Карточный долг

      Осаму был обычным школьником, популярным среди девушек в их параллели и иногда у девушек постарше. Себя он всегда относил исключительно к гетеро, так как считал все остальные ориентации выдумкой и болезнью. Ну не может у здорового человека вставать на другого человека своего пола. Несмотря на эти взгляды, он спокойно дружил с парнем из своего класса и по совместительству соседом по лестничной площадке, хоть тот и встречался с парнем, который уже учился в университете. Достоевский никогда не вдавался в подробности их отношений, только изредка рассказывал о свиданиях, а Осаму относился к этому вполне спокойно.       Он не понимал, почему дает такие поблажки своему другу, но это был единственный представитель сексуальных меньшинств, от которого его не тошнило. Ну еще и от его парня, который периодически помогал младшим готовиться к экзамену. Хоть в словах по отношению к «педикам» он не сдерживался, но назвать так кого-то из этих двоих не смел. Разве что в шутку, когда хотел поиздеваться над другом.       Но, так же, Осаму был крайне легок на подъем. Его главным страхом, по его же словам, являлась скука. Он всегда соглашался практически на любую затею, лишь бы избавиться от этого неприятного чувства. И так, в очередной раз, он собрался с одноклассниками на обеденной перемене и играл в карты на желания.       Федору это показалась неудачной идеей, поэтому он просто сидел на парте своего друга и смотрел, как играют остальные, периодически поглядывая в телефон. И как оказалось, не зря он отказался, ведь парни давно недолюбливали Осаму и просто сговорились, чтобы играть против него. Что Осаму, что Достоевский, прекрасно понимали это, но самоуверенность младшего прикрывала собой риск.       Как и ожидалось, Осаму проиграл. Он был недоволен, но скандалить не стал, ведь сам согласился играть на тех условиях. Отказываться выполнять желание он не собирался, чтобы не портить репутацию.       — Давай, удиви меня своим маленьким мозгом. Я более чем уверен, что придумать ничего действительно стоящего вы не сможете! — он складывает руки на груди и отворачивается, недовольно ворча что-то себе под нос. Ощутив в волосах холодную ладонь, он поднимает взгляд на задумчивого друга и натянуто улыбается, чтобы тот не беспокоился.       Его слова действительно разозлили сверстников, и те решили ужесточить задание, которое придумали заранее.       — В таком случае, я хочу, чтобы ты поехал сегодня вечером в гей-клуб и соблазнил какого-нибудь мужчину. Но, чтобы было интереснее, ты должен после этого еще на протяжении месяца общаться с ним. — голос был пропитан мерзкой насмешкой.       — Чего? Я по вашему мнению педик какой-то? — он зло сверкает глазами, смотря на них, и уже было хочет подняться, чтобы решить все дракой, но рука в волосах мягко давит на голову, не давая подняться.       — Осаму, ты проиграл. Ты ведь не хочешь сейчас отказаться от своих слов? — голос был спокойный, но явно строгий. Достоевский слишком хорошо знал своего друга, который постоянно беспокоился о своей репутации, поэтому всегда помогал ему выбирать наилучшее решение в экстренной ситуации.       — Даже так, у меня нет в таких местах знакомых, которые могут пропустить. — все еще не опускает попыток отговорить ребят, но уже менее агрессивно. Он знал, что Феде можно довериться, даже в самых трудных ситуациях. Они уже десять лет дружат, поэтому были уверен друг в друге.       — У меня есть. — говорит выигравший. — Но, чтобы все было честно, мы поедем с вами.       — Блять, делайте что хотите. — бросив это, но отворачивается за свою парту и утыкается лицом в кофту.       — Скинь мне время и адрес, — русский дает ему свой аккаунт в соц. сетях и возвращается за свое место, так как время близилось к концу перерыва.

