пряча Почемучку, который не сводил глаз(?) с юго-запада, пока его не захапали в карман. Учёный вновь проверил телефон – ответа всё также не было, что сильно раздражало. В груди было противное чувство, будто его использовали, хотя это глупо, ведь Ген ничего от Сенку кроме доступа в школу не получил. Хотя чего-то подобного от Асагири вполне можно было ожидать: увидел привлекательного парня, свозил на "свидание", но тот не понравился и Ген решил прекратить общение. Так уж вышло, что всё, что касается менталиста, автоматом ставится под сомнение. Он коварен, лжец, извращенец, живёт исключительно ради своей выгоды, пользуется статусом. Всё это раскрывает парня не с лучшей стороны и понятно объясняет, почему Цукаса так не хотел его воскрешать, но… но хорошо познакомившись с фокусником в нём открывались новые качества, скрытые за тёмными занавесками от лишних глаз. Ген был романтик, добрый, любил детей и людей в принципе, всегда стремился оказывать психическую и моральную поддержку. Так уж вышло, что доверить все секреты царства науки и свою жизнь, можно было доверить самому болтливому, ветреному и лживому человеку, какого видел этот свет. Сенку полностью утонул в работе, игнорируя любые звуки. Выглядел учёный довольно мрачно, чему были удивлены даже остальные ребята. Юноша никогда во время занятия своим любимым хобби не выглядел таким…подавленным? Да. А ещё грустным, печальным, мрачным, горестным и другие синонимы к слову "грустный", которые вы знаете. Его старались не трогать, так как при малейшем вмешательстве в личное пространство, Ишигами недовольно что-то ворчал и говорил, как нерационально, что его отвлекают и так далее. Никто не понимал, что это вдруг не так с гением: его лучшие друзья стали парой, день солнечный, бензин удачный. Что ещё не так? И ведь никто, даже сам Сенку, не понимали, что это всё из-за треклятого менталиста, который взбудоражил каждый нейрон мозга юноши, а потом… а потом просто пропал после прогулки, ничего не писав и не отвечая на сообщение. Нет, тут явно что-то не так, ведь отшивал Ген на сто миллиардов процентов более элегантно, символично и красиво. Из раздумий вывел грустный и тяжёлый вздох девушки, которая отвлеклась на уведомление на телефоне. — Хаааа! Выступление Гена отменяется! Говорят, что он не может выступать, заболел сильно... — С ужасом произнесла она. Все остальные также разочаровано вздохнули и лишь один Ишигами застыл, держа в руках колбу. Ген просто-напросто заболел. Ну как "просто-напросто" заболел. Заболел он сильно. Это объясняло очень многое. У фокусника не было ни сил, ни настроения хоть как-то общаться, потому что, скорее всего, прячется под каким-то пледом, пьёт чай с лекарством и спит. Хотя пить чай будет неблагоразумно со стороны шоумена. Чай, как и кофе содержит кофеин, который мешает спать, что является лучшим врачом почти любой болезни. Ещё кофеин содержится в… коле. Десять миллиардов процентов, Ген хлебает колу. "Ну нет, уж лучше чай!" — подумал про себя Сенку, начиная собирать свои вещи. — Я сегодня уйду раньше. Чтобы к 6 вечера все покинули помещение и сказали закрыть его. Ключ у них есть. — А-а! Ладно, н-но куда ты? — удивлённо и дружно вопросил весь научный кружок. Сенку всегда. ВСЕГДА. Уходил последним, но тут что-то не так. — Это не так важно. Просто сделайте, как я сказал, и не забудьте запереть окно! Преподам скажите, что у меня исследования! — Кинул Сенку, убегая из помещения. Фразы "по делам" или "исследования" всегда хватало для того, чтобы Сенку потом не отчитывали за пропуски. Направился учёный сначала домой – переодеться и взять ноутбук. — Ало? Такси на улицу *** и до ***! — Ген несколько раз обмолвился, где живёт, спалив тем самым адрес. Специально или случайно – неизвестно, но Ишигами запомнил эту информацию и как показывает практика – не зря. Парень мигом выбежал на улицу, ожидая транспорт. Дыхание, наконец, начало выравниваться, а мозг начал думать. — Сенку? Что случиться? Почему вы так резко убежали? Почему волнуетесь? — Как пулемёт выпалил Почемучка, который знатно перепугался, когда учёный так резко побежал. Ему было непонятно, что происходит с таким холодным, рассудительным и спокойным юным гением. — Я… я не знаю, — произнёс парень, делая последние глубокие вдохи. Ему, как и всем людям было свойственно переживать, но чтоб так… такого ещё не было. А ответ прост – Сенку переживает за Гена. Первого человека, который ему так сильно понравился, — я просто переживаю за Гена. Почему это он не может выступать? Почему не отвечает? Это так странно, я не могу это объяснить, но я просто переживаю за него. Ген бы не стал игнорировать и отменять съёмки просто так, — заключил учёный. Как раз к этому времени подъехало такси, и Сенку залез в него, расплатившись с водителем. Поездка была не скорой. На улице были пробки, да и расстояние до жилища Асагири было не маленьким. И ведь подумать только: в пятницу этот придурок действительно после всей этой работы приехал на такое расстояние, а потом свозил Сенку на ещё большее. Дак ещё и проводил до дома, одолжив свою куртку. Это ведь точно что-то значило, да? Или нет? Все эти размышления действительно были странными для учёного, однако, в отличие от его ожиданий, он чувствует себя противно. Раньше Ишигами яро презирал чувства, отрицал их у себя ко всему, кроме науки, но сейчас, когда менталист возможно просто впал в хандру, Сенку мчится к тому на такси. Предположений о таких изменениях было несколько: Сенку просто их не понимал; Сенку их боялся; Сенку просто чокнулся. Последнее казалось самым вероятным, потому что именно так самому учёному казалось, что он именно что чокнулся. Вместе с тем юноша чувствовал, что стал мягче. Или ему так казалось? — Знаете, а я вот в такси подрабатываю так, для души, с людьми пообщаться. На самом деле у меня свой бизнес, — разрезал тишину таксист. — А… ага… ЧТО? Бизнес? Такси для "души"???? Учёный резко перестал чувствовать себя чокнутым. Теперь таким казался таксист, потому что начал разговаривать со школьником и начал доказывать, что у него бизнес. На этот нелепый рассказ учёному хотелось ответить: "Да-да! А я гуманитарий и работаю с Илоном Маском, а мой Бог макаронный монстр считает тебя грешником и не говорите, что вы в него не верите!», но сдержался. Ладно, мягче школьник не стал. Только более сдержанным, что довольно хорошее качество. Когда машина наконец-то подъехала по адресу дома менталиста, Сенку пулей вылетел из такси подальше от этого горе-бизнесмена-любителя-водить-для-ДуШи. Останавливаться