Фёдор и Флинн

Флинн, Пегс и Касим были в чайном баре. Вечернее солнце скользило по вагону, бежало лучиками по столам, преломлялось в стаканах, блестело на банках с напитками. Было хорошо и спокойно. Как всегда, во Всемирном Экспрессе. Все втроём они увлечённо разговаривали о чём-то. — Не думала, что у Берта Вильмау настолько крыша поедет, — пробормотала Пегс, отпив из банки пряного имбирснафа. Флинн невольно хихикнула. Эти доводы её подруга изрекала уже очень давно. — Серьёзно, не думала? — спросил Касим. Он наклонился к Пегс и продолжил: — Как по мне, мяучело уже давным-давно свихнулся, разве нет? Этой беседой о странном, боязливом преподавателе Поведения они были заняты давно. И все трое уже собирались вернуться в спальные вагоны, чтобы продолжить разговор в их с Пегс купе, когда дверь за спиной Флинн, ведущая в столовую, с шумом открылась. Она не успела обернуться, когда, по выражению лица Пегс и тихим словам Касима: "Вы только посмотрите, кто это к нам пожаловал", — поняла, кто зашёл в вагон. Флинн уже хотела обернуться, когда сзади к ней кто-то прижался. Запах копоти и персиков мгновенно пробрался в душу и, словно бы невзначай задев сердце, заставил его встрепенуться. Испачканные сажей руки обвили её талию, отчего Флинн невольно затаила дыхание. Только… ей показалось или его обычно сильные руки сейчас как-то тяжело опустились на её живот? — Привет, Фёдор, — поздоровалась она, вопреки воззрившимся на них Пегс и Касима. — Привет, — почти прошептал он, уткнувшись носом в её волосы. Флинн чувствовала его губы у себя на макушке, чувствовала, как он глубоко вдохнул, обняв её талию чуть крепче. Но с этим жестом она заметила, что его руки были непривычно горячими. А эта усталость, с которой он прижался к ней… он так сильно вымотался за день? И почему же он поступил так, несмотря на присутствие её друзей? — Что-то я не совсем понимаю, — пробормотал Касим, глядя на них с каким-то странным прищуром. Будто он уже собирался поставить все ролинги на то, что, ещё пара минут, и объятия Фёдора станут крепче и гораздо ближе. Пегс же смотрела на них слегка восторженным взором. "Он тебя обнял! Обнял! Несмотря на то, что мы здесь!" — словно бы говорили эти искорки в алых глазах. Но вопреки интересу этих двоих, Флинн понимала, что Фёдор пришёл к ней не просто так. А раз уж он осмелился обнять её вот так при них, значит, ей нужно срочно остаться с ним наедине. Потому что ещё чуть-чуть, и она не сумеет сдержаться, после чего обернётся и бросится ему на шею. Лишь бы быть ближе к нему, вдыхать его запах… — Вы идите, — проговорила она, скользнув кончиками пальцев по горячим рукам Фёдора. Она сжала его ладони, из-за чего он лишь сильнее уткнулся носом в её волосы, — а я вас потом догоню. Пегс была явно разочарована такой просьбой, было ощущение, что она хотела ещё понаблюдать за ними. Касим же лишь слегка насупился, словно решив, что со спором насчёт объятий Флинн и Фёдора придётся повременить. — Я приду в купе, — попыталась заверить их Флинн. Касим приоткрыл было рот, будто собираясь сказать что-то, как Пегс, схватив его за плечи, примерно насильно вытолкала в тамбур между чайным баром и библиотекой. "Ладно, — сказала она, перед тем, как дверь за ними закрылась, — только учти, что мы тебя ждём". Флинн была удивлена такому действию со стороны подруги, но и бесконечно благодарна за понимание. — Что-то случилось, Фёдор? — спросила она, повернув голову к парню. Но тот лишь покачал головой. — Нет, — сказал он, не торопясь отстранившись от неё. — Я просто услышал вас и решил заглянуть… — Услышал? — переспросила Флинн. Разве у вагонов не идеальная звукоизоляция? Теперь Флинн могла рассмотреть его в полный рост и… она даже слегка нахмурилась, заметив его потухшие глаза. И