She’s special

Лиза сидела в своей комнате, закутавшись в тёплый плед и смотрела в окно на медленно падающие снежинки. Новогодние огни украшали улицы, а люди весело смеялись и шли по заснеженным улицам, чуть покачивая головой в такт рождественской музыке. Но для Лизы всё это было лишь напоминанием о травмирующих событиях, связанных с Новым годом. Воспоминания о том, как почти четыре года назад её бросили одну в этот светлый праздник, навсегда изменили её отношение к Новому году. Лиза тогда потеряла близкого человека и с тех пор каждый раз, когда старый год приближался к своему завершению, она чувствовала себя одинокой и опустошённой. Новый год для неё стал символом горя и потери. Кира чувствовала грусть и печаль, окружающие девушку почти физически, и осознавала, что настало время что-то изменить. Раньше Лиза верила в волшебство Нового года и полностью погружалась в атмосферу праздника каждый год, каждый год, до того, как Кира всё испортила. Маленькими шажками, она намерена залечить все раны, которые нанесла ей. Так началась их новогодняя история, и Кира намеревалась сделать всё возможное, чтобы вернуть радость и волшебство в жизнь Лизы в этот Новый год.

***

— Давай Лизок, вылезай из своего кокона и пошли пить твой любимый, до тошноты сладкий какао с пряничными человечками, можешь даже по откусывать им головы. — Кира пытается поднять Лизу с её уголка «дипрессии и отчаяния» как мысленно она окрестила кокон из одеяла возле окна, на что девушка лишь недовольно руку выдёргивает, и понимая неправильность своего поведения, отворачивает голову, стыдно за себя. — С каких пор ты пьёшь сладкий какао с пряничными человечками? Кира чуть хмурится, настойчиво пытаясь поймать взгляд брюнетки, но та избегает её, снова и снова, блондинка побольше воздуха набирает, и рывком поднимает девушку на руки. Андрющенко от неожиданности забывает всё на свете, глазами зелёными удивлённо хлопает, даже возмутиться забывает. — Мы идём пить какао, с пряничными человечками, без возражений Елизавета Андреевна, надевай свой самый глупый цветастый свитер, и позволь мне исправить мою ошибку. Чеканит Кира, к концу своей речи теряя всю суровость тона, и почти умоляюще заглядывая ей в глаза, разжигая что-то странное в груди брюнетки. Что-то, о чём она очень давно забыла, что-то отдалённо напоминающее надежду. — Я выкинула все свои глупые свитера. — предпринимает она последнюю попытку, заранее зная, что она явно не увенчается успехом. — Тогда тебе придётся немного пострадать. — Кира с весёлым прищуром целует в нос свою, ничего не понимающую девушку. — Мы идём к Вилке и Даше, в настоящий рассадник рождественского настроения, с самыми дурацкими на свете свитерами. Лиза то бледнеет, то синеет, смотрит на Киру огромными жалостливыми глазами, только что носом не шмыгает от обиды. — Возможно, — продолжает блондинка, посмеиваясь с реакции своей девушки. — у неё даже остался ярко-лиловый свитер с огромным принтом ёлки, кажется в неё даже встроена гирлянда. Если нам повезёт, они не заставят нас есть тазики салатов и пить шампанское. Брюнетка медленно вздыхает, поднимает взгляд на Киру, рассматривая лицо девушки, она сейчас на удивление серьёзная, старается шутить, но в глазах столько искренности и сожаления, что Лиза невольно покрывается предательскими мурашками. — Я правда всеми силами стараюсь отпустить это, Кир, — девушка ведёт головой из стороны в сторону, поджимает губы делая паузу, и наконец, выдыхает. — но возможно, одна я не справлюсь с этим, и мне понадобится твоя помощь, чтобы заменить эти воспоминания. Блондинка вся замирает, напряжение, которое она так старательно пыталась скрыть, просачивается наружу, губ касается полная облегчения улыбка, плечи расслабляются, Лиза видит, насколько посветлело её лицо. Кира прижимает плотнее тело брюнетки к себе, мягко целует её в висок, и улыбается так широко, что Лиза не может взгляд отвести, тело стремительно наполняется теплом и трепетом, а кончики пальцев покалывает от волнения, страшно обжечься, но так невыносимо хочется довериться этому теплу. — Тогда, давай начнём менять их сегодня, кисуль. — шепчет она довольно.

