Каждое лето я рождаюсь заново

3 июня. Вторник. Девять вечера. Весь день солнце было скрыто за облаками. Однако на улице стояла ужасная духота. Как будто вот-вот должен начаться дождь. Такая погода держалась уже несколько дней. Хёнджин лежал на кровати в одних шортах и старался лишний раз не двигаться. В комнате не было кондиционера, обычно парень открывал окно и дверь нараспашку. Но сегодня ничего не помогало. В жару голова болела сильнее и приходилось пить обезболивающие. У Хёнджина было много маленьких коробочек с разноцветными таблетками «на все случаи жизни», как говорила мать. Вспоминая об этом сейчас, парень грустно усмехался. От головной боли Хёнджин принимал что-то крайне редко. Он старался себя чем-то отвлечь, меньше обращать внимание и за год не плохо этому научился, но иногда терпеть становилось просто невозможно. Таблетки приносят облегчение ненадолго. А после них у Хёнджина часто пропадает аппетит и слезятся глаза. Парень медленно повернул голову вбок и уставился на старый календарь, который висел над рабочим столом. Числа немного плыли перед глазами из-за плохого зрения, но прищурившись, Хёнджин увидел, что не зачеркнул вчерашний день. Последнее время он отмечал каждую следующую цифру, закрашивая квадрат черным маркером. Это была своего рода терапия. Как некая галочка. Он прожил еще один день. А значит все не так плохо. Когда Хёнджину становилось грустно, и он начинал себя жалеть, парень заставлял себя смотреть на календарь. Он вглядывался в черные квадратики и думал о том, что мог умереть намного раньше. Но он все еще продолжает жить. Друзья поражались тому как быстро у Хёнджина меняется настроение. Вот он сидит в комнате под одеялом проклинает этот жестокий и несправедливый мир, в следующую минуту, заявляет, что хочет поехать кататься на велосипеде в лесу, а потом целую неделю не вылезает из кровати и не хочет ничего делать. Хёнджин же, провел десятки бессонных ночей, размышляя о своей жизни. Он плакал, ругался, злился, боялся засыпать, не зная проснется ли. Проходил через это один, никого к себе не подпуская. Парень познакомился с другими людьми, у которых была эта болезнь. Общался с теми, кто находился на последней стадии. И все рассуждали абсолютно по-разному. Спустя огромное количество истерик, ночей, проведенных в обнимку с подушкой и жутким страхом за свою жизнь, Хёнджин научился с этим жить. Понял, что не хочет тратить время, которого осталось очень мало на уже бесполезное лечение. Он просто перестал бороться и решил плыть по течению. Стал более закрытым и резким по отношению к чужим людям. Позволял себе плакать только рядом с Чарли. Меньше общался с матерью и с семьей отца. Мог часами сидеть за столом и рисовать. У него накопилось много тетрадок с новыми работами. В конце апреля Хёнджин принес на работу справку и попросил отпуск. Его неохотно отпустили на все лето. Парень не знал, чем будет заниматься. Последнее время, все дольше, ему не хотелось ничего. Не хотелось хотеть… И это стали замечать близкие. Чарли и Ками старались не оставлять Хёнджин одного. Всегда маячили где-то рядом, что часто раздражало парня. Однако в глубине души он был благодарен ребятам. Сегодня у лучшего друга была смена в ветеринарной клинике, где он работает администратором. А Ками пришлось уехать куда-то с родителями. Так что Хёнджин страдал от жары в одиночестве. В комнате снова пахло свежеиспеченным хлебом и корицей. Играла тихая музыка, и парень потихоньку заснул. *** - Хённи, я дома! - раздается громкий крик, и слышится хлопок входной дверью. Парень вздрогнул и резко сел на кровати. - Привет, мам, - голос спросонья низкий и хриплый. - Поможешь сумки разобрать? - слышится шелест пакетов и Хёнджин понимает, что мать опять ходила в магазин одна. Парень медленно встает и, пошатываясь, идет в коридор. - Ой какой ты лохматый, - мать смеется и тянется рукой к голове сына. - Ну, мам, еще хуже сделаешь, - Хёнджин улыбается