Murders

Бинт медленно оборачивает ладонь, а сквозь него начинают проступать пятна крови, поэтому слой ткани повторяется снова и снова. Она влажная, смочена в травяной настойке, что была у мага с собой в сумке, как раз для подобных случаев и ранений. Никита палит куда-то в ноги, не поднимая взора, в комнате стоит тяжёлая нагнетающая тишина. На нём уже нет накидки, лишь туника и рубаха, на которой подвеска с агатом–синим минералом, который маг напитал нужной энергетикой. Слышно лишь тихое дыхание человека и звуки того как марля оборачивается вокруг ладони. — И что же привело тебя сюда? Вопрос рассекает тишину, и голубые очи скользят на руки, а после медленно на лицо вампира. Он отвечает не сразу, молчит где-то около полу минуты и все же говорит: — Изгнали селяне, чуть ли не вилами, пришлось покинуть дом и искать где можно остановиться. Хотел переночевать тут, а всё развернулось не так, как планировалось. - негромко, и с нотками огорчения говорит шатен. — Изгнали? И что ты такого сделал? - Евгений отвечает, а после закрепляет бинт, берет вторую руку и кладет её на свои колени. Пальцы берут марлю в руки, смачивают её в настойке и повторяют действия, что и на соседней ладони, слушая человека. — Обвинили в пропаже детей, без всяких на то доказательств, посчитали меня за черта и прислужника дьявола, лишь потому что их новорожденные пропадают. А я же, в свою очередь, всё время помогал им всяким разным, и лечил всякую болячку, а со мной обошлись так, по-собачьему. — И кто же детей воровал-то? Не знаешь? — Я это был, я. Только вот, они этого не знали. Просто погнали меня с дома, чуть не убили там. Реакция Жени не заставила себя ждать, вампир улыбается как только юноша заканчивает. — Забавно вышло. - будто с насмешкой говорит вампир, как раз таки заканчивая с помощью мальчишке, и встаёт с тёмных простыней. Вампир смотрит на шатена ещё пару секунд и отворачивается к тому спиной, он медленно устремляется к окну и, касаясь пальцами штор, открывает те . Покои напитываються лунным светом, в котором можно получше увидеть саму комнату. Большая просторная кровать, с зановесой по её краям, расположилась в центре, на ней как раз таки сидит маг и сжимает пальцами бинт на собственных руках наблюдая за действиями Евгения. Простынь, одеяла и подушки на кровати белоснежные, мягкие и с рюшами по краям. Сама же кровать тёмная, как и балдахин свисающий с потолка над ней. По бокам две тумбы, на одной из которых подсвечник с, горящими алым огнем, свечами. Дальше стол, с различными бумагами сложенными в разные кучки, на нем же стоят и бокалы, свечи, различные шкатулки. А через несколько шагов, на соседнюю стену опирается шкаф , видимо с большим количеством одежды, которая принадлежит не только единственному жителю этого замка. Двери большие, похожие на ворота, с чёрными ручками и вырезанными по тёмному дереву узорами. В покоях только одно окно, большое, почти на всю стену. Оно озаряет светом комнату в любое время. Ночью, оно открыто, но как только солнце медленно перекатывает за горизонт, вампир закрывает его и таится в своей кровати до самой ночи. Как только шторы открываются, тёмная фигура облакачивается на подоконник ладонями и тяжело выдыхает смотря на белую луну. — Тебе нужно выбрать себе покои, замок-то большой, единственное – там не убрано. - негромко говорит Женя. На что Никита молча встаёт с кровати и медленно подходит к тому, кидая взгляд за окно, где бушует снежная вьюга. — Никто бы в здравом уме сам не убирал такую огромную территорию.- Никита старается разрядить напрягающую обстановку и, чуть улыбнувшись, продолжает. - почему бы тебе не нанять слуг? — Не люблю людей и их присутствие, да и языки пораспускают, узнают что я тут. К сожалению, великих богатств обещать я им не могу. - отрезает красноглазый. — Раз так, то почему разрешил остаться? — Скука, да и все. Мне не сложно будет убить тебя за лишнее. Никита снова чувствует комок страха в горле и глотает тот. Женя лишь переводит взгляд на затихшего юношу и улыбается — Не буду, не бойся, ты всего лишь маг, что ты сделаешь такого, чего уже не сделал народ. После слов шатен выдыхает, словно груз с плеч, не весь, но точно часть. Конечно, доверять тому, он пока не будет, но и не скажет, что вампир выглядит сейчас так устрашающе как в первое его появление. — Не сделаю. Кстати, мне ведь нужно будет чем-то питаться, у тебя есть что-то? — Есть. Крупы и прочее, я ведь не только кровь пью. - брюнет снова слегка улыбается. - И, кстати, о ней. Сегодня я тебя не трону, ты и так потерял много крови, но как восстановишься, станешь моим донором. Никита только кивает. Он не против, возможно, это не прям то, чего он хотел, но жилище, еда, тепло, так ещё и компания, у которой со временем можно узнать много чего интересного, не так плохо же? Он на это надеется.. — Покажи мне покои. - молвит он, и Женя лишь кивает, отходит от окна и медленно выходит из комнаты, перед этим