Деревня тануки.

Вырубившись от пищевой комы вечером, я всю ночь без остановки проспал. Я чувствовал во сне, как мой живот болит от того, сколько я съел. К счастью, спустя какое-то время боли все-таки пропали. На а на утро я увидел результат. Теперь моё телосложение не было уже таким худощавым. Лапы обрели небольшую прослойку жира и у меня появился маленький живот. Надо все-таки как-то сдерживать себя, а то дома меня потом не узнают. Я огляделся. Аки спал рядом со мной, а Ами уже не было. Я уже решил, что он уже ушёл на рыбалку, как белый тануки уже вошёл в комнату. — Ты уже проснулся, Алек? — спросил он меня. — Да. — я взял в лапы телефон и увидел, что было всего 6 утра. — А ты не рано? — Чем раньше, тем лучше. — ответил Ами. — Давай завтракать, и пойдём в двоем. Не сидеть же тебе весь день день тут? — Ну, ладно. — неуверенно ответил я. С одной стороны было рано, с другой мне хотелось поговорить с Ами и узнать некоторые моменты их быта. Да и что же я буду делать, пока остальные спят? — Отлично. — ответил белый тануки и взял меня на лапы. — Подожди, я сам могу. — сказал я ему. — Да ладно, так быстрее. — Ами отнёс меня туда, где вчера все ужинали. И там снова была куча еды. Огромная тарелка риса, разная рыба, бобы и т.д. Ами начал всё это активно поедать, предлогая и мне. Мне очень не хотелось отказывать, но и опять объедаться тоже. Я решил, что чтобы не слишком растолстеть здесь, есть чётко ограниченное количество чего-то одного. А то Алиса меня не узнает, когда я вернусь. Съев один кусок рыбы, несмотря на сильное желание съесть ещё, я остановился. — Чего больше не ешь? — с набитым ртом спросил меня белый тануки. — Да, я больше не хочу. — ответил я, отодвигая от себя тарелку. — Ты почти ничего не съел! Тебе же Хира с Аки говорили, что нужно есть больше, чтобы раны зажили. — Просто я от вчерашнего ужина ещё не отошёл… — Понятно. Тогда мне больше достанется. — довольно сказал Ами, пододвигая к себе те тарелки, что стояли рядом со мной. — Кстати, а моя одежда не высохла ещё? — спросил я. Всё же хочется ходить в чём-то, что не весит на тебе как большое одеяло. — Да, конечно. Оно там, на улице, у телеги. — Спасибо. — я взял трость и вышел на улицу. Там стояла большая телега, а рядом с ней на верёвке висели мои джинсы, трусы и кофта. Наконец-то я одену что-то нормальное. Снял висящее на мне кимоно. Быстро влез в свою зелёную кофту и начал одевать трусы с джинсами, просовывая хвост в специальные отверстия на них. К счастью, ремень всё ещё был одет в джинсы. Я начал застёгивать джинсы, но обнаружил, что они стали застегиваться чуть туже. Надо быть поокуратннее с местной едой. Кое как я затянул свой ремень, и в этот момент пришёл Ами. — Ну, что. Готов? — у него за спиной была очень большая корзина, а так же удочки и рыболовная сеть. — Да, конечно. — А сейчас снаружи все в такой одежде ходят? — Я бы сказал большинство. А эта корзина тебе для рыбы? — спросил я, указывая на корзину у него за спиной. — Неа. Для рыбы у меня тележка, на которой ты сидишь. В корзине онигири для перекуса. — И почему я не удивлён? — Можешь оставаться на телеге. Тут всё равно не далеко. Мы пошли в сторону реки. Солнце ещё толком не встало, а роса на траве ещё не высохла. В этой тишине было слышно как трещат сверчки. Мы наконец дошли до нужного нам места. На удивление, эта река была куда шире, чем мне казалось в ту ночь. Ами начал ставить сети и удочки. Закончив со всем этим, он усодил меня на небольшой камень рядом с удочками. — Теперь нам остаётся только ждать. — радостно сказал толстяк, после чего открыл корзину полную онигири и поставил её между