***

— Честно говоря, я надеялась, что ты пошутила. — морщит нос брюнетка стоя перед пёстро украшенной венками и гирляндами дверью. — Никаких шуток, Лизок, я так и быть, составлю тебе компанию. — чуть посмеивается Кира, нажимая на звонок, и начинает смеяться сильнее, слыша вместо привычного пиликанья, рождественскую музыку. — Они даже звонок поменяли. Проходит совсем немного времени, прежде чем выглядывает любопытная татуированная физиономия Вилки, по удивлённому лицу понятно, что Кира нагло соврала, когда сказала, что предупредила их о визите. — Маинький? Кира? — Это она настояла! — выпаливает Лиза, но не успевает что-то добавить, так как оказывается заключённой в объятия подруги так быстро, что всю неловкость как рукой снимает. Они не виделись нормально с тех пор как выпустились полгода назад, у всех были свои дела, Ви предпочитала, как можно больше времени проводить с Дашей, Мишель звонила конечно, но тоже большую часть времени проводила с Кристиной, а Рони, Рони слишком погрязла в работе. Лиза ведь не заметила совсем, за всей жизненной суетой, что катастрофически долго не видела этих шебутных девчонок, и стоит признаться, ей их не хватало. — Ты долго собираешься держать их в дверях? Заходите! — из-за спины Вилки выглядывает Даша, в новогодней шапочке, с сияющей добродушной улыбкой, и в красном свитере с оленями. Кира воспользовавшись ситуацией, забирает свою девушку из крепких объятий Вилки, она и так благородно позволила им по обниматься у неё на глазах, в честь праздника. — Ой, да ну брось, Медведева. — закатывает глаза Виолетта, и пытается потянуться к Лизе снова, но Кира виртуозно встаёт между ними, украдкой показывая ей средний палец. Когда они заходят в квартиру, Лиза радуется, что она не эпилептик, такое ощущение, что девушки ограбили магазин с гирляндами, и с мишурой, и с игрушками. По квартире разносится приятная рождественская музыка, а Лиза ловит себя на глупой улыбке. — Так что вас привело то сюда? — спрашивает Даша, усаживая их на диван рядом со столом, полным новогодней еды. — О, я пытаюсь вернуть ей веру в праздник, и нам понадобится один из ваших самых дурацких свитеров, — Кира запинается, ловя на себе укоризненный взгляд Лизы, и посмеиваясь в кулак поправляет себя. — два свитера, мы же команда. Глаза Виолетты так опасно сияют, что блондинка начинает волноваться, не переборщила ли она, но процесс уже явно необратим, никто не успевает за тем, как Ви скрывается в гардеробной. Даша провожает её тёплым взглядом и тут же тихо наклоняется к девочкам, почти переходя на шёпот. — Спасибо, что пришли, Ви была очень подавлена в последнее время, я давно не видела её настолько счастливой. Лиза тихо смотрит туда, где недавно сидела Вилка, и чувствует, как к горлу подступает ком, она понимает, что примерно чувствовала подруга, ей тоже их не хватало. Квартира у девушек красивая, в светлых тонах, около компьютерного стола стоит огромный стеллаж для книг, только вместо книг он заставлен разного рода фигурками, фанкопопами и всякими гиковскими штуками, Лиза умилённо усмехается, это так похоже на Виолетту. Взгляд зелёных глаз скользит дальше, и замирает на холодильнике, там среди прочих магнитов прикреплена их фотография с двойного свидания. То самое свидание, где они с Кирой как подростки пытались задеть друг друга посильнее от ревности. В тот день она поняла, что Кире важны её чувства и решения, даже если она очень злится, и чувствует потребность в эгоистичных поступках, она сначала спросит Лизу о её желаниях, и постарается всеми силами их исполнить. Брюнетку вырывает из мыслей хлопок двери, она переводит взгляд на источник звука, и почти пятится ближе к краю дивана. Ви вернулась не с одним, а с целой кучей свитеров, за которыми даже не видно её головы. Виолетта чуть пошатывается, явно не видя толком куда идёт, и в какой-то момент чуть не падает, но Даша вовремя помогает ей удержать равновесие, чуть приобнимая девушку за талию. — Аккуратнее. — мягко проговаривает Даша, и Лиза тактично уводит взгляд от парочки. — Не знаю даже, что приторнее, они или твой любимый какао, Лизок. — шепчет Кира наклонившись к уху своей девушки. По коже Лизы табун мурашек пробегает, она чуть ёжится, поднимает взгляд на светловолосую, фыркает, тщетно пытаясь показать, что не смущена её внезапной близостью. — Самое приторное сегодня тут ты, Кирусь. — Шипи сколько угодно, примерка всё равно неизбежна. Так и происходит, Виолетта заставляет перемерить Лизу с десяток свитеров, причём раза три, придирчиво пытаясь понять, какой ей больше к лицу. Словно хоть один из них действительно может смотреться на ком-то не по-дурацки. Причём, Кира под шумок утаскивает один единственный чёрный свитер с встроенной гирляндой, засранка. — Не могу определиться, малиновый или синий. — хнычет Ви, ища взглядом поддержки у Даши. Можно подумать, это её заставили перемерить кучу свитеров, от которых ей невыносимо жарко, а ещё, если откровенно, синий неприятно колется, от чего Лиза вечно ёрзает и фырчит. — Малиновый, пусть