Тайна красоты

Утром, а точнее уже в обед Ли открыл сонные глаза. Хорошо, что шторы в комнате были закрытыми и солнечный свет не проходил в помещение, так хоть выспаться можно нормально. На телефон пришло сообщение от Хенджина: « – Ты спишь еще что ли?» Первое его сообщение было отправлено в…9 утра?! Он выспался вообще? Старший объяснил, что родители приехали и надо было их встретить. Джин сам, честно говоря, очень удивился. Долго, конечно, он их не видел. После аварии младшего сына они полностью погрузились в работу, дома почти не бывают. Редкий случай – праздники, и то, которые важные. Феликс расстроился из-за того, что они не смогут сегодня встретиться, родители это важно, но Хван отбросил эти мысли, пообещав, что они обязательно увидятся. Родители приехали до самого рождества, как только праздник закончится, они опять куда-то уедут, Хенджину не привыкать. Встав с кровати, Феликс направился вниз, стоит позавтракать, желудок уже сводит от голода. На кухне никого не было, вся семья, а точнее родители сидели в гостиной, смотря какое-то шоу. Сестры еще не проснулись, они отдыхают по полной. Заварив себе кофе, стоит отправиться на поиски чего-то съестного. В холодильнике было много еды, но она категорически не подходила для завтрака. Было то, что мама готовила вчера вечером – курочка и жареный рис. На полке выше стояли упаковки от кимчи, а в ящиках были овощи. Откопав в дверце холодильника яйца, Ли принялся готовить себе яичницу – быстро и просто. В нее он порезал спелый помидор, хоть на улице уже холодно, в магазинах все еще продают свежие и довольно вкусные овощи, конечно, они будут дороже, но вкуснее. Перемешав все, превращая в омлет, парень достал кимчи, все же блюдо вкуснее с капустой. Феликс переместился за большой обеденный стол и принялся наслаждаться тем, что он приготовил, потому что блюдо было отменным. Из кухни парень наблюдал за происходящим на улице, опять был снегопад. Наверное, снег шел всю ночь, потому что из окон виднелись сугробы. Снег шел большими хлопьями, окрашивая все на своем пути в белоснежный цвет. Пока люди шли на работу или учебу их шапки засыпало снегом, образовывая сугроб даже на голове. На улице было не так холодно, но шапку стоит надеть, потому что волосы могут промокнуть и от этого и заболеть можно. Морозы еще не передают, всю неделю будет снегопад, а как все знают, снег не идет в заморозки, это немного радует. На телефон Феликса пришло сообщение, Хенджин спросил, смогут ли они сегодня встретиться, кое-что он хочет сделать. И это «кое-что» сильно смутило Ликса, потому что он даже понятия не имеет о чем идет речь. Младший предложил посидеть у него, хоть все будут дома, Хенджина они будут рады видеть уж точно, ну мама особенно. Договорились, что Хван придет через два часа, за это время Ли нужно, в прямом смысле, вылизать комнату. Он хоть и чистюля, но иногда на стуле валяются вещи, да и пыль лежит на полках, это нужно срочно убрать. Предупредив родителей, что к ним в гости зайдет Джин, Феликс получил от мамы нежную улыбку, он ей нравится безумно еще с первой встречи. Парень поднялся на второй этаж с ведром воды и тряпкой и принялся драить комнату. Для Хвана должно быть все идеально, у него то в доме нет грязи, вот Ли и напрягся так сильно. Мысль, что же Хенджин хочет сделать вылетела из головы, как только младший вспомнил, что нужно навести порядок. На улице все также мело. Хенджин решил пройтись по тому же пути, что и когда провожал Феликса. Из-за каникул дети даже домой не заходят, все время на улице. Обычно снег выпадает позже, поэтому радостный смех детей слышен с каждого двора. Да и Хвану тоже хочется вот так просто поваляться в снегу, чтобы косо на него никто не смотрел, чтобы на душе было тепло от радости. Но, увы и ах, он уже взрослый, детство прошло, от этого и