Обещания
13 февраля 2024 г., 00:48
Логэйн краем глаза проследил, как портной, спотыкаясь о размотавшийся отрез долийского сукна, проскальзывает к выходу, провожаемый тяжёлым взором королевы.
— Не надо, ладно?
Он терпеливо завёл руки за спину. Угрожающий стук маленьких каблучков затих рядом с ним.
— Что не надо, Анора?
— Убеждать, что Страж-командор досадно испачкалась чернилами, и ты всего лишь помогал их стереть.
— Всё было так, как выглядело, — сухо ответил Логэйн. — Но это совсем не твоё дело.
С годами Анора всё меньше воспринимала родительские наставления о том, что ей делать и о чём спрашивать. Откровенно говоря, «золотое время» воспитания закончилось лет так в семь.
— Что странного в том, что я волнуюсь за тебя?
— За меня или наследование Гварена?
Она придирчиво оглядела тумбу перед ними, где лежали не обычные карты и документы. К длинному лоскуту терракотовой хафтерской шерсти была приколота сатиновая тесьма с надписями на тевине; Анора про себя отметила типичный орлейский стебельчатый стежок. Пущенные через условное плечо сильверитовые цепочки для накидки пока не имели чёткой композиции, и королева засомневалась, что придворный мастер Даниэль сможет грамотно ими распорядиться.
— За всё. Раньше ты не позволял так легко себя одурачить.
Мак-Тир шумно втянул носом воздух, стараясь ответить мягче, чем привык.
— Не тревожься, Анора. Женского коварства я повидал достаточно, чтобы разглядеть его.
— Овдовевшие ещё при Мэрике банны и девки из «Жемчужины» не коварны, а бесхитростны и жадны, отец. Даже дурак Алистер это понял бы, если б…
На её бесстрастном лице промелькнула тень смущения.
— Если б не говорил каждой заигрывающей даме: «О, вы очень милы, но у меня есть жена», — ядовито передразнила короля Анора, прогнав румянец. — И не упоминал перед лордами заведение мадам Санги, как «однажды друг привёл меня туда, но мне не понравилось. Невкусный эль и все постоянно куда-то уходят».
— Сложно понять, недовольна ты верностью мужа или восхищаешься ею.
— Я не понимаю её причины, и это пугает.
Она опустила подбородок и нахмурилась, ярко напомнив Логэйну ту юную леди, что тайно ревновала Кайлана к первой встречной. Конечно, ни привязанность к супруге, ни её многочисленные шпионы при дворе не удерживали Тейрина от постоянных измен, и со временем Анора научилась игнорировать их с поистине королевским достоинством.
— Лорду, тем более правителю государства, не нужна причина, чтобы уважать брачные обеты.
Она недоверчиво обернулась на отца, ожидая заметить во взгляде искру лукавства. Всё-таки неприлично молодая полураздетая женщина на его столе наводила мысли совсем не о любви к благочестию.
— Девочка, узнай Селия о неверности, ни одна крепость в мире не уберегла бы меня, — ответил на молчаливый вопрос Логэйн. — Любой на моём месте не стал бы рисковать.
Кроме того, после долгой разлуки и встречи слаще, и ночи длиннее. Неважно, сколько приходится ждать: осень в столице или год в чужой стране. Неважно, кого приходится отвергать: вдовствующих банн или орлейских аристократок. Не все обещания даются под дланью преподобной матери. Иногда они даже не звучат вслух.
— Что была бы за картина! — Анора в притворном ужасе приложила ладонь к губам. — Тэйрн Мак-Тир, герой реки Дейн, месяцами прячется в Бресилианском лесу, спасаясь от гнева разъярённой женщины.
— Месяцами? Она нашла бы меня на следующее утро, без гончих.
Не выдержав, Анора рассмеялась, и Логэйн тоже позволил себе незаметную улыбку — давно не приходилось видеть погрязшую в вечных хлопотах королеву настолько весёлой. Да и редко разговаривали по душам, без холода и недомолвок.
— Так ты любишь её? — в лоб, как привыкла, спросила она.
Мак-Тир разочарованно покачал головой. Склонность Аноры к сентиментальности и драмам оставалась неизменной.
— Это удел неразумных мальчишек, грезящих о рыцарском титуле и той единственной. Я давно вышел из такого возраста. Из всех возрастов, пожалуй, кроме того, когда лишнего от судьбы уже и не просишь.
— Разве? — Анора многозначительно разгладила складки будущего подарка. — А ведёшь себя прямо как влюблённый мальчишка.
— Не говори глупостей!
— Между прочим, терракотовый с голубым серебром будет смотреться блёкло, — сдалась она под возмущённым сопением. — Я велю мастеру Даниэлю взять хайеверскую шерсть из моих кладовых — она превосходно окрашена в чёрный. Подклад обязательно нужен: на церемониях принято обнажать наплечник — выйдет чудесно с синим, но… Глазет? Нет, тяжёлый. Может…
— Плюшевый бархат? — без особой надежды предложил Логэйн.
— О, Андрасте! — мученически взвыла она. — Да как ты вообще смог жениться?
— Не знаю. Повезло, наверное.