нами. — Чувствую, сегодня повезёт ещё и с креветками! — В этой реке и креветки водятся? — Ага. А ещё и кольмары, осьминоги, мидии, гребешки. — перечислил мне местную фауну водоëма Ами, облизнувшись на последнем слове. — А китов у вас тут случайно нет? — в шутку спросил я, жуя онигири. Поразительно, но видимо тануки притягивают к себе какое-то невероятное изобилие. — К сожалению, а то я бы попробывал такого проглотить. — Боюсь, даже в твой желудок он не влезет. — сказал я. — А можно задать ещё несколько вопросов о вас? — В смысле? — О тануки. Я тут вроде второй день, но мне всё равно кажется, что я маловато о вас знаю. Например откуда у вас листик на голове. — Ты об этом? — Ами снял соломенную шляпу с головы, и указал на лежаший под ним листик. — Когда мы рождаемся, то с ближайших деревьев к нам на голову прилетают листья, и остаются до конца жизни там. Даже если его снять с головы, то он снова туда вернётся. — Ами взял лист у себя с головы, после чего он растворился в воздухе, будто это чернила, и снова появился у него на голове. — А ты можешь тоже что-то рассказать о внешнем мире? Если честно, то у нас его никто не видел. — Знаешь, — я полез в карман. — я его могу даже показать. — я показал Ами свой телефон. — Это изобретение, о котором Аки говорил? — белый тануки удивлённо посмотрел на мой смартфон, после чего тыкнул в него своим толстым пальцем. — А как оно это сделает? — Вот так. — я вк включил телефон. На экране блокировки появилась та самая фотография с Алисой. — Ого! — с искренним любопытством начал рассматривать фотографию Ами. — Это ты на этой картине? — Да, но это не картина. Это называется фотография. — А в чем разница? — Фотографию как-бы делают особые устройства, камеры. Это вроде точное изображение того момента, который на фотографии. — Это как? — Вот так. — я открыл камеру на телефоне и сделал снимок Ами, после чего показал ему. — Ого! Удивительно, что могут придумать те, у кого нет магии. А на той фотографии, где был ты, кто был рядом с тобой? — Это моя девушка, Алиса. Мы уже три года встречаемся. — А почему так долго? — удивился Ами. — Или она не принимает твой предсвадебный подарок? — В смысле? — Просто у нас принято, если пара встречается, то через год парень должен сделать какой-то большой подарок и предложение. — Нет. У нас такое не практикуется. — ответил я. Я показывал Ами фотографии с разных мест, где я был. Его искренне поражали все эти леса, горы и города. Было забавно наблюдать его реакцию на некоторые современные вещи, вроде «этого прозрачного склада для рыбы» или «открытой могилы правителя». Я продолжил показать ему фотографии, рассказывая об этих местах, пока на удочку не попалась первая рыба. — Наконец-то! — он быстро подхватил удочку, вытянув из воды метрового сома зелёного цвета в полоску. — А, это всего лишь бамбуковый сом. Ещё и маленький довольно. — разочарованно сказал тануки. — Я бы не сказал, что он маленький. — Тут есть рыба куда крупнее. Кстати, не хочешь попробывать целиком проглотить? — спросил Ами, преподнося рыбу ко мне. — Я как-то не уверен. Это же сом, они ведь хищники. Да и он великоват для меня как-то. — Не бойся. Он не сможет ничего тебе сделать. Поверь, это очень приятное чувство. — Не надо, съешь са… мммффм! — пока я собирался ответить, Ами просунул мне прямо в рот рыбину. Он лапой подталкивал её всё глубже, пока она не была полностью проглочена. — Фух… Это как у меня вышло? — я посмотрел на выросший от рыбы живот. Он был не ровным и постоянно дергался в разные стороны, но почему-то довольно медленно. — Ему там рис мешает. — сказал мне Аки, после чего я