грустно. Добрался он до дома Феликса быстро, поэтому и решил написать ему, чтобы спустился и встретил старшего. Ли весь на радостях быстро минуя лестницу, спустился и открыл парню дверь. Так как в гостиной, из которой выходит вид на входную дверь, сидели родители, парни решили не обниматься, мало ли куда это все может зайти, гормоны ведь играют. Сняв куртку, Феликсу открылся вид на подкаченную грудь Хенджина, которая была обтянута прилегающей кофтой. Отвести взгляд еле получилось, Хван это отчетливо видел, на что немного усмехнулся. Парни поднялись в комнату, вот теперь можно и показать свои чувства. Феликс набросился на старшего с удушающими объятиями. Они не виделись меньше суток, но Ли уже успел соскучиться. Да, наверное, не один Ли. Хенджин не отставал, большие ладони блондин поместил на тонкую талию младшего, притягивая его к себе ближе. Обниматься с Феликсом одно удовольствие. Как об этом Хван раньше не думал? Из-за разницы в росте Ликсу приходится вставать на носочки, чтобы уткнуться носом в венистую шею и вдыхать приятный аромат довольно сладких духов. Простояли они так несколько минут, питаясь любовью друг друга. Как они без этого жили, не знает никто. Первым оторвался Хенджин, ладонями отодвигая Феликса от себя и мимолетно целуя в маленький нос. От таких действий щеки Ли все равно немного покрываются румянцем, тут уж ничего не поделаешь, хотя Хвану нравится. Старший пришел к Ликсу для того, чтобы осуществить свои желания, которыми он питается каждую ночь. После того, как Хенджин увидел в отражении глаза, наполненные удивлением вперемешку с желание младшего, когда танцевал впервые, мыли станцевать с Ли не выходили из его головы. Хван достает телефон из заднего кармана джинсов, находит песню, которую вчера искал весь вечер после того как пришел домой. Он включает нужную ему музыку на телефоне, делая звук не таким громким, закрывает дверь на замок и откладывает устройство на письменный стол. Взглядом старший просит Ли чуть отойти. Тело и разум теперь полностью под контролем такта музыки. Хван двигается изящно, плавно, гнется, чуть ли не во все стороны. Движения иногда резкие, но после превращаются в более мягкие и нежные. Глаза Феликса прикованы лишь к парню, который танцует так легко, будто для него это какой-то пустяк. Хотя, наверное, так и есть. Происходит то, что младший абсолютно не ожидал. Хенджин протягивает в его стороны руку, тем же движением, что и на вчерашнем видео парень подзывает блондина к себе. Феликс неуверенно встает, сердце колотится в бешеном ритме, ноги чуть подрагивают. Хван аккуратно берет его руку в свою и тянет на себя, а Ли и поддается, не сопротивляется даже. Старший разворачивает Феликса к себе спиной и придвигает за бедра ближе, расстояния между телами нет совсем. Руки Хван помещает на тазовые косточки, вызывая тем самым нервный вздох от Ликса. Часть проигрыша в песне совсем медленная и движения соответственно будут не резкими, Хенджин все рассчитал под умения парня. Два тела слились в одно целое. Хенджин руками управляет парнем как кукловод, заставляя его двигаться плавно. Феликс спиной и тазом чувствует жар тела парня сзади, чувствует как тот из-за всех сил делает эту волну, на которую Ли вчера и залип. Окно в комнате немного запотело от частого дыхания младшего. Воздух стал горячим, а по телу уже который раз пробегают мурашки, Хенджин дышит прямо в шею. Феликс не знает, куда деть руки, то опуская их на хёнджиновы ладони, то поднимая их по телу до самой груди, чтобы не мешали. Хван заметил неудобства, поэтому одну свою ладонь кладет на живот, у самой кромки домашних штанов, а другой сцепляет руки Феликса на его груди. Это была финальная часть. Хенджин находится рядом с пахом, вызывая у Ли чуть не истерику. Внизу живота ужасно ноет от возбуждения, да и горячее дыхание в шею