Во время дождя.

Кэйа был рад приезду дяди. Тот в течение последнего месяца связывался с ним крайне редко. Чисто узнать обо всем, ходит ли он на учебу, не довел ли Дилюка до срыва, отчего синеволосый усмехнулся, говоря, что все замечательно. Рагнвиндр же заставил вычистить свою комнату, чтобы мужчина, приехавший из командировки, был удовлетворён изменениями в своём племяннике. Кэйа и правда изменился, стал более покладистый и послушный, перестал ребячиться и доставлять проблем работникам дома, даже чай себе иногда делает сам. К экзаменам он был полностью готов. Первый, к слову, начнется уже завтра. Дилюк не стал давить на парня, не заставлял сесть и зубрить все оставшееся у него время. Наоборот, предложил передохнуть и расслабиться в компании Дайнслейфа. Но пока тот направляется в сторону дома от аэропорта, Кэйа ластится словно кот, тянет ручки к мужчине и обвивает его талию, стоя за спиной. — Дилюк, давай, когда мне исполнится восемнадцать, будем жить вместе? — сравнение с котом и правда было уместно, ведь голос парня чуть ли не мурлыкал. Слушая лишь его, мужчина был готов отдать ему всё, что у него есть, всё, что Кэйа попросит, будь то сердце или дом. — Далеко заглядываешь, — красноволосый томно вздыхает, наслаждаясь тем, как бархатный и медовый голосок ласкает его слух. — Да, да, знаю, для начала надо закончить школу, сдать хорошо экзамены, чтобы мой прелестный репетитор-нянечка был доволен, — произнес синеволосый, утыкаясь носом в плечо. Рагнвиндр спокойно расцепил чужие руки на своем животе, поворачиваясь лицом к Кэйе. Ему не нравилось, как тот дразнил его, да и слово "няня" ему совершенно не подходило. Карминовые глаза встретились с озорным взглядом, таким нежным и чистым сейчас, что злость и раздражение вмиг отходили на второй план. Кэйа снова был притянут к крепкой груди, вдыхая аромат мужчины и прикрывая единственный глаз. Уютно. Дилюк ласково провел ладонью по аквамариновым волосам, цепляясь взглядом за несколько отличающихся по цвету прядей. Они были светлее и прекрасно сочетались с основным цветом. Этот парень был уникален в своей красоте, и Дилюк был безмерно рад, что такое чудо сейчас находится в его объятиях. — Именно, ты все сдашь, а там посмотрим. Дверь в комнату тихо открылась, создавая легкий сквозняк, что прошелся по спине красноволосого. Отчего-то появилось плохое предчувствие.

***

Дайнслейф вернулся домой, осматривая изменения в доме. Его не было месяц, поэтому он и правда соскучился по всем обитателям особняка. К счастью любимые вазы, которые он привозил со всех частей мира, спокойно покоились за стеклом высокого серванта. Мужчина любил коллекционировать вещи, особенно что-то хрупкое в виде статуэток, посуды или тех же ваз. Стеклянная дверца осторожно открылась, а на гладкую поверхность опустилась еще одна хрустальная ваза с замысловатым узором. Довольно кивнув, блондин решил выставить и набор новых чашек. Пусть все дела подождут, пусть племянничек подождет, но чудесный сервиз обязан оказаться за надёжными стенками шкафа-витрины. Взгляд скользнул по заставленным полкам, а легкая улыбка расцветала на губах хозяина дома. В руках оказалась фарфоровая чашка с золотистым ободком, с изящной и тонкой ручкой. Дайн любовно осмотрел ее со всех сторон, оставляя на блюдце, выполненное в той же цветовой гамме. Теперь в пальцах он сжимал еще одну чашку, также прокрутил её, стирая невидимую пылинку. На очереди был набор хрустальных стаканов, который он бережно хранил на верхней полке. — Добрый день, господин, вы уже вернулись? — Лиза проходила мимо, чтобы убедиться, что к приезду мужчины все готово, но не ожидала так скоро увидеть своего господина. — Добрый день, — Дайн решил, что всё-таки позже полюбуется своей драгоценной посудой, быстренько устраивая новый набор на пустующее место. — Получилось добраться быстрее, чем ожидал. Чудесно выглядишь. — Благодарю, — Минчи скромно улыбнулась, осматривая мужчину. Светловолосый выглядел уставшим. Под глазами были видны следы недосыпа, кожа стала более тусклого цвета, а впалые щеки перестали светиться в здоровом румянце. Женщина взволнованно подошла ближе. — Вам нехорошо? — Просто устал с дороги, — блондин постарался улыбнуться как можно сильнее, видя волнение и заботу в глазах горничной. — Тогда вам следует немедленно прилечь, но сначала обед. Вы, должно быть, проголодались с дороги, — Лиза тут же засуетилась, подгоняя других девушек работать. — Все в порядке. Сначала хочу посмотреть, как там мой милый племянник. — Ох, молодой господин стал таким внимательным и послушным, — Лиза поставила греться чайник. — Он усердно готовился к экзаменам, даже перестал зависать со своими друзьями, уделяя все время учебе. В его комнате я даже не убираюсь, ведь господин Кэйа прекрасно справляется сам! — Неужели? — Дайн знал, что мисс Лиза может покрывать синеволосого парнишку, но в этот раз ее голос звучал так уверенно. — Всё именно так, как я сказала, сами увидите! — Я не сомневался, что Дилюк отлично справится с ним, но не ожидал, что Кэйа и правда станет примерным мальчиком. Я рассчитывал, что он просто усмирит его и не даст выкинуть то, что навредит нашей семье, да и моему дому в целом. Удивительно. — Господин Дилюк прекрасно справился с поставленной задачей. Он первый, кто выдержал тяжелый характер нашего Кэйи. — А теперь мне своими глазами захотелось посмотреть на дорого племянника, которого ты, мадам Лиза, так нахваливаешь. — Не забудьте спуститься и пообедать. — Разумеется, мы отобедаем все вместе. Надеюсь ты присоединишься к нам. — Конечно. Женщина кивнула и широко улыбнулась, выключая вскипевший чайник, а Дайнслейф отправился в сторону лестницы, ведущей к комнате Альбериха младшего.

