Клинч

      – Ну и что тебе нужно? Я ясно дал понять, чтобы ты и пальцем не трогал моего брата. Узнаю, что ты сосался с ним – вырву член и в жопу засуну, – с особым недовольством объясняет Юнги. Он стоит напротив Чимина и смеряет его угрожающим взглядом.       – Спокойнее, Рапунцель. Я хороший друг твоего брата, и он мне действительно нравится, но делать что-то против его воли я не собираюсь, тем более, могу предположить, что ему нравится один конкретный человек.       Чимин замечает приятный лисий взгляд на себе и довольно улыбается. Мятный запах старшего приятно оседает в лёгких. Они оба альфы, оба взрослые люди, но Пак до сих пор не может понять своей тяги к человеку напротив, а тянет его безумно.       – Завтра у Чонгука день рождения, не тревожь Тэхёна, пусть он с ним побудет, – просит Чимин, меняясь в лице.

***

      Не смотря на пьяного Чонгука они ещё долго не спали. Тэхён бил подушкой тренера, потом уворачивался от его ударов, а потом они легли на большую кровать в спальне и долго разговаривали обо всём. Киму, безусловно, нравилось общество Гука, ему нравился его запах, его тихое дыхание, его грубые руки и красивая спина. Ему всё в нем нравилось. Неужели Тэхён влюбился? Да быть такого не может. Или может?       Утром первым просыпается Чонгук. Он спрыгивает с кровати и тихо ретируется на кухню, где кидает в рот спасительные пилюли и запивает их водой. В спальню альфа возвращается только после душа, когда волосы ещё слегка влажные, а от тела пахнет приятным запахом геля для душа. Чон убирает разбросанные по комнате собственные вещи. Точнее, он просто ими забивает шкаф и тут же закрывает дверку, чтобы не высыпались.       Ещё один ненавистный день его рождения. Чонгук из года в год понимает, что должен был погибнуть вместе с родителями. Лучше бы он умер тогда, чем сейчас. Но уже умирать не особо и хочется, глядя на спящего в его кровати Тэхёна, и пусть между ними ничего нет, они просто знакомые, даже не друзья, это заставляет взглянуть на мир под новым градусом.       – Доброе утро, – сонно бурчит Тэхён и потирает лицо.       – Встал и побежал десять кругов, – командным голосом произносит Чонгук, замирая у шкафа.       – Чего? Тэхён садится на кровати и смотрит на тренера. На голове гнездо, футболка помятая, изо рта воняет. Только Ким Тэхён мог предстать перед альфой своей мечты в таком виде. Что ж, неплохо. А сам Чонгук, если говорить честно, внимания на внешний вид не обращает. Ему сейчас очень плевать.       – Утренняя пробежка. Ты знал, что боксеры тренируются по три раза в день?       – Де́ла мне до них нет, – лепечет парень и спрыгивает с кровати. Носки он где-то потерял в одеяле, но сейчас их искать хочется меньше всего, поэтому Тэхён отправляется в ванну, шлёпая босыми ногами по полу.       На кухне они сидят молча, внимательно разглядывая друг друга. Хочется что-то сказать, но силы духа не хватает. Тэхён почему-то хочет сейчас порисовать, вот прямо сейчас, глядя на того, кто перед ним сидит.       – У тебя есть ручка и обычный белый лист?       – Сейчас, – Чонгук тут же поднимается.       Тэхён провожает взглядом фигуру, а затем снова опускает взгляд к кружке чая. По телу пролегают мурашки, во рту пересыхает, поэтому парень делает большой глоток из кружки. Ким берёт принесённый лист А4 и ручку. Как только Чонгук приземляется напротив, омега тут же начинает размещать силуэт на листе, быстро черкая синей гелиевой ручкой.       Тэхён видит, как у старшего загорается взгляд, но показывать ему набросок не спешит. Пока выходит не очень, но это только начало.       – Я бы хотел тебя кое о чём попросить, – прокашливается в кулак Чонгук.       – О чём?       – У меня сегодня день рождения. Проведёшь его со мной? – взгляд альфы на мгновение теплеет, но после снова "покрывается тоненькой коркой льда".       Тэхён ойкает и останавливается. Вот почему он не спросил про день рождения у Хосока или Чимина? Сейчас бы не сидел, как дебил, на кухне рядом с Чонгуком и с пустыми руками.       – Я же без подарка...       – Лучшим подарком для меня будет время, проведенное с тобой, – поясняет Чон, а у Тэхёна, кажется, щёки зардели.       Шатен покрылся краской с ног до головы и уже чувствовал, как горят кончики его ушей. Ким поднимается из-за стола и просит прощения, низко поклонившись.       – Мне нужно съездить домой и привести себя в божеский вид. Давай встретимся после трёх и отпразднуем твой праздник?       Чонгук согласно кивает, и Ким чуть ли не срывается с места. В спину он ловит предложение подвезти, но отказывается от него.

