Выбор Сенцовой

За завтраком, сопровождающий озвучил план действий – едем куда-то, в какой-то деревне кататься на ослах, потом пляж Лидос, что ли, а потом отдых. А вечер в ночном клубе. Он особо подчеркнул, чтоб от ночного клуба не было никаких ожиданий, просто туристическое место провести время и чтоб не было скучно , все получат по два талончика в руки на бесплатный напиток в баре. Такое продолжение вечера было встречено аплодисментами. После экскурсии Олег завалился спать, а мне не спалось, хотелось порыскать по окрестностям или пойти на пляж. Положив в рюкзак большое полотенце, деньги, надев купальник и спортивное платье сверху, я вышла из гостиницы и пошла в сторону моря. С узкой набережной я спустилась на галечный пляж, по нагретым солнцем камешкам я дошла до края воды, улеглась в чем была на гальку, подложив полотенце под голову. Закрыв глаза, я наслаждалась теплом от горячих камней, пытаясь поймать лучи октябрьского греческого солнца, когда вдруг услышала шаги. Не меняя позиции, я просто повернула голову на звук шагов и увидела около себя бледные ноги, обутые в пляжные тапочки. Это была Алена. Она приветливо помахала мне и показала мешочек с разноцветными камушками: - Дочке собираю, смотри какие красивые. - Хорошая идея, -похвалила я. – Сколько ей? - Десять скоро. - Я тоже своим наберу. Она с улыбкой махнула мне рукой: - Пока, не буду мешать тебе отдыхать! - Вечером увидимся, - помахала и я в ответ. --------------------------- Этой ночью все шло наперекосяк: мы были в ночном клубе, муж корчил рожи и не хотел танцевать. Я танцевала в компании коллег, муж стоял, облокотившись на какой-то бортик, с кислым выражением лица — это ужасно меня бесило. Кроме того, что он сам был убежденным трезвенником, он также считал, что все кругом должны резко перестать выпивать и стоять с кислыми рожами. Разноголосая полупьяная толпа туристов засосала нас - мы с коллегами ловко выплясывали что-то среднее между гопаком, хороводом и еврейской 7.40 под Майкла Джексона, потом под Глорию Гейнор, Марка Ронсона. Это, конечно, было то еще зрелище, но после нескольких шотов, вся эта лирика перестала нас волновать, и мы предавались буйному танцу. Издалека я ощущала на себе недовольный взгляд мужа - то ли у него болел живот, то ли насморк был, сейчас я уже и не вспомню. Другим своим радаром я уловила ее – она сидела одна в баре наверху. Я видела ее со спины- у меня было такое чувство, что она напивалась, но чувства к делу не пришьешь. Муж тем временем, видимо, дошел до точки кипения, его взгляд был уже не просто кислый, а метал молнии. Этот дьявольский гопак каким-то образом меня утомил, также пьянство никогда не было моей сильной стороной, поэтому я, сжалившись над мужем, подошла к нему, напустив на себя похожий кислый вид, сказала, что все, вечер окончен, можно поехать в гостиницу и лечь спать. Приехав в гостиницу и рассчитавшись с водителем, мы зашли в лобби. И кого я вижу? Сидит моя красавица в баре и пьет какой-то коктейль - смотрелась она шикарно! Сама элегантность - платье из тонкой ткани в пол, с наглухо закрытой грудью и с разрезом, который начинался от бедра и какие-то то ли кеды-туфли, то ли сникерсы-лодочки, какие-то кроссовки на каблуке - черт знает что. Я быстро сообразила, что надо быстрее заговорить с ней, чтоб понять, вдруг что-то обломится. Мы с мужем подошли, я окликнула ее. - Добрый вечер, - говорит. - Добрый, - отвечаю, - тоже решила из того клуба сбежать? -Да, - говорит она, - не люблю такие места. - Достаточно противное место - если трезв, то можно отупеть. Правда ведь, Олег? - пытаюсь вовлечь в разговор мужа, который опять скорчил одну из своих кислых рож, что, по-видимому, означало