Тайна красоты

Последний экзамен сдан, можно выдохнуть и расслабиться. 30 число, а это означает, что родители Хенджина сегодня уедут в аэропорт, но будет это только вечером. Завтра с самого утра Феликс собирался к старшему. С родителями они договорились, на новый год много пить не будут и первого же числа придут домой, чтобы нормально покушать. Мама собрала немного продуктов, как бы Ли не отнекивался, пришлось все положить в портфель, маму расстраивать не хотелось. Поздно вечером приняв душ и подготовив все на завтра, оба понимали, чем они обязательно займутся, Феликс начал собирать вещи. Подарок для парня блондин подготовил очень крутой и милый, как ему самому кажется. Аккуратно сложив его в заранее купленную коробку Ли перевязал его ленточкой и сделал бантик. Ночью они еще долго переписывались и планировали сам праздник. Все хотелось провести максимально уютно и по-домашнему. Хенджин тоже подготовил не менее милый подарок, который обязательно понравится его парню. Оба уже чувствовали, как они будут наслаждаться друг другом и им не помешают. Уснули парни поздно, много думали, воспроизводили в голове все фантазии. С утра Феликс был в хорошем настроении, потому что, позавтракав, он отправится к Хвану. Его дом тоже нужно подготовить к празднику. Стоит приготовить что-нибудь, помочь убраться, если Джин этого не сделал и все остальное. Сестры все утро с улыбкой смотрели на Ли, они-то понимали, что не салаты парни будут есть, но мысленно были рады за брата, потому что с Хваном ему повезло. Ли еще раз сходил в душ, перед тем как начать собираться. Образ парень подобрал восхитительный. Черные обтягивающие штаны, наверх надел нежно-голубую полупрозрачную рубашку, много украшений и совсем легкий макияж, только глаза подчеркнул, и губы немного подкрасил, чтобы были сочнее. Вышел Феликс из дома часа в четыре вечера. Солнце уже садилось, но ничего страшного. Добраться он решил пешком, лишний раз проведет время с собой, своими мыслями, дома это получается очень редко. Идти было недалеко, поэтому Феликса написал Хенджину, что будет у него в течение 20 минут, и чтобы ждал его. А Хенджин и так ждал. Ли подходит к входной двери квартиры, руки отчего-то дрожат, а в животе непонятное чувство страха разыгрывается, скручивая внутренние органы. Хван подрывается с насиженного места, как только слышит дверной звонок. Дверь открывается, а перед ним стоит весь такой милый Феликс с рюкзаком за спиной и милой улыбкой. – Джини, я уже успел соскучиться за тобой, – заходит блондин в квартиру и обнимает старшего за шею. Последний отвечает, что тоже очень скучал и невесомо целует в пухлые розовые губы. Феликс снимает пальто, а Джин в свою очередь уносит его в гардероб, чтобы повесить. По возвращению старший видит, что Ли уже хозяйничает на кухне, достает еду, которую положила его мама. – Меня мама тут взять заставила. Она переживала, что мы что-нибудь будем заказывать и есть всякую дрянь, – не поворачивая головы, говорит блондин подошедшему сзади Хвану. Старший удобно устроил голову на хрупком плече и не собирался никуда уходить, щекоча своим горячим дыханием шею младшего. – Я заказал уже еды, – печально вздыхает Хенджин, – Ну ничего, у нас впереди вся ночь, – и ласково улыбается. Феликс не видит, но чувствует кожей эту кошачью улыбку. И, правда, впереди вся ночь, и Феликс к ней очень тщательно готовился, даже думать о таком стыдно немного. После того, как Ли разложил все продукты, поместив их в холодильник, парни немного прибрались в квартире. Младший был приучен к чистоте, ну почти, и поэтому ему не составило труда убраться в доме Хвана, конечно же, с его помощью. Посмотрев какое-то шоу по телевизору после, Хенджин начал накрывать на стол, потому что время уже близилось к полуночи. В квартире играла негромкая музыка, она больше расслабляла, юноши тихо подпевали. На всю кухню и гостиную пахло вкусной едой. Доставка успела прийти вовремя. Мамина еда не осталась в стороне, ее также поставили на стол, потому что вкусно, Феликс это знает, да и Джин тоже. В перерывах Ли отвечает Хану, который написывает ему и