Reward

Чан аккуратно складывает свои вещи, с особой осторожностью обходясь с ноутбуком, чтобы не повредить его. Удрученный вздох вырывается из его груди, когда он, занимаясь этим, глядит на время. 3:41 АM - насмешливо мигают часы перед ним. Он на работе с самого утра, и перерывы случаются у него только тогда, когда этого требует его тело. Ему легко полностью погрузиться в рабочий процесс - та черта в нем, которую он рад, что его парень понимает и принимает. Он проверяет свой телефон, замечая, что получил несколько сообщений от Феликса. [10:28 PM] fluffy sunshine: привет, милый [10:42 PM] fluffy sunshine: наверное ты занят [10:43 PM] fluffy sunshine: удачи на работе!!! [10:43 PM] fluffy sunshine: люблю тебя ❤️ [1:17 AM] fluffy sunshine: у меня есть для тебя сюрприз, когда ты вернешься домой! [1:17 AM] fluffy sunshine: считай, что это награда за твой тяжелый труд ;) [1:18 AM] fluffy sunshine: такие же правила, как и всегда С сообщениями Феликса, занявшими все его мысли, Чану становится получше, хоть он и разочарован в себе из-за того, что заставляет своего парня ждать так долго. Он чувствует, как учащается его сердцебиение и растет предвкушение, когда он думает о «награде», которую Феликс для него приготовил. Тот факт, что Феликс применил их правила, означает, что когда Чан придет домой, у него будет полное согласие на то, чтобы делать с Феликсом все, что угодно, пока он не использует свое стоп-слово или специальный жест. До сих пор у них было не особо много ситуаций, в которых они использовали эти правила, но каждая из них была запечатлевающейся в памяти - от одного воспоминания по его телу разливается жар. Как только Чан заходит в свою комнату, он сразу же видит Феликса. Тяжело, на самом деле, не видеть, когда его парень, растянувшийся на кровати, крепко спит, его светлые волосы растрепались вокруг головы, будто ореол света, и на лице с приоткрытыми губами покоится умиротворение. Но это не бросается ему в глаза - нет, это отсутствие у Феликса штанов или даже нижнего белья, что заостряет его внимание. Мягкий член у изгиба его живота с очень очевидным фаллоимитатором, частично погруженным в его дырочку, и растянутое кольцо мышц, блестящее от смазки. Черт. Так вот, какая у Феликса награда для него. Чан не бросает свой рюкзак на пол. Хотя это почти невозможно, когда он видит своего спящего парня, позволившего ему использовать свое тело так, как ему заблагорассудится. Он тихо ставит свою сумку у двери, на ходу снимая ботинки и стягивая носки. Чан чуть ли не срывает с себя одежду, быстро раздеваясь догола - все его тело кажется разгоряченным, будто побуждая его высвободить все это тепло при помощи тела Феликса. Феликс, крепко схваченный дремотой, не шевелится, когда Чан осторожно забирается на кровать перед ним. Для Чана все становится более захватывающим, как будто он играет в игру. Ему интересно, как далеко он может зайти, пока Феликс не проснется: успеет ли он закончить, или его парень проснется только для того, чтобы обнаружить себя насаженным на член Чана? В любом случае, Чану не терпится узнать, но сначала он должен показать Феликсу, насколько ценен его подарок, правда же? С этой мыслью в голове Чан опирается на корточки и берет одну из ног Феликса, покрывая влажными поцелуями дорожку от его лодыжки до внутренней поверхности бедра. Он открывает рот, покусывает мягкую плоть зубами и посасывает ее, достаточно сильно, чтобы Феликс со вздохом застонал, прежде чем опустить ее и оставить нитку слюны соединять его нижнюю губу с потемневшим участком. Посмотрев наверх, Чан улыбнулся тому, что Феликс по-прежнему глубоко спит, его грудь мерно поднимается и опускается. Так, он продолжает оставлять метки на на внутренней стороне обоих бедер. А дальше устремляется на свою следующую цель - маленький мягкий член Феликса - по пути целуя его яйца, а за тем открывает рот и берет его, медленно покачивая головой и проходясь по нему языком. Чан вытаскивает член изо рта, когда он наполовину твёрд, и облизывает всю длину, прежде чем пососать кончик, чувствуя вкус преякулята на своем языке. Он отстраняется и любуется, каким распутным уже выглядит Феликс, хотя его еще даже не выебали. Чан