***

      – Чё он опять здесь делает? – выглянув в окно и увидев на тротуаре Чимина, пыхнул Юнги.       До этого перебирающая вещи на полках Джису спрыгнула со стула, на котором разместилась, и подошла к окну, выглядывая. Тэхён уже около часа носился по дому в поисках нормальной чистой одежды. Опять они куда-то собираются? Да он их сейчас!       Юнги берет в руки кухонный топор и выходит на улицу, сопровождаемый просьбой сестры никого не убить.       – Я же, блять, вроде понятно выразился, деградант, – рычит чуть ли не на всю улицу Мин и крепче сжимает ручку топора. – Шары свои обратно закати и учухивай отсюда, пока не отрубил кое-что посерьёзнее.       – Спокойно, Рапунцель. Не гоже на улицу с холодным оружием выходить.       Мин хмурится ещё больше и приближается.       – А топор не является холодным оружием. Если что, в суде меня поймут.       Чимину лишь на мгновение становится страшно, но он тут же вспоминает – кто перед ним, поэтому начинает шагать к вдруг остановившемуся Юнги с дьявольской улыбкой на губах.       – Не подходи, пигалица, а-то я тебе твои лохмы подровняю, – чуть отшатнувшись назад, заявляет Мин и поднимает топор.       – Я же приехал просто поговорить с тобой, – подойдя почти вплотную, шепчет Чимин и продолжает улыбаться.       Пак аккуратно хватает руку, в которой альфа держит топор, и сжимает до синяков, заставляя выронить ненужный предмет.       – Собирай манатки, я тебя сейчас отправлю в ад, пекло чистить, – вырывается у Юнги, а дальше он и не помнит, как удрал обратно в дом, так и позабыв своё оружие.

***

      Тэхён только успевает выйти на улицу, как возле него останавливается черный BMW. Сощурившист, парень замечает за рулём Чонгука, поэтому без задних мыслей прыгает на переднее сидение. Сердце в груди замирает, стоит Чону повернуться к нему и улыбнуться. Тэхён краснеет, совсем не понимая, что это с ним такое, а затем отворачивается к окну, разглядывая пролетающие мимо дома.       – Куда мы едем? – шатен наконец отклеивается от стекла и принимается разглядывать сосредоточенного на дороге Чонгука.       Чонгук безумно красив, такое чувство, будто он Бог, а как иначе описать идеальное тело и внешность? Волнистые волосы падают на лоб, отчего альфа время от времени их зачесывает петярней назад.       – В Пусан, – признается Чон, виновато улыбаясь. – Я там родился и жил какое-то время. Хочу показать тебе все красоты этого потрясающего города. Поедем в Тхэджондэ. Там есть неплохой ресторан китайской кухни.       – Ты жил в Пусане?       – Я так не похож на пусанкого принца? – наигранно обижается парень.       Тэхён отнекивается, но больше ничего не говорит, снова возвращая своё внимание пейзажу за окном. Долго не продлилось. Уже минут через десять омега снова разглядывал старшего и с неким упованием лелеял надежду на лучшее будущее не в одиночку, а вместе с Чонгуком. А точно ли у него есть девушка? Возможно, тот след на шее был просто подарком после жарких покатушек по кровати от какой-то поклонницы. Нельзя отрицать того, что Чон альфа и ему необходимо иногда спускать всё на тормозах.       Ким облизывает губы, смотрит на падающую челку Чонгука, а когда ловит ответный взгляд, чуть дёргается, но пытается не выглядеть очевидным, поэтому не спешит отворачиваться.       – Тебе не мешают твои волосы? – Тэхён снимает с руки резинку, которую удачно захватил из дома.       Тэхён тянется руками к Чону и завязывает небольшой хвостик на голове, собрав непослушную чёлку. А так старший выглядит ещё привлекательнее. Стоит Чонгуку кинуть полный вопросов взгляд, как Тэхёна уже краснеет.       Омега не замечает, как быстро они въезжают в Пусан, а следом за этим в одни из районов. На улице потихоньку начинает светать, но люди никуда не торопятся, прогулочным шагом передвигаясь по улицам. Вывески магазинов загораются будто ярче, а чуть позже, когда они наконец останавливаются, фонари зажигаются, наполняя атмосферу теплым светом.       – Здесь красиво, – шепчет Тэхён, как только они оказываются вне автомобильного салона.       – Это далеко не вся красота, которую я хочу тебе показать. Ты голодный? Мы могли бы сходить поужинать.       Ким смотрит на парня рядом и теряется. Этот Чон Чонгук божественно красив. В волоса запутался фонарный свет, а темные глаза блестят, в них Тэхён находит свою вселенную. Губы старшего искажает теплая улыбка, а омега не может удержать свою, резко выдыхая, стоит Чону взять его за руку. Их руки вместе смотрятся чертовски правильно. Именно так и должно быть – думает Тэхён и крепче сжимает пальцы альфы. Он не хочет отпускать Чонгука, не сейчас, не завтра.       Ким Тэхён, ты неудачник, но ты рядом с потрясающим человеком, который захватил твой разум и сердце. Ким Тэхён, ты влюбился.

