Знакомство с родственниками

      Между тем лес закончился, Майбах въехал в каменистую долину, и некоторое время спустя ошеломлённый Цзышу увидел высокую ограду, сложенную из серых неправильной формы огромных глыб, и гигантские серые ворота, расписанные причудливым белым узором. Цао Вэйнин посигналил, створки ворот разъехались в разные стороны. Привратник, одетый в какую-то ярко-красную хламиду, с белой треугольной маской на лице, низко им поклонился. — Лао Вэнь, я думал, что праздничные маскарады уже прошли? — Цзышу вопросительно посмотрел на Вэнь Кэсина. — Это униформа, — сквозь зубы сказал тот. — Все слуги в таком ходят? — изумился Цзышу. — Ну да! — радостно пояснил Вэйнин. — Иначе их не видно будет. Это призраки низшего уровня, они бесплотны. — Понятно, — сказал Цзышу, хотя понятно ничего не было от слова «совсем».       Майбах проехал по асфальтовой дороге, обсаженной кустами цветущей густо-лиловой сирени, и припарковался у двухэтажного большого дома, облицованного светло-серым кирпичом. Перед ним была большая клумба, вся заросшая сорняками, и Цзышу неодобрительно на неё посмотрел. Их дом утопал в цветах, любовно выращенных Цзышу, и бесхозная клумба, безусловно, требовала немедленного вмешательства. На крыльце стоял невысокий полноватый человек в темно-зелёных одеждах. На его одутловатом лице выделялись полные блестяще-зелёные губы. — Приветствую молодого господина и его друга! — он склонил голову. — Это наш дворецкий, призрак Перемен, — представил его Вэйнин, видя, что Вэнь Кэсин упорно молчит. — Интересный макияж, — заметил Цзышу, с любопытством разглядывая странного дворецкого. — Никогда не видел такого оригинального оттенка помады.       Дворецкий бросил на него злобный взгляд, но ничего не сказал, только взмахнул рукой, и в полутёмном холле возникли две одинаковые фигуры с вытянутыми бледными лицами в странных высоких шапках, одна полностью белая с флагом в руке, другая чёрная с косой. Они упорно смотрели вниз, будто не осмеливаясь поднять глаза на приехавших. — Отнесите вещи… — Все вещи отнесите в мои покои, — перебил его Вэнь Кэсин, подавая, наконец, признаки жизни. — А-Сюй, тебе надо отдохнуть с дороги!       Фигуры без собого труда подхватили чемоданы и, как показалось Цзышу, поплыли вверх по лестнице. Впрочем, приглядеться, как следует, он не успел, потому что где-то справа дверь грохнула так, что ударилась о стену, и на шею Вэнь Кэсину бросилась девушка в длинном лиловом платье. — Гэ! Почему так долго не приезжал! Знаешь же, что я беспокоюсь!       Через плечо Вэнь Кэсина она увидела Цзышу. — О! Привет! — Это моя сестра Гу Сян, — сказал Вэнь Кэсин, обнимая девушку. — А это Чжоу Цзышу… — Будущий муж гэ! — радостно сообщил Вэйнин.       Цзышу закашлялся, он всё никак не мог осознать стремительный переход из бойфренда в женихи. — Что-то он очень бледный и худой, — с сомнением сказала Гу Сян. — У него что? Чахотка? Глядишь, и до свадьбы не доживёт. — А-Сян! — Вэнь Кэсин стукнул сестру по макушке. — Что за бредни ты несёшь! — Ну, подумаешь, не доживёт до реальной, делов-то! — обиделась Гу Сян. — Тётушка Ло устроит тебе призрачную свадьбу с этим чахоточным.       Цзышу с изумлением увидел, как Вэнь Кэсин закатил глаза. Вообще-то это была его фишка! — Нам надо отдохнуть с дороги! Спустимся к обеду!       Вэнь Кэсин решительно взял Цзышу за руку и потащил по лестнице на второй этаж. За их спинами Гу Сян спрашивала мужа: «Нет, а что я такого сказала?!» Тот успокаивающе что-то бормотал в ответ.       