Деревня тануки.

Передо мной пронеслась вся жизнь. Все мои достижения, все мои провалы, как я получил диплом, как я встретил Алису, как мы начали встречаться, как я написал первую успешную статью, как меня отправили сюда… Но видимо теперь, это не имеет смысла, ведь я просто погибну в этой реке, а моё тело может даже и не найдут… Я начал чувствовать лучи солнца, пытающиеся пробиться через мои веки, чтобы меня разбудить. Неужели всё это было лишь кошмаром? Я начал медленно открывать глаза, желая увидеть подтверждение этому. Но вместо своей квартиры я увидел, что нахожусь в каком-то деревянном доме лёжа на футоне. Рядом со мной была моя сумка, видимо висевшая до этого на мне, сложенная аккуратно одежда, две очень большие тарелки с рисом и мисо-супом, огромный кусок рыбы и японский омлет из, наверное, 10 яиц. Возможно, кто-то думал, что я буду голодным, но я не смог бы осилить даже одну из этих порций. Я начал пытаться подняться и увидел, что я лежал без одежды, мои травмы были перевязаны тканью, а сломанная лапа была зафиксирована маленьким деревянными дощечками с тканью. Чтобы не показаться не перед кем голым, я решил сначала надеть оставленную мне одежду, похожую на кимоно. Однако, эта одежда была мне слишком велика. Блин, она подошла бы мне только если бы я весил на 50 килограмм больше. Но делать нечего, я решил накинуть как халат хотя-бы верхнюю часть. После этого я решил заглянуть в свою сумку, чтобы узнать, уцелело ли хоть что-то. К счастью, мои паспорт и телефон, лежавшие в водонепроницаемом пакете выжили, как и моя камера. Я решил включить телефон, чтобы узнать сколько времени и попытаться дозвониться до своего журнала, но заметил две странности: связь отсутствовала в принципе, а телефон был заряжен полностью и показывал, что находится на зарядке. — Какого чёрта? — я был мягко говоря удивлён. Я конечно был бы не против, что он мог бесконечно работать, но почему это происходит. Но урчание в животе прервало это размышление. И раз уж мне оставили еды, то почему бы и не воспользоваться. Я взял палочки в лапу и начал есть омлет. И может я настолько голодный, но это наверное самый вкусный омлет, который я когда-либо ел. Поев немного омлет, я решил попробовать и остальное. Всё было на удивление вкусным. Когда я закончил есть, в комнату зашли. Это были два высоких очень толстых енота в традиционной японской одежде. Они оба были коричневого цвета, но один из них был скорее светло-коричневый, а второй красно-коричневый. — Смотри, Хира. — начал говорить светло-коричневый. — Завтрак проснулся. — от этой фразы у меня начала вставать шерсть дыбом, пока красно-коричневый не дал тому подзатыльник. — Аки, твои шуточки сейчас вообще не к месту. Он и так нервничает. — Да понял я, но можно было обойтись без подзатыльника… — Это для профилактики. — сказал Хира, после чего нагнулся ко мне. — Как себя чувствуешь? — Вроде хорошо… — неуверенно ответил я. Когда он нагнулся, я заметил лежащий у него на макушке листок. — У вас, кстати, листик на голове лежит… — Конечно. Он и должен там быть. — удивительно ответил мне Хира. — Эм… Ладно… — неуверенно сказал я. — А где я сейчас нахожусь? — решил я наконец спросить. — В деревне тануки, где же ещё? — ответил мне Аки. — В деревне…тануки… — я ненадолго встал в ступор. То есть это не еноты, а тануки? Они действительно существуют? То есть легенда об этом лесе правдива? — То есть вы т-тануки? — Нет, просто толстые кицунэ. — ответил мне Аки. — Хватит! — раздражённо сказал Хира, и снова обратился ко мне. — Да, мы в деревне тануки. Я Хира, местный лекарь. Это Аки, мой помощник. А можно узнать твоё имя и то, какое ты животное. Это нужно для подбора лекарств. — Да. Я же не представился. Меня зовут Алек. Я снежный барс. — А я думал, что ты леопард. — сказал Аки. — Я тебе говорил, что у них мех другого цвета. — ответил тому Хира. — Если рассматривать так, то можно считать меня леопардом, для подбора лекарств. — Хорошо, сейчас вернусь. — сказал Хира, покидая комнату. Я остался на едине