медленно вытаскивает фаллоимитатор из тела Феликса, на пару мгновений задерживая взгляд на том, как зияет его дырочка, прежде чем закинуть его ноги себе на плечи и опуститься на предплечья по обе стороны от Феликса. Он вставляет свой член, вызывая хриплый вздох у своего спящего парня. Все это Чан любит в Феликсе - он такой податливый, но все еще тугой, и стенки сжимают его, будто он идеальный рукав для члена. Без сомнений, Феликс был создан для него, создан, чтобы принимать его и никого другого. Чан не сразу начинает трахать Феликса, предпочитая вместо этого насладиться моментом и наклониться, чтобы оставить целомудренный поцелуй на его плюшевых губах. Он двигается ниже, и, наклонив голову, берет в рот левый сосок, пока играет с другим, меняя наоборот спустя некоторое время. У Феликса чувствительная грудь, Чан обнаружил это еще в начале их отношений. И даже сейчас, когда Феликс спит, легко сказать, что язык Чана, покручивающий его сосок, оказывает на него мощный эффект. Он сжимается вокруг члена Чана с каждым его движением, и воздух из его рта выходит короткими затяжками. И когда Чан отстраняется, он смотрит вниз и замечает, что Феликс полностью возбужден, его член стоит, и на кончике собрался преякулят. Как бы Чан ни хотел коснуться его, он воздерживается, не желая слишком рано будить Феликса. Вместо этого он начинает нежно толкаться в него, набирая медленный темп, сводящий его с ума. Чан изо всех сил старается контролировать свое собственное дыхание, пока наблюдает за тем, как Феликс краснеет от возбуждения, его член постоянно протекает, и веки распахиваются, затуманено глядя на Чана. А тот вовсе не реагирует на то, что он проснулся. — Ч… Чанни? — голос Феликса хриплый от сна, глаза прищурены на Чана. — Привет, Ликси, — нейтрально отвечает Чан с улыбкой на лице. Он обхватывает ладонью щеку Феликса, умиляясь про себя, когда его парень утыкается в нее носом, удовлетворенно мурлыкая. Тогда в его голове появляется коварный план. Мысль о том, что Феликс спит, использованный им в это время, и просыпается со спермой, сочащейся наружу из его растянутой дырочки, приводит к следующим словам: — Ты спишь, моя любовь. Тебе следует закрыть свои глазки и отдохнуть подольше. Феликс даже не утруждается повернуть голову, его глаза закрываются, и он гаснет, как свет, прямо через несколько мгновений спустя. Чан и не пытается скрыть ухмылку на своем лице, кратко целуя Феликса в лоб, перед тем как начать трахать его по-настоящему. Благодаря предусмотрительность Феликса в использовании большого количества смазки, Чану не беспокоится о том, что она высохнет. Он все еще не действует с такой силой, чтобы разбудить Феликса, удобно складывая его тело пополам в брачный пресс и впиваясь ртом в его шею. Уже не первый раз он благодарит Феликса за гибкость, из-за которой его намного легче трахать именно в этой позе. — Черт, ты такой тугой, — бормочет Чан, вбиваясь глубже в тело своего парня и получая стон в ответ. — Мой маленький рукав для члена, такой хороший и податливый для меня… Твоя распутная дырка практически умоляет о моей сперме. Без всякого предупреждения сперма Феликса брызгает на него самого, покрывая верхнюю часть его груди и ключицы струйками липкой белой жидкости. Чан ухмыляется. — Ох, тебе это понравилось? Феликс стонет, но его глаза остаются закрытыми, даже когда его дыхание учащается. Он немного ерзает, стенки сжимаются вокруг члена Чана. А Чан больше не может сдерживаться, врезаясь в задницу Феликса, будто трахает флешлайт. — Оххх… — Феликс устало открывает глаза, его руки поднимаются, чтобы схватить Чана за бицепсы, стоны срываются с губ. — Доброе у-утро, Ликси, — тяжело дышит Чан, с его брови стекает пот. Все его тело покрыто легким блеском пота от напряжения, но он все еще может продолжать. Он хочет попытаться заставить Феликса кончить на его член еще раз, хочет увидеть, как его лицо искажается от удовольствия, когда он глубоко входит в него. — О боже, Чан—! — выдыхает Феликс, едва способный пошевелиться, когда его тело полностью во власти Чана, именно так, как Чан намеревался, когда поймал его в эту ловушку. — Мхмм, — стонет Чан, соглашаясь и зная, что в этой позе простата