***

Кэйа отвлёкся от объятий возлюбленного, выглядывая через его плечо на вошедшего в комнату человека. Дайн удивленно вскинул брови из-за того, что невольно стал свидетелем проявления нежности двух людей. Он не знал причину, по которой те стояли и прижимались друг к другу по среди комнаты племянника, поэтому тактично решил не говорить ничего. Синеволосый опустил руки, обходя вокруг красноволосого и направляясь к своему дяде. Дилюк чувствовал себя очень неловко. Поворачиваться лицом к мужчине, который только что застукал его за таким интимный действием. Конечно в объятиях нет ничего необычного или же неправильного, но на взгляд Рагнвиндра это казалось неподобающе. Щеки залились смущенным румянцем, а ком в горле становился все ощутимее. Боялся ли мужчина реакции знакомого? Да. Хотел ли Дилюк скрыть свое особое отношение к его племяннику? Определённо. Но стоило блондину прилететь, как его план тут же треснул по швам. И вот он стоит в центре комнаты, чувствуя на спине чужой взгляд ледяных глаз. — Дорогой дядя, добро пожаловать домой, — Кэйа певчим голоском разрушил эту неловкую тишину, вешаясь на шею Дайнслейфа. — Ну хватит, ты меня так задушишь, — крепкие объятия с младшим ему нравились всегда, поэтому собственные ладони спокойной легли на поясницу младшего. — Не будь таким, я же скучал! — Альберих искренне улыбался, рассматривая своего родственника. — Ты похудел, совсем тебя там не кормили в этой командировке. — Неправда, я хорошо питался, — мужчина снова посмотрел в сторону Дилюка, который стоял недалеко от них. — И я тоже скучал. Привет, Дилюк, слышал ты хорошо справлялся с этим негодником. — Дядя... — Кэйа обиженно нахохлился, отходя на пару шагов. — Здравствуй, я просто выполнял свои обязанности, в этом нет ничего необычного, — более чем сухо выпалил красноволосый. — Не все могут выдержать даже одного дня рядом с моим балбесом, а ты месяц продержался. Ни капельки не сомневался в тебе, друг мой, — блондин негромко хихикнул, потрепав напоследок макушку племянника. — Перестань говорить обо мне, как о глупом ребёнке, мне почти восемнадцать! — Кэйа перехватил ладонь старшего и, нахмурив бровки, отпустил её. — Не сердись. Давайте-ка перекусим и поболтаем в гостиной? Дилюк молча кивнул, чувствуя себя немного легче. Волнение отошло на второй план, а чересчур сильное сердцебиение прекратилось, сменяясь на более спокойный ритм. Кэйа же выглядел как всегда расслабленным, будто пару минут назад его не спалили в объятиях так называемой нянечки. По правде он и не считал, что Дайн подумает что-то не то, ведь полностью уверен в снисходительности дяди. Светловолосый его любил, оберегал и заботился, ставил чувства племянника выше своих и всегда желал ему счастья, так что и в этот раз будет также, Кэйа уверен. Но никто не знает наверняка, что творится в голове у мужчины. Стол был накрыт также роскошно, как и всегда, когда в доме присутствовал глава семьи. Кэйа восхищенно смотрел на свое блюдо, а слюнки так и текли по подбородку. — Вау, а Сян Лин хороша, — на вкус все также чудесно, как и на вид. — Естественно, эта малышка просто чудо, — Лиза мило улыбнулась, устраиваясь на место рядом с Дилюком. — Расскажите мне подробнее, как обстояли дела? Кэйа, ты готов к завтрашнему экзамену? Обстановка была располагающая для задушевных разговоров. Младшему Альбериху было комфортно находиться среди своих близких людей. Минчи для него была как старшая сестра, а Дилюк стал человеком, от которого парнишка без ума, которому отдал