и пытается увернуться от прикосновения. Но женщине все же удается взлохматить пушистые волосы еще больше. - У тебя уже отросли корни. Не хочешь осветлить? Или вообще в какой-нибудь яркий цвет покрасить? Парень взглянул в зеркало, которое висело в прихожей. Корни и правда отросли, некоторые пряди почти доставали до плеч, а некогда холодный, почти белый, блонд потемнел и теперь выглядел вполне натурально. Волосы у Хёнджина всегда были непослушные и очень пушистые, часто торчали в разные стороны, как бы он их не укладывал. Пока парень застыл, рассматривая свое отражение, мать успела сходить помыть руки и умыться. Она подошла к сыну и обняла его за плечи. - Можем устроить салон прямо у нас дома. Позовешь Чарли и Ками… -О нет, я потом буду целый день ванну отмывать. Мать снова рассмеялась и погладила Хёнджина по голове. Она знала, что ему нравится красить волосы в разные цвета. Очень сложно было принять такое странное увлечение сына, но со временем, она привыкла, а потом ей даже стало нравится. - Ладно. Тогда если захочешь, запишу тебя в салон. Мне на работе посоветовали один, говорят хороший. Хёнджина хмыкнул, давая понять, что подумает и потопал на кухню, с пакетами в руках. Стоило сыну повернуться к матери спиной, улыбка сползла с ее лица. Она тяжело вздохнула и потерла глаза руками. - Мясо в холодильник убрать или мы будем его сейчас готовить? - от громкого голоса женщина вздрогнула, быстро смахнула слезинку и подошла к сыну. - Убирай в холодильник. Хёнджин кивнул и сделал вид, что ничего не заметил. На кухне горел свет и пахло яблоками. - А почему духовка открыта, ты что-то готовил? - удивленно спросила мать. - Да, решил сделать шарлотку. Они быстро разложили продукты по местам. Холодильник загудел, привлекая к себе внимание, дверки шкафчика со специями еле закрылись, микроволновка дзинькнула. - Какао! - радостно воскликнула мать и протянула Хёнджину кружку с горячим напитком. - Спасибо. Не хочешь попробовать пирог? - Конечно, ты еще спрашиваешь! Парень по-доброму усмехнулся с радостного настроя матери. Она ненавидела сладкое, особенно мучные изделия. Но когда дело касалось кулинарных способностей ее сына, всегда была первой, кто пробовал блюдо. Как-то раз Хёнджин приготовил шоколадный торт, и по лицу матери было видно, что ей не нравится, но женщина до последнего уверяла сына, что получилось очень вкусно. Они уселись за стол. Он был придвинут к стене вплотную и застелен серой скатертью. Пол приятно охлаждал ноги, одна из лампочек в люстре иногда мигала, форточка была приоткрыта, и с улицы доносились крики детей и лай собак. Мать и сын пили какао, ели шарлотку и обсуждали прошедший день. - … так что работы еще много. Где-то до середины июля точно, а то и дольше, - говорила женщина. - Чем вы там летом занимаетесь? Детей же все равно нет, - недоумевал Хёнджин. Ему было грустно, что матери приходится так много работать. Они почти не видятся, она редко приходит домой раньше девяти вечера. - Детей то может и нет, но бумажную работу никто не отменял, - вздохнула мать. - Уверена, что тебе не нужна помощь? - Спасибо, Хённи, но давай честно, ты скорее там мешаться будешь. Хёнджин хотел было возразить, но потом понял, что мать права. Он недостаточно усидчивый для работы с цифрами, и в документах мало что понимает, на работе парень их только разносил на подпись. Женщина молчала некоторое время и очень пристально разглядывала скатерть перед собой. Парень уже начал беспокоиться как бы она не прожгла дырку в ткани. - Все хорошо? - рискнул спросить он. -Да…, - мать тряхнула головой, как будто собирая мысли в кучу. Потом посмотрела на сына и загадочно улыбнулась. - А тебе не скучно все время дома сидеть? Хёнджин сразу понял, что вопрос риторический и сейчас последует продолжение, так что он поднял бровь и уставился на женщину. - Допустим, скучаю иногда. - Не хочешь сменить обстановку на время? - Предлагаешь поехать к Чарли