Иной путь героя

      Изуку на несколько секунд затаил дыхание.       Хисаши молчал.       Ему пришлось сморгнуть задатки слез, стараясь не накручивать себя. Он же решился… спросил, глядя прямо в глаза! А ему даже не соизволили ответить. Дурак, на что надеялся? Тишина сейчас убивала.       Деку всегда колебался интересоваться у матери «почему». Наверное, боялся услышать ответ, который уже предполагал.       Ему всегда казалось, что именно он причина их всех семейных бед. Если бы… если бы их сын был другим, имеющий причуду и друзей, не развалилась бы их семейная идиллия? Не исчез бы папа, не начала бы врать ему мама, да и сам он бы никогда не узнал, что такое иметь проблемы.       Изуку осекся. Он правда назвал его папой? Все это время мальчишке даже в голове было как-то сложно его обозначить. Отцом и то не всегда получалось, настолько он некомфортно себя ощущал, стоило только подумать о нем.       Но… сейчас они даже неплохо разговаривают, да? Хоть и некоторые вещи невероятно обидно слышать до такой степени, что хочется отодвинуться немного подальше. И ожидание ответа тянется уже невероятно долго, настолько, что уверенность постепенно исчезает.       Нет, нельзя сейчас падать духом! Какая бы не была горькая правда, он просто обязан это услышать. А выдержит ли ー уже иной вопрос.       Он сделал глубокий вдох, еще раз взглянув на мужчину. Заметить их сходство было несложно. Они так похожи внешне — те же кудряшки, наличие веснушек, но мальчик понятия не имел, о чем тот думал в данный момент. Услышал ли он его? Соберется ли с силами сказать: «Да, из-за твоего диагноза все пошло через одно место»?       …И «Лучше бы тебя тогда не было».       Лицо Хисаши не изменилось. Оно все еще оставалось бесстрастным. Мужчина, казалось, не услышал и продолжил делать затяжку, а затем плавно выдыхать дым. Его зеленые глаза потемнели на несколько оттенков, но он так и не взглянул на сына.       ー Это была затея Инко. ー После недолгого молчания признался. Клянется, что наверняка у ребенка глаза расширились, как монетка в сто йен. ー Удивлен? Я тоже.       Мидория и правда смотрел на него шокировано. О таком варианте он никогда не думал, ведь…       ー Н-но… ー во рту резко пересохло. ー Разве не ты подал на развод? Я помню, как много плакала мама, но она никогда, мфг, толком ничего не объясняла.       ー Изуку, ー потушил окурок об бетон. ー Мы не всегда делаем что-то, чего желаем сами. «Так будет лучше», ー это её слова, не мои.       Ветер нарастал. Тучи затянулись, скрывая прекрасную луну, а за ней и звезды. Красота пропала, показывая лишь сине-черное небо. Ребенок зябко поежился, испытывая нарастающий комок смешанных чувств. Он видел, что взрослый, казалось, провалился в поток воспоминаний, и ждал, пока тот продолжит.       А Хисаши ведь помнит. Так, словно это было только вчера. На него развод свалился, как снег на голову: пришла короткая смс-ка с просьбой перезвонить, ведь нужно поговорить, и это не терпит никаких отлагательств.       Инко никогда не писала. Поэтому он сразу ощутил, что здесь что-то не так. Это был один из самых тяжелых разговоров в его жизни. Он никогда так много не кричал на нее, а после молчал, выслушивая её рыдания и ощущая лишь сплошной груз вины.       ー Так будет лучше, Хисаши! Хватит врать самому себе: для тебя семья не является домом! Мы знакомы больше двадцати лет, Япония всегда тебе была равнодушна. Или хочешь сказать, что это не так?       Он молчал, ощущая, как руки трясутся. Чужие всхлипы на той стороне лишь добивали его, заставляя злиться.       