свое сердце и душу. Ну а дядя всегда был и останется для него самым главным человеком в жизни. — Готов, господин Дилюк прекрасно со мной позанимался, — взгляд серо-голубого глаза вонзился в красивые и ровные черты лица мужчины напротив. Дилюк слегка нахмурил брови, мысленно давая понять, чтобы не продолжал заигрывать с ним за столом. Но Кэйа был бы не Кэйа, если бы не сделал по-своему. Нога младшего вновь скользнула вдоль штанины красноволосого, ласково и медленно поднимаясь всё выше. Рагнвиндр сдавленно кашлянул, хмурясь еще сильнее. — Очень рад, что вам удалось поладить. Дилюк, тебе не хорошо? Ты так побледнел, — Дайн обеспокоенно взглянул на знакомого, но тот лишь отрицательно покачал головой. — Все в порядке, просто немного горячо. Дайнслейф удивленно вскинул брови. Единственное, что он хорошо помнит с универа, так это то, что Рагнвиндр мог выпить горяченный кофе и не поморщиться, а тут говорит иначе. Но мужчина решил не подавать вида и просто продолжил трапезу. — Ты прав, дорогой Дайн, мы отлично поладили, — Кэйа продолжил изучение чужой ноги, дойдя до колена и поднимаясь выше к паху, но рука мужчины резко скинула вторгшуюся ногу. Еще раз отметив, что у синеволосого чертовски длинные ноги, которыми он любит лезть куда не следовало, Дилюк скрестил свои собственные. Альберих разочарованно вздохнул, возвращаясь к наслаждению вкуснейшего супа. — Дайн, а когда ты женишься? — неожиданно последовал вопрос со стороны младшего. — М? Что за вопросы такие? — Ну как что? Ты такой очаровательный мужчина, за тобой по-любому на работе толпы бегают, поэтому и спрашиваю. — Не говори глупости, никто за мной не бегает, — блондин перевёл свой взгляд снова на Рагнвиндра. — А ты, Дилюк, собираешься жениться? Теперь подавился уже сам Кэйа, недовольно смотря на дядю. — Сейчас совершенно некогда искать себе кого-то, — спокойно отвечает мужчина, смотря на покрасневшего Альбериха. — А как там Джинн? Вы всегда были близки, не задумывался жениться на ней? Дилюк неуютно поёжился, а ложка, что на пару секунд зависла около рта, опустилась обратно в тарелку. — Мы друзья, — коротко отрезал красноволосый все тем же ровным тоном. — Как жаль, а вы так мило смотритесь вместе, я всегда считал вас парой. — Но мы всего лишь друзья. — Так, это все очень интересно, но давайте о чем-нибудь еще, — Кэйа больше не мог слушать такое, ведь кипел весь изнутри. Ему с самого начала не понравилась эта Джинн. Нет, она чудесная и милая девушка, но из-за того, что со стороны они и правда выглядят как настоящая пара, да еще девушка единственная, кто оставался с Дилюком на протяжении стольких лет. Она была его поддержкой и опорой, а Кэйа всего лишь пацан, которого мужчина знает всего лишь месяц. Чувство внезапной ревности расползалось по венам, но он старался не подавать вида. — Ты был первым, кто заговорил про личную жизнь, что же тебе сейчас не нравится? — Мне была интересна твоя жизнь, а не Дилюка, — резко отрезал он, что все присутствующие покосились в его сторону. Лиза негромко хихикнула, зная почему именно молодой господин так реагирует, но тактично молчит. — Мне теперь тоже интересно узнать эту вашу Джинн, познакомите? — Минчи решила разрядить обстановку. — Конечно, — Рагнвиндр выдавил из себя подобие улыбки, не переставая смотреть на синеволосого юношу. Дальше все проходило спокойно и уютно. Мирные и весёлые разговоры четырёх людей, звонкий смех и своеобразные шутки, доносились во все уголки огромного дома. Он снова был наполнен жизнью.