согласие. Она беззастенчиво рассматривает меня, рассматривает мои голые загорелые ноги, черный топик на тонких бретельках, еще и без лифчика, юбка с запахом из шифона, короче, отпустила свой взгляд гулять по моему телу. Я улавливаю это в мгновение ока, поэтому смотрю внимательно в ее лицо (О, эта игра взглядов, нам, женщинам, нет в этом равных, если б можно было взглядом трахнуть - я б только эти и занималась, и, да, Людка - гений ), слежу за ее взглядом, который остановился на моих белых балетках, и поднимается вверх, ноги, юбка, черный топ и наконец–то, я ловлю ее взгляд, она понимает, что поймана за разглядыванием, сначала отводит взгляд, а потом все-таки смотрит мне прямо в глаза. И говорит мне, я даже удивилась слегка, полностью игнорируя моего мужа: - Я б хотела в старый город поехать там, говорят бары и есть где потусить. Автоматически отвечаю: --Ни хрена там нет, не сезон. - Хочешь поехать со мной? - Полный игнор мужа. - Да. Делаю мужу большие глаза и говорю ей: - Мне только в номер подняться. Взять деньги и ключ. Договорились, что она будет ждать меня в лобби. Мужу объясняю, что это начальство, надо уважить. Но и мужа надо уважить, предлагаю ему поехать с нами, но у него то ли живот, то ли насморк. Он говорит, что иди одна, мне лень, и я плохо себя чувствую. Таким образом, он открыл дверь то ли в ад, то ли в рай - я тогда не поняла. Итак, она ждет меня в лобби. Видит меня, тут же заказывает такси в старый город, и мы едем. Она сидит рядом с водителем, греческий теплый ветер задувает в открытые окна, пять минут и мы на месте. Я чувствую себя волшебно - на мне тонкая шифоновая развевающаяся на ветру юбка, время от времени обнажающая мои ноги, на голове, я уверена, художественный беспорядок, я счастлива от ее присутствия рядом со мной, мои глаза горят - наконец-то! Свершилось! Мы один на один в неофициальной обстановке. Быстро пишу Людке: «Людк, а Людк, а она меня с собой гулять позвала, только я и она, остальные напиваются в каком-то клубе». Получаю ответ: «Не могу сказать ура.» Да пошла ты, думаю, а сама пишу Людке: «Все под контролем», а в ответ она посылает грустную рожицу. Смотрю на нее, она идет впереди. Заходит в бар - я за ней. Заказывает Маргариту - я за ней. Людей практически нет - конец сезона, но питейные заведения еще не закрыли. Выпивает - я за ней, расплачиваемся, выходим, заходим в следующий - опять тот же сценарий, в третьем баре я уже не пила Маргариту, а только ждала. В четвертом…Видимо, в сезон это дэнс бар, у него тупое название «Блу кристалл» и изнутри он подсвечен голубым -выглядит красиво, мы заходим туда, она садится за столик, выпивает Маргариту. Я наклоняюсь к ней: «Давай останемся здесь. Смотри, как красиво. Мы будем танцевать в голубом свете». И вдруг меня просто сшибает с ног запахом алкоголя - о, господи, да она же в жопу пьяна! Она тут же соглашается. Я в шоке и отупении смотрю, как она сбрасывает свои туфли, поднимает руки вверх и танцует, запрокидывая голову. Я все еще в оцепенении - она красива, сексуальна и пьяна. Пьяна! От нее так несло алкоголем, что я с трудом подавила праведное желание сказать ей, что пора остановиться, сесть в такси и вернуться в гостиницу. Вместо этого я заказала еще две Маргариты и держа одну в руках приблизилась к ней. Видит Бог, сегодня я дойду до конца. Я решила поощрять развратное поведение, все еще чувствуя на себе тот ее оценивающий взгляд, коим она одарила меня в лобби. - Хочешь? - Да. - Из моих рук? - Да, - я понимаю, что в данную минуту ей и море по колено. Пою ее. Придерживаю ее рукой за затылок, вожу по ее губам краем бокала с солью. С этого же бокала слизываю соль сама. Она допила. - Может