добивает до конца. Музыка заканчивается, но Джин руки не убирает, на что Ли жалобно мычит. Атмосфера накаляется, в комнате неимоверно жарко. Может Феликсу кажется? Происходит то, что убивает Ликса. Бархатистый голос шепчет на уже красное ушко, что вызывает спазмы в животе, а ноги заставляет подкашиваться. – Феликс, я чувствую, что ты возбудился, – глаза младшего распахиваются, – Почему же ты ничего не чувствуешь? Ладонь Джина спускается по штанам, останавливаясь аккурат на бугорке, который успел образоваться. Младший в очередной раз вздыхает, уже вместе с совсем тихим стоном, что приятно ласкает слух Хенджина. Ликса разворачивают, потому что сам он этого сделать не в состоянии, вот-вот упадет, подхватывают на руки и несут на кровать. Хенджин опускается на мягкий матрас, а на коленях сидит Феликс, что сильно возбужден. Хван не думал, что его танцы настолько сексуальные, чтобы довести человека до такого, но это неимоверное радует. Джин припадает своими пухлыми губами к аппетитным феликсовым со страстным поцелуем. Руки блуждают по телу, найти свое место не могут. Феликс терпеть больше не может, поэтому мычит в поцелую, чтобы натолкнуть старшего к действиям. А последний не глупый, несколько раз просить не нужно. Руки, что оглаживали спину, переместились на ягодицы, немного приподнимают Феликса, чтобы спустить штаны. Руки Ли настолько трясутся от желания, что путаются в шелковистых светлых волосах старшего, оттягивая немного назад голову. Штаны вместе с бельем спущены, на что Ли стонет своим глубоким голосом прямо на ушко Джина, не хватало еще чтобы их услышали. Хенджин одним пальцем дотрагивается до красноватой головки небольшого члена, заставляя блондина дрогнуть от ощущения. Пару раз еще старший касался головки, наблюдая как Ли содрогается, но дразнить совершенно не хотелось. Феликс запомнит тот момент, когда вместе с поцелуями, которые перешли на шею, на всю длину опустилась холодная ладонь. Ощущения неимоверные, контраст температур заставляет закусить ребро ладони лишь бы не застонать в голос. Впервые парни были открытыми друг перед другом, отдаваясь без остатка. Хенджин пытался запомнить такого Феликса, впечатывая этот образ на подкорку сознания. Большой палец стимулировал головку, из которой уже вытекало семя. Губы оставляли на чувствительной шее и плечах поцелуи-бабочки, а другая рука сжимала талию, на которой останутся синяки. Ликс цепляется за спину Джина, царапая её даже через кофту. Проходясь по всей длине вверх-вниз, Хенджин почувствовал, как руки на его спине сжимаются, да и сам Ли напрягается. Перед глазами у младшего звезды. Дыхание сбито напрочь. Ноги уже давно затекли от такого положения, но это не так важно сейчас. Хенджин отчаянно впился губами в уже истерзанные губы Ли, напористо проходясь по ним языком и запуская его вовнутрь, теряясь в головокружительном оргазме. Ликс не перестает стонать на ухо, иногда вылизывая ушную раковину и прикусывая мочку с сережкой, оттягивая ее вниз. Движения прекратились и тут до Феликса доходит. – Хен, а ты как…, – Джин трепетно поглаживает спину блондина, пытаясь успокоить его и привести в чувства. – Не переживай, Ликси. Такая мимолетная, даже не законченная фраза вызывает спокойствие. У Хенджина всегда все под контролем, Ли в этом уверен. Еще пару минут парни сидели и слушали дыхание друг друга, наслаждались моментом. Феликс, отдышавшись, пустился поцелуями по шее Хенджина, на что старший откинул голову чуть назад. Это были мимолетные, мягкие поцелуи, не предвещая последствий, это оба поняли без слов. – Ликс, пора вставать, сейчас все засохнет, – от таких слов Феликс смущается. Опять. Младший все же слез с Хвана, протягивая салфетки, что лежали на столе. – Не спрашивай, – отрезал Ли, чтобы избежать лишних вопросов по этой теме. Хенджин лишь ухмыльнулся на это, мысли