3 недели неприятностей макнэ

Эту главу советую читать под «Super Junior (KyuHyun/RyeoWook) -처음 느낌 그대로 (규현, 려욱) (Like The First Time Feeling)» (http://muzico.ru/index.php?m=music&q=kyuhyun%2Fryeowook&x=14&y=20), т.е. с того места, где начинает петь Кюхен. х) Кюхен. Стоишь, смотря, как поет Сонмин, и ждешь своего выхода, а выход твой после него. Все, на удивление, как обычно, как будто ничего и не произошло: ни 2 недели без Сонмина, ни 2 недели грусти и тоски, ни 2 недели попытки понять, что же с твоим сердцем творится... Сонмин... он красив, когда поет. Его голос так приятен твоему слуху... ведь только ты слушал все прелести этого голоса: нежность, вся любовь, шепот, дрожь, раздражение, повышение тона, крики, стоны... абсолютно все! Сонмин поет вашу песню, вы написали ее тогда, когда ваша любовь была еще жива. Стоишь и даже не замечаешь, как невольно ты начинаешь подпевать Мину. Тебе кажется, что ваши голоса сливаются воедино, становясь один целым после долгого расставания... и твои глаза закрываются. Ты, будто наяву, начинаешь ощущать так близко шепот слов любви, вкус сладких и маняще-мягких губ и... взгляд, пытающийся заглянуть тебе глубоко в душу. Кажется, ты слишком расслабился, открываешь глаза и видишь, как Сонмин смотрит на тебя. В этих невероятно красивых глазах ты видишь одну лишь боль и панику, и ничего другого... Вы всего несколько секунд смотрите друг другу в глаза, но тебе кажется, что это продолжается уже так долго... продолжается уже вечность... Песня закончилась и уже видишь лишь спину Сонмина, все отдаляющуюся и отдаляющуюся... и вот его уже не видно. Твой выход. Ты поешь такую сложную песню, которая до предела наполнена сильными чувствами... сложнейшими и глубочайшими чувствами... Тебе дали эту песню, потому что только ты мог ее так чувственно спеть, ведь в те времена ты жил и существовал одной лишь любовью. Начинается спокойная и медленная мелодия фортепиано... ты обожаешь ее. Самые трудные моменты жизни, если иногда Сонмина не бывало рядом, ты проводил с пианино или гитарой. Мелодия, которая исходила из них, всегда успокаивала тебя, что в скором времени они стали важной деталью в жизни. Идешь прямо на середину сцены, а по пути ты ощущаешь мимолетный холодный ветерок. «Странно, сегодня же вроде погода не ветреная...» - думаешь ты. Как начинаешь петь, весь зал взрывается в многочисленных и громких криках. Все так рады тебя видеть. Ты всеми ими любим. Вокруг столько любви... Это всегда тебе было приятно, так приятно, что ты даже хвастался этим своим хенам. Но сегодня тебе это не доставляет удовольствия, а наоборот, как-то становится не по себе. Смотришь в ту сторону, куда ушел Сонмин... но там никого нет, Сонмина нет. Да, в самых сложных песнях тебе всегда помогал Сонмин... одним лишь присутствием, одним лишь взглядом, одной лишь улыбкой, одними лишь словами «ты сможешь, я верю в тебя... я люблю тебя...» Теперь всего этого нет. И как теперь ты будешь петь? Ведь в твоем сердце сейчас лишь полная пустота и холод, а тем временем мелодия становится все тяжелее, все громче и все чувственнее. Что же делать? Твое сердце сейчас начинает биться все сильнее и сильнее. Ты начинаешь думать о Сонмине – это единственный выход из положения. И мысли с воспоминаниями не дают себя долго ждать... «- А! Вот ты где! Ну-ну, успокойся, - такое теплое объятие, в котором ты так нуждался в тот первый день, стоя на улице и плача от страха и мыслей о своей ничтожности. – Кажется, Итук-хен тебя здорово напугал. Перестань плакать, вытри слезы. Хочешь, начнем все сначала? С меня? – ты удивлен так, что не можешь ничего ответить. – Ладно, я Сонмин. Не бойся, скоро все пройдет. Я помогу тебе. Будем друзьями? – ты смотришь на Мина с полными надежды и благодарности глазами. Почему тебе показалось, что Сонмин – это ангел... такой красивый, милый, добрый ангел, которого сам Бог тебе прислал с небес. - Спасибо... – выдыхаешь и утыкаешься лицом в плечо Мина. Тебе больше нечего сказать, ты сейчас совсем беззащитен...» Сердце больно сжимается, сбивая дыхание. Кюхен, теперь ты начинаешь понимать, почему оно так болит? «- Кюхен, я... это... как бы тебе сказать? Я... люблю тебя... да... Кюхен? – ты с