То, что Вэнь Кэсин называл «мои покои», оказалось тремя комнатами приличных размеров. Гостиная с мягкими диванами и креслами, с роскошным персидским ковром на полу, в котором нога утопала по щиколотку, с французским окном, выходящим на большой балкон, уставленный вазонами с яркими цветами, сразу понравилась Цзышу. Но ещё больше ему понравилась спальня, в центре которой под балдахином стояла кровать тёмного дерева, увидев которую, Цзышу восхищённо присвистнул. — Лао Вэнь! Мы, правда, будем на ней спать? Это же произведение искусства!       Третья комната оказалась ванной с пушистыми полотенцами и нежнейшими белыми банными халатами. На золотистом комоде с львиными лапами, стоявшем под огромным, в полстены, зеркалом, теснились многочисленные шампуни, кондиционеры для волос, гели для душа. — Пожалуй, мне надо помыться с дороги, — решил Цзышу. — Присоединишься? — он подмигнул Вэнь Кэсину. Но тот с тревогой смотрел на него. — А-Сюй! Всё в порядке? — Ты про сестру? Прямолинейная девушка. Мне нравится, она что думает, то и говорит. Я, и правда, похудел после болезни, никак не могу прийти в норму. Но врачи утверждают, что свежий воздух и здоровое питание творят чудеса. — Я не об этом! — отмахнулся Вэнь Кэсин. — Ты ничего не хочешь спросить? — Хочу! — оживился Цзышу. Вэнь Кэсин ощутимо напрягся. — Как ты думаешь, раствор, которым Вэйнин поливает папоротники, подействует на обычные цветы? Я бы хотел, чтобы клумба перед нашим домом сразу вся зацвела. Было бы здорово!       Вэнь Кэсин открыл рот, закрыл его и вышел, махнув рукой. Цзышу со вкусом закатил глаза. Жаль, что рядом никого не было, чтобы заценить, как красиво он это делает! Гораздо лучше, чем Вэнь Кэсин! Потом он понюхал шампуни и гели, выбрал шампунь с лёгким цветочным ароматом, гель, приятно пахнувший сиренью, и зашёл в душ. Гель оказался легко пенящимся, Цзышу с удовольствием намылил себя с ног до головы, мазнул мочалкой по лицу, а когда смыл воздушную пену с глаз, увидел какого-то бледного мужика в светло-серых одеждах под цвет его физиономии, с двумя тощими косичками, перекинутыми на грудь. Мужик стоял посреди ванной комнаты и пялился на Цзышу. — Твою мать! — заорал Цзышу, пытаясь прикрыться мочалкой. — Что ещё за хрен с горы? — Сам ты хрен! — обиделся мужик. — Я — Развратник! — Это я вижу и без пояснений! Нормальный человек не полезет в душ подглядывать за голыми людьми! Только не говори, что ты тоже родственник Вэнь Кэсина! — Дальний, — сообщил Развратник. — Я ему пятиюродный дед. И мне твои костлявые прелести на фиг не сдались. Я вообще-то по красивым девушкам. Мне округлости нравятся.       Он мечтательно вздохнул и обрисовал руками, какие именно округлости его впечатляют. — Тогда что ты здесь забыл?! — Я за девушками не могу подглядывать, — хмуро сказал Развратник. — Ло Фумэн сказала, что, если узнает, мне всё лишнее отрежет.       И он показал на себе, что именно ему отрежет Ло Фумэн. — Придётся за тобой. На безрыбье, как говорится… — А-Сюй! С кем ты разговариваешь?       Вэнь Кэсин заглянул в ванную. Увидев Развратника, он побагровел так, что Цзышу испугался, что его лао Вэня сейчас хватит удар, и поправлять здоровье им придётся уже вдвоём. Развратник же, заметив Вэнь Кэсина, вмиг позеленел, съёжился и стремительно провалился под пол. — Ну, всё! Это был твой последний день на Земле, поганец! — прошипел Вэнь Кэсин и выскочил за дверь.       Цзышу с трудом сумел домыться, его душил смех.