Метрополис

10 января 1927 года. Берлин. Из дверей кинотеатра, над входом в который светились неоновые буквы, гласившие: «Metropolis. Ein film von Fritz Lang» («Метрополис. Фильм Фрица Ланга»), на морозную площадь вышли Артур Кёрклэнд, Иван Брагинский и Альфред Джонс. - ВАУ! Это самый потрясный фильм, который я когда-либо видел! – раздался восторженный клич, так что припозднившиеся прохожие взволнованно оглядывались. - Тебе что угодно понравится, лишь бы больше блестяшек и спецэффектов, - проворчал Англия, кутаясь в зимнее пальто. К слову сказать, фильм и на него произвёл впечатление – просто Кёрклэнд в последнее время был слишком озабочен тем, что творится у него в доме: неугомонный рыжеволосый нахал Ирландия, отделившийся от империи пять лет назад, снова качает права*; Брагинский, переименовавшийся из империи в Союз, не внушает доверия. Плюс ко всему многое указывает на грядущий экономический кризис... А Джонсу хоть бы что – по крайней мере, сейчас, пока он беспечно шагает по обледеневшей мостовой, каждую секунду рискуя поскользнуться. - Надо будет непременно показать его дома! А ты что думаешь, Иван? – он обратился к идущему рядом с ним Брагинскому в утеплённой шинели и меховой шапке-ушанке. - Мне понравилось, - ответил он, слегка улыбнувшись. - Я думаю, что создатели фильма поступили правильно, показав, к чему может привести превращение людей в безвольных рабов ради того, чтобы меньшинство утопало в роскоши. Джонс уставился на русского как баран на новые ворота. - Э... – после минутного молчания он снова затрещал без остановки. - А как тебе главный персонаж, Фредер Фредерсон? Настоящий герой, прямо как я! - Да, он сделал много хорошего, - кивнул Иван. - Вот только... - Только что? - Восстанию положил начало не он, а женщина-робот Мария. - Ты про эту адскую машину, которая подменила проповедницу?! – опешил Джонс, не веря своим ушам. - Но она первая призвала рабочих к действиям. - Да из-за неё город рабочих затопило, а их дети чуть не погибли! Союз по-прежнему был спокоен как танк. - Не отрицаю. Но если бы на её месте был Фредер.... - Фредер – наивный и неопытный юнец, – прервал его Артур. - Его отец из кожи вон лез, чтобы город процветал, и до этой кутерьмы всё работало как часы. Потому что каждый знал своё место. Альфред повернулся к бывшему опекуну, выпятил грудь и с пафосом выдал, подняв палец кверху: - Рабочие – тоже люди, они должны быть свободными тружениками и равноправными гражданами! Англия лишь отмахнулся. - Опять ты со своей демократией, Джонс. Лично я предпочитаю придерживаться традиций, - добавил он, преисполненный чувства собственного достоинства. - Традиции не вечны, - отозвался Брагинский. - И я считаю, что капитализм рано или поздно сведёт вас в пропасть. Артур возвёл глаза к небу и тихо простонал. - Ну вот, опять... ты почти десять лет говоришь об этом без умолку. Мол, загнивающий Запад и всё такое... не надоело, а? Лицо Ивана на миг помрачнело. - Представь себе, не надоело, - коротко ответил он, снова чему-то улыбнулся и зашагал дальше. Англичанин лишь хмыкнул и отвернулся. «Странный тип. Никогда его не понимал. А ведь он ещё хотел с Альфредом побрататься» - Кёрклэнд невольно вспомнил плакат «Товарищи-демократы: Иван и Дядя Сэм»**, от чего снова поёжился и ускорил шаг. При этом он переставал оглядываться на Джонса, который по-прежнему беззаботно шагал рядом с призадумавшимся Иваном, и не заметил человека, идущего впереди. - Ой! Прошу прощенья, сэр. Я вас не... – пробормотал Кёрклэнд. Прохожий повернулся к англичанину, и фонарь осветил его лицо. - Людвиг? Ты что тут делаешь? - Читаю, - сухо ответил немец, показав книгу «Mein Kampf» под авторством амбициозного молодого бунтаря под псевдонимом Адольф Гитлер***. - Guten Abend****, Кёрклэнд. - И ты не простужайся, фриц, - ухмыльнулся англичанин. Тут к ним подбежал Альфред и безо всякого приветствия с ходу затараторил: - Германия, у нас к тебе вопрос! «Интересно, давно у него появилась привычка говорить за всех сразу?» - недовольно подумал Иван, но виду не подал. А Джонс тем временем продолжал: - Ты самый рассудительный из нас: объясни этим двоим, что герой фильма «Метрополис» должен был вмешаться, и только он может по праву считаться героем! По-прежнему хмурый и спокойный как скала Людвиг захлопнул книгу и пожал плечами. - Не вижу в этом смысла. Всё равно каждый из вас останется при своём мнении. А фильм вы не переделаете. Артур хотел было возразить, но о чём-то задумался. - Подожди-ка... переделка, изменения... альтернатива.... – внезапно он хлопнул себя по лбу. - Эврика! Все удивлённо на него уставились. - Что на тебя нашло? – спросил американец. - Долго объяснять, - отмахнулся Англия. - Встретимся у меня на следующей неделе. Людвиг, у тебя найдётся по крайней мере одна копия киноленты? – тот молча кивнул. - Отлично! Жду вас всех. _____________________________________ * В 1922-м году, после Англо-Ирландской войны (1919-1921), Ирландия получила независимость от Соединённого королевства, оставив империи шесть графств из имеющихся тридцати двух – а в 1927-м Великобритания получила современное название: Соединённое королевство Великобритании и Северной Ирландии. **Вот этот плакат: http://s015.radikal.ru/i332/1109/2f/550b29b88c4f.jpg ***Первый том книги (нем. «Eine Abrechnung») был опубликован 18 июля 1925 года. Второй том, «Национал-социалистическое движение» (нем. «Die nationalsozialistische Bewegung») — в 1926 году. Гитлер диктовал текст книги Эмилю Морису во время своего заключения в тюрьме города Ландсберг и, позже, в июле 1924 года, Рудольфу Гессу. В 1928 году вышло продолжение — «Вторая книга» или «Цвайтес Бух» (нем. Zweites Buch). В дальнейшем она входила в один том с первой частью книги. **** Добрый вечер (нем.)