интересуется, что же они там будут одни делать. Знает же гад, что Феликс не может на такие темы говорить вообще, это некое табу в общении. Хенджин иногда подходит к парню, чтобы обнять его и поцеловать. Времени осталось достаточно, на нежности оно всегда найдется. За окном хлопьями летит снег, покрывая все белоснежным одеялом. Деревья надели свои шубы, как и кусты, от которых остались одни лишь ветки. Кто-то спешит домой, кто-то наоборот, спешит уйти из дома в гости, к друзьям или к родственникам. У всех один настрой – хорошо встретить Новый год и проводить Старый. Многие на утро даже не вспомнит весь праздник, но и этого достаточно, чтобы понять, что встретили они его явно отлично и в хорошей компании. На дорогах машин уже не так много, только редко проезжает одна или две. Уже многие приехали домой, и сидят за столом. А кто-то встретит куранты и ляжет спать. Каждый делает свой праздник по-своему, но это не значит, что этот праздник будет плохим. Парни уже готовы. В гостиной по телевизору крутят предновогодние программы, скоро будет и речь президента. Основной стол накрыт на кухне, но шампанское и тарелка с фруктами стоит на кофейном столике перед телевизором. После курантов они перейдут на кухню, чтобы уже спокойно посидеть и поговорить. Но оба знают, что не говорить они там будут, но это уже не так важно. Каждый год Уважаемый президент вещает одно и то же, и этот год не стал исключением. Долгие 10 минут мужчина рассказывал про почти прошедший год. И вот, долгожданный бой курантов. Хенджин умело открывает бутылку шампанского, а Феликс держит своими маленькими ручками два фужера. Парни чокаются и до дна выпивают содержимое, при этом Ли не забыл написать на бумажке желание на предстоящий год, поджечь его, кинуть в бокал и выпить. Таковы традиции. Джин взял фужеры из рук, отставил их на столик и притянул Феликса к себе. – Я люблю тебя, – Ли ответил взаимностью и Хван прильнул к его пухлым губам. Целовал он нежно, трепетно, но настойчиво. Ликс, не изменяя прежним традициям, поместил руки на широких плечах парня, немного сжимая их. Хенджин пустил ладони с шеи до самых ягодиц. После нескольких секунд наслаждения, все-таки фигура у его парня была отличная, старший подхватил его на руки, не отрываясь от поцелуя. Феликс ойкнул на такой жест прямо в губы напротив. Бабочки в животе не перестают порхать своими крылышками, щекоча все внутренности, а рассудок и здравый смысл полностью отключились, как и не было. Джин направился в свою комнату, где Ли неоднократно был ранее. Матрас на кровати был дорогим, поэтому, когда старший почти кинул блондина на него, тот даже не пискнул, настолько он был мягким. Нависая сверху, хен целовал все участки кожи, которые только видел на своем пути. Спасибо Феликсу, что надел не так много вещей, а рубашка вообще была расстегнута на множество пуговиц, благодаря этому открывался замечательный вид на грудь парня. На ключицах старший оставлял укусы, которые после наливались кровью, темнея. Хенждин возвращается к манящим губам, оттягивает одну и толкается языком в горячий рот, тихо скулящий от желания. Отстранившись, Джин наблюдает интересную картину: Феликс лежит весь красный, щеки его горят огнем, волосы рассыпаны по кровати, губы чуть припухли от длительных, терзающих поцелуев. Самый развратный мальчишка, которого только Хенджин видел. Запечатлеть бы его сейчас, но возбуждение никуда не уходит, только с каждой секундой нарастает все больше. Долго мучить себя и мальчика не хотелось, поэтому стоит возвратиться в реальность. Феликс притягивает парня к себе и на красное ушко совсем тихо стонет, пуская разряды по всему телу. Старший еще долго не может прийти в себя, ну как ему казалось. Поэтому через несколько секунд он вырывает пуговицы на рубашке, не желая тратить время, чтобы их расстегнуть. Ли на это охает и выгибает спину. Джинсы полетели сами, блондин даже не понял, как он смог так быстро их снять. Хван сживает тонкую талию, оставляя синяки на нижних ребрах, но про это они узнают только с утра, сейчас не до этого. Припадая к губам Ликса, Хенджин настраивает его на