***

      Когда они вернулись со школы, сразу пошли к Осаму, так как у него практически всегда никого дома не было. Его опекун приезжал в основном только переночевать или переодеться, поэтому небольшая трешка всегда была в распоряжении парней, но они никогда особо этим не пользовались, просто зависая в комнате Дазая.       Поставив греться чайник, они переоделись во что-то более удобное и сели на кухне, начиная готовить себе перекус под какое-то аниме.       — Почему ты тогда не дал мне врезать ему? Ты ведь знаешь мое отношение к подобному, — спокойно спрашивает младший, аккуратно перекладывая в тарелку с лапшой две половинки вареного яйца.       — Не хочу, чтобы тебя снова отправили к директору с опекуном. К тому же, ты сам согласился играть с ними, просто прими свой проигрыш.       — Ты поедешь со мной и это не обсуждается. Если что-то пойдет не так, Мори не только к директору вызовут, но еще и в участок.       — Хорошо, только договорюсь с Колей. — он вытирает руки и достает телефон, печатая небольшое сообщение.       — Только не рассказывай ему, куда и зачем мы едем. Я не хочу потом выслушивать шуточки от него.       Сдержав смешок, Федор все же отправляет новое сообщение и возвращается к готовке. Вскоре закончив, они вместе садятся за стол и молча обедают. Все оставшееся время они проводят в комнате Осаму, валяясь и обсуждая различную мангу и книги.       Ближе к вечеру Достоевский уходит к себе, чтобы переодеться и заранее взять некоторые вещи, так как на ночь он останется у Осаму. Его всегда сильно тошнило после вида двух парней, зажимающихся где-то на улице. Разбираться в этом оба не хотели, понимая, что для младшего эта тема будет достаточно трудной.       Встретившись уже возле подъезда, они сели в такси и поехали по адресу, отправленному одноклассником. Парням было только по семнадцать, поэтому в бары и клубы попасть можно было только через знакомых, которые работали там.       Возле входа их уже ждала небольшая компания знакомых лиц, которые спокойно курили. Завидев их, какой-то идиот все же решил подшутить над Осаму, что того сейчас и не отличишь от педика, но за это он получил довольно резкий удар локтем под ребра от Федора, который уже был недоволен. Тот в принципе не особо любил шумные места, особенно, когда там сильно пахло алкоголем или сигаретами.       Попав внутрь, они заняли самый дальний столик и начали выбирать напитки, за которыми после должен пойти Осаму, чтобы быстрее закончить с этим глупым заданием. Уже сейчас Достоевский прекрасно видел напряженные плечи и легкую бледность друга, ему было просто жутко представить, что будет после, когда все же найдется человек, который решит с ним заговорить.       — Эй, ты в порядке? — он слегка наклоняется к нему, сжав руку на плече, — Если тебе не хорошо, мы можем отойти в уборную.        — Нормально. Тут душно просто, — он делает пару глубоких вдохов и немного успокаивается, заправляя волосы с левого виска за ухо.       Когда все решились с выбором, Осаму пошел к бару. Хоть он и не старался одеться как-то по-особенному, но все равно привлекал внимание некоторых личностей, свистящих и улюлюкающих ему в след. От подобного внимания становилось хуже, голова шла кругом. Все же выйдя из толпы, он садится на барный стул и делает заказ. Сложив руки на барной стойке, юноша утыкается в них лицом и старается уйти в свои мысли.       Из них его вытаскивает узкая ладонь, которую укладывают ему на плечо. Повернувшись, он видит перед собой рыженькую девушку, но приглядевшись, понимает, что допустил достаточно грубую ошибку. Перед ним стоял невысокий мужчина, с широкими плечами и подтянутой фигурой. На нем была черная рубашка, расстегнутая на три верхних пуговицы, черные бархатные перчатки и узкий ремешок из настоящей кожи на шее. Несмотря на все это, выглядел он достаточно женственно.       — У вас все в порядке? — в голубых глазах скользило беспокойство.       — Да, простите… Думаю, мне просто нужно на воздух. — он смотри на уже готовые напитки перед ним и встает, беря поднос в руки.       — Хорошо. Вы ведь не один? Постарайтесь больше не оставлять свой напиток без присмотра.       На это Осаму лишь сдержано кивнул и, поблагодарив, направился к своему столику.       Несмотря на его внешний вид, он совсем не был похож на тех педиков, которые вызывающе дразнили Осаму, пытаясь привлечь внимание.       Поставив на стол напитки, он садится рядом с другом и берет «Зеленую фею», отпивая сразу почти половину напитка, чтобы успокоиться. Русский обеспокоенно забирает из его рук стакан и ставит на стол, хмурясь.       — Ты решил здесь откинуться? Не самый лучший способ самоубийства, не думаешь?       — Не хмурься так много, морщины раньше времени появятся, — игнорируя его вопрос, он хотел снова взять свой напиток, но холодная рука друга не позволила это сделать.       — Если снова нажрешься, я оставлю тебя тут одного. Пусть хоть каждый из них тебя оттрахает, мне все равно. — хоть голос и был серьезным, но оба знали, что он так не поступит. Они слишком ценят друг друга, чтобы бросить в такой ситуации       — Я понял тебя, мамочка, — показал язык и отвернулся, хмурясь.       Спустя полчаса, он понял, что сидеть долго тут не сможет и стоит быстрее закончить. Они тут сидели уже около часа, и просто танцующие и обнимающиеся парни не казались слишком отвратительными, поэтому, взяв с собой своего верного друга, Осаму уверенно поднялся и пошел в сторону площадки для танцев. Там было довольно много людей, и все двигались, поэтому времени на поцелуи и облапывания не было. Если кому-то уж очень хотелось, то они уходили ближе к краю, чтобы не мешать остальным.       Пройдя ближе к центру, Осаму начал танцевать, спокойно двигаясь в такт музыки. Успокаивало его, разве что, близость Федора, который тоже танцевал, но не сводил глаз с друга, мало ли что могло произойти.       Спустя еще полтора часа, он понял, что найти кого-то хоть немного нормального тут не получится и вышел на улицу, чтобы покурить и собраться с мыслями. За это время он выпил еще две феи и уже с трудом мог держаться на ногах.       Сильнее кутаясь в пальто, он достает из пачки сигарету и зажимает ее между зубами, прокусывая кнопку, в карманах пытается найти зажигалку, а когда достает, понимает, что в ней закончился газ. Недовольно хмурясь, он тяжело вздыхает и собирается вернуться к компании ребят, чтобы взять зажигалку у кого-то из них, но перед его носом что-то щелкает и появляется огонек, от которого он прикуривает.       Подняв взгляд, Осаму натыкается на светловолосого юношу, улыбающегося ему.       — Привет, красавчик, не хочешь познакомиться? — улыбаясь, говорит мужчина.       — А твой парень ревновать не будет? — Осаму улыбается в ответ и проводит рукой вдоль крепкой груди, но вскоре все же мягко смеется. — Тебе Федя позвонил?       — Угу. Сказал, что ты пьян в хлам и вас нужно забрать. — Николай запускает руки в карманы и оглядывается.       — Он внутри. Сходи за ним и скажи, чтобы он мой телефон забрал. Я вас тут подожду. — похлопав старшего по плечу, на последок, он прижимается к стене спиной и прикрывает глаза.       Стоило юноше зайти внутрь и рядом послышался тихий шорох одежды.       — Что-то еще забыл? — он поворачивается и видит парня, который был у барной стойки. Теперь его волосы собраны в высокий хвост, видимо, чтобы не мешали, а на плечах висит теплое пальто       — Забыл. Хотел спросить, как ты себя чувствуешь. Уже лучше? — он тоже достает сигареты и закуривает.       — Да, мне уже лучше. Спасибо, за беспокойство.       — Тот парень, только что… вы встречаетесь? — он не смотрел на Осаму, но по голосу было ясно, что мужчина серьезен. Но Осаму этой серьезности не разделял. От алкоголя в крови, ему этот вопрос показался самой настоящей шуткой, анекдотом, призванным рассмешить любого.       — Стой… — чуть успокоившись, он поворачивается к мужчине и мягко улыбается. — Так, ты серьезно спросил?       — Да. Разве это так странно?        — Конечно! Разве я похож на педика? — он все так же улыбается, разглядывая собеседника.       — Тебе честно сказать? Ты весь вечер пил довольно сомнительные коктейли в гей-баре, а после танцевал с каждым встречным мужчиной. Не думаю, что все натуралы так делают.       — Вообще-то, я натурал… — он недовольно дует губы и отворачивается, сложив руки на груди. — Я просто проиграл в карты.       — Оу… и какое наказание?       — Склеить парня и пообщаться с ним на протяжении месяца. Портить репутацию не хочу, поэтому согласился.       — А зачем в карты играл, раз проигрываешь? Это как минимум глупо.       — Я обычно не проигрываю, просто они жульничали… — сейчас Осаму выглядел, как обиженный на всех котенок. Одновременно и милый, и ворчливый.       — Ну и как успехи? Уже склеил парня?       — Куда уж там… Каждый считает своим долгом потащить меня в туалет, как только узнает мое имя.       — Может, тогда я могу тебе помочь с этим? Мы просто пообщаемся, а ты скажешь им, что нашел кого-то, кто дал тебе свой номер.       Осаму задумчиво смотрит на Чую, будто сравнивая его с кем-то, но вскоре все же кивает. Достав телефон, он открывает Twitter и показывает телефон мужчине, чтобы тот смог его найти.       — Кстати, меня зовут Чуя. Мы так и не представились друг другу.       — Осаму Дазай. Приятно познакомиться. — он протягивает руку, и мужчина пожимает ее, в знак знакомства.       Увидев выходящих из клуба друзей, он тушит сигарету и выкидывает окурок, мимолетно прощаясь с новым знакомым, после чего уходит к ним. Сев в машину Николая, они поехали домой.