вернёмся гостиницу? – Спрашиваю для очистки совести. - Я хочу потанцевать. Потанцуешь со мной?! Тут нет никого, а мне так хочется танцевать. – Отвечает. - Начинай, - говорю, - а я пойду выпью свою Маргариту. Картина маслом- и вправду танцует. Не то что прямо красиво, элегантно, профессионально, но раскованно, закрыв глаза и отдавшись музыке. Естественно, у меня глаза по пять копеек. И я отпустила себя. Я разрешила себе все этой ночью. Если она меня захочет - сопротивляться не буду. Нравственности во мне убывало с каждым глотком проклятущей Маргариты - ненавижу пьяных женщин, но второго случая могло и не быть. Впоследствии, мне не раз придется отказываться от этого коктейля, и я буду с отчаянием вспоминать ее и гнать от себя воспоминания текилы с солью, но тогда я об этом ничего не знала. Мне просто хотелось провести с ней вечер, ночь, день, час, неважно и рассматривать ее близко-близко, пробовать на вкус, нюхать и пробовать вновь и вновь. Допив коктейль и слегка повеселев, я направилась к ней. Сначала пыталась тоже потанцевать, но ей было наплевать на меня и на весь мир. Тогда я уселась в баре и просто следила за ней глазами, дав волю своей фантазии. В час ночи смс от мужа:" Я иду спать, ключ есть?". Непонимающе уставилась на сообщение: «Что?» А, да. Пишу:" Есть. Развлекаю начальство. Когда приду не знаю, главное, чтоб начальство было довольно». Получаю ответ: сердечко и удачи. Удача — это хорошо. Она мне нужна сегодня. Где-то через полчаса она устала, помахала мне, подошла и говорит: - Пойдем в гостиницу, ноги болят, и от туфлей тоже. Пожалуйста, пойдем. - Слава богу, - отвечаю. Она берет меня под руку и сердце, остановившись на секунду, забилось сильнее. Сильный запах алкоголя немного отвратил меня, но я переборола себя. - Ну, идем, я не знала, что ты выпиваешь столько. - Очень редко и только на отдыхе, -отвечает. - Ясно. Мы погрузились в такси. Я усадила ее на переднее сиденье. Через 10 минут мы приехали. Я вышла, подбежала к дверце, подала ей руку, помогла ей выйти. Все также держась за руки, мы вошли в лобби гостиницы, она метнулась к бару. Я не отпустила руки: - Не надо, - притянув ее за руку, сказала я, глядя ей в глаза. - Не пей. Алена, хватит на сегодня. Где твой номер? Пойдем, провожу. Она мне назвала номер, и я повела ее. Мы шли по уютно освещенному коридору гостиницы - она покорно шла за мной, я вела ее за руку, и сама с собой советовалась: отпустить ее, пусть живет, предложить сделать ей массаж, прижать ее к стене и залезть рукой в этот самый волнующий разрез и проверить, что там. Я выбрала второе. Когда я довела ее до номера, она подала мне ключ. Я открыла дверь, зашла с ней в номер. Она посмотрела на меня масляными глазами, улыбнулась и сказала: - Как же я устала, бедные мои ноги. Я моментально отреагировала: - Хочешь фут массаж? Я профессионал, - заулыбалась я и протянула ей свои ладони. - Смотри на эти ручки, - она опустила взгляд на мои ладони - как много они могут. Она пожала плечами: - Почему бы и нет? Я весело сказала: - Тогда иди мой ноги, - и тут же исправилась: - Я сама тебе помою, думай, что массаж уже начался. Мы зашли в ванную , я усадила ее на край ванны, аккуратно подняла подол платья, дала ей в руки подержать его, чтоб не намочить, сама я опустилась на колени перед ванной и взяла лейку душа, включила теплую воду, направила струи ей на ноги и на свои руки, намылила руки, и взбивая обильную пену, намылила ее ноги. Наверное и через 30 лет я буду вспоминать об этом и задыхаться от восторга - ее ступни скользили в моих мыльных руках, я не пропустила ни один пальчик, каждый намылила отдельно , как ребенок я играла ее ногами, они проскальзывали между