Далее от лица автора.
Юмико не смогла придумать какую-либо тактику против Бакуго. Парень был не предсказуем, она даже не знала сможет ли лисий покров защитить ее от взрывов блондина. Поэтому лисица собиралась импровизировать. Они вышли на ринг. Оба понимали, что это возможно будет один из самых тяжелых боев за сегодня, но никто из них не собирался отступать. Гудок. Они стремительно кинулись друг на друга, начался рукопашный бой, без использования причуд. Юмико удалось пару раз задеть Бакуго и даже увернуться от его неожиданных ударов. Но все же один удар в живот она пропустила. В глазах на секунду потемнело, но нужно было держаться до конца. — Лисий покров — пламя окутало тело девушку как раз вовремя. Блондин не успел среагировать и слегка обжег руку. Бакуго решил больше не рисковать и атаковал девушку взрывами. Как и предполагала Юмико, лисий покров не способен защитить ее от такого типа причуд. На секунду они остановились, пытаясь отдышаться, держась за раненные руки: у Бакуго обожжена левая рука, у Юмико — правое плечо. Дальше Юмико решила держать дистанцию, кидая в парня огненные шары, от которых парень успешно отбивался взрывами. — Неужели это бой на равных? — где-то в далеке слышался голос Сущего Мика. Из-за их атак всю арену заволокло дымом, никто из присутствующих не видел, что происходит на арене. Бакуго не видел Юмику, и ей это было только на руку. В отличии от парня, она точно знала, где находится блондин, чувствовала его запах — такой же противоречивый как и сам Бакуго — запах гари, едкой, неприятной, но со сладкими нотками карамели. Сгоревшая карамель — именно так для Юмико пах Бакуго. Она снова концентрирует силу в ногах, тем самым увеличивая скорость, в считанные секунды она оказалась рядом с ним уже занося ногу для удара. Но Бакуго знал этот трюк, и сумел вовремя схватить ее ногу, подрывая ее и оставляя новый ожог. Было ли ей больно — да, но она не собирался сдаваться. Она снова решила атаковать, Юмико снова прикладывает два пальца ко рту, выдувая воздух из легких, она образует огромный огненный шар, от которого Бакуго просто некуда скрыться. И парень сильно сомневался, что сможет отразить пламя такой мощи с помощью взрыва. Парень в ступоре смотрел на пламя и все, что он видел в нем — это силуэт девушки с двумя хвостами, что пробиралась к нему сквозь собственный огонь. А через секунду, он уже лежал на лопатках, не понимая, почему пламя не дошло до него. Сверху на него смотрели разъяренные красно-желтые с вытянутым зрачком глаза. Юмико, сидевшая на парне, уже занесла кулак для последнего удара. — Ну давай, закончи это — сказал Бакуго. Оба уже были на пределе своих сил, оба устали и не могли даже отдышаться. Юмико лишь подняла глаза на трибуны: посмотрела на Шото, кажется он был удивлен, затем на отца — тот лишь кивнул головой. «Нет» — думала лисица, снова смотря на брата, а голове то и дело вспыхивали воспоминания, как она пыталась защищать Шото от нападок отца. — «Я не могу биться со своим братом» Вместо удара лисица подняла руку: — Я сдаюсь. — Что?! — кажется, что вся толпа воскликнула это вместе с Бакуго. — Вот такой вот неожиданный поворот, дамы и господа. Когда победа была почти у Юмико в руках, она решила сдаться. Ну что ж это ее выбор. Побеждает Бакуго Кацуки. — Кричал Сущий Мик.От лица Юмико.
Я молча встала под маты Бакуго, хотелось уйти как можно дальше отсюда. Нужно было идти в лазарет, нога начинала кровоточить. Лишь бы не осталось уродских шрамов. Но в коридоре уже поджидал отец. — Ты сдалась — это был не вопрос — ты с легкостью могла одолеть этого мальчишку, но решила сдаться! — это наверное был первый раз когда он кричал на меня. — Почему, Юмико?! Объясни мне, почему ты сдалась?! — Мне нужно в лазарет — я прошло мимо разъяренного отца, даже не посмотрев в его сторону. Объяснять что-то ему сейчас было бессмысленно. Все равно не поймет. Дальше меня встретил брат. Боже, я дойду сегодня до лазарета? — Юмико — Шото хватает, меня за плечи. Я уже не могу стоять на ногах. -Ты вся горишь. Сейчас — он прижимает меня к себе, по телу распространяется приятный холодок. Становится легче. — Пойдем провожу тебя до лазарета. Мы наконец-то дошли. Все время, что Исцеляющая девочка обрабатывали мои раны, Шото был рядом, не отпуская мою руку ни на секунду. — Тебе нужно идти — говорю я брату — Скоро твой бой с Бакуго. Я приду попозже. — я слабо улыбнулась ему, а он все так же обеспокоено смотрел. — Люблю тебя, старший брат. — Шото молча поцеловал меня в лоб. Приятно осознавать, что он переживает за меня, хотя и редко это показывает. Ему пришлось уйти. Но стоило ему закрыть за собой дверь, как ко мне ворвался весь наш класс. -Юмииико, ты как? Тебя сильно ранили? Боже ну и ожоги! — кричала Мина —какой же Бакуго мерзавец, как он мог так сильно ранить тебя! — Ты молодец, Юмико, хорошо держалась — поддерживал Каминари. — Держалась?! Да она бы