будет малиновый. — умоляюще проговаривает брюнетка, смотря затравленно то на Вилку, то на Дашу. — А может всё же си…- начинает Кира, которая всё это время тихо хихикала в стороне, но замолкает, так и не закончив фразу. Лиза настолько резко и яростно поворачивает голову в её сторону, что ситуацию не спасает даже смешной малиновый свитер с яркой зелёной ёлкой, украшенной такими же встроенными гирляндами. На лице девушки написано, что она задушит блондинку, как только ей представится такая возможность, и заставит выпить три литра сраного какао, настолько сладкого, насколько это вообще возможно. И Кира понять не может, почему Лиза даже в такие моменты вызывает это странное чувство умиления, по привычке теребит кольцо на большом пальце, то самое, которое она подарила ей на день рождения. Блондинка уже и не сосчитает, сколько раз оно придавало ей силы двигаться дальше, и насколько она благодарна Лизе за этот шанс, шанс, который она была вовсе не обязана ей давать на самом деле. — Малиновый! — яростно шипит Лиза, от неминуемой расправы Киру спасает звонок в дверь, только теперь удивлённой выглядит лишь брюнетка. Ви почти подскакивает, несясь к двери, Даша чуть посмеиваясь идёт за ней, и как только они открывают двери, раздаётся визг, и на этот раз голос принадлежит определённо не Виолетте. На пороге показывается розовая макушка, она несётся прямиком на брюнетку, проходит меньше мгновения, прежде чем она опять оказывается заключённой в чьи-то объятия, а Кира лишь недовольно цокает, ворча что-то вроде «сегодня я спущу вам это с рук». — Лизка! Я до последнего не верила, когда мне позвонила Медведева. — Мишель, подвинься уже, я тоже по ней скучала! И я между прочим устала бегать по городу, в поисках какао с пряничными человечками, хотя это ты вызвалась их найти. — Я вообще-то помогала тебе с поисками, Ронь. — Помогала? Ты запретила мне использовать гугл, и сказала, что, цитирую «Да это точно должно быть где-то тут.». Мишель гордо вскидывает голову, закатывает свои огромные красивые глаза, и наконец отпускает девушку уступая место Рони, которая тут же заключает подругу в мягкие объятия. — Вы…как вы тут?.. — начала было Лиза, отойдя настолько, чтобы наконец хоть кого-то обнять в ответ. — Это всё твоя девушка, позвонила нам с угрозами, что, если нас не будет с какао и рождественским настроением, она увезёт тебя на северный полюс, и запретит нам с тобой общаться, сказала, что гринч в сравнении с ней, покажется нам добрым рождественским оленем. Лиза удивлённо переводит взгляд на Киру, и тут же чувствует, насколько это опасная ситуация, она слишком близка к тому, чтобы сентиментально разрыдаться как малый ребёнок, и плакала её репутация сильной девочки, которую никогда ничего не берёт. — Всё, Вербицкая, заканчивай, а то на северный полюс я увезу тебя, расфасованную по целлофановым пакетикам! Отлипни от моей девушки! — А я помню, как ваша дружная компания врала мне о том, что вы встречаетесь! — весело напомнила Даша. Она верила в это добрых несколько месяцев, пока не увидела на улице Лизу с Кирой, они просто шли, держась за руки, но не возникло ни малейшего сомнения, что они вместе, это чувствовалось в атмосфере. Даша тогда влетела в квартиру как ошпаренная, кричала Виолетте, что Лиза изменяет Рони с какой-то горячей блондинкой, она ведь тогда почти разрыдалась, потому что ей было обидно за подругу своей девушки, а потом, когда Ви рассказала ей правду, она не разговаривала с ней неделю. — Не упоминай этого, я не хочу умереть в канун нового года! — притворно вздохнула Рони отпуская Лизу. — Кстати, почему мне никто не сказал, что у вас дресс код? — Я говорила про рождественское настроение. — хмыкнула Кира, отправляя в рот очередную ложку крабового салата. — Да, но не слова про свитера, малышка, ты как с ней живёшь? — Ужасно! Она заставляет носить меня шерстяные носки, и чистит мне мандарины. — притворно грустным голосом сообщает Лиза, поудобнее устраиваясь рядом с Кирой, и отбирая злосчастную миску с салатом. — Хэй, это моё! — Уже нет. — хмыкает девушка, растворяясь в этой атмосфере, и наконец позволяя себе ярко улыбнуться. Они танцевали, жгли бенгальские огни прямо в квартире, пили тот самый какао, от которого Кира, которая не любит сладости, каждый раз кривилась под всеобщие смешки. Лиза и вправду пооткусывала головы каждому пряничному человечку, Мишель даже пошутила про то, что это похоже на ритуальное убийство, а Ви предложила нарисовать сахаром пентаграмму, и разложить обезглавленных по кругу. Позже Вилка заставит всех смотреть «Один дома», они не остановятся на одной части, а Даша и Рони принесут тазик попкорна. По прошествии этой ночи Лиза больше не будет чувствовать себя одинокой и опустошённой. Кира заставит её посмотреть по-другому на жизнь, на Новый год и на их отношения. Они продолжат праздновать новогодние праздники вместе, и не только их, Лиза пообещает себе, что будет чаще видеться с друзьями, а ещё, постарается разговаривать с любимым человеком прежде, чем замкнуться в себе.