в гости с ночевкой? - Идея хорошая, но я про другое. Как тебе мысль провести два месяца на свежем воздухе, вдали от шумного города? - Мам, ты сейчас говоришь, как из рекламы гостиницы у моря, - засмеялся парень. Женщина улыбнулась и потрепала сына по голове. - Я вообще-то серьезно. Звонила бабушка и … - Погоди, так ты хочешь меня отправить к бабушке? Это больше похоже на ссылку. Я чем-то провинился? - сразу запричитал Хёнджин. - Ты что по бабушке не соскучился? - мать строго посмотрела на сына. - По бабушке — может быть, но по деревне — точно нет, - заявил парень и в ответ уставился на мать. Они играли в гляделки минуту. Хёнджин сдался быстрее и заморгал, а женщина победно рассмеялась и щелкнула сына по лбу. - Будешь знать, как со мной спорить. А он итак знает. Многие свои споры они решали с помощью этой игры. Кто будет мыть посуду, выносить мусор или мыть полы. И Хёнджин часто проигрывал. Но мать была единственной, кому проиграть было не жалко. - Хённи, а теперь серьезно. Бабушка вчера звонила и звала тебя в гости. Говорит, на свежем воздухе тебе сразу легче станет, там сосновый бор рядом, воздух чистый, не то что здесь. Работой по дому обещала не нагружать, у нее там скоро клубника поспеет, и виноград уже во всю растет…, - мать говорила с большим воодушевлением. Было видно, что она готова хоть сейчас бросить все и поехать туда. Женщина очень любила ту деревню. Она выросла там. Раньше это был маленький городок. Теперь большинство людей разъелось, а участки стали продавать как дачи. Так что деревушка превратилась в дачный поселок. Он оживал летом и засыпал зимой. Из старожилов там остались бабушка Хёнджина, еще несколько таких же старушек и дедушек, кому неохота перебираться в большой город с насиженного места. - Ну, что думаешь? - Думаю, что я тебе тут надоел и ты решила от меня избавится, отослав куда подальше, - съязвил парень. Он сказал это в шутку, но, когда увидел, как изменилась в лице мать, пожалел. - Эй, мам, я же пошутил… - Сынок, не думай так, пожалуйста. Я очень тебя люблю и, будь моя воля, ты бы не отходил от меня не шаг, но к сожалению, я много работаю и очень редко тебя вижу. Я не хочу, чтобы ты просидел пол лета в четырех стенах. А бабушка будет рада тебя повидать, она хочет провести с тобой время, пусть мы ей ничего и не сказали, но мне кажется она сама уже все поняла. Очень уж долго и упорно меня уговаривала отправить тебя к ней. У меня отпуск с августа начинается. Я сразу же тебя заберу. Мы обязательно куда-нибудь поедем, ты еще устанешь от моей компании, солнце. Только пожалуйста не сомневайся, я тебя очень люблю, и ты не можешь мне надоесть, несмотря ни на что… Хёнджин не выдержал, подлетел к матери и крепко обнял ее. Он уже сотню раз пожалел о своих словах. Парень не думал, что простая шутка доведет мать до слез, но еще раз себе напомнил, что нужно думать прежде чем говорить. - Мам, ну ты чего, конечно я так не думаю, это была просто глупая шутка, прости пожалуйста, - он шептал эти слова, бережно поглаживая мать по спине. Женщина изо всех сил сдерживалась, чтобы не разрыдаться, но в последнее время нервы ее подводят. - Это ты прости, я совсем, как истеричка стала, - нервно посмеялась мать. - Не говори так. - Как скажешь, солнце. Мать крепче прижала к себе Хёнджина и уткнулась носом в блондинистую макушку, вдыхая легкий аромат персиков и корицы. - Ты купил новый шампунь? - Вот ты умеешь испортить момент, - заворчал Хёнджин и выпутался из объятий. Женщина усмехнулась. Они опять начали говорить о всякой ерунде. Парень рассказал, что новый шампунь подарила Ками, сказав, что он идеально подходит для обесцвеченных волос. Мать посмеялась и попросила, напомнить ей поблагодарить девушку лично. Хёнджин заметил, что женщина больше не поднимает тему поездки к бабушке, видимо решив, что идея была плохая. Парень в целом был не против проведать родственницу, но уезжать на целый месяц в деревню, в глушь, без