Я буду твоим сердцем...

      Косые лучи солнца проникали в небольшое аркообразное окно. Мелкие пылинки кружились в его свете в танце, медленно ложась на деревянную столешницу. Я лежала на боку, наблюдая, как очередная пылинка приземляется. Оставленный ещё утром завтрак из двух яиц, хлеба и воды, лежали не тронутыми. Время, как мне казалось, замерло в этой одинокой комнате, но с момента как оказалась здесь прошло три дня. Но до сих пор для меня остаётся тайной, покрытая тёмной вуалью, то, как эта грымза узнала о нас. Мозг отчаянно твердил о предательстве со стороны лучшей подруги. Но сердце прекрасно понимало, что на такое она не способна. Узнав о наших отношениях с Лукианом, Жизель же без промедления сообщила об этом графу. И до его особого распоряжения нас заперли в одиночных комнатах. Точнее, заперли только меня. Что происходило с Лукианом все эти дни, я не знала. И это убивало. Сошедший с ума от раздумий и анализа мозг рисовал самые ужасающие картины, а чувство беспомощности и бесполезности только добивало окончательно моё сердце.       Звенящую тишину, прерываемую лишь моим дыханием, прервал звук поворота ключа в замке. Поднялась с кровати, как ошпаренная. Сердце в панике забилось в груди. Но как только двери отворились, и на пороге увидела Савву, почувствовала боль в груди от радости. За ней стояла Жизель, презрительно глядя на меня.       - У вас три минуты, - и она закрыла за подругой дверь, как только та зашла в комнату. На глаза навернулись слезы, и увидев это, Савва тут же подбежала ко мне, обнимая и успокаивая.       - Как я рада, что с тобой всё в порядке, - и меня прижала ещё крепче.       - Я соскучилась по тебе... - шмыгнула носом, - всё-таки, с тобой комнату делить поприятнее, - сквозь слёзы посмеялась.       - Ты ещё умудряешься шутить в такой момент!.. - с обречением и в тоже время с радостью произнесла подруга. - Алу, я знаю, у тебя ко мне много вопросов, и я обязательно отвечу на них...       - Скажи только, что с Лукианом. Больше не прошу.       Внутри всё сжалось в тугой и болезненный комок, что сдавил грудь. Савва тяжело вздохнула, но ответила:       - После того, как тебя заперли, граф сам лично долго пытал его магией... Хозяин так измывался над ним, что... Лукиан едва остался живой.       Чувствую, как слёзы подкатывают к горлу, сжимая его тугой хваткой.       - Что ты хочешь этим сказать?..       - Мой дар спас ему жизнь. Сейчас ему ничего не угрожает.       Я с силой обняла подругу. Слезы сами полились из глаз.       - Спасибо... спасибо тебе, родная...       - Это малая часть, что могла сделать для вас двоих.       - Савва, - дверь отворилась, заставив нас обеих дёрнуться, - время вышло. Прощайся и на выход.       - Мадам Жизель, позвольте ещё минуточку, пожалуйста, - взмолилась Савва.       Горничная презрительно фыркнула, но захлопнула дверь.       - Я должна увидеться с ним, - твёрдо произнесла.       - Несомненно.       - Ты даже не будешь спрашивать, как собираюсь это сделать? - улыбнулась.       - Я привыкла к твоем боевому характеру и знаю, что так просто тебя не запереть в клетке. Поэтому, решила упростить тебе задачу.       И Савва сунула мне что-то в карман.       - Я буду ждать тебя у фонтана. Береги себя.       Очередной раз Жизель отворила двери, когда мы с Саввой обнялись на прощание.       Горничные удалились за дверью, предварительно заперев её на ключ. Я тут же просунула руку в карман и нащупала отмычку. Ох, Савва... что бы я без тебя делала?.. Тяжело вздохнула и рухнула на кровать, поднимая тучи пылинок в воздух. В голове возникали образы, как граф мучает возлюбленного, от чего слёзы вновь покатились по щекам, но быстро их вытерла. Нет, не время сейчас рыдать. Он жив, и это главное. Я верю Савве, она вылечит его. А как только он поправится - мы все сбежим отсюда... Мне плевать, что нас будут искать. Пусть хоть всю жизнь ищут, но не позволю больше причинять боль дорогим мне людям.       