с Аки. Он подошёл ко мне и сел рядом на полу. — Ну как раны? Болят? — начал он меня спрашивать. — Нет. Вроде не болят… — ответил я. Было очень необычно понимать, что ты говоришь с, как тебе казалось, вымышленным существом. — Как я понимаю, ты наткнулся на Итачи? — Кого? — Óни-волк с красными рогами. — Да. Это он мне ногу сломал и в реку кинул. — у меня перед глазами снова появился образ того монстра. — Тебе безумно повезло, что он кинул тебя в реку, а Ами решил сходить на рыбалку ночью. — В смысле? — Это Ами из реки выловил. Хотел сходить на рыбалку ночью. Как раз была гроза и можно было громовых карпов наловить. А выловил он тебя. — Действительно повезло. — Кстати, как тебе завтрак? — Спасибо, было вкусно. — Извини, что так мало принёс. Я не знал, что тебе нравится, по этому выбрал более простой вариант. — Да нет, тут более чем достаточно. Я столько в жизни не съем. — По этому ты съел тут всё? — сказал Аки, показывая мне пустую миску из-под риса. — Эм. что? — удивительно сказал я. Я действительно столько съел? Я посмотрел вниз и увидел, что от такого количества у меня даже небольшой твёрдый живот появился, при моём худющем телосложении. — Как так? Я бы в жизни не съел столько за раз! — Никогда в жизни? Ха! Да это детская порция! Я на перекус больше ем! — усмехнулся Аки. — По тебе видно. — сказал я, смотря на его большое круглое пузо. Готов поспорить, на таком как на кровати детям спать можно. — Вообще, тебе стоит есть побольше, тогда нога будет быстрее заживать. — Не думаю, что еда мне в этом поможет… — Ты разве не в курсе? — Не в курсе чего? — Вообще-то всём известно, что еда, которую делают тануки способна исцелить и делать сильнее! — сказал Аки, напрягая свою толстую лапу так, будто он хвастается мускулами. — Если честно, я об этом впервые слышу. — Ты о нас вообще хоть что-то знаешь? Это же то, чем мы были всегда известны! — Но сейчас большинство знают о вас, что вы умеете перевоплощаться… — Ну это правда. — …и тем, что у вас волшебные я… — Этот бред придумали кицунэ! — перебил меня Аки. — Понял. Понял. Кстати, а где моя одежда? Просто та, что вы мне дали мне велика. — Прости, но она сушиться. А меньше я не нашёл. Надо будет попросить Сам сшить тебе поменьше. А пока, походишь так. — Я вернулся. — в комнату обратно вошёл Хира. У него в одной лапе был поднос с каким-то бутылками и мазями, а в другой ещё одна тарелка. — Здесь есть все нужные тебе лекарства. Эти мази надо втирать в раны два раза за день: когда проснулся и когда ложиться спать. А эти микстуры принимать 10 раз в день с каждым приёмом пищи. — Эм… С каждым приёмом пищи, десять раз за день?! — переспросил я, надеясь, что он оговорился. — Да. Чтобы лапа быстрее зажила нужно есть почаще. — Хира поставил мне большую тарелку с раменом. — А не рано ли? — я достал телефон и убедился, что с прошлого моего приёма пищи не пришло даже часа. — А что это у тебя? — с удивлением посмотрел на мой телефон Хира. — Какое-то изобретение? — Нет, это не маги… А как ты это понял? — Нам постоянно рассказывают, какие хитрые изобретения могут делать те, у кого нет магии. — А ты думал, что мы посчитаем это колдовством? — усмехнулся надо мной Аки. — Если честно, то да. — неловко ответил я. Кажись надо меньше фетентезийным фильмам верить. — Кстати, а как это называется? И зачем это? — поинтересовался Хира. — Это телефон. Вообще он изначально нужен, чтобы общаться на расстоянии, но может куда больше. — ответил я и положил телефон обратно в сумку. — Я позже расскажу. — Ну ладно. Съедай рамен и пойдём знакомить тебя с деревней! — радостно сказал Аки. — И сами поедим. — подержал идею Хира. Я нехотя начал есть свою порцию рамена. Это было конечно очень вкусно, но мне не хотелось набирать лишний вес. Я понимал, что точно задержался тут на долго, а как я объясню потом Алисе, почему после того как я пропал, я вернулся толстяком. Я надеялся ради приличия съесть лишь немного, но сам не заметил, как съел всю тарелку. Это блин издевательство какое! Я снова посмотрел на свой