приходилось на каждом этаже, чтобы разглядеть таблички с именами на дверях. Сенку точно знал улицу и номер дома, но вот квартира была неизвестна. Куда быстрей было бы подниматься по лестнице, быстро заглядывая на этажи, но… что если Ген живёт на каком-нибудь 20 или 30 этаже? Нет, для хилого и совсем не спортивного учёного 2 этажа вверх – предел. Больше он не осилит! На удивление, нужный этаж и квартира нашлись быстро. Среди всех этих каре-красных дверей у одного этого фокусника была фиолетовая с цветами и без таблички. Скрывал свою квартиру даже среди других явно не бедных и не безызвестных людей. Ну как скрывал? Таблички не было, но кто хоть немного знает менталиста, сразу её найдёт. Звонок. Тихий неторопливый топот с еле слышным ворчанием в унисон звучал сердцебиению учёного, которое то и дело пропускало удар. Звон ключей. Поворот в замке. Щелчок. И вот он: прекрасный и эле… оу… Взору Сенку предстал совсем не тот парень, которого он обычно видел в лице шоумена. Асагири был с растрёпанными волосами, укутанный в тёплое зимние одеяло, в домашней одежде (ладно, это неудивительно) и шмыгающий носом. Проще говоря, выглядел не очень. — А? Что ты тут де- *чих* -лаешь? — в нос произнёс Ген, с явно недовольным лицом. — Вау… ты выглядешь… ужасно, — окей, сдержанным Сенку также не стал. Если бы это увидел хоть кто-то из фанатов Гена, учёного съели бы с потрахами. — Спасибо, человек *шмыг* очевидность. Зачем ты тут? — Сначала, чтобы просто убедиться, что ты жив, а теперь, чтобы лечить тебя, — фраза, так легко кинутая младшим, смутила фокусника, который даже на мгновение растерялся. — Не стоит. Лучше уходи, — собравшись, отрезал больной, закрывая дверь, но тут её вдруг притормозили. — И вот так ты поступишь: выгонишь школьника, который к тебе с другого конца Токио приехал? — И вечная, никогда не угасающая ухмылка просияла на лице учёного, когда он понял, что тактика сработала. Ген покривил лицо, однако раскрыл дверь. — Собак не боишься? — спросил Асагири, впуская учёного, а сам выглянул проверить, не следил ли никто. — Нет, а чт-? — Не успел спросить Ишигами, как к нему виляя хвостом подходит пёс, ростом сантиметров 60 в холке. Он был явно не молодым, но и старым не назвать. Шерсть золотистого и медного цвета лоснилась по телу животного, которое дружелюбно смотрело на учёного своими большими тёмными глазами. На морде собаки образовалась "улыбка", которой невозможно было не умилиться и не улыбнуться в ответ. Значит адрес Ген "случайно" палит, а о существовании такого красавца в своём жилище – нет? Ну и менталист. Ну, даёт, гений блин. — Сник, — хозяин пса показывает на учёного, — это Сенку, друг. Сенку, —изящные руки указывают на животное, — это Сниккер. Мой сын. Последняя фраза про: "мой сын" позабавила учёного и он усмехнулся. Почему-то вся эта ситуация кажется комичной и очень милой. Кто бы мог подумать, что у Гена – главного лжеца сия земного шара, самого извращённого, ебанутого, двуликого человека, которого только встречал Сенку, есть безобидный, добрый и верный пёс. Удивительно и трогательно. В царстве науки он ни разу не заикнулся о существовании в своей жизни хоть какого-то животного, хотя это смело можно отнести к той же опере, что и про самого себя Ген не любил рассказывать. Квартира была большой и просторной. Куча цветов, полочек с безделушками, стены были покрашены где-то в сиреневый, где-то в фиолетовый и белый, комнат пока по подсчётам было 4, но по идее где-то ещё должна была быть маленькая комнатка под кабинет. И того выходит 5 комнат. — Итак. Говори, где аптечка и иди пока в кровать. — Слушай, это правда не стои- — Цыц! Я сказал: где аптечка и мигом в кровать! Не смотря на приказ Сенку, фокусник всё же сам достал медикаменты, обходя стороной реквизиты для выступлений, которые раскиданы по всей квартире. Старший протянул аптечку, и под строгим взором "врача" проследовал в свою кровать. Кыхыкая и чихая, Ген всё же лежал в кровати, укутавшись двумя одеялами. Рядом на тумбе стояли салфетки, горячий травяной чай. У постели уже верно дожидаясь, лежал Сник, взгляд которого сменился на самый грустный, который только видел свет. Пёс беспокоился о хозяине и очень сильно. — Итак, что там у тебя? — У меня там одеяло, плед, свитер… — БОЖЕ! Я не про это! Идиот! — Сенку про себя обматерил больного, который вместо симптомов начал перечислять то, в чём он укутан. И вот кто-то может объяснить, как гениальнейший человек мог влюбиться в него? В полного придурка со странной причёской и манерой поведения, отбитого на голову человека, который смеётся с каждой глупой шутки… а нет, всё предельно ясно и сходится! — Я про симптомы. — Ах~ Ну… *чих* Кашель, боль в горле, температура, насморк, лёгкая головная боль, боли в мышцах… — Какая температура? —… — Чего молчишь, менталист? — Последний раз самая высокая была 40 и 1… —… Ген… — Да? — Фокусник, ты ебанутый, да? —… Да...? Сенку с тяжёлым вздохом дал Асагири градусник и начал перебирать препараты в поисках лекарства против жара и противовирусное. К счастью, таковых было в достатке, что натолкнуло на мысль, что либо Ген вообще их не использует, или, что более вероятно, учитывая дату изготовления, часто болеет и постоянно пополняет/обновляет запасы. В таймлайне с окаменением Ишигами мог припомнить только один раз, когда Ген сильно заболел, но вместе с тем помнит, что менталист постоянно мёрз, зимой сопливил и чихал. Пару раз даже приходилось соглашаться спать вместе, дабы согреть его. Забрав градусник учёный сразу увидел не утешительный результат. На градуснике красовалась зловещая цифра 38 и 6. — Н-да… так, пей лекарство и ложись спать, — Сенку протянул Гену ложку с каким-то сиропом беловато-прозрачного цвета. На вкус оно было горьким и противным, из-за чего Ген недовольно пожмурился и словно маленький ребёнок, показал язык. — А ты? — спросил фокусник, тяжело дыша. Высокая температура давала о себе знать, выливаясь в отдышку, красное лицо и плохое самочувствие. — А я буду тут. Ноут у меня с собой, буду заниматься своими делами. — А… допустим, я не против, но разве тебя не ждут дома? — Не-а. Старик в космосе. Поэтому я буду с тобой столько, сколько нужно, — от такой фразы уши фокусника покраснели, отчего он даже отвернулся и поглубже зарылся в одеяла. — А-а *кашель* школа? — Преподавателям сообщил, что у меня "дела". Так как я часто отъезжаю на исследования, меня уже не теряют и ничему не удивляются. — Ох. Вот оно что… это удивительно для школьника то… Вскоре Ген окончательно отвернулся в противоположную