осознал, что всё это время я ел онигири. Кажись, без лишнего веса я эту деревню не покину. — А почему ты сам её не съел? — Да это для меня совсем мало. Я люблю покрупнее. — Как-то это странно… Вроде и не больно, но и удовольствия нету… — А ты его помассируй. Поверь, тебе понравиться. Я начал массировать выросший живот одной лапой. Не буду лукавить, но от этого действительно было какое-то странное удовольствие. Уже в следующий раз на крючок попался сом рубинового цвета, который был больше меня раза в два. Его Ами уже сам проглотил целиком. Мы просидели так до самого обеда, успев наловить огромное количество рыбы и креветок, которые попались в установленные Ами сети. Закончив с рыбалкой, Ами загрузил всю рыбу в тележку, и мы пошли домой. От переедания мене было немного тяжело идти, но к счастью та рыба уже переварилась. — А тут всё же приятно. — сказал я, осматриваясь по сторонам. — Это точно. — ответил мне Ами. — Но всё же хочется увидеть и места за пределами деревни в живую… — Так в чем проблема? Просто выйти из деревни и перевоплотиться в кого-то другого. Вам же ничего не мешает. — Ну как тебе сказать. — радостный настрой Ами резко испарился, сменившись на какую печальность. — Всё дело в Итачи. — Ты про того óни, что охраняет деревню? — Да. — Так он же не причинит вам вреда. Он ведь защищает вас. — Тут вот в чем дело. Чтобы ты понимал, тануки не могут нанести никакого вреда другим ëкаем, кроме друг друга. По этому за нами раньше охотились не только те, у кого магии не было, но и другие ëкаи. Тогда с нами, точнее с нашими предками союз заключили кицунэ и óни. — Ну, это я помню. Ки вчера об этом рассказал. — Но вот в чем её дело. Итачи является óни охраняющим нашу деревню. Как пишут предки, он был весёлым и добрым существом, но способным дать отпор любым врагам. Но у óни есть одна опасная особенность: они очень прочны, но когда получают раны, но в их теле появляется яд, который затуманивает сознание. И чем дольше заживает рана, тем больше яд копится в их телах. К счастью, еда тануки может её вылечить. — А так что случилось то? — Как пишут предки, Итачи получил ранение в бою, но смолчал об этом. В итоге в его теле скопилось столько этого яда, что он потерял свой разум, живя лишь целью никого не пускать впускать из посторонних, и не выпускать жителей деревни. Если кто-то из нас попытается покинуть деревню, но Итачи просто отправит нас обратно. А вылечить его уже много поколений не получается, ведь мы не можем затащить его в деревню, чтобы вылечить. — А как я тогда смогу покинуть деревню? — Тебе это будет не сложно. Как только он увидит, что ты бежишь в другую сторону от деревни, то отстанет от тебя. — небольшой грустью в голосе и взгляде ответил Ами. — Пойдём уже обедать! Тебе какой рамен нравиться больше? — попытался он быстро перевести тему. — Да я наверное не буду. У меня после сома ещё место не освободилось. — Да ладно тебе! Уверен, ты бы смог ещё трёх таких проглотить! — Ами легонько похлопал меня по опухшему животу. — Не скромничай! Ты тут можешь есть пока не лопнешь! — Этого то я и боюсь. По пути домой, Ами отдал больше половины улова другому тануки, получив за это пару ящиков лапши. После этого, мы вернулись в дом, где внезапно были Хира и Аки. — Ну и как рыбалка? — поприветствовал нас Аки. — Много поймали? А то Хира решл с нами пообедать. — Да, вполне не плохо. И я уже получил лапшу. Так что точно будет рамен. Поможешь разгрузить, брат? — Естественно! — два брата тануки вышли на улицу, оставив меня вместе с Хира. — Привет. — поздоровался я со своим лекарем. — Привет. Вообще я не только пообедать пришёл. — сказал