***

      Когда темнеет окончательно, Чонгук отвозит их к скалам, открывая потрясающий вид на порт. Тэхён раскрывает рот и глаза, стоит ему увидеть как красиво с одной стороны разбиваются волны, а в них плещутся яхты и небольшие паромы, а с другой стороны мигают огни города и звёздного неба над ним. Это по-настоящему захватывает, отчего Тэхён крепче сжимает руку Чонгука в своей, не веря увиденному.       – Это потрясающе, – шепотом выдает Тэхён, чувствуя, как его приобнимают сзади за талию. Такая близость с Чоном очень приятна, хочется стать ещё ближе, прижаться к горячему телу, но всё, что может позволить себе шатен, так это остаться в таком положении.       – Я знал, что тебе понравится, – куда-то на ушко в ответ шепчет альфа, а в темноте подавляет свою улыбку.       – У меня нет для тебя подарка, прости, но всё равно с днём рождения, Гук.       А названый уже готов весь мир положить к ногам парня. Чонгук и подумать не мог, что когда-нибудь он вот так будет стоять рядом с этим омегой, желая поцеловать, но не имея возможности. Его распирает от желания уткнуться в изгиб шеи, поцеловать в щёку, в лоб, в нос, притронуться к губам, крепче сжать в своих объятиях и больше никогда не выпускать. Его останавливает холодный разум, вторящий о скорых сложностях, которыми награждать Тэхёна совсем не хочется. Он будет держаться в стороне, но сегодня, в свой день рождения, можно позволить себе чуточку больше, чем положено.       – Куда бы ты хотел отправиться? В какую страну?       – Хочу во Францию, в Париж. Помимо того, что этот город безумно красивый, так он ещё и с богатой истерией. Однажды я обязательно накоплю денег и полечу туда, а пока, а пока мне и здесь неплохо, – признаётся Ким и оборачивается, стоит услышать копошение за спиной.       Боль сковывает грудную клетку снова, отчего Чонгук пытается без лишней паники выкинуть из баночки пару таблеток себе на ладонь. Он не хотел преставать перед Тэхеном в таком свете, но ничего не поделаешь.