процесс, подкладывая подушку под поясницу. Так будет удобно обоим. Поцелуи нежные, они никуда не спешат. Из-под подушки Хенджин достает лубрикант и несколько штук презервативов, да-да, он готовился, как мог. Смоченные в смазке длинные пальцы, он подставляет к входу и обнаруживает, что парень принимает его очень даже легко. – Ты готовился, малыш? – из-за такого тона Феликс готов был умереть на месте. Голос у парня был глубоким, особенно когда он возбудился. А этот лисий взгляд, заставлял неотрывно смотреть прямо в глаза и стыдиться за свои действия. – Ну и как ты растягивал себя? – младший сразу понял, что от него хотят. Взяв в руки лубрикант и смазав совсем не длинные пальчики, Ликс вставил всего один, закрывая глаза от удовольствия. Он чувствовал голодный взгляд парня, который наблюдал за всем происходящим. В ход пошли уже два пальца, конечно, тяжелее дались, но боли не было. Хван не мог просто наблюдать за этим. Возбуждение не давало разумно мыслись, затуманивая сознание и взгляд. Поэтому старший запустил руку в штаны, которые остались на его теле, верх он снял уже давно, и поглаживал уже полностью вставший член. Долго терпеть он не смог, хватаясь за запястье Феликса, вытаскивая уже целых три пальца. Громкий хлюпающий звук прошелся по комнате, отражаясь от стен, попадая прямо в мозг. Громкий стон последовал сразу после, потому что Джин опустил голову на уровень вставшего органа парня, горячим дыханием обдувая его. Руки младшего тряслись от возбуждения, а само тело потряхивало от контраста температур. Хенджин языком дотронулся до красной головки, член от этого дернулся, как и Ли в принципе. Мягкие тихие стоны были усладой для ушей, именно поэтому старший делал все, чтобы из блондина вырывались стоны как можно чаще. Высунув язык полностью, Джин прошелся по всей длине, поднимаясь наверх. Из головки вытекал предэякулят и стекал вниз. Несколько капель успело попасть на кровать, но это никого не волнует. Хван мастерски опускал голову, делая вакуум, снося эти все барьеры в голове у блондина. Из-за небольшого размера органа, хен брал до самого конца, носом утыкаясь в лобок. Хенждин обхватывал покрасневшими и опухшими губами головку, посасывая ее. Феликс весь трясся от этого. Иногда на передышке он не останавливал руки, скользя ими вверх-вниз. После также припадает горячим ртом, обводя каждую венку языком. Старший отстраняется от члена, оставляя за собой ниточку слюны, именно на этом моменте нижний поднимает голову, чтобы посмотреть на Хвана. Феликсу сорвало крышу от такого вида. Он протяжно стонет, обильно пачкает руки старшего и свой живот. Спина и шея уже немного затекла от одного положения и Хенджин это заметил. Как только звезды перед глазами пропали, Ли почувствовал, что его переворачивают на живот, все также подкладывая подушку. Джин поцелуями-бабочками спускался от шеи по позвоночнику вниз. Большими ладонями он поглаживал осиную талию и худые ноги нижнего, щекоча его. Ждать не хотелось совершенно, поэтому Хван стянул с себя штаны с бельем и подставил крупную головку к входу. – Малыш, если будет сильно больно – не терпи, скажи мне сразу, – Феликс кивнул, руками сжимая одеяло. Хенджин начал осторожно входить, чтобы не навредить своему мальчику. Движения сначала были нежными. Хван наблюдал за тем, как его член постепенно погружается в нутро мальчика, и наслаждался этим видом. Феликс все также тихо скулит от желания, которое разгорается в его груди с каждой секундой. Старший уперся ладонями в ягодицы, заставляя прогнуть поясницу и наслаждается от их упругости, а Ли это заводило неимоверно. Хенджин не собирался быть идиотом, поэтому в их первый раз он был нежным. Покрывал спину блондина поцелуями, успокаивая его, нежно водил руками по ягодицам и позвоночнику, вырисовывая непонятные узоры. Иногда запускал руку в мягкие волосы парня и тянул на себя, желая слышать стоны, которые Феликс прятал в кровати. А Ликс и стеснялся этого. Ему казалось, что он слишком развратный, что его стоны будут лишними, поэтому и утыкался лицом в кровать, приглушая звуки. Но Хвану, оказывается, очень даже