сами заполнились тем, как Ли пускает руку под домашние шорты, наглаживая вставший орган. Делал ли Феликс это после того видео вчера? Вопрос останется незаданным. Парни вытерлись и сели обратно на кровать все еще загнанно дыша. – Откуда у тебя те рисунки, – указывает пальцем на стену напротив. – Хан подарил. Он хорошо рисует, давно этим увлекается. Хенджин встал с насиженного места, чтобы подойти к листкам на стене поближе и все рассмотреть. Действительно, выглядело неплохо. Там были разные рисунки. Как совсем скетчи, так и полноценные акварельные этюды. Хван боковой стороной указательного пальца провел по одной картинке, лаком не покрыл, а если выцветет, пронеслось в голове блондина. Феликс лишь стоял позади, наблюдая за сосредоточенным лицом старшего. Ни одна мышца на его лице не дернулась за все время. Ни одна эмоция не появилась. Ему не понравилось? Красиво же вроде. Ли всегда удивлялся таланту друга, замечая, что на уроках он чаще всего не слушает учителя, а рисует что-то на листке. – Тебе не понравилось? – Ли решает задать волнующий вопрос. – Он тебя когда-нибудь рисовал? – вопросом на вопрос. Ликсу на секунду показалось, что Джин ревнует, но когда увидел его взгляд, эта мысль сразу отпала. Феликс отрицательно помотал головой. Никогда он не получал от друга листочки с его изображением. После ответа Хван направился к столу, что стоял у окна. В первом ящике он сразу нашел листок, а в подставке на самом столе увидел карандаш. Ликса пришлось усадить на кровать лицом к окну, чтобы было больше естественного света, а самому сесть напротив. Подложив под листок первую попавшуюся книгу, Джин начал творить. Легкими движениями кисти он управлял карандашом, то сильнее надавливая на него, создавая толстую линию, то совсем невесомо проходился по рисунку, делая небольшой штрих. Ли сидел смирно, боясь своими движениями испортить рисунок, но старший был к нему не так строг. Через некоторое время Хенджин провел свой последний штрих, заканчивая на этом скетч и поворачивая листок к парню. – Хен! Да это потрясающе! Почему ты не говорил, что хорошо рисуешь? – младший сиял от радости, не зная как передать все чувства. В конце своих слов Ли накинулся на Джина с крепкими объятиями, чуть ли не душа. – Эй, задушишь же, кто тебя рисовать будет? – смеется Хенджин, обнимая парня за талию и откидываясь назад на подушки. Ли пискнул от неожиданности, но уткнулся холодным носом в горячую шею, совсем тихо смеясь. Так они пролежали некоторое время, нашептывая друг другу нежности на покрасневшие уши. Иногда парни совсем невесомо целовались и сверкали улыбками после. Атмосфера в комнате была не то что романтическая, совсем нет, скорее нежная, потому что были лишь мягкие и теплые улыбки, глаза, наполненные любовью. Романтика это что-то с требовательными поцелуями, руки, во время которых пускаются дальше положенного. С взглядами, после которых хочется отдаться полностью. Конечно, там есть любовь, но совершенно не такая. Спустя некоторое время парни услышали стук в дверь, благо она была закрыта, и никто не смог войти. Это оказалась мама, зовущая их поесть, потому что уже вечер, а парни не ели ничего. Честно говоря, они даже не заметили, что проголодались. Им так хорошо вдвоем, что все остальные чувства отключаются, и остается только любовь. Спустившись на кухню, Феликс заметил, что родители уже поели и собираются выходить, а сзади появляются сестры, которых мама тоже позвала на ужин. Не смущать же молодежь своим присутствием, пусть побудут в компании сверстников. На ужин была курочка с рисом, что приготовила мама еще вчера, и множество закусок. В большой тарелке были нарезанные овощи, рядом с ней стояла тарелка поменьше уже с кимчи, ну и много соусов и специй. Всем же сразу не угодишь, поэтому каждый добавляет то, что пожелает. Сестры сидели