***

— Спасибо, — шепчет Лиза по пути домой, переплетая их руки, пытаясь согреться родным теплом. — за то, что из множества вариантов, выбрала меня. Кира чуть крепче сжимает руку девушки, чуть медлит с ответом растирая рукой замёрзшие пальцы, а потом улыбается самой искренней улыбкой. — Ты никогда не была «вариантом», Лиз, ты всегда была «приоритетом». Я не знаю на самом деле когда это началось, и не уверена, что хочу разбираться в причинах, но я совершенно точно хочу посмотреть насколько ворчливой ты станешь в старости, — она смеётся, выдыхая пар морозного воздуха. — хочу подавать тебе дурацкую трость, которой ты будешь бить меня за всё подряд, и поправлять на тебе шёлковую шаль, которая будет тебе невероятно подходить. — Ну, вот …- шмыгает носом брюнетка, всхлипывая, и возмущённо взмахнув свободной рукой. — ты довела меня до слёз! Кира заботливо утирает чужие слёзы, и не удержавшись мягко целует девушку, та замирает вся, а уши предательски краснеют. — С ума сошла?! — шипит Лиза. — а если кто-то увидит?! — Сейчас четыре утра, бога ради, кому мы нужны. — смеётся Кира яростному шипению девушки. — зато ты больше не плачешь. — Я тоже. — вдруг растеряв всю свою суровость, проговаривает Лиза, заставляя свою девушку замереть. — я тоже хочу пройти этот путь вместе, до конца. А потом она улыбается своей самой искренней улыбкой, и Кира хочет сказать, что это запрещённый приём, но не говорит, просто молча заключает Лизу в объятия, и прячет её руки себе в карманы.

***

Их новогодняя история продолжится, наполняя их жизнь радостью и надеждой. Лиза научиться прощать и двигаться вперёд, а Кира поймёт, что никогда не сможет сделать всё, чтобы полностью искупить свои прежние ошибки, но она будет делать всё возможное, чтобы любить и поддерживать Лизу всю оставшуюся жизнь. И пусть они не могут избавиться от плохих воспоминаний, зато они могут вместе создать новые, счастливые. Кажется, никогда не поздно поверить в чудо, верно?