***
— Фиар? Я приподнялась на локте, высматривая Алекса. Тот по-прежнему курил на балконе, стоя ко мне спиной за плотно закрытой дверью. — Тебя не слышат? — послышался надтреснутый и глухой голос куратора. — Нет. Что случилось? — Наверху проанализировали всё то, что ты нарыла, и есть серьёзные основания полагать, что с помощью «Яра» развяжется крупный военный конфликт на Ближнем Востоке. Поэтому поступил срочный приказ, — Фиар глубоко вздохнул, спровоцировав паузу. — Ликвидируй Александра Червонного. Он представляет гораздо больше угрозы сейчас, нежели в перспективе пользы. Как выполнишь, бросай всё и сразу же уматывай к железнодорожному переезду. Там тебя подберут. До сознания не сразу дошло, что он только что произнёс. На автомате отчеканила: — Принято. Телефон успел уже остыть после звонка, а я всё пыталась переварить услышанное. Ликвидировать Алекса? Убить, получается? Но ведь… Пришлось резко обрубить поток мыслей. Никаких эмоций, был отдан приказ. У меня нет права ослушаться. Ведь так? Я пошарила в прикроватной тумбочке у изголовья: Алекс всегда оставлял пистолет там, откуда его можно было мгновенно достать. Проверила магазин: под завязку. Накрутила глушитель, сняла предохранитель, передёрнула затвор. Будто в тумане увидела, как блондин задавил в пепельнице окурок, отряхнул руки, с наслаждением вытянул вверх поджарое тело. Я встала с кровати, отошла ко входной двери, безотрывно наблюдая за движениями Червонного за стеклом. Когда тот вошёл в номер, прикрыл балкон и развернулся ко мне, то встретился взглядом с дулом пистолета. — Аня? Ты это чего? — недоумëнно спросил мужчина, выставляя ладони вперёд. — Опусти оружие, ладно? Я тебя чем-то обидел? Давай поговорим. — Прости… — шёпот слетел с моих губ вместе с вылетевшей из ствола пулей. Алекс не произнёс ни звука. Когда точно в центре лба появилась багровая дыра, он упал на спину, пару раз дёрнулся и застыл. Под разметавшимися золотистыми вихрами стремительно разливалась огромная лужа крови. Такой же крови, которая буквально в виде двух горячих капель попала мне на лицо. Рука рефлекторно их стёрла. Я взглянула на ладонь с бледно-красными размазанными полосами, однако показалось, что вся рука вымазана до локтя в густой, свернувшейся багровой жиже. Ноги подогнулись, я сползла по стене, не отводя глаз от бездыханного тела Червонного. Это не являлось моим дебютным убийством, но это был первый раз, когда пуля срикошетила от тела убитого и попала прямиком в душу. Трепещущее сердце медленно сдавила чёрная ледяная рука, и я ощутила, как оно начало стремительно расходиться по швам. Глаза набрякли отёчностью, но слëзы не полились. Почему они не текут? Почему, чёрт возьми, облегчение не приходит? За что?***
Затёкшая от долгого нахождения в положении на весу рука стала подрагивать. Я никак не могла вспомнить, как нужно дышать. Почему мне снова приходится проходить через это? Почему я должна убивать всех людей, которые мне небезразличны? Уставший и шокированный мозг стал транслировать кашу из образов Алекса, Тэ, Чимина, фотографий жертв серийного убийцы, Фиара… И без того потерянная концентрация приобрела ещё больший расфокус. Я всё пыталась уговорить себя нажать на курок. Одно движение указательного пальца — и всё закончится. Меня отвезут в больницу, подлечат, Главный опять подарит заслуженный отпуск, и я уеду отсюда прочь навсегда. Но пальцы не хотели слушаться, несмотря на отчаянное положение, схожее с русской рулеткой: кто первый выстрелит, тот забирает весь приз. Теперь наконец стало понятно, на какого рода тэхёновский взгляд я периодически натыкалась. Оказывается, мне он давно известен, ведь