понравилось, и блондин настолько раскрепостился, что сам уже не опускал голову, за что первый и хвалил его. Этот чертовски глубокий голос. Из-за него мутнее сознание и появляется желание подчиняться. А Феликс и не против совсем. В комнате становится нечем дышать, воздух накалился до невозможности. Два стонущих тела теряют рассудок, оскверняя комнату Хенджина, но обоих это заводит до предела. Джин плавным толчком входит до самого основания, бедрами ударяясь о ягодицы. Феликса еще больше заводят звуки, которые они издают. Смазка хлюпает с каждым толчком, тела соприкасаются, издавая «хлопки», Хенджин утробно рычит. Ли понимает, что разрядка близко, тянется к члену, трущемуся об подложенную подушку, но старший замечает это и перехватывает руки, помещая их над головой. Волосы прилипают ко лбу, голос уже сорван, и как разговаривать с мамой, Ли пока не придумал. Да и думать о таком сейчас не хочется. Хенджин вцепился в руки младшего словно замок. Ли иногда поднимает голову, чтобы издать более громкий стон, который так нравится старшему, и заново возбуждается от одной только руки, что держит его. Та покрылась венами, что вот-вот лопнут, и желание, чтобы они опять оказались в тебе растет в геометрической прогрессии. Ему всегда нравились эти руки. Они были большими и увиты венами. Их хотелось касаться 24/7, даже больше, всю жизнь. Настолько прекрасных рук Феликс еще не видел. Хенджин сделал еще несколько толчков и излился в презерватив. Терпеть больше не было не сил, не желания. Эти развратные стоны возбуждали еще больше, подводя к разрядке быстрее, чем старший планировал. Но слишком долго заниматься любовью могут только в фильмах. Любой человек понимает, что это дело не такое долгое. Главное не время, а сам процесс и желания партеров. В комнате нечем дышать, стоит включить кондиционер, чтобы можно было вдохнуть не горячий, почти раскаленный воздух. Феликс еще долго отходил от второго подряд оргазма, мелко дрожа в руках Хвана. Звезды перед глазами все никак не уйдут, заставляя опустить голову в одеяло, чтобы быстрее прошло. Хенджин тем временем идет за бумажными полотенцами в ванну, для того чтобы вытереть обоих и лечь отдыхать. В душ они сходят с утра. По возвращению Джин видит, что Феликс мило завернулся в одеяло, оставляя только макушку. На это старший улыбнулся, понимая какой ему милый достался парень и как ему повезло. Ли еще не спал, хотя пытался, но Хвану все равно нужно было вытереть остатки семени с его живота. Парни легли спать, время было уже позднее, но на улице все еще были слышны звуки фейерверка. Они даже про подарки друг другу забили, сейчас им стоит выспаться. Ночь парни провели хорошо, даже не просыпались ни разу. Уснули они, кстати, голыми, позабыв об одежде напрочь. Всю ночь юноши также обнимались. Феликс закидывал все конечность на парня, а тот в свою очередь обнимал его. Первым проснулся Хенджин, наблюдая, как его парень сладко спит, иногда мило посапывая. Ли обернулся в одеяло до самой макушки, только нос и выглядывает, чтобы дышать смог. Такая картина умиляла, но в голову старшего лезли похабные мысли – удовлетворить мальчика пока он спал. За это Джин сгорит где-нибудь, но это сейчас не особо важно. Аккуратно забирая у Феликса одеяло, Хенджин целует его в искусанные губы, совсем невесомо, чтобы не разбудить. Дальше руками ведет к пока что расслабленному органу, проходясь по бусинкам сосков, что тут же встали. Задерживаться на них не было желания. Тело его мальчика слишком чувствительное, вдруг проснется раньше времени, такое допустить нельзя было. Член все еще не встал, но уже начинает наливаться кровью, что к лучшему. На пробу парень провел ладонью по нему, чтобы быстрее приступить к задуманному. Феликс подрагивал ресницами, но до сих пор находился в царстве Морфея. Джин рукой поддевает крайнюю плоть, пальцем надавливая на щелочку в головке, из которой сочится семя. Ли чуть сдвинулся с места, но глаз не открыл и Хван действовал. Спустился чуть ниже, немного дуя на горячую головку холодным воздухом, создавая контраст. На пробу прошелся кончиком языка до основания, возвращаясь назад. Эрегированный член полностью помещался во рту, головкой задевая глодку, что делало приятно обоим. Движения вверх-вниз заставляли Джина совсем тихо рычать, отдавая вибрацию по члену. – Хен..