После прихода Саввы мою комнату обсматривали пару раз на наличие подозрительных предметов, которые могла пронести девушка. Но свой спасительный ключ спрятала в щели между половицами, поэтому никто ничего не нашел. И когда на поместье опустилась ночь, а в мою комнату заглянули последний раз с ужином, я принялась вскрывать замок. Далось это не с первой тройки попыток. Руки дрожали от волнения и неумения, но худо-бедно замок получилось вскрыть. Создав под одеялом мой спящий комком образ, покинула комнату.       Моя «темница» находилась под самой крышей особняка, но это мне было даже на руку. Знаю, что дальше по коридору, есть старая лестница, которой никто не пользуется. И она как раз ведёт в заброшенную часть сада. На крыльях ветра промчалась по коридору к заветной двери, но она оказалась заперта. Проклиная тот день, когда были придуманы замки, я начала вскрывать и эту дверь. Резкий поры ветра взъерошил волосы, как только отворила её. Закрыв следом её за собой, прижалась к ней, не решаясь сделать и шага. Потому как от лестницы осталось лишь её частичное упоминание. Во-первых, она была деревянная. Во-вторых, из-за прохудившейся древесины, она не внушала доверия. А в-третьих, в районе окон первого этажа ступени вообще отсутствовали, оставив только поручни. Сглотнула накативший страх и робко ступила на первую ступень. Услышала, как протяжно скрипнула древесина под моим весом. Сердце ещё быстрее заколотилось в груди, но другого выхода не было. Я надеюсь, Савва сможет вылечить мои переломанные кости. И неспеша, вдоль стенки, судорожно цеплялась за выступающие камни, будто они могли удержать меня, начала спускаться. Всё шло неплохо, древесина выдержала меня, и когда до земли осталось метра три, почувствовала, как последняя ступень предательски скрипнула, и с визгом полетела вниз. Удара почти не почувствовала, так как откуда-то под лестницей оказалась гора сухих листьев и сена. Мысленно поблагодарила всех богов за спасение. Пару раз чихнула из-за поднятой пыли, затем медленно поднялась. И подобрав платье, побежала в сад.       Добежав до места, осторожно огляделась по стонам, в поисках Саввы. И от фонтана отделилась тень, являя мне подругу.       - Наконец-то ты пришла! - с ноткой раздражения в голосе, произнесла она. - Я боялась тебя поймали.       - Ха, не в этот раз. Спасибо тебе за отмычку.       - Пожалуйста. Пошли скорее, времени не много.       И Савва, взяв меня за руку, потянула куда-то за собой. По пути она осмотрела меня, и не удержалась от вопросов:       - Что у тебя на голове? С какого сеновала ты упала?       - Если бы с сеновала, было бы не так обидно. Знаешь старую лестницу в заброшенной части сада? - Получив утвердительный ответ, я коротко рассказала о своем минутном полете на гору мусора.       - Ты умнее ничего не могла придумать!? А если ты сломала себе что-нибудь??       - Очень надеялась, что ты бы спасла меня, - улыбнулась в ответ.       - Вот же!.. - выругалась тихо подруга, но больше комментировать не стала.       Миновав сад и главный двор, мы прошли в дальний угол территории поместья. Здесь располагались конюшни графа. Но на входе в них стояли двое крепких парней, вид которых сразу говорил, что чужим они не будут рады. Савва показала жестом вести себя тихо и, идя вдоль кустов, позвала за собой. Мы почти ползком прокрались к стойлам и подруга, потихоньку отодвинув доски, приказала лезть туда. Попали мы в одно из свободных стоил, в нос ударил тяжёлый и противный запах отходов жизнедеятельности лошадей. Животные же, почуяв новые запахи, презрительно зафыркали, кто-то даже беспокойно и тихо заржал. Я тихо шикнула, моля всех богов, чтобы охрана не зашла в здание. Савва открыла осторожно калитку и повела к дверям, что были напротив выхода. Здесь находился весь конный инвентарь, каким располагало поместье. И здесь, почти неподвижно, лежал на лавочке Лукиан. Одиноко горящая свеча придавала его лицу ещё более болезненный вид.       