живот и увидел, как но опять чуть-чуть вырос. Надо быть осторожнее с этим. Мне дали трость, и мы втроем вышли на улицу. Это была традиционная японская деревня, но очень большая. Было много небольших домов с большими дверями. С одной стороны деревни были видны рисовые поля, с которых народ уже собирал урожай, хотя сейчас был не сезон урожая. С другой стороны текла река, в которой ловили рыбу, что была ростом с меня! На другом краю была видна конструкция, похожая на тренировочную арену, где пара тануки дралась в каком-то стиле, напоминаем смесь каратэ и сумо. Но ярче всего выделялись жители. Вся деревня была населена тануки, которые все без исключения были толстыми. Мужчины, дети, женщины, подростки. У них всех был разной степени лишний вес. Кто-то весил килограмм на семьдесят больше меня, кто-то был как Аки и Хира, ± 300 кг, а кто-то вообще удивительно так ходить вообще мог. Практически все они были коричневых цветов шерсти, с белым мехом на их больших круглых животах, которые некоторые жители открыто показывали, не нося верхнюю часть одежды. Как только мы вышли, внимание толпы переключилось на нас. Судя по всему, гости у них тут не часто. Взрослые расспрашивали про меня у Хира и Аки, а дети удивлялись новому для них зверю и тому, насколько я худой на их фоне. Не мало народу осыпали меня разными вопросами о том, какое я животное, как поменялся мир, какая еда появилась. Кто-то из толпы предлагал мне данго или онигири, и из вежливости я их брал, но пока не стал есть, ибо не хочу стать горой кошачьего жира. Пока меня осыпали вопросами, Хира выцепил из толпы двух необычных тануки, цвет шерсти одного из них вместо коричневого был голубым, а шерсть второго была просто белой. — Ки, Ами, покажите ему деревню, пока мы с Аки будем заняты. Они согласились на это и повели показать деревню. Ки и Ами были ростом ниже чем, Хира и Аки. У Ки был голубой мех, его одежда напоминала форму для каратэ, была чёрного цвета и мела изображения они. На вид он весил не менее 500 килограмм, но вполне спокойно ходил и не оголял свой живот, полностью закрывая его одеждой. У Ами был полностью белый мех, верхней части одежды на нём в принципе не было, на голове была соломенная шляпа, за спиной у него были удочка и рыболовная сеть. По чертам лица и толщине лап он весил где 400 килограмм, но живот был куда больше. Внезапно, живот Ами дёрнулся. — А почему твой живот двигается? — удивительно спросил я. — Там рыба. — как ни в чем не бывало ответил Ами. — В смысле живая? — удивился я в тот момент. — Тебя же просили не если целиком рыбу. — сказал осуждающим тоном Ки. — А что тут такого? Просто съедаю её раньше, чем её приготовят. Будто бы в этом есть проблема. — Это может тебе навредить, вот в чем проблема. А ещё её лучше готовить и делится с другими. — Просто мне нравится, как она там дёргается. Всё равно я ещё что так, что так ем. — По правилам нельзя есть её целиком. Вечно ты их нарушаешь! — Если бы я правила не нарушил, то он, — Ами указал на меня. — сейчас на дне реки лежал. — Кстати, спасибо что вытащил. — сказал я ему. — Да не за что. Кстати, ты рыбу любишь? — поинтересовался он у меня. — Ну да. — ответил я. Надеюсь он не предложит мне её сейчас. — Тогда сходим как нибудь на рыбалку. Заодно тоже попробуешь целиком рыбу глотать. — Ами, не показывай нашему гостю, что правила можно нарушать. — сказал Ки. — А ведь я даже не узнал твоё имя. — внезапно обратился ко мне Ки. — Как тебя зовут? — Я Алек. Кстати, а можно вопрос? — Да, конечно. — А почему у вас с Ами так сильно отличается цвет меха? — Это знак того, что боги одарили меня… — хотел Ки что-то сказать, но Ами его перебил. — Его мать очень увлекалась голубыми моти при беременности, и от этого он сам посинел. — Неправда! — разозлился на это Ки. — Кстати, вы так много едите, — я решил, что буду побольше задавать вопросов, пока нахожусь тут. Я встретил, можно сказать другую цивилизацию, и мне, как журналисту будет грех не узнать о них подробнее. — а вы не боитесь, что еда может