от Сенку сторону и совсем скоро засопел мирным сном. Теперь представилась возможность осмотреть комнату менталиста. Стены спальни были покрашены в тёмный сине-фиолетовый, на них были развешаны плакаты и постеры из аниме-сериалов, фильмов и игр. На полках красовались книги по психологии, в том числе один из экземпляров Гена, а рядом с книгами стояли фигурки и некоторые реквизиты. Интересным показался порядок выставленных книг по психологии – они шли в порядке усложнения тем. В начале стояли, как полагал Сенку, базовые, а дальше настоящие научные исследования в этой сфере, на статьи о которых сам Ишигами периодически натыкался, а потому и понял, в каком порядке были книги. Но самые интересное – книжёнка Гена была в самом конце. О чём это говорит пока не понятно. Может он просто её выделил от всего? Или может он действительно считает её хуже базовых книжек по психологии. Также зоркие ярко алые глаза зацепились за пачку… сигарет. Постепенно в реалиях 21 века Ген начал раскрываться совершенно по-другому. Он теперь не просто лжец и манипулятор, который продастся за бутылку колы, а немного депрессивный юноша, замученный шоубизнесом не по годам. За чтением время пролетало незаметно. Обстановка была спокойной: Ген мирно спал, а рядом с ним и его верный пёс. Поражало, насколько эти двое могут быть близки, раз Сник и на шаг не отходит от фокусника в такой трудный момент, а Ген и словом не обмолвился о своём "сыне". Спрятал и никому не показывал. Вот весь менталист. Манипулирует не только чужими, но и своими эмоциями. Читал Ишигами кстати Стивена Хокинга "Три книги о пространстве и времени". Учёный всё ещё не до конца понимал концепцию перемещения и как она работает. Раз переместились именно все, немного изменив данную вселенную, то почему кто-то помнит что-то, а кто-то нет? Почему вообще Сенку помнит то, что по факту никогда не должно было произойти? За этим юноша полез в бесконечный склад книг. От текста отвлекло чужое тяжёлое дыхание и кашель, учащающееся одновременно с сердцебиением, которое кажется принадлежало вовсе не Гену, а Сенку. — Ммм… болтолог? — Тихо произнёс парень, касаясь фокусника, на что тот дрогнул, но не проснулся. Рука учёного легла больному на лоб. Горячий. Слишком. — Гх… одолжил блин куртку, болтолог хренов! — рыкнул учёный на парня без сознания, когда уже помчался на кухню для мокрой холодной тряпки. Если бы герои были в детском мультике, то сейчас тряпка, которую положили на голову менталиста, сделала бы звук "пшшш". Именно об этом подумал младший, проворачивая операцию. Дальше надо было как-то скормить лекарство против жара. Сенку взял ту же самую ложку, набрав в неё жидкость. Приподнимая голову Гена, учёный наконец смог напоить того лекарством. Сник, как самый верный друг положил свою голову под руку фокусника, давая себя погладить и на удивление скептичного учёного, это помогло. Кашель и дыхание потихоньку утихли, пока бледная и костлявая рука водила по голове пса, иногда почёсывая за ухом. Сенку, сев обратно на кресло-мешок залез почитать уже не про физику, время или научную фантастику, а поподробней узнать про породу золотистого ретривера, да и в принципе узнать, для чего этот лохматый мог понадобиться Гену. Открытием стало, что голдены распространены не только в виде охотников, поводырей и нянек, но и в виде психологов, то есть их часто привлекают к канистерапии. Конечно, это ещё не точно говорило о том, что Ген брал пса для этого, но задуматься было над чем. Очень часто люди берут собак именно потому, что эти четвероногие способны анализировать, проявлять эмоции и давать обратную связь, таким образом стремление к эмоциональному теплу и взаимодействию становилось главной причиной взять гуф-гуфыча. Но для выводов ещё слишком рано и Сенку это прекрасно понимал, но паззл, собранный из маленьких крупиц собирался слишком красиво и правдоподобно – Ген не заикался о близких, родных или друзьях, дома собака, порода которой очень часто используется как "психолог". Всё это будто и кричало о том, что менталист на деле чувствует себя одиноким, но Сенку не психолог, чтобы понять это и хоть как-то разобраться, а потому просто тяжело вздыхает, откидываясь на спину. На тяжёлый вздох реагирует Сник, который уже закончил с сеансом терапии для своего хозяина и теперь готов был приступить к сеансу с учёным. Добрые и большие, глубоко посаженные глаза, смотрели прямо в глаза уставшего Сенку. Пёс будто видел всё насквозь, а потому повторил свою методику "дай себя погладить и всё будет хорошо", хотя было одно отличие. В выражении морды словно читалось: "с ним ведь всё хорошо?". Собакен явно переживал за хозяина, а ещё ему был интересен Ишигами, которого пёс увидел впервые, но запах уже был знаком. — Да брось, у него обычное ОРВИ, — сказал учёный, будто пёс его понял. Рука учёного скоро оказалась на том же месте, где и пару минут назад находилась рука менталиста – на голове Сниккера. Происходящим заинтересовался Почемучка, который убедившись, что Ген спит вылез и полетел донимать своими вопросами учёного. — Почему людям нравится гладить собак и котов? — Они мягкие и приятные на ощупь. Это успокаивает. А ещё людям просто нравится трогать всё, что мягкое, тёплое и приятное на ощупь. От появления Ваймена пёс приахуел. Он резко отошёл от Сенку и попятился к кровати с лежащим в ней больным. Для Сника Почемучка неизвестный, практически никак не пахнущий и парящий объект с неизвестными намерениями. Конечно, псу было интересно, что эта фигня тут вылезла и против законов физики (хотя мы знаем, что по законам) парит, но страх и инстинкт самосохранения были выше, а потому он просто уселся рядом с Геном, и, наклонив голову набок наблюдал. — Почему представитель семейства собачьих меня испугаться? — Ты для него непонятный, неизвестный. Живым существам с хоть каким-то признаком интеллекта интересно всё неизвестное, но вместе с тем оно их пугает. Он не знает, как ты себя поведёшь, а потому предпочитает держать дистанцию. К слову, его зовут Сник. — Почему человек даёт неразвитым существам имя? — Потому что… они для нас близки и нам надо их как-то называть? Мы вот дали тебе имя Ваймен/Почемучка, потому что звать тебя просто "медуза" нелогично. "Медуза" – это вид, к которому ты пренадлежишь, и если бы люди всех собак звали просто "собака", то это было бы сложно. Да и для хороших хозяев животное – часть семьи и было бы неправильным не давать члену семьи имя, — заключил Сенку, вновь утыкаясь в ноутбук, где уже вернулся к своей литературе. Ваймен