ー Блять! ー ударил по столешнице со всей злостью, проглатывая слезы. ー Инко, зачем ты так? Хочешь, чтобы я приехал и подписал эту тупую бумажку?! Я подпишу, только, чтобы ты, сука, была довольна!       ー Приезжай и подписывай! ー вскрикнула. Такая реакция побудила её сделать судорожный вдох-выдох, прежде чем холодно отчеканить: ー От тебя больше ничего не требуется. Я поговорю с тобой, как ты успокоишься.       ー Инко, я не имел в виду…       ー Достаточно, ー не дает себя перебить, обрывая. Громко вдыхает в трубку и продолжает: ー Так будет лучше. Для всех. Я… н-не хочу, чтобы ты был скован там, за границей, нами. Мы оба заслуживаем шанс вдохнуть полной грудью, с надеждой на лучшее.       Тогда Хисаши не отдавал себе отчет в действиях, обида пульсировали в нем, и он действительно жестоко обошелся с женой. Сказал что-то обидное, накричал и сбросил звонок, ощущая себя так, словно перемазался в грязи. Он понимал, что довел своего любимого человека до такого решения самостоятельно. Возможно, будь он более сильнее, храбрее, может…       ー Пап, ー негромко зовет Изуку, смотря встревоженно. ー Ты огнем только что выдыхал…       «Блять», ー думает он, в каком-то смысле ему становится стыдно. За все. Начиная от неспособности признаться, заканчивая долбанной привычкой, появляющейся от стресса. Но больше всего коробило, что он лишил его нормального отца.       ー Знаешь, лучше спроси у своей матери.       Выпалил, отворачивая голову в сторону. Лишь бы не видеть даже краем глаза его выражение лица. Что сейчас промелькнуло на нем? Раздражение или грусть?       Изуку продолжал смотреть на него. Постепенно в носу начинало неприятно щипать, и он тоже отвернулся. Злость вспыхнула в нем, от негодования он сжал кулаки до побеления костяшек.       ー Мне надоело! ー заорал он со всей силы, вскакивая на ноги. ー Пап, посмотри на меня! Разве я заслужил все это? От меня вечно всё скрывают, ничего не говоря и при этом не думая о моих чувствах ни разу! Я твой сын! Ты хоть понимаешь, что это значит?!       Он кричал во все горло, ощущая то, как постепенно задыхается. Сейчас было впервые наплевать и на людей снизу, и на человека перед собой. Ребенок хотел быть услышанным.       ー Зачем ты приехал?! С чего вдруг решил забрать? Ты хоть знаешь, что я испытывал? Как было тяжело?       Хисаши лишился возможности произнести что-то вслух, не смея и рта раскрыть. Он ошарашенно смотрел в нефритовые глаза, что ярко горели, грозясь сгореть и оставить пепел. Выпал в осадок, перестав даже дышать и не попытаясь перебить чужой монолог.       ー Ты хоть знал, что я ощутил, когда мы остались вдвоем? Когда ты больше не приходил домой, сбрасывал звонки. Первый день было еще легко, я надеялся, но потом… я понял, что скучаю по тебе, пап. А ты уехал! Бросил нас, не интересуясь мной ни капельки! Разве я заслужил такого отношения к себе? Это все, потому что я беспричудный? Ты… ты стыдишься меня? Зачем ты тогда приехал? Мне уже не нужен ты, понимаешь? Матери ты тоже не нужен! Я привык жить только с ней, быть для неё опорой. Но ты… ты такая тварь, пап.       Да, наверное, есть что-то ироничное в том, что его сыну передалось чувство вины. Тот думает, что дело все из-за отсутствия квирка. От этого хочется горько рассмеяться. Жизнь бывает сложнее.       ー Я не хотел! ー рявкнул, признаваться вслух страшно. Он даже запрещал думать об этом. ー Я хуевый отец, знаю, мне жаль, правда! Но я не бросал вас… Изуку, малыш, разве мог я бросить вас, свою семью, которую люблю больше всего на свете? Да я ради вас и уехал на заработки!       Ребенку не стоит знать ничего из этого. Дела и проблемы взрослых касаются лишь их.       