первых дней игнорировал свое чувство влюбленности в Сонмина. Да, ты влюбился в него, но ты настойчиво утверждал себе, что это просто привязанность или симпатия просто как к одногруппнику, но никак как к любимому человеку. Но эти слова стали последними в путанице твоих чувств - ты понял, что это самая настоящая любовь, пусть и не совсем правильная». Теперь твоя песня чувственна как никогда. Душа кричит от накопившейся боли, причиняя адскую боль горлу. Петь становится очень трудно. «- Кюхен-и, а давай будем вместе вот так навсегда? Что бы ни случилось... – немного хриплый шепот в шею. Такое солнечное, дарящее теплоту, утро. Вы с Мином, только что проснувшись в объятьях друг друга, лежите на кровати. - Навсегда... что бы ни случилось... – тихо повторяешь ты и легонько целуешь Сонмина в губы. В поцелуе чувствуешь его улыбку...» Глаза закрыты, а сердце пронизывают сотни иголок, отчего кровь льется рекой. Воспоминания теперь приходят с острой болью в голове. Свободная ладонь собрана в кулак, ногти чуть ли не до крови впиваются в кожу, а другая с силой сжимает микрофон. Но ты терпишь. Ты понял, что тебе так и нужно. Тебе нужно расплатиться за свои ошибки болью... «- Кюхен... Кюхен... – Сонмин задыхается, его глаза широко раскрыты и в них явно читался страх, а по щеке бегут слезы... - пожалуйста... – ты схватил его за горло, прижал к стене и душишь. Он выбросил твой диск с играми, а говорит, что случайно. Ты в бешенстве, ведь ты почти зависим от игр. Ты даже сам не понимаешь, что делаешь, а он пытается разжать твою руку с горла. – Кю... хен... – резко убираешь руку, и Мин падает на пол, жадно и глубоко глотая воздух. Ты без слов выходишь из комнаты, слыша за спиной захлебывающийся в слезах голос Сонмина: - Прости... прости...» А вот и первая слеза пробежала по щеке... И тут же новая волна криков фанаток из зала. Им совершенно не до того, что происходит у тебя в душе, то, что существует у тебя в душе. Им просто нужен красивый внешне ты, красивый голос, фансервис и любая, даже малюсенькая причина для того, чтобы сделать из этого огромнейшую сенсацию или же превратить это в широкомасштабный скандал. И только теперь ты чувствуешь то, что, видимо, чувствовал Сонмин. «Я вижу, как ты любишь! Да даже если бы я умер, ты все равно даже не заметил бы! Это не любовь! Я не представляю жизни без тебя, но я ухожу... от тебя... – последние слова Сонмина... Ты, конечно, любил его, но ты пошел не по тому пути... не по пути счастья. Ты постепенно начал обращать на него все меньше внимания, перестал жить только единственным им. Ты думал, что ты в этом мире можешь все, что все тебя любят. Ты был ослеплен своим воображаемым всемогуществом... ты был слеп ко всему тому, что тебя окружает, что каждый день крутилось вокруг тебя. От Сонмина тебе нужны был только его любовь, секс и он сам, принадлежащий только тебе. Ты был слеп к Сонмину...» Падаешь на коленях, с трудом выдавливая из себя слова песни... Перед твоими глазами за эти несколько минут пролетела вся твоя жизнь, которую теперь ты даже не хотел бы и вспоминать. Думаешь, что было б лучше сейчас умереть, ведь ты только сейчас, с таким опозданием понял, что вся твоя жизнь, все твои воспоминания, весь твой воздух для следующего вздоха – это Сонмин. Но теперь нет рядом с тобой, значит, нет и воздуха... нет никакого следующего вздоха... Сидишь на колени и, опустив голову, заканчиваешь песню. Встаешь на ноги и срываешься с места за кулису. Ты должен найти Сонмина и попросить прощения... попросить вернуться к тебе... Сзади слышны еще более громкие бесчувственные крики. - Где Сонмин? – почти что задыхаясь криком спрашиваешь у первого попавшегося на твои глаза Итука, т.к. за кулисой Мина не обнаруживаешь. И тут же замечаешь, что у всех какие-то опечаленные лица, а некоторые, вроде Ынхека, Реука и Шиндона, плачут. - Скажи, где Сонмин?! – уже трясешь лидера за плечи, но тот срывается на слезы. Не ожидая ответа, ты хочешь бежать, искать, но на пути тебя останавливает Шивон, крепко схватив за спину пиджака. - Отпусти! – ты уже совсем отчаялся. - Кюхен... – Шивон посмотрел на сторону, - Итук, дай, я отдам ему, - Итук дает ему розовую бумажку. – Это письмо... для тебя...