и переглядывались между собой, лукаво улыбаясь, иногда еще и перешептывались, чем раздражали Феликса. Хенджин на них даже внимания не обращает, смысла в этом нет. У них есть свои секреты и темы для разговоров, зачем им мешать и смущать взглядом. Ли все поглядывает на девушек, ловя хоть один взгляд. Вот, наконец-то, Оливия посмотрела сначала на Джина, а после перевела взгляд на брата. Он смотрел прямо на нее, чем вызвал легкую улыбку. Оливия головой качнула в сторону Хенджина и показушно задергала бровями. Ли понял, что она имеет в виду, и закатил на это глаза. После он обязательно поговорит с сестрами, а пока надо поесть. Тарелки пусты, надо и в комнаты идти. Сестры парней выпроваживали, чтобы самим посуду помыть и поговорить о своем. Юноши поднялись в комнату, усаживаясь на кровать. Животы полные, потому что было много всего и вкусного, особенно курочка. Феликс опустил голову на плечо Хенджина, устраиваясь поудобнее. Взгляд его заприметил учебники, лежавшие на столе, которые Ли вытащил сразу после школы из портфеля. В голове пролетела мысль, что сейчас все хорошо, но на следующей неделе будут экзамены и что к ним стоило бы готовиться. – Джини, – парень кивнул головой в знак, что слушает, но от экрана телефона не отрывается, – Ты готовишься к экзаменам? – Я хорошо знаю программу за этот год, поэтому не готовлюсь. Ну, может, пробегусь по материалам и все. А что? Есть проблемы с этим? – Хван выключил телефон, немного поворачивая голову в сторону парня. Ли молчит, даже глаза не поднимает. Хенджин всегда был умным. Он знал все предметы на «отлично», чем и напрягал Феликса. Да и многих одноклассников, скорее всего. Еще он всегда участвует во всех олимпиадах, абсолютно во всех. Любой учитель может предложить ему участие, и он согласится. Ему это так легко дается или есть какой-то секрет, о котором никто не знает? А еще Хван невероятно красивый, с этим согласятся все, независимо от пола, будь это парень или девушка. Пройтись по коридору ему сложно, все оборачиваются и долго смотрят в спину, провожают взглядом. Некоторые даже пытаются снимать, на что Джин всегда недовольно смотрит, если замечает. Не будем говорить о том, что парень еще танцует и спортом занимается, чтобы держать свою фигуру в тонусе, хотя уже все сказано. Если посмотреть на Хенджина, то он воплощение всех фантазий. Идеальный профиль, лисий разрез глаз, светлая кожа, и эти чертовы пухлые губы, которые так и манят к себе. Пока Феликс думал обо всем этом, Хван неотрывно продолжал смотреть на него, ни в коем случае не торопил. Парень бы вечность наблюдал за этим милым создание. Как его длинные ресницы каждый раз опускаются, как приоткрытые пухлые губы почти незаметно дергаются, словно сказать хочет что-то. А его веснушки, вы вообще видели? Как только его могли за это оскорблять, видите ли «не такой». Хван вообще считает, что это его изюминка, она делает его правда отличным от других, но в хорошем плане. За это плохо говорить нельзя, ими стоит восхищаться. Люди, у которых есть веснушки – солнцем поцелованные. – Я еще не начинал готовиться, – после давящей тишины все же говорил Феликс. – И когда ты собирался начать? – Только сейчас вспомнил, – Хенджин встает с кровати, на что Ли раскрыл глаза в удивлении, и идет к столу, там как раз книги лежат. Старший берет учебник по физике, один из предметов на экзамене, и подходит обратно к парню. – Специальная теория относительности. – Я не знаю, – Ликс сразу понял, что от него требуют определения. Ну а зачем врать, если он и правда не знает. – Физическая теория, рассматривающая пространственно-временные свойства физических процессов. Закономерности проявляются при больших скоростях, сравнимых со скоростью света, – Хван даже в учебник не смотрит, наверное, он его для виду взял. Они с Феликсом тут надолго. Старший