Знакомство с родственниками

      Цзышу и Чэнлин сидели на тропе. Кругом было очень темно и очень тихо. Мрак рассеивал лишь свет фонарика, при котором Цзышу, как мог, обработал рану Чэнлина и перевязал её куском ткани, оторванным от нижнего халата. — Вы ведь чародей? — восторженно спросил Чэнлин, глядя на фонарик. — Я тоже хочу этому научиться. — Чему этому? — не понял Цзышу. — Создавать свет, проходить сквозь призрачные стены. Возьмите меня в ученики! Я буду делать всё, что вы скажете!       Он встал на колени перед Цзышу. — Старший брат работает в лавке отца, средний учится, чтобы сдать экзамен на чиновника, а меня родители мечтают выгодно женить, ищут богатую невесту. Но я не хочу такой жизни! Станьте моим шифу! — А-Сюй! Только ты мог забрести в Призрачный лес и отыскать там себе ученика!       Вэнь Кэсин возник из тьмы, рывком поднял Цзышу на ноги и обнял его. — Как ты меня напугал! — тихо сказал он. — Ты понимаешь, что мог попасть в воронку времени и остаться там лет на триста, как этот глупый мальчишка? Я бы умер с горя, а-Сюй! Ты мой чжицзи, жизнь без тебя не имеет смысла. — Лао Вэнь… — но договорить Цзышу не успел, потому что Чэнлин вскрикнул за его спиной. По всему лесу начали зажигаться алые огоньки почек папоротника. Они увеличивались на глазах, лопались с лёгким треском и распускались небольшими огненными цветами невероятной красоты. Цзышу от восторга потерял дар речи. — Вон там! Видишь? — сказал Вэнь Кэсин, дёрнув его за руку и возвращая к действительности. В свете алых цветов в глубине леса открылась небольшая круглая поляна, в центре которой рос папоротник, усыпанный красными и жёлтыми цветами, издалека он походил на рождественскую ёлку. — Эй, малец! Как там тебя? — Его зовут Чэнлин, — сказал Цзышу. — Чэнлин! Шифу возьмёт тебя в ученики, если ты пройдёшь испытание. — Я.я всё сделаю! — обрадовался Чэнлин. — Я даже волосы обрежу, как у шифу, и надену такую же одежду. — Наденешь как миленький, куда ты денешься! — пробормотал Вэнь Кэсин. — Но сейчас речь не об этом. Сейчас ты ляжешь на дорогу, закроешь глаза и будешь лежать так, пока мы не вернёмся. Понял? Если выполнишь это условие, станешь учеником шифу, он научит тебя включать свет и подарит мобильный телефон.       Чэнлин быстро закивал и улёгся на дорогу. Цзышу, покачав головой, подложил ему под голову свой рюкзак. Вэнь Кэсин легко провёл над мальчиком ладонью.       Они сошли с тропы и направились к полянке. Кругом мерцали алые огоньки. — Чувствую себя, как в сказке, — сказал Цзышу и поймал в ответ какой-то странный взгляд Вэнь Кэсина. — Что? Скоро же всё закончится? — Да, — Вэнь Кэсин улыбнулся. — Скоро всё закончится.       Царь-папоротник был прекрасен. Его роскошные красные и жёлтые цветы переливались в темноте, будто подмигивая Цзышу, приглашая подойти поближе. Цзышу оглянулся, Вэнь Кэсин кивнул. Цзышу осторожно сорвал жёлтый цветок и ахнул. — Лао Вэнь!       На землю легла золотистая полоска, она побежала куда-то вперёд, и вдруг Цзышу отчётливо увидел зарытый на опушке леса сундучок с золотыми монетами. — Давай, а-Сюй! Это всё глупости! Нам нужно вывести яд! — нетерпеливо сказал Вэнь Кэсин.       Он бросил веер, и вокруг них вспыхнул янтарём защитный круг. Вэнь Кэсин, скрестив ноги, сел на траву, Цзышу расположился напротив, отзеркалив его позу. — Положи цветок в рот, хорошо разжуй и проглоти, потом мы соединим ладони, и ты на какое-то время потеряешь зрение и слух. Не бойся, они вернутся. Тогда сразу возвращайся к Чэнлину на тропу.       