моих пальцев , я ловила их и отпускала, и ловила вновь. Она засмеялась и сказала утвердительно: - Тебе это игра доставляет удовольствие. Снизу я взглянула на нее - она улыбалась — это было мило. Я решила больше не затягивать все это дело, быстро смыла горячей водой мыльную пену, насухо вытерла ей ноги, сбегала и нашла в шкафу новые тапочки. - Все, - говорю иди ложись в кровать, - счас буду футмассажить. Нет, не в кровать, смотри какое кресло зачетное. Давай, туда садись. Она послушно садится, платье скользит в стороны, обе ноги обнажаются до бедра. Помоги мне, великий боже, помоги. Олег спит и ведом не ведает, что творит его жена. И я не ведаю. Мне кажется это игрой на одну ночь, но страсть затянет меня надолго в этот порочный круг алкоголя и секса. Понадобится много сил, физических и душевных, чтобы оторваться от этой женщины и, когда я это сделаю - я буду еще долго несчастной, но не сейчас. Сейчас я кажусь себе опытной соблазнительницей, которая решила доставить себе удовольствие на одну ночь. Я иду в ванную за кремом, выбираю тюбик, нюхаю, вроде нормально, сойдет для ног. Сажусь на пол напротив, беру ее одну ногу, втираю крем в ступни, пятки, пальцы. Сжимаю и потягиваю каждый палец отдельно, поглаживаю, надавливаю, когда нежно, когда сильнее на чувствительные точки. Опять ее ноги скользят в моих руках. Укладываю одну ногу себе на плечо, устремляю на секунду взгляд между ног, беру другую ступню и точно также надавливаю, и отпускаю, перебираю каждый палец отдельно, пожимаю и потягиваю. Зову ее тихо: - Тебе нравится? - опять надавливаю и отпускаю -смотрю на ее реакцию. Она говорит: - Бог ты мой, как же это приятно! - Расслабленная улыбка, ей нравится. Разрешаю себе немного больше и еще больше- аккуратно массажирую, поглаживаю до колена, с залетом все выше и выше. Вот я уже привстала на колени и наглаживаю бедра двумя руками – сначала одно, потом другое. Она смотрит на меня серьезно и без улыбки. Я, продолжая поглаживать внутреннюю сторону, смотрю ей в глаза и спрашиваю:" Можно?" Она кивает в ответ. Тогда я еще не знала, что эта женщина будет хотеть постоянно, она постоянно будет наготове, постоянно будет искать встречи со мной, чтоб я ее ублажала, но в этот вечер, вернее в эту ночь, я отношусь к ней, как королеве несмотря на то, что она пьяна. Я целую одну ногу, другую. Поднимаюсь поцелуями вверх, задираю еще немного платье, немного тяну ее на себя – она съезжает передом ко мне. Открываю плотные бедра, черные трусики наивно прикрывают то, к чему я рвусь. Я прижимаюсь к ним лицом- чувствую, что все влажно, не веря провожу пальцами по тонкой ткани слегка- слегка надавливая пальцами. Ого, сколько уже времени ее вульва пускает соки? Ткань мокрая насквозь. Может, писнула в трусы? Да нет вроде -запаха нет, ощупываю внутри трусиков и рассматриваю свои пальцы - все скользкое, мокрое и тянется. Господи, да она все это время, оказывается, в возбуждении – она ж захмелела, и давно. Да, е-мое, ты хочешь, моя ж ты девочка, а я тебе мозг выношу: танцы, Маргарита, массаж стоп. Стягиваю с нее трусы и приникаю губами к клитору, обхватываю его нежно-нежно губами, и ласкаю языком, едва задевая. Она с силой выдыхает. - Все нормально, Ален? Тебе так хорошо? Она ладонями закрывает глаза – стесняется, хоть и пьяная в слюни. Плоть не врет – разгоряченная вульва так и пышет жаром. Не отпуская клитор, втискиваю два пальца, но не глубоко, слегка нажимаю на заднюю стенку, такими массирующими, но не с силой, движениями по кругу, делаю может всего несколько движений, и она с силой стискивает мои пальцы внутри, обжимает их, отталкивает мою голову от клитора, я продолжаю держать мои пальцы внутри и смотрю на ее лицо - делаю движение - стон, движение - стон. Другой рукой опять трогаю чувствительный и выпятившийся клитор- трясет. Подула - стон. Сама я была готова, напускала тоже в трусы много влаги, но мне не хотелось, чтоб она на пьяную голову трогала меня. Я пошла в ванную, долго мыла руки, глядя на себя в зеркало. Думала, как объясниться с мужем. 