то, как он слабым движением провёл рукой по затылку. — Я вышел в ближайший тамбур, чтобы, — Фёдор осёкся и шумно выдохнул, — чтобы проветриться… Какой-то он уж слишком уставший… даже не уставший, а… сейчас он был словно выжатый лимон. И это вызвало беспокойство. — Пошли в складской, — вопреки всему предложила Флинн. Она видела, что Фёдор уже с трудом держится на ногах. Парень выдохнул с облегчением. — Пойдём, — хрипловато сказал он. Флинн совсем не понравился этот хрип. И то, как Фёдор глухо откашлялся — тоже. Она взяла его за руку. Горячая… почему? Потянула его за собой. Теперь Флинн хотела поскорее дойти до складского и во всём разобраться. Но в тамбуре Фёдор остановился на несколько секунд. Флинн видела, как он глубоко вдохнул свежий воздух после дождя. На пару мгновений ему будто стало легче. Но это чувство было слишком мимолётно. — Пойдём, Флинн. — Он улыбнулся ей, но она видела, с каким трудом ему это далось. А заметив её хмурый взгляд, добавил: — И не смотри на меня так. Вдвоём они прошли вагон-столовую, кухню и хозяйственную часть. Несколько павлинов в столовой бросили в их сторону внимательные взгляды, но Флинн этого не видела. Её волновало совсем не это. Фёдор, идущий чуть впереди неё, тяжело ступал по полу и передвигался не так бодро, как это было обычно. Если раньше Флинн с трудом поспевала за ним, то сейчас ей не составило бы это никакого труда. Пусть он и пытался вести себя как обычно, она с ужасом заметила, как, уже в хозяйственной части, он пошатнулся. Наконец Фёдор с шумом откатил дверь в складской. Флинн зашла вслед за ним, внимательно наблюдая за каждым его движением. Он подошёл к приоткрытому окну и, правой рукой тяжело опершись об стену, опустил взор. Фёдор часто дышал, в движениях не было силы и уверенности. Волосы взъерошены, будто последнее время он слишком часто запускал в них покрытую сажей ладонь. Тёмные глаза было явно трудно держать открытыми. Он был каким-то побитым… Флинн уже открыла было рот, чтобы предостеречь его и попросить его так не переутруждаться, как внезапно Фёдор медленно съехал по стенке на пол. — Фёдор! — испуганно воскликнула она, бросившись к нему. Флинн упала рядом с ним на колени и в тот же момент подхватила его под руки, из-за чего тот невольно уткнулся носом ей в плечо. — Фёдор, что случилось? — беспокойно спросила она, обняв его. Он тяжело и часто дышал, и Флинн не только слышала, но и чувствовала это. Он был действительно слаб. Даже выпрямиться толком не мог и единственное, что ему оставалось — это бессильно прижаться к Флинн, позволив ей придерживать его. — Я просто… вымотался… за день, — выдохнул Фёдор, с трудом попытавшись подняться, но Флинн его остановила, вновь прижав к себе. — И почему мне кажется, что дело не только в этом? — строго спросила Флинн. Она положила ладони на его непривычно горячие щёки и приподняла его голову, заставляя посмотреть ей в глаза. Но Фёдор поспешно отвёл взор. Только Флинн было достаточно даже мимолётного взгляда, чтобы заметить, как погасли искорки в его глазах. — Всё нормально, — прохрипел он, невольно прижавшись щекой к ладони Флинн. Но Флинн так не считала. Его слабость, горячие руки и щёки, хриплый голос, частое дыхание… — Ты заболел, Фёдор! — беспокоилась она и, несмотря на его попытки отстраниться, посмотрела ему в глаза. — Нет, Флинн, — поспешно возразил парень. Он тяжело вздохнул и опустил взор. — Я просто устал… — Эта слабость не похожа на твоё обычное состояние после рабочего дня. — Сегодня работы было больше, — прохрипел Фёдор, не глядя на неё. — Пришлось без перерыва… — У тебя жар! — прервала его Флинн. Она правда явственно чувствовала, как горят его щёки, а когда она провела ладонью по его лбу, кончиками пальцев коснувшись его тёмных волос, по ощущениям, чуть