Сингулярность

       Рывок, другой. Следующий промежуток между крышами был слишком большой — даже с их возможностями. Она еще не восстановила форму, а душа все так же не откликается. Впрочем, у нее всегда были способы избежать своих знакомых уязвимостей.       Отслеживающие её передвижение юниты Процесса рванули вверх, формируясь прямо на пути, скользя по лианам фотосинтезирующих Ростков.       Первая функция, беовульф, успела только схватиться за ограждение у крыши, прежде чем через в его затылок вбилась коса. Не меняющая скорости Ред лишь перемахнула через перила, переходя в открытое падение. Хрустнув черепицей, острие лезвия освободилось из крыши, импульсом подбросив неподвижную, все еще пригвожденную тушу как раз за спину.        — Иницирую. — В последние секунды свободного полета лезвие освободилось из резко ускорившей свое разрушение туши. Повышенное сияние и «зашумление» пространства заставило её зажмурить глаза, а следующих сформированных Функций — зависнуть на необходимую им секунду. Финальная стадия «взрыва» дала необходимую скорость для Ред: Завершив круг своей Косой, она вгрызла его острие в очередной карниз. Падение остановилось, тогда как внизу медленно распадались разбитые в оглушении Функции.       Ускорение распада Функции — довольно практичный код, который они смогли собрать, вспоминая их прошлые действия. Ей черезвычайно нравилось иметь похожую на свою технику использования сторонних импульсов для коррекции своего движения. Минимум усилий, максиму-       Продолжающая бежать ред в последний момент скользнула в пол, в сантиметре отклонившись от лизнувших воздух языков пламени. Источника… Не было. Растерянно оглянувшись из своей позиции, она не заметила даже активных Функций: Лишь кипящее марево за краями покрытой почерневшей черепицей крыши.        Громкий хруст от его оружия заставил её отвлечься от созерцания горящего, невидимого ада: Сеть мелких трещин покрывала рукоять, тогда как ранее зеленое лезвие тревожно мигало красным.        — Р-ред, отходи-        Сперва все замедлилось. Еле видимые зачатки языков огня медленно остановились в воздухе, позволив заметить их полупрозрачный контур. Все медленнее и тяжелее, вплоть до полной остановки всего… Кроме неё.        В последние миллисекунды затишья она медленно сжала рукоять.       Все просто становилось быстрее. Шаг — и ты летишь с той же скоростью, что и мир вокруг, просто успеваешь больше чем обычно. Больше движений, шире шаг        Мир одним, огромным ударом содрогнулся, в мгновение исторгнув черноту вокруг Ред и дальше: в окружающий ее мир. Миг — и прежде иссиня черный мир покрылся яркими, сияющими точками, бесконечно мерцающих и сокращающихся во всем обозримом ей пространстве. Её пульс распостранялся, заставляя дрожать это звездное небо в такт, синхронно с ее вздохом.       Как только она срывалась в бег, её существо компенсировало скорость мышления жертвой внимания к миру вокруг. Она становилась быстрее, голоса людей не тянулись патокой, но были абсолютно невменяемы. Мир превращался в беспорядочный мазок красок вне её фокуса.       Протянутая к окружающим ее звездам рука словно погруженная в воду, медленно проплыла с своей изначальной позиции. Замерзшая в мгновении Ред неторопливо переводила взгляд с одной пульсирующей точки на другую, обнажая для себя все большие оттенки их сияния, откликающиеся даже на движение ее взгляда. И… Гул       Замерший мир пел. Без слов. Без ритма. Только пульс её сердца, только её утерянный голос омывал окружающую прекрасную пустоту. Резонируя сквозь тонкие, керамические лепестки ростков Процесса, знакомый звук, знакомая мелодия росла с каждым мгновением, достигая новых оттенков при соприкосновении с каждым плывшим в пустоте объектом.       И как бы она не наслаждалась движением, своей уникальностью и особенностью души… Никто, кроме самого обладателя проявления никогда не узнает тех деталей, что заставляют рано или поздно выйти из своего проявления. Её разум отрезал все, заполняя освободившееся место скоростью реакции и мышления. Каждый ее бег был лишен возможности восхищения. Возможности созерцания. Способности… Осмыслять.       Она провела вечность в этом первом мгновении, вслушиваясь в свой мягкий, утраченный и вновь музыкальный голос, закрыв глаза. Единственная вещь, что побудила её возобновить течение времени — последние слова её друга перед Пробуждением её? Его?.. Их души.        Открыв глаза и вновь узрев смутное сияние, она нежно объяла ладонью рукоять, прилагая минимум усилий. Ленивое движение косы убрало лезвие от ранее обнявшего его лепестка огня, в мгновении видного столь же отчетливо сколь и все окружение.        Столь же постепенный перехват рук вокруг косы наставил оружие острием на ранее невидимую Функцию. Скрученный от жара локон исторгал Код Пламени, заставляя окружающие его точки тревожно мерцать красным. В глубине конструкции горел Огонь. Цель найдена.        Беззвучно выдохнув, она замерла, ища источник ее бесконечного мгновения.       Она жалела потерю своего проявления, страдала от потери своей души и ауры. Но в то же время… Она наслаждалась своей способностью воспринимать мир шире        — И. — Резко замолчавшее лезвие описало мгновенный круг вокруг своей оси, не найдя сопротивления. Спустя миг, Марево отступило, а вместе с ним и ростки процесса, ранее обожженные враждебным Кодом. — Ред.       Вновь начавшая дышать Ред лишь с восторгом посмотрела на свое оружие.        — Повтори это еще раз. — Мерное мерцание Лезвия снизило такт, повысив глубину своего света, приятно освещающего прекрасную пустоту.        Да, у них мало времени.        Да, у них много дел.        Они лишены еще большего.        Но когда они не были?        И теперь весь мир и правду может подождать.