кончиться. Два тануки посмотрели друг на друга, после чего рассмеялись. — Я сказал что-то смешное? — я удивился подобной реакции на мой вопрос. — Брат сказал, что ты знаешь о нас столько же, сколько мы о тебе. — сказал мне Ами. — Но я не подозревал, что на столько! — Брат? — Я про Аки. Он мой старый брат. — ответил мне белый тануки. — Ну, вы с ним чём-то похожи по характеру. — Как раз с вопросом о еде. — мы подошли к местным полям. На них народ собирал самые разные овощи, фрукты, рис. При чем все они должны созревать в разные сезоны, но собирали их одновременно. — Тут наши поля. На них мы выращиваем самую разную еду. И собираем её каждый день. — сказал Ки, показывая на поля. — Вау. — у меня от такой новости чуть челюсть не отвисла. — А как так получается? Если иметь такую возможность, то можно весь мир прокормить будет! — с неподдельным восторгом сказал я. Но про себя ещё и сказал шёпотом: " И разорить все пищевые компании мира. " — Это у нас что-то вроде благословения. — сказал мне Ами. — Там, где живут тануки, распространяется магия, позволяющая растениям быстрее расти, рыбе расти больше и быстрее размножаются, а птицам нести больше яиц. — продолжил за ним Ки. — Всё, чтобы тануки могли прокормить себя. Плюс, такая еда исцеляет раны, а жир от неё делает сильнее. Из-за этого, как говорят, на нас раньше охотились некоторые другие екаи и те, у кого нет магии. Но это пока тануки не стали сотрудничать с кицунэ и óни. Первые умели договариваться, скачать скрытые места и создавать обители, вроде той, в которой мы сейчас и находимся. А óни были сильны, и защищали тануки и кицунэ в обмен на лечение, пропитание и жильё. — То есть тот óни, что напал на меня, просто защищал вас? Внезапно, все те, кто слышали мой вопрос помрачнели. — Мы тебе это как нибудь в другой раз расскажем… — сказал Ами. — А теперь предлагаю посмотреть на тренировочную арену. Мы подошли арене, где попарно дрались тануки. Их стиль боя чём-то напоминал каратэ смешанное с сумо. Они пытались или столкнуть друг друга с арены, или просто бить, или уронить на пол, после чего придавать всем весом. — А зачем они тренируются драться, если вы живете тут в деревне под защитой? — поинтересовался я у Ки. — Во первых, чтобы не терять сил, на случай если нужно будет самим защищаться. А во вторых, это закаляет тело и дух. Что не даёт нам стать неподвижными под собственным весом. — Это кстати правда. — дополнил слова Ки Ами. — самые крупные из нас это бойцы. — А в третьих, — Ки сделал такое лицо, будто не хочет это признавать. — это весело. Но первые два пункта важнее. — Да не ври. — ехидно улыбаясь сказал Ами. Они снова начали спорить, пока я смотрел на бои этих гигантов. Я и раньше видел бои тяжеловесов и сумоистов, но это не сравнится с тем, как дрались эти тануки. Но во время этого я заметил одну странность. — Ки, а можно вопрос? — прервал я спор двух цветных тануки. — Да, какой? — Я тут заметил, что у некоторых бойцов меняется твёрдость тела, как будто. То когда его бьют, кулак чуть ли не впечатывается глубоко в него, то он твёрдый, как камень становится. Почему так? — Сейчас даже покажу. Оперись на мой живот. — сказал Ки, развязав пояс на одежде и подойдя ко мне, показав свой белый живот. — Хорошо. — я упёрся свободной от трости лапой на него. Как и ожидалось, он был очень мягким, и моя лапа чуть ли не тонула в нём. — Мягко? — Ну да. — ответил я, когда мягкость резко пропала и заменилась на жёсткость и упругость. От этого меня откинуло от живота, но сзади меня подхватил Ами. — Если долго тренироваться, то мы можем контролировать жёсткость и мягкость жира. Но так могут только бойцы. — сказал Ки, завязывая обратно пояс. — Ты тоже боец? — спросил я. — Конечно. — гордо ответил Ки. — И когда твоя лапа заживёт, я могу и тебя натренировать стать бойцом! — Нет, нет. Спасибо. — ответил я ему. Их бои смотреть конечно интересно, но самому в них участвовать не хочется. — Как знаешь. Если передумаешь, то скажи. — Мне кажется, мы загулялись. — сказал внезапно Ами. — Не