улёгшись рядом, ещё иногда задавал вопросы, сложность которых была невелика. А Сник в свою очередь всё же осмелился и подошёл к инопланетянину и обнюхал его. "Изучение" объекта мало что дало, если не брать в расчёт, что пёс убедился в безопасности данного объекта. Как же сильно этот наивный и лохматый друг человека ошибается. Из-за этих маленьких и с первого взгляда безобидных малышей человечество поплатилось почти 4 тысячами лет в заточении из камня. Из-за них наступил конец света, но не теперь. Ваймен не был намерен хоть кого-то окаменять, только если в целях исследования под руководством Сенку. На улице темнело. Часы показывали 22:43. Асагири не просыпался после того приступа жара и кашля, что очень радовало Сенку, но Сник не особо радовался. Пёс хотел на улицу, чем всячески показывал остававшемуся в сознании учёному, который пытался оттянуть этот момент, но… но всё иногда надо делать в первый раз, поэтому Ишигами смирившись взял поводок и с самой смущённой миной, какая у него когда-либо была, пошёл гулять с собакой. Повезло, что Сниккер был обучен и ни разу не потянул школьника, и даже больше – показал дорогу, по которой они с Геном обычно гуляют. На улице стояла летняя приятная прохлада, людей уже было немного, да и шума намного меньше, чем днём. Прогулялся Сенку с псом быстро, дабы его никто не заметил, но и потраченного времени вполне хватило. Вернувшись домой, Сенку запер дверь и повесил ключ на место, направляясь в комнату больного, но того не было в кровати. Пропала и пачка сигарет. Учёный, прихватив с собой плед, направился за псом, что радостно виляя хвостом, прибежал к хозяину, который проснулся и пошёл перекурить. — Курение убивает, ты знал об этом? — разрезает своим голос далёкие шумы машин и болтовни людей учёный, вставая рядом с Геном и смотря на горящие небоскрёбы, что своей величиной пронзают облака, а светом прогоняют тьму. — Ага. Спасибо, что погулял *кашель* со Сником, — коротко ответил Асагири, кашляя и шмыгая между словами. Старший парень поёжился от лёгкого дуновения ветерка. — А ещё тебе не желательно выходить на балкон, — добавил Сенку, накидывая плед на плечи фокусника, чем смутил того. К счастью его лицо было отвёрнуто, а потому румянца учёный не заметил, как и не заметил Ген румянца на щеках учёного. — Спасибо. Менталист укутался в плед, а после сделал ещё одну затяжку и продолжил. — Я не хотел курить в помещении, так как не знаю, как ты к этому относишься. Да и дымить в квартире не хочу. — Отношусь отрицательно, но я тебе не мать, не бать и не нянька. И ты мог одеться или захватить с собой плед. — Ле-е-е-ень~ — протянул Ген, тихонько посмеиваясь, но резко прерываясь на кашель. Учёный забирает сигарету и тушит её, а потом, резко схватив шоумена за запястье, потащил его вовнутрь, не обращая на вопли с его стороны. Внезапно Сенку осознал, что единственный раз, когда он прикасался к Гену, было, когда фокусника чуть не убил Магма, и это было в целях спасения тому жизни. Но просто так – никогда. Рука фокусника была костлявая с длинными пальцами. Холодная. Сенку отметил одно интересное наблюдение: ему нравится разгадывать Гена. В голове сложился ещё один паззл: у Асагири Гена железодефицитная анемия. На это указывал ряд факторов, например такие, как: бледная кожа, чрезмерная утомляемость, холодные руки, слабый иммунитет. Это было ещё одной разгаданной загадкой и маленькой победой, которой Сенку радовался, но про себя. Осталось по меньшей мере сотня, а то и больше загадок и это невероятно захватывающе и будоражуще! Учёный запихал фокусника обратно в кровать и строго-настрого наказал не вылезать оттуда, пока сам пошёл на кухню что-то химичить. Ишигами воспринимал любую готовку как науку, следуя в ней точно по такому же методу проб и ошибок. Так он когда-то создал первый рамен и перетянул на свою сторону не только всю деревню, но и Гена. Сейчас юноша, решив не экспериментировать, нашёл рецепт похлёбки, а затем отрыл и все ингредиенты. Во время поиска Сенку отрыл целый ящик… колы. Удивительно? Зная Гена – нет. Но вообще-то – да. Такого ящика, стоящего в холодильнике, должно было хватить на год, но кто будет брать годовой запас колы? Ведь все молекулы углекислого газа разорвут свои связи… а в прочем… это Ген. Это дневная доза этого наркомана на коле. Сенку закончил с готовкой и понёс тарелку с похлёбкой больному, не забыв и про себя. В голове крутилась мысль о том, до чего он дожил: хозяйничает в квартире мегапопулярного шоумена, лечит его и гуляет с его собакой и что самое странное – ему это нравится. Нравится находиться рядом, ухаживать и слушать голос фокусника. Это как-то по-старому грело душу, будто это то, чего не хватало, когда Сенку заперся у себя в лаборатории, создавая машину времени. Будто упокоение души, в которую Ишигами так охотно не верил и отрицал, но принимал надобность в чужом человеческом тепле. Раньше наш гений может и задумывался об отношениях, нужде в ком-то близком не в виде друга, но только с практической точки зрения – наследник. Но тут с порога ворвался какой-то расфуфыренный индюк и начал устанавливать свои порядки. Тебе это не нравится, ты его выгоняешь, но начинаешь скучать. И вот, разрешаешь ему снова войти в свой дом – думаешь, что в этот-то раз всё точно будет по-другому, а этот хам снова всё переставляет! Он передвинул твой любимый книжный шкаф, с которого выкинул все твои книжки по физике и химии, заставив своими дурацкими книжёнками по психологии, меняет интерьер и разваливается на твоей кровати. Ты в ярости, снова выгоняешь этого наглеца, но очень быстро осознаёшь, что уже не можешь без него. И тут два варианта, впустить и смириться или навечно забыть. Сенку выбрал первый вариант, потому что навечно забыть того, кто всегда был рядом, понимал лучше всех и разделил всю скопившуюся боль и тяжесть, он не мог. Кто-то может возразить, что Ген смог, забыл Сенку, но это было не по своей воле. Фокусник никогда бы не смог забыть или отпустить такого, как Сенку и даже не скрывал этого. Вечно раскрытый рот от восхищения, подкидывание гениальных планов и наипрекраснейшая работа в роли шпиона, стратега и дипломата на стороне младшего учёного говорили об этом. Поэтому Ген тоже решил сделать в "своём доме" перестановку и даже помог с этим. — Вот, тебе надо перекусить, — произнёс учёный протягивая тарелочку супа. — Я не особо голоден… хорошо, спа- *кашель* -сибо. Ген взял тарелку с ложкой. Перед пробой он несколько раз дунул, чтобы содержимое остыло. — Хм… довольно неплохо… но знаешь, *чих* во