еще долго объяснял Ли тему, даже листок с ручкой взял, чтобы наглядно все показать. Физика поддавалась трудно, точнее тяжелее всего. В корейском основные правила он выучил и пообещал парню прорешать несколько упражнений из учебника. В математике тоже было трудно, но Джин все понятно объяснил, спасибо на этом. Вообще его парень очень хороший репетитор, в перерывах между правилами, чтобы мозг младшего не вскипел, Хван целовал Ли, нежно и трепетно. Конечно, после такого никакую математику решать не хотелось, но хоть какой-то стимул был. На дворе уже совсем вечер, солнце давно село, а парни все занимались. Ну, для первого раза достаточно, Феликс не глупый мальчик и сам понимает, что нужно готовиться к экзамену. В тот вечер, когда Хенджин ушел, младший просидел за подготовкой еще добрых два часа. Он просмотрел множество уроков на ютубе на разные темы и предметы. Все же Ли выпускной класс и стоит брать на себя ответственность, не нужно, чтобы его документы отдали родителям и ручкой помахали, мол, до свидания. Все каникулы Хенджин готовил Ли как мог, да и сам Феликс так много не занимался еще никогда. Каждый день он проводил за уроками по несколько часов подряд, потом отдыхал и снова за уроки. Из комнаты почти не выходил, на что родители удивились. Иногда, если была возможность, Джин приходил к парню домой, если такой возможности не было, парни занимались по видеозвонку. Эта неделя была адом для Феликса, в его голове всегда звучал голос, что он делает недостаточно. После этого парень занимался еще больше. В день экзамена Ли переживал неимоверно. Ему казалось, что все, что он учил в его голове уже нет, и он не сможет ответить не на один билет. Хенджин поддерживал его как мог. Когда их никто не видел, парень брал руку младшего, поглаживая совсем теплую ладошку, тем самым успокаивая его. Это помогало совсем немного, но все равно было приятно. Перед классом, в котором проходил экзамен по математике, столпилось много людей, вся параллель. В класс заходили по группам. К большому сожалению Хенджин был в другой группе и шел после Феликса. Чтобы успеть всех принять, сам экзамен сделали небольшим, всего несколько заданий и все, но задания были достаточно сложными, и к ним нужно было готовиться. На одну группу выделялось полчаса, не успел что-то сделать – твои проблемы, сдавай листок и выходи из класса, таковы были правила. Вот и подошла очередь группы Ликса. Напоследок Хван подошел к парню и нежно обнял его, шепча на ухо, что все будет хорошо, и он со всем справится. В классе была напряженная обстановка, все зашедшие ученики чуть ли не тряслись от страха. Все сели за парты и учитель начал раздавать листки с заданиями. У всех они были одинаковые, но если учитель заметит, что ты списываешь, тебя выводят из класса и возможно дадут шанс переписать, а может, и нет, уже смотрят на твою успеваемость. Феликс всегда хорошо учился, но мало, что знал по программе. К тестам и контрольным он просто готовился и зубрил все, что мог, но на следующий день забывал все. С учителями он всегда хорошо общался, поэтому и отношения с ними были хорошие, оценки иногда моги исправить, если хорошо попросить и сделать милые глаза. В классе стояла гробовая тишина, было слышно только дыхание учеников и, кажется, кровь, которая переливалась в теле. Задания были не самые сложные, как казалось сначала. Феликс успокоился и в размеренном темпе решал логарифмы. Только вчера он созвонился с Джином и прорешал несколько. Ли знал, что Хенджин сейчас за него переживает и держит кулачки, чтобы его парень все написал. Младший сдает работу даже раньше времени. Он никогда не сидел слишком долго, проверил один раз и достаточно. Если он что-то не знает, ответ сам не придет, нужно было учить, чтобы в голове что-нибудь было. Выходит он из кабинета с тяжелым выдохом, как