интернета, связи и друзей, хотя… Спустя пару минут он сказал: - Я согласен, кстати. - … что твой отец пополнел за последнее время? … - недоумевала мать. - Нет, я про поездку к бабушке. Но вообще с этим тоже, - рассмеялся Хёнджин. Женщина радостно взглянула на сына и взяла его за руку. - Правда? - Да, только могу я внести встречное предложение? - Ты мне сделку предлагаешь? - мать смешно прищурилась. - Не совсем. Можно со мной поедут Чарли и Ками? - Я уж думала что-то серьезное сейчас попросишь. Конечно. Бабушка мне так и сказала, чтобы ты звал с собой друзей, - с облегчением выдохнула мать. - Отлично. Тогда я согласен поехать хоть на все лето, - Хёнджин расплылся в улыбке. - Ну, на все лето я тебя не отпущу, - заявила женщина и потянулась за своей сумкой. - Я тебе сейчас кое-что покажу, только в обморок не падай. - Постараюсь, но сегодня вроде еще не падал, так что не обещаю, - фыркнул Хёнджин. Мать ничего не ответила, пытаясь найти что-то. Сделать это очень сложно, так как сумка у нее была внушительных размеров. Туда бы поместились все существующие стереотипы о женских сумочках. Наконец, она вытащила две бумажки и положила на стол перед сыном. - Они немного помялись, но это копии, у меня оригиналы на компьютере. Хёнджин застыл с открытым ртом. Перед ним лежали авиабилеты на второе августа в… - Австралия, серьезно? - Помнишь, ты часто говорил, что хотел там побывать? - осторожно спросила мать, до конца не понимая реакцию парня. - Да, но я не думал, что ты это запомнила! - воскликнул он и снова бросился обнимать женщину. Мать облегченно засмеялась. Она очень переживала, что сыну может не понравится подарок. В детстве он часто говорил, что хотел понырять с аквалангом на большом барьерном рифе, но вдруг за прошедшее время что-то изменилось. - Но это же очень дорого. Нам точно это по карману? - засомневался Хёнджин. - Твой отец обещал помочь с расходами, если что. А так все в порядке, у меня остались крупные сбережения, мы собирались их потратить на лечение, но …,- мать запнулась, а парень согласно кивнул. Он понял, что она имела ввиду, но не знал, почему никогда не договаривала до конца. Как будто сказанное вслух «ты скоро умрешь» как-то меняет ситуацию. - В общем, это мой тебе подарок на успешное завершение учебного года, - закончила мать. - Ты же в курсе, что сессию я сдал не очень хорошо? Три тройки по шести предметам, это по-твоему успешно? - усмехнулся Хёнджин. - Молодой человек, я не видела ваш табель успеваемости! Ты сказал, что все сдал, - мать несильно схватила сына за ухо. - Ай! Ну самое главное, что сдал, какая разница как! - заверещал парень. - Поговори еще тут. - Мам, отпусти, я все исправлю! -Ничего ты не исправишь. - Нет, но все равно, отпусти! Они еще несколько минут дурачились. Хёнджин пытался вырваться, а мать принялась щекотать сына. Закончилось все грохнувшейся на пол чашкой, хорошо, что пустой, и громким смехом, который, наверное, слышали все соседи. - Ты виноват! Разбил мою любимую чашку, - причитала мать. - Да это ты ее столкнула! - парень пытался перестать смеяться и попутно сгребал осколки в одну кучу веником. Мать еще пожаловалась недолго, но потом помогла убрать оставшийся мусор. На часах уже было около полуночи. - Уже поздно, мам. Тебе пора спать, а то опять будешь завтра злая с утра. - Да, согласна, пора спать. Детей больше нет, покричать даже не на кого,- мать зевая направилась в сторону ванной. - Ты прям педагог года, - фыркнул Хёнджин. - Самый лучший! И ты тоже давай ложись, не сиди допоздна. - Постараюсь,- Хёнджин пожал плечами. Они оба знали, что у парня плохо со сном. - И напиши ребятам насчет поездки. Отец сказал, что готов отвезти вас в пятницу вечером, - женщина в последний раз взлохматила волосы на голове сына и поцеловала его в щеку. - Хорошо, спокойной ночи, - Хёнджин пошел в свою комнату, но на полпути обернулся: - И это… ну, спасибо… Мать нежно улыбнулась в ответ и кивнула.