Хенджин-а, – буквально через несколько минут Феликс изливается прямо в рот Хвана с его именем на губах. Еще пару раз Джин похлопал членом по губам, чтобы все семя вышло, проглатывая, и тянется за поцелуем. Ли уже не спал, проснулся на самом деле он давно, но не хотел подавать вида. Это и к лучшему. – Доброе утро, – хищно улыбается старший, открывая вид на ровный ряд зубов. Ли подхватывает эту улыбку, поворачивается и притягивает Джина для еще одного поцелуя. – Мы так подарками и не обменялись, – напоминает Феликс, поднимаясь с кровати на поиски белья. Хван уходит из комнаты первым, чтобы взять подарок, а Ли находит свой портфель в комнате, наверное, сам и поставил его сюда, он не совсем помнит вчерашний день. В портфеле лежат духи, аромат которых, по мнению самого Ликса, очень подойдут его парню. Немного сладковатый аромат дополняется терпкостью мускатного ореха и шалфея, создавая неописуемый микс вкусов. Именно так пахнет Хенджин. Для всех он терпкий, строгий, но только для Феликса открывается сладкий оттенок. В комнату входит Хенджин с небольшим подарочным пакетом от какого-то бренда. Старший настаивает на том, чтобы сначала подарок открыл Ли, он был в себе уверен, поэтому и не переживал особо. Он знал, что блондину понравится. Феликс отдает коробочку, в которой лежали духи, и берет в руки подарок. Младший понятия не имеет, что там может быть, потому что не говорил о своих желания и ждал сюрприза от парня. В пакете лежала небольшая коробочка, которую Феликс открыл и впал в шок. Внутри находилось наполнение из красного бархатистого материала, а посередине кольцо. Серебреное кольцо с золотой вставкой из выгравированного солнца. Парень всегда называл Феликса солнышком, потому, что тот улыбался всегда так ярко, заставляя непроизвольно улыбаться всех, кто посмотрит на него. Его светлые волосы, словно лучики солнца, всегда так приятно ласкали шею Хенджина, когда младший обнимал его. Феликс поднимает глаза полные шока, а Хван стоит и улыбается так нежно, наблюдая за реакцией парня. Ликс бросается с крепкими объятиями, чуть ли не душа парня. Джин обнимает его за талию так нежно, что хочется остаться в этих руках на всю жизнь. Эти мысли обрывает тяжелый вздох младшего. – Эй, Феликс, ты чего, – оттягивая парня от себя и смотря прямо в глаза. – Тебе не понравится мой подарок, – слезы на глазах наворачиваются сами, – Он не такой замечательный, как у тебя, – катится предательская слеза. Хенджин подходит ближе, вытирая дорожку от упавшей слезы, и целует в пухлые щечки. Забирает подарочный пакет из рук Феликса, откладывая его вместе со своим подарком. Руки Ли немного дрожат от волнения, но он немного выдыхает, как только чувствует тепло от тела Хвана. Старший берет кольцо из рук и надевает его на средний палец. Кольцо подошло как никогда точно. Сразу после Джин берет подарок, который подарил ему парень, открывает и видит духи. На вкус они потрясающие, ему всегда было сложно найти хороший парфюм, но этот был волшебный. Терпкость и сладость в одном флаконе, и они не то чтобы сочетаются, они дополнят друг друга, что еще лучше. Джин нежно обнимает еще раз Феликса, который совсем поник из-за подарка, успокаивающе поглаживая по спине и голове. Нашептывает, что ему очень понравился подарок, и он обязательно будет им пользоваться. Теперь это его любимые духи и покупать их будет всегда. Перед мамой Феликс оправдался, почему его голос хрипит, а вот сестры еще долго смеялись и поглядывали с улыбкой на приходящего Хвана, который зачастил. Парни выпустились из школы. Хенджину предлагали обучение в лучших университетах страны и не только. Родители хотели забрать его за границу, но парень не согласился, желая остаться с Феликсом. Оба поступили в Сеульский Университет, но на разные профили. Феликс почти переехал к парню, все чаще оставаясь у него на ночь, а родителям говорил, что так ближе до учебы и они верили.