я часто ловлю его в зеркале. Это был взгляд убийцы. Тёмной стороны каждой личности, которая успела отнять чью-то жизнь, случайно или же добровольно. «Я должна это сделать, должна! — изо всех сил с мольбой взывала к рассудку. — Ты ведь делала это не раз! Ты даже Алекса пристрелила! А ведь перед тобой даже не Чимин.» Айдол, до этого без движения глядевший мне прямо в глаза, внезапно на выдохе опустил руку и отшвырнул пистолет в сторону. Я непроизвольно проводила его полёт ошеломлённым взглядом. — Знаю, что поступаю неправильно, особенно по отношению к тем, кто поддерживал и поддерживает мои идеалы, но я не смогу в тебя выстрелить. Не хочу тебя убивать, кем бы ты ни была и какой бы выбор ни сделала. Я знал, на что иду, какие были риски, хотя, признаться, такой поворот не учёл… В любом случае, прошу, выслушай меня и позволь предложить три варианта. Я всё также держала Кима на мушке, недоверчиво слушая его монолог. Не верилось, что он — жестокий мясник, и не верилось, что он способен вот так подставиться под мою пулю. Почему? Для чего? Это как будто всё нереально… — Первый вариант, — тем временем продолжал без улыбки Тэхён, — пристрелить тебе меня самой или сдать подъезжающей полиции и тем самым выполнить свою миссию. Второй — дать форы в три дня, а потом делай со мной, что захочешь. Хоть пытай, мне без разницы. Я ещё не закончил всё, что запланировал. Нужно всего лишь немного времени, чтобы довершить начатое. На кон поставлена не одна моя жизнь, и если на собственную мне давно наплевать, то их жизни я не хочу предавать. Хотя, выкинув пистолет, уже стал предателем. Идиот. И третий… Он замолчал, пронзая меня горящим взглядом. Я слышала, как вой сирен становится всё ближе, видела, как за спиной айдола мчит грузовой поезд, и всё ещё наивно надеялась, что это просто транквилизаторный сон. — Я знаю, что бывших разведчиков не бывает. Вряд ли тебе нравится такая работа, иначе пристрелила бы меня сразу же, как я признался. Ты колеблешься, а значит, ещё не превратилась в бездушную машину, но и выйти из системы по доброй воле не можешь. Поэтому… — он протянул ладонь, в которой несколькими минутами ранее держал пистолет, — давай объединимся. Я помогу тебе освободиться, а взамен ты дашь мне закончить дело всей жизни. — Да как ты мне поможешь? — непроизвольно губы растянулись в усмешке. — Выйдешь на моё начальство с переговорами? — Ты ведь знаешь, на что я способен, — хитро подмигнул Тэхён. — Уверен, и дело читала, и фотографии видела, и новости слушала. Мы обязательно придумаем, как это сделать. Ты станешь свободной, даю слово, а своё слово я держу всегда. Ну что, по рукам? Я смотрела на протянутую ладонь и… колебалась. Слишком большой риск, слишком велик соблазн. Выполнить служебный долг, тем самым в очередной раз доказать свой профессионализм? Попытаться усидеть на двух стульях? Поддаться сладкому искушению исправить ошибки юности за счёт порученной цели? Рука стала медленно опускаться. Когда пистолет оказался вровень с бедром, я ощутила возобновившееся кровообращение, отдававшее острой, покалывающей болью по всей конечности. Это не сон. И никогда им не станет. — Мне нужно подумать. Я не могу дать такой важный ответ прямо сейчас. — Хорошо, — серьёзность моментально спала с лица ТэТэ, уступив место суетливости, — обязательно подумаешь, но давай в другом месте, ладно? Полиция скоро окажется здесь, а проблемы, которые она несёт, ни тебе, ни мне не нужны. Так что валим отсюда! Он схватил меня за руку и рванул по направлению к уходящему грузовому поезду. Тем временем за нашими спинами уже блестели мигалки.Icon For Hire — All I see is Darkness