взрослой жизни готовку оставь своему партнёру, — менталист продолжил есть и его примеру последовал Сенку. Н-да, Ген прав. Вышло терпимо, но не более. — Партнёр… моя суженная это наука, а ей на стряпню всё равно. А я в основном рамен готовлю. — Ох, вот оно что, — с некой тоской произнёс фокусник, откладывая наполовину пустую ( или полную? Сами думайте), тарелку на тумбочку, что стояла рядом. — Можешь насыпать Снику корма? С похлёбкой. — М? А похлёбка-то зачем? — Я точно сейчас больше *кашель* не буду, а ещё он на смешанном питании. Ему будет полезно, да и супы он любит. — Понял, сделаю. Сенку насыпал корм, и, как приказал Асагири, налил псу супа. Корма, как и ожидалось высокого качества. В конце концов, Ген довольно богат и может себе это позволить, тем более он очень любит Сника. После выполненного поручения учёный вернулся в комнату и уселся за ноут. Да, дальше читать. И что вы ему сделаете? Он в другой вселенной! Буквально. Ген наблюдал за юным гением какое-то время. Его проницательный взгляд что-то агрессивно выискивал и очень сильно выдавал носителя серо-синих глаз, который по болезни растерял часть своих менталистских способностей. Не выдержав, Асагири всё же решился напрямую спросить интересующий его вопрос. — Зачем ты мне помогаешь? Какая тебе с этого выгода? Ты не похож на того, кто просто так бы помогал кому-то незначительному в его жизни, как я. Нет, ты расчётлив и всегда хочешь чего-то взамен. Так для чего всё это? Часть фразы про "кому-то незначительному…" затронула Ишигами. Как же сильно Ген ошибается. — Ни для чего. У меня действительно нет какой-либо цели кроме помощи тебе. Да, я расчётлив, поэтому считай, что это плата за потрясающий вечер пятницы. На лице обоих выступил румянец от смущения из-за слов учёного. Ген мигом развернулся к стене и спрятался под одеялом, чтобы спрятать алеющие щёки и уши, а Сенку лишь хитро ухмыльнулся. — Ух-ты, я что? Смутил тебя, болтолог? — Подразнивал юноша больного, пока в лицо не прилетела подушка. — АЙ! КАКОГО ХРЕНА, БОЛТОЛОГ СРАНЫЙ?! Учёный взял подушку в руки, собираясь кинуть, но тут сердце пропустило удар с вида абсолютно красного от смущения фокусника. Таким его Сенку ещё не видел. А что? Миленький и забавный. Ишигами положил под голову подушку, кинутую Геном и устроился поудобней. — Спасибо за подушку, менталист! На это Асагири сделал наигранно обидчивая лицо, показывая язык и снова отвернулся к стене. — Я спать! Ты можешь лечь в соседней комнате на диване, постельное бельё в шкафу! — Ладно-ладно. Дождусь, когда ты заснёшь и уйду в соседнюю комнату. — Ты мне нянька или что? Я и сам усну, без посторонней помощи! — Да-да, но если будет приступ жара… — Сник позовёт тебя. Сенку удивлённо глянул на собаку, которая, невзирая на потасовку парней, улеглась рядом с хозяином и мирно дремала. — Ты уверен? — Абсолютно. Он обучен звать на помощь в случае, когда кому-то плохо. Независимо кому. — Полезный навык. Тогда я пошёл. Спокойной ночи желать не буду. — Грубиян! — И снова наигранная мордашка с высунутым языком. Гену безумно нравилось игриво строить рожицы или менять интонацию голоса. Конечно, иногда он это делал специально наиграно, чтобы окружающие поняли, а иногда можно было и не разобрать, правда кто-то его обидел или он притворяется. Чаще всего было последнее, но большинство людей ошибочно делали ставку на первое и плясали под дудку Асагири. Подобное было не только с выражением обиды, но с другими эмоциями. Всеми, кроме восхищения. Её Ген не видел смысла натягивать или прятать. Когда ты восхищён, ты должен показать это человеку и нет смысла ему врать, если он не впечатляет. Тут спокойно может справиться сладкая лесть, которая как взбитые сливки на корж торта ложится на душу человека, охмеляя его разум. Фокусник умел красиво и сладко льстить, что и делало его столь привлекательным для всех, но как только к нему подступали слишком близко, всё сходило на нет, при том так, чтобы об этом никто не кричал. Лишний шум в информационном пространстве Гену был незачем, тем более очерняющий его личность, а потому все расставания были лёгкими, не колючими и не болючими для безумных фанатов, которые заводили отношения с Асагири только ради денег, популярности, авторитета или просто чтобы переспать, но все эти интрижки также никем не публиковались. Ни со стороны Гена, ни со стороны многочисленных "партнёров", которым точно также не нужны были проблемы.

***

Уже через десять минут учёный лежал на расстеленном диване с телефоном в руках, листая очередную научную статью с открытиями в космосе. В ней было написано про несколько новых экзопланет и звёзд, которые нашёл спутник кеплер. Ничего удивительного, но интересно. Даже сейчас люди ежедневно узнают что-то новое и постоянно что-то открывают, изобретают и переделывают. Даже сейчас, общепризнанная Стандартная Модель вселенной не полная - в ней всё ещё достаточно недостающих частиц, по типу до сих пор неоткрытого гравитона. Его не хватает для объяснения гравитации, но при этом человек понимает её принцип и работает с ней, попутно ища столь важную недостающую частицу. Пока что объяснить всё невозможно, но нет ничего того, чего наука не смогла объяснить. Даже окаменение имело свою природу в лице маленьких зелёных паразитов-механизмов. А значит, и остальное поддаётся какому-либо объяснению, которое человечество обязательно найдёт. Очень скоро учёный отложил телефон, засыпая. В квартире наступила полная тишина, которую разве что разрывало мирное сопение троицы в унисон. Это были Ген, Сенку и Сник. Свет редкими лучиками проникал в помещение, освещая тёмные стены квартиры фокусника. Всё так и веяло умиротворением и спокойствием, но продлилось всё не так уж и долго. Из спальни Гена снова послышались громкий кашель и тяжёлое дыхание, а вместе с ними и скуление верного друга, который сразу ринулся к учёному, чтобы разбудить, но этого не потребовалось – Сенку сам уже подскочил и побежал в спальню, тут же хватая градусник. Смерив температуру, учёный приступил к стандартному плану по её понижению: холодная мокрая марля, понижающее жар лекарство и пёс под ручку. В этот раз сбить пугающую отметину в 39 и 4 градуса удалось далеко не сразу. Сенку не смыкая глаз просидел 24 минуты 34 секунды, после чего позволил себе вздремнуть, но на кресле-мешке, что находился в той же комнате, что и Асагири, за которым сейчас глаз да глаз. Когда фокуснику окончательно полегчало, Ишигами провалился в глубокий сон до самого утра, и к счастью таких припадков ночью больше не было.