Цзышу послушно разжевал и проглотил безвкусный цветок, затем доверчиво протянул ладони Вэнь Кэсину. — А-Сюй, когда будете возвращаться, помни, сходить с тропы нельзя. Как только заметите туман, бегите изо всех сил, если всё же услышите сущностей, кричите или пойте, чтобы заглушить их зов… — Погоди! А ты… Что ты несёшь вообще?! Лао Вэнь!       Цзышу дёрнулся, но было поздно: Вэнь Кэсин уже впечатал изо всех сил свои ладони в ладони Цзышу, и тот потерял способность двигаться.       Последнее, что услышал Цзышу, прежде чем провалился в темноту и тишину, были слова Вэнь Кэсина: — Старый монстр сказал, что скорее всего мне не вернуться из этого леса. А-Сюй! Ты самое дорогое, что когда-либо было у меня на этой земле, и я отдам тебе всё, что у меня есть. Цветок папоротника выведет яд тёмного морока только при условии, что кто-то пожертвует своей жизненной силой без остатка. Прости меня, а- Сюй! Я эгоист! Мне нет жизни без тебя. А ты другой! Ты сможешь жить дальше… Живи!..       Сначала вернулся слух. Цзышу услышал беспокойный шорох листьев над головой и открыл глаза. Всё расплывалось какими-то цветными кругами, во рту был странный травяной привкус, а когда зрение наконец обрело ясность, Цзышу увидел перед собой бледного, осунувшегося, поникшего Вэнь Кэсина. Прекрасный тёмный водопад его волос, которым он так гордился, будто заледенел и подёрнулся инеем. И не успел Цзышу полностью осознать, что произошло, как ему на руки упало бездыханное тело…       За спиной тихо заиграла пипа. Цзышу медленно повернулся на звук. Янтарный защитный круг, созданный Вэнь Кэсином, продолжал действовать. Прямо за ним на землю откуда-то сверху опускался молодой человек со множеством мелких косичек на голове, в широком тёмном халате. Молодой человек, улыбаясь, лениво перебирал струны пипы. В темноте за его спиной горело множество жёлтых хищных глаз. — Ну, здравствуй, Чжоу Цзышу! Давно не виделись! — ласково сказал он. — Это ты послал Тёмного Морока? Хотел заманить меня в лес? — глухо спросил Цзышу. — Ты сам облегчил мне задачу. Он бы не подобрался так близко к тебе, если бы ты не пролил кровь на землю. — Как ты здесь оказался? — Спроси у своего драгоценного учителя Цзинь Хуайчжана! — Я спрашиваю у тебя!       Молодой человек хрипло рассмеялся. — Так дорогой учитель всё же отдал концы? И поделом ему! Это он затащил меня сюда! Вернул, так сказать, в родной дом, к ифу! Думал, что сгнию в этом лесу! Ан, нет! Висельник сказал, что Хозяин Долины приехал в гости с женихом. А жениха зовут… Чжоу Цзышу! Я и представить не мог, что мне так повезёт! — В родной дом? — устало спросил Цзышу. — Это твой родной дом? — Ты не знал? — удивился молодой человек. — Цзинь Хуайчжан ничего тебе не сказал? Немудрено, он оберегал тебя как зеницу ока, любил больше родного сына. Мой ифу — Призрачный скорпион. Как-то он не рад оказался моему возвращению. Пришлось задружиться с Тёмным Мороком. Теперь папаша лежит парализованный в чаще. А Призрачным Скорпионом стал я. — Мне всё равно, Се Ван, — тихо сказал Цзышу. — Что тебе нужно?       Он прижимал к себе Вэнь Кэсина, сначала потому, что не хотел отпускать, потом потому, что чувствовал тепло его тела. Время шло, но Вэнь Кэсин оставался таким же тёплым, и у Цзышу забрезжила крохотная надежда. — Я помогу тебе вернуть твоего жениха, — вкрадчиво сказал Се Ван, — если отдашь мне лазурный амулет. Я знал, что ты сможешь вытащить мальчишку из воронки времени и соединить обе части. — Висельник пытался украсть его для тебя? — Он мечтал покинуть Долину, — пожал плечами Се Ван. — Я предложил ему обмен — амулет на свободу. А-Шу…       Цзышу передёрнуло. — Не называй меня так! Не смей! — Когда-то тебе нравилось… — Се Ван помолчал. — Я не смогу пройти защитный круг Хозяина Долины, но и ты не сможешь выйти к тропе. — Тогда я сдохну здесь! — Что насчёт мальчишки? — Пока он на тропе, ты не сможешь добраться до него! — Это пока! — пропел Се Ван. — Ублюдок! — Я понимаю, у тебя горе. Подумай немного. Ты всегда был умным. — Видимо, не всегда, — с горечью сказал Цзышу. — Я знаю, ты примешь правильное решение.       