ー Как ты посм… ー прикусил язык, он и так произнес слишком много обидных слов. Уже давно заслужил пощечину. Сам сжимал ткань кофты в районе сердца, вцепившись мертвой хваткой. ー Да лучше бы ты вообще не приезжал! Я бы забыл тебя и не был таким разочарованным!       Слезы медленно потекли по щекам, Мидория злостно вытер их. Все кипело в нем, словно ожог третьей степени. Он мог покляться, что ненавидел сейчас человека перед ним.       ー Расскажи мне. Я имею право знать правду! Но я не хочу тебя больше видеть или хотя бы слышать. Ты завтра же уедешь, понял?       Хисаши подавился воздухом, когда попробовал сделать вдох. Это был очередной удар под дых. В этот момент ему словно послышалось, как на заднем фоне со смачным звуком окончательно ломается что-то между ними.       ー Х… Хорошо. ー Нервно произнес и потянулся руками к сыну, но тот дернулся назад. Болезненное разочарование отразилось на его лице, глаза приобрели стеклянный оттенок. ー Только… пожалуйста, успокойся. Я все расскажу, если ты так хочешь.       ー Не делай мне одолжение. ー Огрызнулся подросток. ー Хватит строить из себя хорошего папашу!       Ему в ответ хмыкнули. Пальцы дрожали, пока он искал в кармане сигареты, стоило лишь найти, как сразу же закурил очередную. Сделал новую затяжку, но тут же начал кашлять.       ー Мой отъезд… Это была вынужденная мера. Кредиты… ー сипло прохрипел, все еще доконца не откашлявшись. Услышав это слово, Изуку передернуло. Он думал, что его семья никогда их не брала. ー Твоя мама все надеялась, что врачи ошиблись, обследования выходили слишком дорого. Мы залезли в кредиты. На фоне стресса у тебя начал падать иммунитет, а за этим возникли и ссоры касательно денег.       Рука зарылась в платиновые кудри, больно оттягивая их. Он старался напоминать себе, что расплакаться перед ребенком это ниже, чем опуститься на дно. Хисаши не имеет право себя жалеть, он заслужил.       ー Моя командировка затянулась настолько, что пришлось там остаться. Мне жаль. На тот момент я думал лишь о деньгах и… действительно, в какой-то мере, сбежал от вас. А потом развод и я… потерял всякую надежду на возвращение.       Опустил взгляд вниз. Изуку стоял перед ним, сложив руки и сжимая челюсти, сдерживал себя от желания перебить. Нет… он должен услышать абсолютно все. Но с каждым словом его злость сходила на нет, грозясь перерасти в… жалость. Отдергивал себя от такой мысли, стараясь напомнить, что раскаивание не снимает ответственность и уже не исправит абсолютно ничего.       ー Арг, я не должен жаловаться тебе на это все. И навряд ли ты хочешь слушать нытье. Но там, за границей, было много проблем. Моя работа, кх, была частично легальной, к тому же я приезжий. Было много трудностей, иногда приходилось пахать неделями подряд, зарабатывая истощение. Иногда даже не ради денег, а сранных обещаний, что тебя не депортируют. А еще и вы. Это все… Было сложно, ясно? Я не был готов к такому!       Черт. Из него все-таки вырвался всхлип. Это заставило младшего вздрогнуть. Его черты лица смягчились, несмотря на все ещё горящие глаза, на окраине которых плескалась обида.       ー Я погряз в очередных долгах. Не знал, как сказать твоей матери. Сынок, твой отец просто неудачник. Я ужасно обошелся с ней, наговорил много гадостей и не мог признаться из-за блядской гордости в том, что проебал все. Но мне жаль, правда. И тогда… я приехал в Японию. Мы быстро развелись.       В памяти мелькает взгляд жены, когда они выходят из Мэрии. Хисаши еще много ночей мучали кошмары. Он понятия не имел, может ли теперь, имеет ли вообще право звонить, узнавать как дела?       