***

Ген проснулся утром часам к 8, когда большинство японцев уже были на работе, в школе или детский садах. Самочувствие было намного лучше, чем днём назад, хотя полностью поправившимся Асагири назвать было сложно, у него всё ещё была слабость, боль в горле и мышцах. Приподнявшись, парень потянулся под просветами солнечных лучей между штор. Одеяло скатилось с его тела и образовало довольно большой комок в силу своей массивности. К фокуснику радостно виляя хвостом с ошейником в зубах подошёл Сник, который уже долго ждал своего хозяина на прогулку. Прошлым вечером пришлось идти с новым знакомым – учёным, которое не соизволил уделить прогулки достаточно времени, отчего собакен заскучал. — Хи-и-и~ И тебе доброе утро, дорогуша, — рука шоумена провела по голове собаки от макушки до холки, останавливаясь почесать за ушком. Повторив такое движение ещё несколько, раз Ген поднял взгляд с верного четвероногого друга и увидел умилительную картину: недалеко от кровати Гена на пуфике расположился Сенку, который кажется, принял самую неудобную позу для сна, какая только существует. Его растрёпанные волосы с зелёными кончиками спадали на лицо и кресло-мешок в хаотичном порядке, толстовка вся была помятая, а руки спрятаны в её карманы. Сам учёный мирно посапывал, не обращая на лёгкое шебуршание менталиста внимание. Солнечные лучики, которые редко проскальзывали через плохо зашторенные окна мягко ложились тому на лицо, как бы щекотя его. Сенку иногда жмурился и безуспешно пытался скрыться от назойливого света солнца. От такого вида дыхание Гена перехватило. Сам Сенку, наверное, списал бы это на болезнь, но менталист слишком хорошо себя знал, а потому понимал, что в данный момент ОРВИ тут ни при чём. Ген просто с замиранием сердца и дыхания восхищался и любовался данной картиной, на которую мог бы смотреть часами. Восхитить фокусника было сложно, он видел слишком много для своих 19-ти лет, общался со многими людьми, но Сенку смог это сделать. Не только своей неоспоримой гениальностью, но и красотой. Да, Асагири Ген находил этого школьника довольно привлекательным, но если кому-то интересно существование у Гена хоть каких-то романтических чувств по отношению к нему, то Ген уверенно ответит "нет". Менталист в принципе не испытывал особо романтических чувств к кому-либо, чисто недолгие интрижки, в которую Сенку никак не вписывался и даже думать о таком было странно и неприятно. Зато восхищаться никто запретить не может. Для того, чтобы кем-то любоваться не нужны ни подлые мысли, ни влюблённость, ни романтических или интимный контекст. Сенку сразу понравился Гену как хороший друг и собеседник. Если так задуматься, то кому вообще мог НЕ нравиться Сенку? Он добрый (хотя старательно это отрицает), умный, красивый, честный. Один недостаток, ему нравятся те, кто могут разжечь доменную печь. А ещё ему всё равно на романтику. Даже сейчас, когда он подозревает у себя влюблённость в Гена, он воспринимает это как эксперимент по влюблению в себя менталиста, по выявлению причин выделения гормонов рядом с ним и так далее. Никакой романтики. Возможно, что Сенку и слова то такого не знал или не понимал его значение. По крайней мере, все окружающие так думали, как и думали, что единственная любовь Сенку – госпожа наука. Ген поднялся и взял с собой одеяло. Он укрыл мирно дремлющего учёного, который лишь немного дёрнулся, когда почувствовал, как на него положили что-то увесистое и тёплое, а сам не проснулся. Рука менталиста скользнула по одеялу к лицу, с которого он убрал прядку. Уже на выходе Ген накинул поверх и так тёплой кофты куртку, из-за того, что его всё ещё знобило. Сник, с уже надетым ошейником довольно махал хвостом и тут же ринулся из квартиры, как только она открылась. На улице была приятная утренняя прохлада, которая правда сейчас не очень нравилась Гену. Холодок то и делал, что пытался пробрать до костей и так больное тело фокусника. Пёс же был более чем доволен состоявшейся прогулке, которая длилась около часа. Со временем, Ген привык к холоду и не обращал на него внимания, медленно прогуливаясь по типичному маршруту: двор, парк, двор и домой. Когда довольная парочка в лице пса и хозяина вернулись в квартиру, учёный продолжал спать, наконец, сменив позу на более удобную, а также сняв с себя толстовку. По всей видимости, он просыпался, и, не обнаружив Гена предпочёл поспать дополнительный часик-другой, что было для нехарактерно для Сенку, но практически бессонная ночь дала о себе знать, да и чем-то кроме чтения учёный не смог бы себя занять. По какой-то неизвестной причине у Гена не было лаборатории – странно – так что из двух вариантов: почитать или поспать, Сенку очевидно выбрал второе. Асагири, решая не будить юношу, который так трепетно переживал о его здоровье на протяжении всей ночи, направился на кухню, чтобы сделать завтрак. Похлёбка Сенку, конечно, была неплоха, но по нормальной еде Ген соскучился. Быстро понабрав ингредиентов из шкафа, менталист не забыл накормить и своего псына, которому помимо сухого корма досталась ещё и каша. Себе и своему гостю Ген решил напечь лепёшек на рисовой муке. Готовил парень не идеально, но и не плохо. Холостятская студенческая даже шоумена заставит научиться готовить, потому что идти в ресторан лишний раз – лень. До носа Сенку донёсся приятный лёгкий аромат рисовых лепёшек, который приятно щекотал нос, заставляя пробудиться ото сна. Ещё какое-то время нехотя ворочась, Ишигами открывает свои глаза и, мыча от приятного хруста костей, потягивается. В горле абсолютно пересохло, а глаза слипались. Ночь была не из простых, а сбитый и затяжной сон аж до 10:01:26 утра ещё больше усложнял ситуацию. Первым делом Сенку проверил Ваймена на наличие и к счастью, тот преспокойно лежал рядышком. — Оставайся тут или тихо переберись в карман толстовки. Мне пока некуда тебя спрятать, — шёпотом произнёс Сенку, выпрямляясь во весь свой рост. К сонливости и пересохшему горлу прибавилась