Нарисуй мне любовь

Рассвет над Римом был серым и холодным. Небо только начинало светлеть, улицы еще пустовали, и город казался непривычно тихим. Винсент почти не спал. После разговора с Альберто он еще несколько часов просидел на полу, сжимая в руках листок с адресом, пока за окнами умирала ночь. А потом он сорвался: черное пальто, первые попавшиеся вещи, дрожащие пальцы, ключи. И дорога через полупустой город. Винсент не помнил, как доехал, помнил только одно — страх. Животный. Страх не успеть, потерять окончательно. Дом встретил тишиной. Старый подъезд с кое-где облезлой краской, запах сырости и кофе откуда-то сверху. Винсент остановился у нужной двери и несколько секунд просто смотрел на нее. Сердце колотилось так сильно, что начинало подташнивать. Потом все-таки нажал на звонок. Тишина. Шаги послышались не сразу. Замок щелкнул, дверь открылась ровно настолько, чтобы в проеме появился Матти. Он поправил халат и сонно прищурился. Но когда понял кто перед ним, выражение его лица резко изменилось, неи вся сонливость исчезла, как и не было. — Вы охренели? — прошипел. — Ты Матти, верно? Мне нужно поговорить с Лео, — хрипло произнес Винсент, пытаясь заглянуть в квартиру. Матти поджал губы. Он из последних сил сдерживал себя, чтобы не врезать этому наглому типу. Как он только посмел явиться после всего, что натворил? — Нет, — выплюнул Матти и попытался закрыть дверь, но Винсент удержал ее рукой. — Пожалуйста. Всего пару минут и я уйду. Матти кинул на него испепеляющий взгляд. Винсент выглядел ужасно: красные глаза, осунувшееся лицо, влажные после дождя волосы. Возможно не спал несколько дней. Но Матти это абсолютно не трогало. Он оглянулся назад и заговорил как можно тише. — Пожалуйста? — а в голосе столько злости, что Винсент невольно замер. — Вы хоть понимаете, что сделали с ним? Он плохо спит, почти не ест, смотрит в стену часами. Из него будто вынули душу. И это сделали вы. А ведь он так любил вас. И после этого вы имеете наглость прийти и просить поговорить с ним? Уходите. Хватит ломать его, вы уже и так сломали. Слова прозвучали негромко. Но именно они ударили больнее всего. Винсент медленно отпустил ручку двери, будто она была его последней надеждой к примирению. «Вы уже сломали его». Матти смотрел без жалости, с открытой, почти осязаемой угрозой во взгляде. Он стоял в дверях, словно живая стена, закрывая собой вход в квартиру, где сейчас прятался Лео. Оберегал его покой, его хрупкое состояние, его сердце, которое Винсент так неосторожно разбил. И имел полное право ненавидеть. Потому что Винсент заслужил. Он медленно опустил взгляд. В груди было пусто и тяжело одновременно. Он ещё никогда так остро не чувствовал себя виноватым. Ни перед Альберто. Ни перед Анжело. Даже ни перед самим собой. Но перед Лео. Перед человеком, который смотрел на него с такой любовью, будто Винсент действительно заслуживал быть любимым. И именно этого человека он так сильно обидел. — Матти, кто там? — вдруг послышалось из глубины квартиры, и сердце Винсента на секунду остановилось. Лео, его Лео. Сонный, тихий голос ударил сильнее любого алкоголя. Живой, совсем рядом. Как же он скучал по его голосу, по его запаху, по его теплу. Винсент судорожно вдохнул, будто только сейчас вспомнил, как дышать. Он шагнул вперед, забыв, что перед ним преграда и только когда в грудь уперлась сильная рука, опомнился. Матти даже не обернулся на голос, только сильнее сжал рукой дверь. — Нет, — процедил он, смотря Винсенту прямо в глаза. — Он не готов сейчас говорить с вами. — Матти? — снова позвал Лео, уже ближе. — Кто пришел? Послышались шаги. Винсент напрягся всем телом, а Матти резко сделал шаг вперед, почти полностью перекрывая собой проход. — Ошиблись квартирой! — громко ответил он в сторону комнаты. — Иди, собирайся, а то опоздаешь. На секунду стало тихо, а потом послышалось приглушенное: — А… ладно. И только тогда Матти снова посмотрел на Винсента жестко, холодно. — Уходите. Если вы и правда его любите — дайте ему немного воздуха. Винсент медленно вернул ему взгляд, кивнул, а потом развернулся и пошел к лестнице. Медленно, тяжело, ссутулившись так, словно за эти несколько дней постарел лет на десять. Матти смотрел ему вслед, пока шаги окончательно не растворились в тишине подъезда, и только после этого закрыл дверь и выдохнул. А в это время Лео стоял посреди комнаты у раскрытого чемодана. — Ну что, все взял? — спросил он, войдя, стараясь не выдать свое беспокойство после разговора с Винсентом. Лео кивнул, не поднимая головы. Он смотрел на вещи в чемодане, как будто там мог найти ответы. Его поезд через пару часов, а он до сих пор сомневается в правильности принятого решения. Матти тяжело вздохнул. Он понимал слишком хорошо, что Лео колебался. Его буквально швыряло от эмоций и противоречий. Было видно, как он не хотел ехать, но он должен был ради себя. Лео застегнул чемодан, а потом вдруг спросил: — Он приходил? Матти напрягся едва заметно, всего на секунду, но Лео все равно это почувствовал. Поднял взгляд. Матти отвел глаза к окну, и этого оказалось достаточно. Он до последнего надеялся, что Лео не слышал их с Винсентом разговор. — Приходил… — тихо выдохнул он. — Но я не пустил его. У Лео болезненно сжалось сердце. Потому что какая-то его часть ждала, что Винсент все-таки придет и он пришел, но Матти не пустил. Может это и к лучшему? Потому что он бы не выдержал, он бы точно простил. Лео прикрыл глаза, и на мгновение на его лице мелькнуло что-то страшное. Не облегчение — разочарование. Матти подошел ближе. — Лео… — Все нормально. Но Матти понял — ничего не нормально. Лео все еще любил его слишком сильно. *** Винсент не помнил, как вышел из подъезда. Холодный декабрьский воздух ударил в лицо. Морось оседала на волосах и воротнике пальто, но он почти ничего не чувствовал. Только пустоту. Он остановился посреди тротуара и поднял голову вверх. Серое римское небо, чужие окна, чужая жизнь, а внутри панический страх, такой сильный, что становилось трудно дышать. Неужели все вот так закончится? Нет! Он не позволит этому вот так закончиться. Не после всего. Не после того, как впервые за много лет рядом с кем-то его жизнь снова перестала казаться наказанием. Винсент закрыл глаза. Он не мог в это поверить. Не мог принять. Потому что впервые ему было что терять. Винсент резко выдохнул и достал телефон. Сообщения, десятки звонков — и не одного ответа. Пальцы дрогнули над экраном. «Пожалуйста, дай мне шанс все исправить». Отправлено. Винсент смотрел на сообщение несколько секунд, а потом медленно убрал телефон обратно в карман. Он не отступит. Пусть Лео кричит, пусть ненавидит, пусть захлопнет перед носом дверь квартиры — он будет возвращаться снова и снова, до тех пор, пока Лео хотя бы не выслушает его. Потому что потерять его сейчас означало вернуться в ту жизнь, из которой он однажды выбрался едва живым.