***

После обеда Дилюк направился к себе в комнату. Надо привести мысли в порядок. После столкновения в комнате Кэйи с Дайнслейфом, он чувствует себя не в своей тарелке. А именно вину перед старым знакомым. В его голове это выглядит, словно он совратил племянника человека, который доверил его ему не для таких целей. Но сам мужчина ничего уже не мог поделать с тем, что позорно влюбился. В комнату неожиданно постучали, отчего хозяин комнаты нервно подскочил на месте, но тут же разрешил другому войти. Дайнслейф ровным шагом преодолел расстояние до стола Рагнвиндра и уселся на стул перед ним. Плохое предчувствие снова подкралось, перехватив дыхание. — Дилюк, я хотел поговорить. Начало такое себе, как и ожидалось. — Да, что-то случилось? Дайн разглядывал рабочий стол. На краю лежали листы с сочинениями Кэйи, которые он приносил каждый вечер, и которые Дилюк усердно проверял и исправлял ошибки. Блондин аккуратно поддел листок пальцами, взяв его в руки. Строчка за строчкой проносились перед глазами, а улыбка на лице мужчины все ярче расцветала. Казалось, он был удовлетворён результатами племянника, и его серьезный взгляд смягчился. — А мой балбес и не такой уж безнадёжный, — насмешливым тоном произнёс он, переворачивая листок. — Он старался. — Я вижу, — еще пару минут он в тишине прочитывал написанный текст, а затем отложил бумагу обратно на первоначальное место. — Скажи мне, Дилюк, что ты думаешь о Кэйе? Этот вопрос завел его в тупик. Что ему сказать? — Он талантлив, хоть и ленив, когда у него есть цель, то всеми способами старается достичь ее. Характер у него хоть и трудный, но и к таким есть свой подход... — И какой подход ты нашел? Дилюк вновь не знает, что сказать. Прямо сейчас хочется выдать все, что кроется у него внутри, покаяться знакомому и очистить свою совесть. Попросить прощения за чувства, которые он испытывает к младшему, попросить благословение на их с Кэйей отношения, но он молчит. Он не станет. Он будет винить себя, но ничего не может выдавить из себя. — Ты сам меня нанял только потому, что был уверен, что со мной его дурацкие выходки не возымеют эффекта. Что я выдержу и перестрою его. Я сделал все, как ты хотел. Он учится, готовится к экзаменам, не пьет... — на этих словах он слегка замялся, ведь перед глазами снова пронеслись события того вечера в его баре. Дайнслейф удовлетворённо кивнул, но на этом их разговор не закончился. — Я благодарен тебе за это, правда, но кое-что меня беспокоит... Сердце остановилось на миг, но только для того, чтобы сорваться на безудержный ритм. Нет, только не то, о чем он думает... — Мне кажется, что мой несносный племянник влюблён в тебя. Нет. Нет, нет, нет. Как? Как он это заметил? Дилюк ждет продолжения его слов, но его нет. Дайн молчит и ожидает ответа от самого мужчины. — Что за глупости? — Не притворяйся, я знаю, что ты это понял. Я не хочу, чтобы мой глупый племянник страдал из-за разбитого сердца, но по-другому быть не может. Хочу попросить тебя кое о чем. Рагнвиндр проклинал всех. Дайнслейфа за его проницательность, Кэйю, что не смог палиться чуть меньше, самого себя за бессилие и слабость. — О чем же? — Как только Кэйа сдаст экзамены, твоя работа закончена. Не пытайся, пожалуйста, поддерживать с ним связь. Он юн и легкомыслен, сейчас ему кажется, что сможет горы свернуть, но расхлебывать последствия этого я не хочу. Ему еще рано задумываться о таком, тем более с тобой. — Я понимаю. — Не пойми неправильно, ты очень меня выручил. Просто... — Не надо, я все и так прекрасно понял. — Вот и славно, — блондин довольно улыбнулся, а затем встал и направился к двери. — Надеюсь, мы продолжим общение с тобой. А еще рад бы собраться вместе с тобой и Джинн как-нибудь за чашечкой кофе, а может чего покрепче. — Соберемся, — коротко отрезал мужчина, стараясь держать себя в руках. Дайн прав, все это неправильно. Его чувства к этому парню неправильны. Весь этот чертов мир неправильный. Блондин ушел с улыбкой на лице, а красноволосый устало завалился на кровать. Он чувствовал себя опустошенным и подавленным. Все стало слишком сложно.