будто не дышал все это время. Слева от двери стоит Хван и несколько человек из его группы. Хенджин поднимает голову, чтобы узнать, кто осмелился выйти раньше времени, и видит своего парня. Глаза на лоб полезли, кого-кого, а Феликса он не ожидал перед собой увидеть. Парни только отходят от толпы людей, которые что-то повторяют и Ли накидывается на старшего с объятиями. Нуждающимися объятиями. – Как все прошло? – первое, что спрашивает Джин. – Лучше, чем я думал. И все, больше они не говорили, только стояли в объятиях, наслаждались друг другом. Подошло время для группы Хвана. Он и так все знал, и Феликс был уверен, что он напишет на высший бал. Конечно, нельзя сказать, что Хван совсем не готовился. Перед тем, как объяснить тему блондину, старший сам повторял ее, и если нужно было, прорешивал. Так он и сам повторял и парня готовил. Написал Хенджин все минут за 20 и вышел из аудитории. Феликс его дождался, и они вместе решили зайти в какую-нибудь кофейню и выпить по вкусному свежему кофе и насладиться выпечкой. Выходя из здания школы, воздух кажется свежее и дышится легче. Впереди еще три дня и три экзамена, но уже не так страшно. Хоть на улице и холодно, хочется подольше на ней находиться, а не заходить обратно в помещение, хоть в нем и очень вкусно пахнет. Хочется дышать свежим морозным воздухом. Хочется, чтобы солнце светило прямо в глаза, согревая хоть немного. Хочется, чтобы нос покраснел от мороза и его согрели теплым поцелуем. Всего этого так сильно хочется. В кофейне пахнет только что сваренным кофе и сладкими десертами. Как только входишь в помещение сразу так тепло на душе. Ты заходишь туда не один, чтобы скоротать время и насладиться обществом посторонних людей, впитывая их энергию на несколько дней. Ты, а точнее Феликс, входит в его любимую кофейню, в которую он много раз заходил после школы, чтобы немного отдохнуть с любимым человеком. Слева от него идет его парень, Хван Хенджин, самый красивый в школе и во всем Сеуле. Он широкоплечий, статный, спортивный и самое главное умный. Но он не зубрила, с которым даже общаться не хочется, нет, с ним наоборот, хотят общаться все, но не всех он подпускает к себе. А Феликса подпустил, и этому младший будет благодарен всю жизнь. Запах кофе врезается в нос, впитывается в одежду, что потом стирать жалко, и самое главное поселяется в сознании, что потом не сотрешь его. Парни прошли за небольшой столик на двоих и сделали заказ. Пока его готовили они стали разговаривать обо всем подряд, что только в голову придет. Речь зашла о предстоящем празднике. – Ты дома будешь праздновать Новый Год? – интересовался Хенджин. – Ну, это уже как традиция. А что, есть варианты? – и так ехидно улыбается. Невозможно не улыбнуться в ответ. – Если я скажу, что есть, ты нарушишь традиции? – Феликс кивнул головой в знак согласия, – Ну, родители 30 декабря улетают в другую страну, чтобы там встретить. Меня они тоже позвали, можно назвать это традицией, всегда так было. Что им в Корее не сидится. Не суть, я не согласился, потому что не хочу никуда. И у меня свободно, хотел с тобой встретить, что скажешь? – Ли внимательно слушал и уже придумывал, что сказать своим родителям. Папа то отпустит, а вот с мамой проблемы могут быть. Ну, если он пойдет к Хенджину, мама же не будет против, правда ведь? Пока они обсуждали, что будут говорить маме Ли, парням успели принести заказ. Кофе оказался очень вкусным, не зря место популярное и всеми любимое. Джин предложил самому сказать маме, чтобы Феликса она точно отпустила. Старшего ведь она очень любит, а если сказать, что он помог ее сыну с подготовкой, то она вообще к старшему жить отправит. На перевоспитание так сказать. Попив кофе и перекусив, юноши отправились к Ликсу домой. Там никогда не было, а подготовку к завтрашнему экзамену никто не отменял.