проблема неприятной тянущей бои в спине, которая появилась от неудобной позы во время сна. Учёный направился к источнику запаха, который располагался на довольно просторной кухни, на которой спокойно могло поместиться человека двадцать. — О~ Доброе утро, спаситель моей жизни, — почти пропел менталсит, не отворачиваясь от плиты. — Не преувеличивай, мазохист-суицидник. — Ха? Мазохист-суицидник? Это почему же? — Не выдержав такого, Ген всё же развернулся к Сенку, который ни капельки не стесняясь, уселся за стол. — Да потому что вчера ты раздетый на балкон вышел, а сегодня с псом на 56 минут 43 секунды ушёл на улицу и это только с того момента, когда я проснулся! — И что мне оставалось? — Я бы спокойно мог вывести его, как сделал вчера вечером. Ты мог меня разбудить, а не отсрочивать своё выздоровление. — Тебя будить мне было жалко, ты слишком мирно спал, — Ген перевернул лепёшки на сковороде, а уже снятые выставил на стол, включив чайник. — Да и я чувствую себя значительно лучше. Тебе не стоит так беспокоиться, ты слишком многое для меня делаешь. — Если при следующей такой выходки ты упадёшь в обморок – спасать не буду, — заключил Сенку, хватая лепёшку с тарелки. — Хотя ладно, в любом случае, после обеда я домой, раз уж тебе полегчало. Сенку не увидел, но Ген расстроился. Вернее как расстроился, ему просто хотелось, чтобы Сенку задержался на подольше, потому что так он остаётся в компании собаки, которая конечно всё выслушает, но ответить и вести дискуссию не сможет. Проще говоря, Гену было одиноко, а рядом с Сенку он чувствовал себя намного спокойней и даже если они оба молчали, это было не так одиноко, но удерживать Сенку было против моральных устоев, да и глупо. Учёный бросил занятия в школе и примчался на другой конец города ради человека, с которым они знакомы около двух недель – это казалось Гену очень милым. Для него так ещё никто не делал. Закончив с приготовлением еды, менталист направился к столу, чтобы поставить еду, как вдруг послышался лай и чей-то незнакомый для фокусника крик. Затем из комнаты вылетел какой-то зелёный объект, а за ним и Сник с довольной мордой. Пёс решил поиграть с Почемучкой. Почемучка вылетел из комнаты и направился к Сенку за спасением, тем самым спалился Гену. Финита ля комедия. Всё! Фиаско! Поезд сделал "бум"! И естественно Сенку спас Почемучку от "ужасного, злобного четвероногого создания со слюнявой пастью и злобными глазами", но вместе с тем тихо прошептав: "мляяяя… сука…", ударил себя полбу рукой. — Что происходит?! — очнувшись от шока, Ген притянул к себе Сника за ещё не снятый ошейник. — Сниккер, фу! Пёс действительно поджав хвост отошёл в сторону, как бы показывая, что не хотел напугать и навредить. — Хэй, малыш, ты в норме? — Обратился Ген к Почемучке, имя которого ещё не знал, но слегка смутился почему-то именно Сенку, пока быстро не сообразил, что обращение было не к нему. — Я в порядке, — коротко ответил инопланетянин, выбираясь из рук учёного. — И тааак… А собственно, как тебя зовут? — Ваймен или Почемучка, — за место медузы ответил Сенку, всем видом показывая, что он в шоке с максимально спокойной реакции Гена на неизвестную ему хуету. — А тебя то есть вообще не смущает, что с тобой разговаривает маленькое зелёное что-то, что умеет парить? — Нет, ну, почему же… возможно я был бы больше удивлён, если бы не заметил его в первую нашу встречу, — со спокойным тоном произносит Асагири, откусывая от лепёхи кусочек. — Чт-?! — А, ну да… он постоянно выглядывал то из кармана, то из сумки. Это конечно было странно, но я решил не вмешиваться. Фокусник пожал плечами, делая ещё один кусок. Сенку пока что обдумывал всё и, не отставая от Гена, ел лепёшку. — Что же… Почемучка – инопланетный механизм паразит. Я пишу по нему научную статью и о нём знает научное сообщество – это так, уточнение, чтобы ты не принял меня за поехавшего. — О~ Не беспокойся Сенку, я и без того считаю тебя поехавшим, а потому без доказательств поверил бы в то, что Почемучка инопланетянин, но спасибо, что уточнил. Я проверю~ — сказал фокусник, принимаясь за следующую рисовую оладушку. Сенку решил не отставать от приятеля. — О, я, конечно, польщён, но не говори мне, что ты поверишь каждому "учёному", — Ишигами показал кавычки пальцами, — который скажет, что у него пришелец или ещё что-то такое. Я ни за что не поверю, что ты такой наивный. — О, Сенку-чан~ Но я ведь правда верю в них! Разве ты не слышал о куче случаев похищений людей инопланетянинами?! Кажется, Сенку поперхнулся воздухом, потому что чем-то другим не мог, а потом уставился сверлящим взглядом на менталиста, пока тот не захохотал. — Да не верю я! Не-ве-рю! — Тогда почему веришь мне? — Ну… давай-ко посмотрим~ Ты точно не тот человек, который бы стал втирать антинаучный бред. Ты слишком честен, когда дело доходит до науки, — Ген немного опрокинулся назад, скрестив руки на груди и смотря в чарующие алые глаза напротив, не в силах оторвать от них свои. — У тебя красивые глаза, тебе говорили это? — Налегке произнёс Ген, будто делал случайные комплименты каждый день. Да почему будто? Для шоумена в порядке вещей было постоянно говорить лесть, но в этот раз комплимент был чист и ясен, как блеск озера с серной кислотой. Сенку невольно покраснел, но быстро пришёл в себя. К счастью, держать в узде свои эмоции он хотя бы немного умел. Не так профессионально, как Ген, но умел. Сенку немного рассказал про Почемучку и своё исследование, обходя тему окаменения. Он ещё не знал, как правильно её подать, хотя фокусник уже дал понять, что готов поверить почти во всё, что скажет Сенку, но почему-то где-то внутри бушевало сомнение, которое так и кричало "Не надо! Рано!". Учёный не мог объяснить, почему именно рано и решил обдумать этот вопрос позже, а пока просто рассказать немного в принципе о Почемучке. Дальше диалог пошёл петлять совсем другими дорогами, уходящими всё дальше и дальше от инопланетного механизма, а потом снова задевая его.