не обожглась. — Я работаю рядом с печью. — Ты хрипишь! — Надышался сажей… Все его оправдания были логичны. Но Флинн не верила почти ни единому слову. Может, если бы он буквально только что не съехал по стенке на пол и не свалился ей на грудь, она бы ещё могла допустить, что это просто усталость, но сейчас… — Флинн, — почти прошептал Фёдор, словно чувствуя напряжение подруги, — я просто устал за день… честно… — Он с тяжёлым вздохом уткнулся носом ей в шею. — Позволь мне… просто отдохнуть… совсем немного… — Фёдор, — пролепетала Флинн, крепко обняв его. Голос её дрожал, но она не замечала этого. — Ты только не волнуйся, — попросил он. Флинн показалось, что ему было стыдно за своё состояние на данный момент. Она обняла его крепче, буквально прижав к себе, из-за чего Фёдор отрывисто выдохнул. — А ты не пугай меня так больше, — прошептала она, уткнувшись носом в его волосы. От них пахло сажей и маслом, но этот запах был для Флинн настолько родным, что она была готова дышать им вечно. — Прости… Так они и сидели на полу у стены, прижавшись друг к другу. Флинн не хотела отпускать Фёдора, словно боясь, что если она ослабит хватку, то его у неё отберут. А Фёдор, хрипло дыша, положил голову ей на плечо, прикрыв глаза. Флинн гладила его по затылку, запускала кончики пальцев в его волосы. Она не знала, чем ещё может ему помочь. Он так уверял её в том, что это просто усталость, что она даже начала верить в это. По крайней мере, на это хотелось надеяться. Флинн помнила, что её ждут Пегс и Касим, но что ей было делать, когда она так нужна Фёдору? А он нужен ей. Она не хотела оставлять его одного. Она просто боялась за него. — Флинн, — проговорил Фёдор, словно почувствовав, как она ещё плотнее прижала его к себе, — прекрати так волноваться… Флинн ничего не ответила. Она лишь прижалась губами к его горячему лбу, отчего Фёдор невольно зажмурился. — Тебя ведь ждут, — с тоской проговорил он, не глядя на неё. — Ты хочешь, чтобы я… — начала было Флинн. Именно этого она боялась. И как Фёдор мог сейчас волноваться об этом? — Ни в коем! — запальчиво возразил он, чуть приподнявшись. Флинн не могла не испугаться, услышав в его голосе хрип. А когда он закашлялся, она порывисто прижала его к себе. — Ты мне нужна, Флинн… Этот робкий шёпот и то, как он бессильно опустил голову ей на плечо, не могли не растрогать Флинн. Она сомневалась, что этот кашель вызвала обычная сажа… Спустя всего несколько секунд Флинн отдалённо услышала шум гонга, а в вагоне мгновенно погас свет. Лишь зеленоватое дежурное свечение жутковато проскользнуло в складской. — Если тебя обнаружат здесь, — начал Фёдор, — то тебе может… — Да мне плевать! — запальчиво воскликнула Флинн. Как Фёдор мог переживать за то, что ей может влететь? Почему сейчас он волновался за неё, вопреки собственному состоянию на данный момент? Флинн, мягко отстранив от себя Фёдора, который устало прижался к стене, встала на ноги. — Я ни за что тебя тут не оставлю! Она схватила с гамака плед с пятнами сажи на нём и, вновь сев рядом с Фёдором, накрыла их обоих тонкой тканью. — Флинн, — даже с каким-то умилением выдохнул Фёдор, когда она вновь притянула его к себе. Он уткнулся носом ей в шею и глубоко вздохнул. — Спасибо, что заботишься обо мне… — Не за что, Фёдор, — прошептала она, обняв его лишь крепче. — Только выздоравливай, пожалуйста… — Я не болею, Флинн, — сказал он, сжав под пледом её руку. Хотя этот жест получился далеко не таким крепким, как обычно. — Я всего лишь устал. Флинн правда надеялась на это. Она всем телом прильнула к Фёдору, не переставая обнимать его. Если это правда всего лишь усталость, и завтра он, проснувшись, будет как всегда бодрым и сильным, то она будет рада. А если нет… об этом Флинн даже думать не хотела.