стоит тебе с таким переломом слишком долго ходить. Идём ко мне. — К тебе? — я немного удивился. — Мне разве не надо вернуться к Хира? — Нет. Хира и Аки уже договорились, что ты будешь жить у нас. Так и скучно не будет, и Аки за тобой приглядит. Ты же не против? — Нет, конечно. Идём. — Хорошо, а то я уже есть хочу. — У тебя же в животе живая рыба… — Да она уже переводилась. Хочется все-таки ещё. Мы с Ами пришли к его дому. Как только мы зашли, нас уже встретила пара пожилых тануки. Это были родители Аки и Ами. Они были куда меньше своих сыновей и оба имели светло-коричневый мех. Их родители сказали, что ужин почти готов, а перед этим показали комнату, в которой я должен был спать вместе с Аки и Ами. Когда я зашёл в эту комнату, то взял свою сумку и начал записывать всё, что узнал об этой деревне. Я не был уверен, что когда вернусь домой, мне хоть кто-то поверит, но всё же хотелось сохранить письменно знания об этом месте. Заодно развею некоторые мифы о тануки. Записав всё что хотел, я посмотрел снова на телефон. Он так же думал, что стоит на зарядке. Видимо, тануки и на технику хорошо влияют. Я разблокировал телефон и увидел на обоях нашу совместную с Алисой фотографию. Два снежных барса как придурки пытаются сделать вид, что держат на ладонях Кремль, а держали плакат. От этого мне стало немного грустно. Пусть мой телефон и работает, но я находился вне зоны доступа. Сейчас никто не мог связаться со мной, а покинуть деревню с переломом я не мог. — Алиса, я вернусь. Только подожди. — я выключил телефон, и в отражении экрана увидел, что за мной из неоткуда взялась бочка. — Какого… — хотел повернуться я, но в этот момент бочка превратилась в маленького тануки, который запрыгнул на меня, повалив на пол. — Попфся! — сказал он, сидя на мне. — Как я тебе? Ты меня даже не заметил! Признай! — Эндо! — в комнату зашёл Аки, снимая мелкого с меня. — Я же тебе говорил, не прыгать на гостей! — Брат, а он меня даже не заметил, представляешь! — Да, да. Молодец. Но больше так не делай. — Хорошо. — Эндо убежал из комнаты. — Прости за Эндо. Он любит вот так кидаться на других. — сказал Аки, протягивая мне лапу. — Ничего. Хорошо, что я не ударился. — ответил я, медленно поднимаясь с пола. — Кстати, он первый тануки, который действительно перевоплотиться. — Просто взрослым это особенно не нужно. А дети любят так играть. А второй мой младший брат тебе не доставил проблем? — Ты про Ами? — Да. — Нет. Даже наоборот, он весьма приятный. Пригласил меня даже на рыбалку. — А, понятно. Только лучшие не соглашайся целиком рыбу глотать. А то если это будет хищная рыба, то мало не покажется. — Понял. — А теперь идём ужинать. Тебе это как раз нужно, только лекарства не забудь. — Понял. — сказал я, и мы пошли есть. Вся их семья собралась на столом, который был богаче, чем стол на новогоднем корпаративе у меня в компании. Много риса, овощей, огромный жареный громовой карп, как мне сказали, тофу, гедза, лапша и так далее. Я всё-таки надеялся, что не буду переедать, и по этому решил съесть лишь гедза. Я съел одну штучку, вторую, третью, двадцатую… Я начал есть как не в себя. Пускай, это не доходило до того, как много и быстро ели тануки рядом со мной, но тоже было удивительно для меня. После гедза я переключился на громового карпа, затем меня начало тянуть на тофу, теперь я съел уже четвёртую миску лапши. К счастью, именно в этот момент я остановился, ведь не мог уже больше. Я медленно посмотрел туда, где у меня должен быть мой обычный худой живот. Но на его месте было что-то круглое, белое и мохнатое, напоминающее по размеру пляжный мяч. От такого переедания мне стало немного плохо, но всё остальные всё ещё продолжали есть. И как он это делали. На этом столе было достаточно, чтобы накормить двадцать тигров, а они едят столько на обычный ужин. Я попросил помочь мне дойти до комнаты. Ами оторвался от поедания рыбы, и прямо держа меня в лапах принёс в комнату. Этот белый тануки положил меня на футон, где я вырубился, впав в пищевую кому.