он мне серьёзно. — А зачем ещё? — Посмотреть, как заживают твои травмы, конечно. Ты дашь мне это сейчас сделать? — Конечно, док. — Ответил я, после чего мы ушли в комнату, где Хира начал меня осматривать. Он начал ощупывать меня своими толстыми пальцами в тех местах, где были мои травмы. После этого он снял с меня большую часть повязок. — Не плохо. Из-за появившийся жировой прослойки у тебя уже зажили почти все травмы. У тебя на удивление неплохая регенерация для не магического. А если ты ещё и увеличишь порции, то лапа восстановится всего за неделю. — Серьёзно? — Я сильно удивился. Я понимал, что это сделает из меня очень толстым, но всего за неделю? — А на сколько надо увеличить порции? — Довольно сильно. Чем больше ты сейчас ешь, тем быстрее восстанавливаешься, как я уже говорил. — Хорошо, я буду есть больше. — пускай я сильно растолстею, но подобное решение в данной ситуации кажется наиболее выгодным. Мало кто успеет слишком сильно поволноваться за меня, а за эту неделю я успею написать статью. — Вот и отлично. Как раз сейчас я положу тебе столько, сколько тебе надо есть на обед, если хочешь быстрее встать на лапы. — Мне уже страшно. — ответил я, после чего мы пошли обедать. В этот раз на обед был рамен. Семейство приговило несколько видов бульонов и ингредиентов. Все эти запахи заставляли слюни просто течь рекой, даже не смотря на то, что мой желудок ещё не до конца справился с «перекусом» на рыбалке. — Эй, Алек, — обратился ко мне Ами. — Тебе какой рамен нравиться больше? — Желательно тот, что без водорослей… — ответил я, после чего меня усадили вместе с остальными. Каждый из семейства, кроме Эндо взял себе не меньше 5 тарелок супа, в которых могла целиком поместиться моя голова. Тем временем, Хира отошёл в другую комнату, откуда принёс тарелки, что были раза в полтора больше местных обычных. Наполнив их едой, Хира поставил тарелки передо мной. — Это мне столько съесть? — Да. — ответил Хира, после чего сам начал есть. Я взялся за палочки и начал поглощать первую тарелку. В ней кажись был куриный рамен. Он был не сильно жидким, но и не очень густым. Я поймал лапшу палочками и начал глотать. Лапша вместе с кусками курицы, грибов и маринованного яйца попадали мне в рот и тут же шли даже в желудок. Я практически не пережевывал то что ел, ведь как только еда попадала тебе в рот, ты начинаешь хотеть ещё немедленно. Но хотеть начинаешь только ты, но не твой желудок, который только недавно получил несколько килограммов риса и живого сома, а теперь в него ещё и пихают рамен. Я чувствовал, как мой живот опять увеличивается. Наконец закончив с первой порцией, я схватился за своё пузо и застонал. Оно уже было почти таким же, как прошлым вечером. — Аки, а почему он стонет, если съел так мало? — спросил Эндо у брата. — Просто он ещё не привык. — спокойно ответил Аки, отправив в пасть уже 8 тарелку. — Тебе надо и вторую съесть. — серьёзно сказал мне Хира. — В меня уже не влезет… — кое как ответил я, держась от боли за живот. — А это надо сначала проверить. — Хира зачерпнул лапшу из моёй второй тарелки, в которой был густой рамен с креветками рыбой и гребешками. Когда еда снова попала мне в рот, я опять не смог остановиться. Несмотря на боль в животе я проглотил всю тарелку с бульоном, после чего упал на пол. Я не мог даже пошевелиться. — Ами, отнести его в комнату. Пусть чуть чуть поспит после обеда. — сказала мать семейства, после чего белый тануки снова понёс меня на лапах в комнату. — Запомните, чтобы быстро выздороветь, он должен съедать не менее этого приём пищи. — сказал Хира, перед тем, как я снова вырубился.