стаскивает с тумбы подсвечник с горящими в нем свечами. Никита стоит ещё секунду наблюдая за походкой вампира, как он медленно и так спокойно передвигается по комнате, как его чёрные туфли стучат каблуком по паркету, а тёмная мантия почти касается пола. Всё-таки, будто ударом молнии, по шатену проходит заряд энергии, и тот быстро подскакивает к, почти ушедшему, собеседнику. — Сколько тут комнат вообще? — Я не считал, но много, ещё погреб и выход к катакомбам. Голубые очи распахиваются от удивления и смотрят на брюнета. — Под замком есть катакомбы? — Есть, тюремные. Император сажал туда всех, кто ему не так под руку подвергнется: чиновников, самых обычных селян, даже синьор. — Ужасный человек. - тихо говорит юноша продолжая идти за Евгением. Тот резко поворачивает, а Никита за ним. Вампир толкает дверь впереди себя, и перед ними показывается комната. Грязная и вся в пыли, большинство мебели было покрыто слоями паутины, а в комнате стоял неприятный запах гнилой древесины, и не только её. Лёгкий трупный запах тоже присутствовал. Маг уж очень понадеялся, что в этой комнате сдохла какая-то мышка, а не то, что могло бы предстать ему перед глазами. Не то что бы он боялся крови и трупов, вовсе нет, скорее убирать всё это было бы трудно и не очень приятно. — Твои покои – самые хорошие после моих, тут стоит только прибраться.- молвит брюнет, пока голубоглазый, забирая подсвечник из чужой руки, проходит в комнату осматривая всё. — Хорошие. - говорит тот, проводя пальцами по запыленному столу, после сразу обтрушивает, не сводя с них глаз. Комната было похожа на покои вампира, разве что отличалась размером шкафа, тут он был поменьше, кроватью и окнами. Над кроватью уже не весела красивая занавеска, а окна было два и поменьше. Словно то окно разделили на два. Шторы были белые, такие же как и простынь на кровати. — Не забывай, тебе ещё убирать в зале после твоего обряда. - голос Евгения словно обрывает идиллию, которую успел создать для себя Никита осматривая комнату. — Да, хорошо, тогда я могу сегодня лечь в твоих покоях? - юноша поворачивается лицом к вампиру дабы увидеть его реакцию, и скорее всего, получить в ответ отказ. — Можешь расположится там на сегодня. - ответ красноглазого удивляет парнишку, но тот лишь жмёт плечами.- Я ведь не тиран, понимаю, что идти через лес сложно, да и с твоими руками сейчас нечего не поделать. Приберешься в зале, и ложись спать, я всё равно ночью не сплю. — Спасибо. - кратко отвечает мальчишка и улыбается на что получает лёгкую улыбку от вампира в ответ. Мнение о Жене у юноши начинает меняться. Он не такой уж и кошмарный как привиделось ему раньше, достаточно понимающий и заботливый, да и честно сказать, очень симпатичный. Никите внутренне, где-то в глубине души, он симпатизирует внешне . Необычная светлая кожа пугает, пугает до мурашек, но этим же и безумно красива, а алые глаза на её фоне, будоражат ещё сильнее. Получив от Жени в руки швабру, тряпку и ведро, шатен сразу спускается по лестнице к обрядовому кругу. Свечи они затушили ещё тогда, ну и само подношение было отложено в сторону. Накидывая на деревянную швабру уже смоченную холодную тряпку, он проходит той сначала по луже крови вытирая её.Пару раз отжимает кровавую ткань, а после проходится по самому кругу окончательно стирая и его. В темноте, если честно, видно всё плохо, но через минут двадцать пять мучений, Никита, с тяжёлым выдохом и с адской болью в руках, выносит ведро на улицу, выливает воду в снег рядом со ступеньками и, с громким хлопком, закрывает дверь за собой. Евгений успел показать куда класть использованные вещи, поэтому шатен снова тащится по ступенькам, находит нужную комнату, в ней кладовку и запихивает всё, чем воспользовался, обратно. Вскоре шатен устало возвращается в покои Евгения, где тот уже ждёт его. — Будешь ложится? - спрашивает вампир, сидя за столом, и наблюдает за действиями человека. — Да, уже буду. По утру займусь уборкой и, наверное, едой. Ты ведь ешь там что-то кроме крови? Парень разувается перед кроватью и садится на ту, снимает с себя кофту, а за ней и тёмную рубашку, оставаясь лишь в одной кофте, которая прилегает к телу, и ложится на кровать. — Ем, как на второе. Первым завтра будет твоя кровь, сегодня голодаю. - улыбаясь лишь кончиками губ молвит тот. — Может все же выпьешь, раз такое дело? — Не буду тебя мучить, я ведь просто шучу. Не помру же от голода за один день, да и, в любом случае, у меня есть человеческая пища. — Ох ну хорошо...Тогда спокойной ночи тебе. - слегка вопросительно говорит Никита, вскидывая бровь, и наблюдает за вставшим из-за стола Женей. — Спокойной ночи. - желает в ответ вампир, забирая подсвечник со стола, и начинает обходить другие свечи в комнате дабы потушить их. Вскоре огонь освещает только тело Евгения, и тот покидает покои, пока Никита закрывает глаза и старается уснуть, размышляя о сегодняшней ночи и о том, правильно ли он вообще поступил.