11 лет прожили, 2 детей, никогда ему не изменяла, но тут я не знаю, что делать. Вздохнув, я вернулась в комнату, она перелезла с кресла на кровать, снятое платье валялось на кресле, трусы на полу. Я позвала ее - в ответ тишина. Я подошла ближе - спит. Я поцеловала ее в спину, в шею, вдохнула аромат гладких волос, прошептала: " Спокойной ночи, солнышко!" Назавтра я проснулась как ни в чем не бывало в кровати рядом с мужем. Ему хотелось близости, но во мне все восстало. Дурацкий бескомпромиссный характер. Я ему сказала: «Не трогай меня, Олег, ради всего святого, не трогай меня. Не трогай меня.» Сказала я и слезы выступили на моих глазах. Он покрутил пальцем у виска и, верно, подумал, у меня ПМС, но мне уже было все равно. Какое счастье, что вечером мы уезжаем отсюда. Атриум Платинум навсегда останется в нашей с ним памяти проклятым местом, хотя этого ни я и ни он еще не знали. Не знали и поэтому с удовольствием позавтракали. Зная, что муж не любит бассейны, я заявила, что пойду в бассейн после завтрака. К счастью, эта аттракция не пользовалась популярностью – вода была уже холодная. Мне тоже было холодно, но из перспективы остаться с ним один на один или замерзнуть - я предпочла замерзнуть. Я залезла в воду, немного поплавала, замерзла, вышла, закуталась в большое махровое полотенце, попросила еще одно, чтоб не было холодно и улеглась на шезлонге с телефоном в руках. Я читала в телефоне книгу, когда пришло сообщение от нее: - Ты где? - В бассейне. - Можешь подняться? - Да. Беру в руки платье и в мокром купальнике, и в полотенце поднимаюсь к ней в номер. - Алена, жива, что ли? - Спрашиваю, заглядывая в комнату. Сидит на кровати в халате с мокрыми волосами. - Слушай, я у тебя две секунды, переоденусь? - Хорошо. Быстро стягиваю мокрый купальник, натягиваю платье. Остаюсь без трусов. Захожу в комнату, сажусь с ней рядом на кровать: - Живая? Поднимает на меня взгляд: - Уже лучше. Напилась чаю, приняла таблетку, душ - отпустило. Смотрит внимательно и серьезно: - Я не лесбиянка. Я аж оторопела: - Я знаю. - Тогда почему ты это сделала? – спросила меня она. - Потому что ты хотела этого и тебе понравилось. Я видела, я знала, я чувствовала! – отвечаю. - Как? Как ты это поняла? Я никогда этого не делала! Ты совратила меня! – говорит с обидой. - Прости меня. Я не знаю, что на меня нашло. Прости, прости, прости! Я не так поняла. – Я не нахожу слов выразить свое сожаление. - Ты воспользовалась… Я не совсем понимаю, ты что, лесбиянка? У тебя ведь муж. Как ты могла? —с упреком говорит она. - Ален, я не знаю, эти твои гениальные поддавки. Я ж тебя спросила! – в отчаянии говорю я. Стою перед ней потерянная, опустив руки. – Прости, солнце мое, прости, прости. Она непонимающе смотрит на меня. В волнении я опустилась перед ней на колени: - Давай оставим это. Пусть это будет ошибкой одной ночи. - Говорю ей, ловя ее взгляд. - Я тебе ничего не должна, ты - мне. - Ок, - она соглашается. Я смотрю на нее, запавшие глаза, не потерявшие своего блеска, серые тени вокруг глаз, мокрые волосы в беспорядке, она сидит в халате. У меня такое чувство, что под ним ничего нет, но я не даю разгуляться своим мыслям. Корректно прощаюсь и выхожу из комнаты. Не придумав ничего лучше, пишу Людке половину правды: «Она меня не хочет!» Тут же получаю ответ: «Ура!» и веселый смайлик.