Скорпион усмехнулся и отступил куда-то во тьму. Цзышу закрыл глаза, крепче прижал к себе тёплое тело Вэнь Кэсина и попытался сосредоточиться. Се Вану зачем-то позарез нужен был лазурный амулет. Скорпион явно мечтал выбраться из леса, однако не мог, как и другая нечисть, а амулет открыл Цзышу и Чэнлину призрачную дверь. Если он отдаст Се Вану амулет, то вместе с ним из леса выйдут и все другие его обитатели, включая Тёмного Морока. Но Вэнь Кэсин будет жить. Будет ли? Се Ван лгал как дышал. Призрачная дверь… Цзышу осторожно уложил Вэнь Кэсина к себе на колени, достал из кармана амулет и задумчиво повертел его в руках, затем сделал лёгкое движение рукой, и амулет распался на две половинки. Цзышу глубоко вздохнул, задержал дыхание, потом резко соединил части амулета, и перед ним засветилась бело-голубая призрачная стена. Вэнь Кэсин открыл в ней дверь с помощью шпильки. Шпилька у Цзышу была. Он успел выдернуть её, проходя с Чэнлином, и машинально положил в карман. Изящная нефритовая вещица на самом деле представляла собой ещё один сильнейший артефакт. Но сможет ли он им воспользоваться?       «Цзышу, ты даже не представляешь, на что ты способен! Концентрируйся! Поставь перед собой правильную цель!» Учитель строго, без обычной улыбки, смотрел на него. «От тебя зависит жизнь двух людей! Не подведи их!» «Шифу! Я так долго не практиковался! Не знаю, получится ли у меня!» «Ты мой лучший ученик, Цзышу! У тебя не может не получиться!»       Цзышу сжал шпильку в ладони. Шанс был только один. Шпилька или откроет дверь, или просто пройдёт сквозь стену, упадёт на землю и станет добычей Се Вана. Цзышу раскрыл ладонь, провел другой ладонью над шпилькой, а потом метнул её в стену. Дверь тут же засветилась холодным голубым светом. Цзышу взял на руки Вэнь Кэсина, шагнул в эту дверь и оказался на тропе. Чэнлин сладко спал, обняв его рюкзак. Цзышу осторожно положил Вэнь Кэсина рядом с ним и обернулся. Золотистый защитный круг на поляне продолжал мерцать, Се Ван стоял рядом с ним и, улыбаясь, смотрел прямо на Цзышу. За ним в полутьме угадывались очертания громадных мохнатых скорпионов. Прекрасный царь-папоротник всё так же переливался весёлыми огнями. Се Ван открыл рот, видимо, намереваясь что-то сказать, но Цзышу взмахнул рукой. Защитный круг стремительно расширился до размеров поляны, а затем вспыхнул. Лавина огня накрыла всех, кто там был. Подол халата Се Вана облизнули языки пламени, но Призрачный Скорпион не сдвинулся с места, продолжая всё так же неотрывно смотреть на Цзышу, в его зрачках жутко плясал огонь. За спиной Се Вана шипели и корчились громадные скорпионы, пожираемые пламенем. Через мгновение всё было кончено, на поляне остались только груды чёрного пепла, и Цзышу поманил защитный круг к себе, он размотался янтарной лентой, скользнул на тропу и вошёл в тело Вэнь Кэсина. Цзышу вздохнул, сел рядом со спящим Чэнлином, положил голову Вэнь Кэсина к себе на колени и стал ждать. Он чувствовал себя полностью опустошённым, слёзы текли из глаз, и он судорожно глотал их. — А-Сюй! — тихо и хрипло вдруг сказал Вэнь Кэсин. — А-Сюй, не плачь! Я жив. — Много чести оплакивать тебя, негодяй! — шмыгая носом, ответил ему Цзышу. — Мне жаль царь-папоротник, он был такой красивый!