***

      Тэхён не замечает, как они останавливаются во дворе дома Чонгука. На часах уже далеко за час ночи, а они отдохнувшие, но в то же время очень уставшие, вернулись в Сеул. Людей на улице уже не встретишь, все давно спят, а они, как непослушные подростки, только пробираются в квартиру под предлогом ещё немного посидеть вместе и съесть торт, который ему сегодня завёз Чимин.       – Выпьем? – появившись в гостиной с бутылкой красного вина и двумя бокалами, интересуется Чонгук.       Тэхён следит за тем, как альфа расставляет на столике бокалы и хмурится. Он помнит слова врача, помнит, что Чон болен.       – Тебе нельзя пить, Чонгук, – подаёт голос омега.       – От одного бокала вина ничего не будет, – за окном наполовину гаснет город, а в стекло стучится мелкий дождь. – У меня день рождения, я многого себе не позволяю, но сегодня я хочу просто побыть обычным человеком, пожалуйста.       Ким тихо угукает и отправляется на кухню резать торт. В груди все сжимается. Так хочется, чтобы Чонгук был счастлив, чтобы у него всё было хорошо, чтобы он выздоровел и больше "не пытал" себя. Омега шмыгает носом и оглядывается назад. Хозяин квартиры куда-то исчез, поэтому Тэхён даёт волю слезам и тихо плачет, полностью осознавая, в какой ситуации они находятся и как же ему хочется быть рядом с этим альфой не смотря ни на что.       – Всё хорошо? – выруливает из-за угла Чон.       – Да-да, пойдем.       Тэхён хватает тарелки с тортом и относит на столик, тут же падая на диван обессилевшей тушей. Он забирает наполненный наполовину бокал вина и желает первые глотки, вслушиваясь в равномерное дыхание Чонгука рядом.       – День рождения уже прошел, а мы продолжаем его отмечать, – хрипло смеётся Чон и отпивает из бокала напиток.       То ли это вино действует так одуряюще, то ли этот запах бергамота. Альфа сглатывает разглядывая красивое личико рядом. Тэхён выглядит таким невинным и беззащитным, что его хочется сгребсти в объятия и никогда не отпускать, закрыть от всего мира и никому не отдавать, но вместе с этим здравый разум повторяет, что он болен и сделает только больнее человеку рядом.       – У меня нет подарка до сих пор, Чон-а, но могу сделать для тебя что-нибудь, – хлопает длинными ресницами Тэхён.       – А что ты хочешь?       – Целоваться под дождём, – признаётся омега и слегка улыбается. – А ты?       – Чтобы начался дождь, – произносит тихо Чонгук, но он и не сомневается, что парень напротив услышал.       Внимание Тэхёна привлекает погода за окном и он, сделав ещё глоток вина, хватает старшего за руку и тянет на улицу. Сердце бешено колотится, стоит подумать о том, что собирается этот парень сейчас сделать. Он сумасшедший, раз творит такое, но когда, если не сегодня? Вряд ли потом будет ещё возможность.       Дождь к их приходу усиливается и уже накрывает пеленой. Кима холодные капли не останавливают, он выскакивает под ливень и тянет за собой Чонгука. Одежда быстро намокает и прилипает к телу, но это никого не останавливает и тем более не заботит. Тэхён улыбается, встав напротив Чона. Он выжидающе разглядывает красивое лицо и манящие губы, вздрагивает, когда на талию ложатся горячие руки. Чонгук понимает, что потом им будет больно обоим, но сейчас ничего подделать с собой не может. Альфа приятягивает Тэхёна ближе к себе и заглядывает в хитрые лисьи глаза, пытаясь найти в них отказ, но всё, с чем он встречается – бесконечное тепло, которым хочется завладеть полностью.       Чонгук накрывает холодные губы своими, пока руками крепче к себе принимает омегу. Он целует осторожно, неспеша, будто боясь сделать что-то неправильное, а Тэхён тем временем плывет от ощущений, пытается отвечать, а пальцами зарывается в мокрые волосы на затылке. Шатен теряется, не спешит останавливаться, всё глубже заплывая в свои чувства. Губы скользят по чонгуковским, любовно мажут, пока пальцами Ким перебирает темные пряди.       Они насквозь мокрые, продрогшие, но такие любимые друг другом и счастливые. Тэхён ближе жмется к тёплому телу и не хочет больше никогда отпускать Чонгука, как бы больно и сложно им не было. Он разрывает поцелуй, выдыхает в приоткрытые губы и "клюёт" в щёку, ещё надолго прижимаясь всем телом к альфе.