***

— Так значит, ты уверен, что идея восстания машин и искусственного неправдоподобна и невозможна? — Спросил фокусник, запрокинув ноги на стул и облокотившись на спинку. — Не в ближайшем будущем. Конечно, скорее всего с Почемучкой наши технологии скакнут дальше, однако кардинально что-то сменить сразу не выйдет. Одна цивилизация не должна вмешиваться в естественный процесс эволюции другой, сразу отдавая все технологии, разработки, навыки. Это должно больше напоминать симбиоз с постепенным овладением новыми знаниями. В противном случае, у малоразвитой цивилизации случится трагедия. Я не могу сказать какая, но могу сказать, что её вероятность десять миллиардов процентов. Отдать низшей по уровню развития цивилизации все технологии равносильно тому, как только начавшему изучать алгебру дать рассчитать траекторию полёта ракеты. Это приведёт к её крушению и гибели людей. — Угу… допустим. Хорошо, зачем нам нужен Ваймен это понятно. Для того, чтобы развивать науку в нужное русло. Но зачем мы – малоразвитая цивилизация – Почемучке. Какой с нас прок? — Я изучать вас. Вы довольно развиты даже по космическим меркам, но вместе с тем вы слишком непонятные. Моему виду не понятно наличие иррациональности в вас. Также ваша планета наделена важным для нашего выживания ресурсом – алмазом. — А-а-а~ Ты изучаешь поведение людей, так? То есть, психологическую составляющую. Это уже довольно интересно, как раз мой профиль – психология ~ — Ага. Лично я буду рад, если на некоторые задаваемые Почемучкой вопросы отвечать будешь ты. Я не психолог и не всегда могу на них ответить, так что вопросы с копанием в мозгах людей оставлю на тебя, если ты не против. Однако попрошу нигде не оглашать существование Почемучки и естественно его вопросов. Согласен? — О-о~ Я то-о-олько за! Может уже есть вопросы? — Пока я вроде на всё отве- — Да, есть. Зачем вам собака? Почему он вам нравится? — Оу… ну… — Менталист ненадолго задумался, поднося руку к подбородку и взглядывая вверх. — Я ведь уже отвечал тебе… — Простонал Сенку, услышав в третий раз вопрос по поводу животных. Хотя, у кого как не у психолога с собакой спросить про любовь к пушистикам? В добавок, когда ты перепугался из-за этого пушистика, наличие его в жизни человека кажется ещё более нелогичным. — Сник – мой друг. Человек существо биосоциальное, но у него не всегда есть близкие в виде других людей. Тогда на помощь приходят животные, которые прекрасно восполняют естественную потребность человека в заботе о ком-то. В Японии очень распространены коты, которые не так тактильны, как собаки и в основном менее прихотливы. Это можно объяснить тем, что Япония – страна трудоголиков и ухаживать за собакой времени нет, а коты точно также восполняют недостающее человеческому индивиду тепло. Собаки тактильней и намного охотней отвечают отдачей на уход, хотя не без исключений. Ещё есть служебные цели – животные в некоторых физиологических аспектах превосходят людей и, например, могут отыскать взрывчатку или наркотик там, где не найдёт человек, — Ген сделал паузу, снова задумавшись, а потом схватив ещё одну лепёшку, продолжил. — Нельзя забывать и про зоотерапию и канистерапию. Научно доказано, что животные благоприятно сказываются на эмоционально-психологическом состоянии людей, в том числе с психологическими заболеваниями и отклонениями или со стрессом после серьёзной операции. Сенку слушал внимательно, лишь во время паузы задавая себе вопрос: "А всегда ли Ген был таким умным?". Понятно, что он имел в виду всегда – с рождения, а с момента их знакомства в научном царстве. И ответ напрашивался сам собой – конечно Ген с самого первого знакомства был умён, но ему незачем были все эти знания, которыми он делился сейчас. Его никто не спрашивал, а на практике применения толком не было. Тогда Сенку задал себе другой вопрос: "Почему я никогда его не спрашивал о таком?" и тут вопрос тоже был прост. В основном Ген слушал Сенку и что-то спрашивал. Асагири – самый болтливый и поверхностный человек в мире, его слова как пёрышко и не имеют веса, он никогда не говорит по существу, пока не спросишь прямо об интересующей тебя теме в психологии, ведь помимо болтливости и поверхности, он имел пугающе огромные познания в психологии. Он буквально мог прочитать человека, и это было для него не сложней прочтения рецепта по завариванию рамена. И, несмотря на поверхность, у Гена прекрасно развит эмоциональный интеллект, но в основном его действительно можно было таковым назвать. Также пугало то, как идеально Ген копирует и подражает. Сенку и Цукаса считали, что идеальней стратега, чем Ген, не существует. И это ведь ещё не всё: Ген был прекрасным "следопытом", дипломатом и как оказалось, другом. Не просто так ведь Сенку назначил его одним из пяти генералов Царства науки. — Это всё хорошо, но что на счёт тебя? Тебе-то зачем собака? Тем более, что со всеми этими шоу на него, наверное, не так много времени. — Ох~ Его появление в моей жизни случайно~ Я не горю желанием рассказывать, как именно и почему он у меня, но это было неожиданностью даже для меня, ну а выкинуть сердце не повернётся. Я влюбился в него с первого дня~ Сник, поняв, что речь идёт о нём, подошёл и дал себя погладить, лизнув руку хозяина в ответ. — Хм… что же, Ваймен, надеюсь, у тебя отпали все вопросы по поводу домашних животных? Я не переживу четвёртого! — То есть люди заводить их себе, потому что те поднимать настроение, а хорошее настроение улучшать качество жизни, — заключил парящий комочек. Оба парня на него немного удивлённо взглянули, потому что тот умудрился сжать все их ответы на несколько минут до одного небольшого предложения, получив более-менее ясный ответ, который действительно объяснял всю суть. — Да… ты правильно понял, — произнёс Ген, снова о чём-то задумываясь. Секну уже говорил, что Ген СЛИШКОМ много думает? По-моему – да.

***

Как и обещал, Сенку ушёл примерно после обеда. Ему и самому не хотелось уходить, но грязная башка, желание посидеть в лаборатории в одиночестве и надобность идти на следующий день в школу, сообщали о надобности возвращаться домой. В компании Гена была приятно, даже очень. И конечно Сенку начал свой эксперимент, наблюдая за сменой, как своего, так и чужого состояния, старался уследить за каждой реакцией, каждым взором и так далее. Пока наблюдение говорило о повышении пульса и ускорении кровообращения в ответ на прикосновения и комплименты. Ген же не подавал никаких реакций, разве только что жест, когда фокусник укрыл дремавшего учёного, но этого было мало. Пока что ничего не говорило о наличии симпатии у Гена к Сенку, что по какой-то причине расстраивало. То ли из-за действительно влюблённости, то ли из-за медленного продвижения исследования. Пока ничего не ясно, но Сенку был достаточно терпелив, чтобы проводить долгие исследования и идти к своей цели путём проб и ошибок. Ишигами Сенку точно добьётся своей цели.