Ненасытный.

Нужно читать между строк, искать ответ в движении тела, в трепете ресниц, в расширенных зрачках. В прерывистом дыхании и в искусанных от предвкушения губах, потому что на вопрос «чего тебе хочется, Дазай?» тот не ответит прямо. И хотя ответ уже там, на кончике языка, он там же и тает, растворяясь. Говорить о своих желаниях бывает очень сложно. Но Чуя знает, всё видит. Он не тот человек, с кем нужны стоп-слова, он не навредит, не сделает больно. Осыпет ласками, самыми нежными поцелуями. Подготовит, растянет, войдет плавно, осторожно. В процессе постоянно сканируя Дазая, раскрытого и такого сейчас уязвимого, оценивая его состояние. Поэтому когда Дазаю нужно грубее, по-жестче, он сам подведет к этому, дразня и провоцируя. Иногда хочется, чтобы Чуя просто трахнул, взял то, что ему принадлежит. Раздел напрочь срывая пуговицы, целовал, оставляя лиловые пятна засосов. Чуя заботлив, а у Дазая длинный… список кинков. Приходится изощряться. Тогда в дело могут пойти и прищепки для сосков. Но нет ничего более сексуального, чем руки Накахары, сминающие мягкую кожу и мышцы под ними. То, как Дазай жалобно хнычет, когда их тела перекатываются по кровати в порыве страсти, Чуя ещё даже не вошел, но его пальцы, сжимающие ягодицы Дазая сильно, до синяков, делают слишком приятно. Хочется больше, ещё совсем немного больнее, и Дазай ощущает как ноет в паху, от чрезмерного возбуждения. Его прикрытые глаза и пальцы царапающие спину Накахары кричат о том, что рыжий все делает правильно. Поэтому подводя партнёра к пику, впиваясь зубами в нежную кожу его шеи, Чуя чувствует как их стояки зажатые между их телами, трутся друг о друга, подтекая предэякулятом. И когда терпеть почти невозможно, достаточно нескольких резких рывков ладонью по длинному и тонкому члену Дазая, чтобы тот обильно кончил, крича «ЧУУЯ», а тот определенно доволен собой и шедевром, что у него получился — потный и дрожащий в посторгазменном моменте Дазай, такой растрепанный и с каплями спермы на животе. Слезая с его бедер Чуя хватает смазку, выливая себе на ладонь и размазывая, прежде чем увлажнить свой подрагивающий и прекрасно эрегированный член. Он водит медленно ладонью по своему стояку, вверх вниз, убеждаясь, что каждый миллиметр покрыт лубрикантом и смотря на партнёра, кто выравнивает дыхание, дыша шумно. Дазай определенно примет Чую в себя. И Накахара забирается на бедра партнёра, наклоняясь и смыкая пальцы на его горле, прямо под заходящимся в сглатываниях кадыком. — Ты готов к ещё одному оргазму, милый? Расширенные зрачки Дазая держат фокус лишь на губах рыжего, которые тот облизывает, пока на красивом его лице расцветает оскал. — Отвечай. Дазай сходит с ума, когда Чуя такой, господи как же хочется стоять перед ним на коленях, плача и глубоко принимая в рот его потрясающий член. Ощущая, как под его задницей Дазай уже вновь твердеет, Чуя убирает свою хватку с его горла и, переводя пальцы на темные волнистые локоны на затылке парня, оттягивает их у самых корней. — Утопаешь в кайфе, ’Саму? Я бы достал и плетку, но знаешь ли, тут есть одна проблема — мне срочно нужно тебя трахнуть. Сильнее потянув Дазая за волосы, на что тот запрокидывает голову, Чуя сокращает последние сантиметры, проникая в рот партнёра своим языком. Дазай откликается, открывая рот шире, предоставляя полный доступ, поддаваясь, пошло постанывая прямо в поцелуй. Накахара шипит от того, как ногти брюнета глубоко царапают его спину. Разрывая поцелуй и мгновенно оказываясь между ног Дазая, он приподнимая его за бедра призывает перевернуться на живот. Оказавшись практически в коленно-локтевой, Дазай сжимает простыни в своих кулаках, зная что сейчас последует. Чуя немедля зарывается лицом между мягкими ягодицами, проходясь языком по отверстию Дазая, делая несколько дерзких и размашистых движений и чувствуя, как кольцо мышц пульсирует под кончиком его языка. Член Дазая вернувший эрекцию стоит прекрасно, вопреки позе и закону всемирного тяготения. — аААагхх «Подал таки голос» — ухмыляется в уме Чуя, наслаждаясь процессом и проталкивая язык глубже между узкими мышцами. Притягивая Дазая за бедра на свое лицо, Чуя уже полностью проник языком в теплое пространство и теперь услаждается тем, как Дазай требовательно сжимается на нём. Боже, как же он хочет.. а ведь только кончил. Ненасытный. И Чуя не против. Отстраняясь резко, Чуя торопится подстроить головку туда, где только что ласкал Дазая языком. Дазай определенно не любит оставаться долго без Чуи в себе, эта пустота, она противна. И пока он не начал скулить, Чуя надавливая скользкой головкой входит быстро и сразу до упора, ощущая тепло мягких ягодиц на своем и без того горячем паху. Дазай выгибает спину машинально. Чуя дает ему время привыкнуть, но тому и не нужно, наклоняясь вперед Дазай двигается назад, и пока Чуя крепче впивается пальцами в его бока, он уже медленно раскачиваясь насаживает себя сам. Чуе так и хочется сказать «Дазай, ты дикая штучка, МОЯ дикая штучка», но все мысли исчезли, когда теплые стенки все быстрее касаясь облегали чувствительную головку. Чуя переводя взгляд с Дазая на свой пенис, который великолепно проникал между растянутыми мышцами, отвел бедра, чтобы встретить движения влажного и красивого тела перед собой. Ускоряя темп, он уже пыхтел на славу, зная, что долго сдерживался и кончить теперь не составит труда. Пока его ягодицы сжимались, и он до боли смыкал пальцы на теле Дазая, Накахара услышал прерывистое и тихое: — Ещё… ещё… дааа.. па-папочка Блять, ну грязный прием. Переводя руку Дазаю на поясницу и натягивая его на себя одной рукой, Чуя вбивается неистово, приближая их оргазмы, что обрушились одновременно на следующем резком проникновении члена до самого его основания. «Блять блять». Пока Дазай кончал на простынь под собой, кажется уже плача, Чуя чувствовал, как в глазах темнеет от силы оргазма. Поэтому заполнив Дазая до отказа, он вывел член, и они рухнули на кровать синхронно. Рыжий держался за грудь что сильно вздымалась, пока Дазай лежал зарывшись лицом в подушки. И Чуя осознавал, пусть Дазаю иногда сложно говорить о том, чего ему по-настоящему хочется, он будет и дальше стараться в своем навыке «чтения мыслей». Из последних сил привставая, Накахара дотягивается до лежащего у изножья кровати тонкого одеяла, накрывая себя и Дазая. И это один из тех разов, когда до душа они доберутся лишь спустя часы. Поворачиваясь лицом к партнёру, Чуя не может сдержать улыбки. Так много всего хочется сказать Дазаю сейчас, милых слов прошептать. Но он смог лишь произнести «Отдыхай… любовь», прежде чем позволить разуму окутаться дымкой логично быстро опустившейся на него дремы.