На шатающихся ногах подошла к нему и, дрожащей рукой погладила по лицу. Увидела на его шее и груди тёмные следы, словно по его организму пускали молнии. Дыхание было тихим, почти не ощутимым. Слёзы затуманили глаза и с тихими рыданиями прижалась к его груди. Услышала тихие, но ровные удары его сердца и с силой сжала ткань его рубашки на плечах. Затем поднялась и осторожно коснулась его бледных губ своими. И отстранившись большим пальцем вытерла капнувшую ему на щёку слезинку.       - Я вылечу его, Алу, - села рядом Савва, - даю тебе слово.       - С-спасибо тебе, - с благодарностью тепло улыбнулась. - Что с ним произошло? Что это за следы?..       - Я говорила, что граф пытал его магией. И сейчас эта магия отравляет его организм. Часть уже смогла извлечь, теперь его жизни ничего не угрожает. Остается дело времени.       - И как скоро он придёт в себя?..       - Этого я не могу сказать точно, прости.       - Как Жизель узнала?       - Кто-то из молодых конюхов обнаружил пропажу старой кобылы. Кинулись к Лукиану, но и его не было. Перерыли все его вещи и нашли ваши письма. Доложили Жизель. Она подняла всех нас среди ночи и, не обнаружив тебя, сразу догадалась обо всём...       - Бездна бы побрала длинные языки этих... этих...! - я не находила слов, чтобы выразить всё своё негодование.       - Ты же знаешь, что все боятся гнева графа... - вздохнула Савва.       - Знаю! - резко ответила подруге, но тут же обречённо вздохнула. - И это больше всего обессиливает.       - Тебя граф ещё не вызывал?       - Нет.       - Алу, - тихо произнесла Савва, - я боюсь за тебя... Ты мне очень дорога... Ты дорога Лукиану... Я не переживу, если граф тебя...       - Если бы он хотел, уже б давно убил, - ледяным тоном отчеканила. - Но ты права... слишком долго он тянет с моим «распоряжением». Что-то здесь не чисто.       И неожиданно Савва прижала меня к себе так крепко, что рёбра немного затрещали. От неожиданности на секунду замерла, но затем обняла её в ответ, так же крепко.       - Пообещай мне, что всё с тобой будет хорошо, - тихо произнесла подруга.       - Ты так говоришь, будто прощаешься со мной, - усмехнулась.       - Иди ты в Бездну! Я очень боюсь тут за тебя, а она!..       - Прости, неудачная шутка, - виновато закусила губу. - Всё будет хорошо, вот увидишь, - погладила её по щеке и чмокнула в лоб. - Позаботься о Лукиане. А как только он поправится - мы все сбежим с этого кошмарного поместья. И будем жить так, как нам захочется.       - Я верю тебе, - со слезами на глазах, улыбнулась Савва.       Я осторожно отпустила подругу из объятий и повернулась к Лукиану. Его веки немного дрожали, будто вот-вот он должен открыть глаза, но этого не произошло. Прижалась к его груди ещё раз, чтобы ощутить его тепло и запах.       - Лукиан, не смей умирать. Ты нужен мне. Я не смогу жить без тебя... прошу... вернись ко мне...       И мягко, но долго поцеловала в губы. На секунду мне даже показалось, что он ответил, но это лишь моё воображение желало, чтобы было так. И нехотя отходя от него, выбежала с комнаты, едва сдерживая рыдания в груди.       Савва помогла мне без проблем добраться до моей темницы и, попрощавшись, вновь заперла меня. За окном уже розовел восток, окрашивая облака в пурпурные и фиолетовые цвета. Я долго смотрела на несущиеся вдаль небесных странников, не чувствуя усталости от бессонной ночи. В воспоминаниях вновь и вновь возникал образ возлюбленного, будто специально надо мной издеваясь. Но рыдать совсем не хотелось. В груди горело другое, более сильное чувство - гнев. Он настолько сильно застелил мой разум, что не заметила, как дверь в мою комнату отворилась.       - Алу, - обратилась ко мне Жизель. Обернулась. - В полдень граф ждёт тебя в своих покоях.