с легкость одолела Бакуго. Вы вообще видели тот огненный шар? — восхищался Киришима. Пусть я не одержала победу и не стала поводом для гордости отца. Но смотря сейчас на всех своих одноклассников, которые бурно обсуждали мой бой, уверяя друг друга, что я смогла бы одолеть Бакуго, чувствуя как Мина и Момо сжимают меня в объятиях, я была по-настоящему счастлива. — Эй, Юмико ты чего? — Момо всё-таки заметила пару слезинок на моих щеках — Тебе больно? Позвать Исцеляющую девочку — беспокоилась она. -Нет — улыбнулась я, вытирая слезы — я просто… Я так вас люблю! — Оооууу — подал голос Минета — Кроме тебя, извращуга — скинула я парня с кровати, пока тот пытался на нее залесть. — Ахахааха! Мы тоже тебя любим, Юмико, — они всей толпой навалились на мою кровать, наровясь сломать ее. Ребята ушли, а я осталась в комнате, нужно дождаться, когда подействует обезболивающее. Как только мне стало легче, я решила посмотреть на бой Бакуго и Шото. Еле дохромала до этих трибун. Сев, рядом с Киришимой, который быстро ввел меня в курс дела, стала наблюдать за братом. Они били, швырали, подрывали, замораживали друг друга. Кажется Бакуго был еще очень зол после нашего боя, потому что он не на шутку разошелся. Никто не мог предугадать, чем закончится этот бой. Бакуго пошел в атаку, используя не понятный мне прием. Было плохо видно, что именно происходит, из-за дыма и ледяной крошки. Голова закружилась, я лишь на секунду прикрыла глаза, а мой брат уже лежал на льду, кажется без сознания, а Бакуго нависая над ним кричал: — Да ты издеваешься, как и твоя конченная сестра. Такая победа мне не нужна! — Тодороки был выбит с арены. Побеждает Кацуки Бакуго. — оповестила Полночь. Нет. Так не должно быть. Должен был победить Шото. Я повернулась в сторону отца, он был зол. Далее нас ждало награждение. Бакуго приковали цепями к столбу и надели на него намордник, но даже это не мешало ему дергаться изо всех сил. И откуда в нем столько энергии. Всемогущий надел на меня медаль: — Поздравляю, девочка моя, ты отлично справилась. Думаю у тебя были веские причины, чтобы сдаться — крепко обнял меня, чуть ли кости мне ломая. После он надел медаль и Шото, поздравляя его. А вот следующим был Бакуго, и какой же было ошибкой снимать с него намордник. На нас тут же посыпался шквал ругани и мата, Бакуго мотал своей головой в стороны, поэтому Всемогущему пришлось впихнуть медаль ему прямо в зубы. В наморднике Бакуго нравится мне гораздо больше. Этот день наконец-то закончился, а впереди нас ждали два выходных. И я бы отлично провела эти дни, если бы не одно НО. Я спокойно сидела в своей комнате меняя бинты на ожогах, Исцеляющая девочка сказала, что шрамов у меня не останется, если я буду регулярно мазать ту вонючую мазь, что она мне дала. Я кое-как смогла поменять повязку на плече и только сняла старые бинты как в мою комнату бесцеремонно ввалился Бакуго? — Ты что тут забыл, полудурок? — он молчал, уставившись на мою ногу, которая была не только с ожогом, но и с уже защитой рваной раной. — Сильно болит? — спросил он не отрывая взгляда от ожога. — Терпимо — говорю я, пытаясь замотать ногу. — Дай сюда — он выхватил бинты из моих рук, сел на кровать, аккуратно кладя мою ногу себе на колени. — Ты еще не нанесла мазь. — откуда он знает про мазь? — Исцеляющая девочка сказал, что выписала тебе мазь. — ответил он на мой немой вопрос. — Она ужасно воняет, не хочу ее наносить. — он дотянулся до стола, на котором лежала мазь. — Не веди себя как ребенок. — он нанес мазь, а после идеально забинтовал мне ногу. — Ну вот, все готово. — он аккуратно погладил мою ногу. — Спасибо. — я взглянула на его руку, которая тоже была аккуратно перемотана. — А тебе сильно больно? — Мне больно от того, что я сделал с тобой. Прости меня — он, обхватывая руками, мою тали, кладет голову мне на бедра. Сейчас он больше напоминает провинившегося котенка, чем грозного подрывника. Я не удержалась и начла легонько поглаживать его по голове, уж слишком милым он казался в тот момент. — Я хотел спросить — Бакуго словно просил разрешения, чтоб задать вопрос. -Спрашивай. — Почему ты сдалась? ты ведь почти смогла победить меня. — Оохх, ладно. Если честно, я сдалась, потому что хотела, чтобы победил мой брат и отец перестал к нему цепляться, а еще я бы не смогла сражаться против Шото. С кем угодно, но только не с ним, я не хочу причинить боль, кому-то из своей семьи. — я быстро смахнула выступившие слезы — А ты как вообще вошел?! — Твой отец меня пустил. — Чего?! Отец! — я вскочила, уже готовая наведаться в кабинет к отцу. — А ну прекрати орать, лисья морда, весь момент портишь, так же хорошо сидели — Бакуго поднял меня и аккуратно кинул на кровать, ложась рядом и заворачивая в объятия. — А ну убери от меня руки, извращуга. Вали вообще из моего дома. — Да пошла ты! — кричит он, но похоже уходить и не думает. — Сам пошел! — как с ним сложно-то.