Феликса непрерывно получает стимуляцию, делая его еще более чувствительным. — Пожалуйста, пожалуйста! Слишком много! — всхлипывает Феликс, слабо отталкивая Чана, но они оба знают, что он несерьезен, что он бы использовал свое стоп-слово в момент, когда почувствует себя перегруженным. — Но ты же любишь быть использованным вот так, правда, детка? — спрашивает Чан вкрадчивым тоном. По щеке Феликса катится слеза, оставляя за собой мерцающую линию, которую он вытирает большим пальцем. Поскуливая, Феликс краснеет, но не отрицает этого. — Д-да, — отвечает он дрожащим голосом, откидывая голову назад с громким стоном и бормоча: — Люблю это, люблю тебя- я близко, так близко! О боже, пожалуйста, да! Струя горячей прозрачной жидкости выплескивается из члена Феликса, брызгая на Чана и смешиваясь со спермой на его собственной груди, и еще больше ее выходит из него с каждым толчком Чана. Уставившись на побочный продукт оргазма Феликса, Чан рассеяно задумывается, сможет ли у него встать сильнее, потому что сейчас он возбужден больше, чем когда-либо в своей жизни. Феликс никогда не сквиртил до этого, но сейчас Чан довел его до этого, абсолютно не касаясь его члена - думает он с гордостью. — Н-не смотри на меня… — Феликс закрывает лицо руками, звуча смущенным. Это очаровательно, учитывая, как до этого он не стеснялся того, что Чан пользовался его телом. — Это так сексуально, — воркует Чан, оставляя поцелуи на руках Феликса. Он не останавливается, прикованный взглядом к тому месту, где Феликс все еще сквиртит, и туда, где его член вонзается в его парня. — Боже, ты такой чертовски сексуальный, Ликс… — Блять, — хнычет Феликс. — Блять, Чанни… — Тшш, посмотри на меня, — нежно просит Чан. Феликс слушается, смотря сквозь пальцы на беспорядок, устроенный ими, и пищит. Про себя Чан думает, что так его парень очень милый, по-прежнему очаровательный, даже когда его трахают, и его сердце наполняется бесконечными любовью и нежностью. — Так хорошо… — стонет Феликс, убирая свои руки с лица и всхлипывая от удовольствия, когда вцепляется в руки Чана, будто в спасательный круг. Чан замедляется, несмотря на протесты собственного тела. — Да? — Да, пожалуйста! Н-не останавливайся! — рыдает Феликс, впиваясь ногтями в чанову кожу, но никто из них не обращает на это никакого внимания. Он изо всех сил старается сжаться вокруг Чана, почти так, словно пытается заставить его двигаться сильнее и быстрее. — Я так хочу наполнить тебя, — стонет Чан, его член ноет от того, как долго ему приходилось сдерживаться. Он не может насытиться Феликсом, но уже достигает своего лимита. — Будешь хорошим мальчиком и возьмешь мою сперму? — Д-да, кончи в меня, — умоляет Феликс, задыхаясь, его глаза блестят от слез. — Пожалуйста, Чанни, используй меня! — Черт, твоя дырочка просто засасывает меня, — ругается Чан, не в состоянии больше себе помочь. Он сильно кончает, его член пульсирует, когда он опустошает себя в Феликса, ощущения усиливаются оттого, как его парень, кажется, переживает очередной оргазм - его глаза закатываются к затылку, когда еще больше спермы попадает ему на живот, и все его тело трясется. Собравшись с оставшимися силами, Чан вытаскивает и восхищается делом своих рук. Феликс выглядит полностью разрушенным с его ошеломленным выражением лица, когда его ноги, наконец, падают без поддержки Чана. Он весь покрыт телесными жидкостями, и сперма Чана сочится из него, но тот думает, что сейчас он выглядит еще красивее, только что выебанный и помеченный как его. — Ты опоздал… — хрипло говорит Феликс с улыбкой на лице. — Я думал, ты и не собирался получить свою награду. Чан улыбается и тянется к тумбочке за салфетками. — Маловероятно, не тогда, когда ты тут накрытый как полноценное блюдо. Я не смог сдержаться от желания съесть тебя. — Мхммм… — Феликс закрывает глаза, пока Чан вытирает его тело. К моменту, когда Чан заканчивает, он понимает, что Феликс уснул, и вздыхает, укладываясь рядом с ним. Он кладет руку Феликсу на талию, слегка морщится от липкой кожи и прижимается ближе, вдыхая запах клубничного шампуня в волосах Феликса. — Я люблю тебя, — шепчет он и закрывает глаза, присоединяясь к своему соулмейту в стране грез.