Изуку, решив, что тому больше нечего сказать, ощутил всепоглощающую усталость. Он не знал, как реагировать. Понятия не имел, а стоило ли вообще принимать его слова за чистую монету? На него просто выбросили все, и он не уверен, что способен сейчас нормально воспринимать эту информацию. Смятение взыграло в нем, позже уступив жесткости. Он непримиримо произнес:       ー Печально, что так вышло. Мне тоже жаль, пап. Я не думаю, что смогу тебя простить. Но… теперь я понимаю. Правда. Прости за слова. Пожалуйста, уезжай.       Тот поднял глаза, смотря на сына. Медленно поднялся и стал отряхиваться, ещё один окурок оказался на бетоне. Надежда на то, что ему удаться поладить с сыном, канула в лето. Но все же, на свой страх и риск, делает шаг вперед, прежде чем загребсти в объятия. Он утыкается в макушку, ощущая соженные волосы, от которых, несмотря на принятую ванную, все еще пахло дымом.       Изуку напрягся, подумав, что это было сделано так… отчаянно. Он не настолько ужасен, чтобы отстраниться. Но и не обнимает, смотря вниз, на бетон. Все это так странно. И плохо. Ему так больно, как теперь жить с этим?       ー Я виноват, знаю. ー Прохрипел. ー Перед тобой, перед Инко. Перед своей семьей. Не прощай меня, даже не вздумай.       Младший шумно вдыхает, ощущая сладковатый одеколон, и жмурится. Сердце пропускает удар, грозясь сейчас разорваться. Вот-вот и вновь заплачет.       ー Я не тот человек, в котором ты теперь нуждаешься. Но я хочу быть тем человеком, что о тебе позаботится. Пожалуйста, дай мне шанс, Изу.       Они стояли так некоторое время, пока тот молчал, заставляя мужчину накручивать себя с новой силой. В конце концов, его неловко приобняли, так и оставив без ответа.       ー Ты это… только не вздумай прыгать, ясно?       Изуку непонимающе моргнул.       ー А? ー не сразу дошло. ー …О. Ладно, но я вроде как и не собирался.       Хисаши облегченно выдохнул, искренне радуясь, что его сын все-таки не суицидник.

***

      Инко подлетела к двери молноеносно, услышав как раздался звонок. Ну наконец-то! Она уже надумывала не то, что ходить самой искать их, а уже направиться в полицию. Открывая, делает несколько шагов назад, пропуская вперед. Волнение сразу захлестывает с новой силой, но мужчина отрицательно качает головой, перешагивая порог. Он нес на руках нескладного подростка, что, казалось, был без сознания. Произносит полушепотом, развеивая все страхи:       ー Все хорошо. Он просто вымотался, с ним все в порядке. Сделай мне, пожалуйста, горячий чай.       А сам, не разуваясь, направляется в комнату сына. Инко смотрит ему вслед, подмечая, что тот выглядел так измято и грязно, словно всю ночь провалялся в каком-нибудь арыке. Это было так похоже на его, что она покачала головой. Ничего, тому не удаться уйти от вопросов. А пока она подождет и пойдет на кухню, предварительно выпив корвалол. Иначе кое-кто точно не переживет допрос.       Хисаши старается как можно тише ступать по комнате, направляясь к кровати. Дойдя, наклоняется и аккуратно кладет ребенка. Матрас под силой тяжести тела скрипнул, сам он шикнул, беспокоясь о том, что разбудит. Ждет несколько секунд и, подумав, медленно снимает верхушку с ребенка, чтобы затем укрыть пледом. С чувством выполненного долга выравнивается, охнув от боли в спине.       Разглядывая комнату, слабо хмыкает. Кто бы сомневался. Конечно, его сын все еще увлекался Всемогущим. Наверное, это хорошо. Может, именно благодаря этому герою у него такой храбрый мальчик. Он с любопытством скользит взглядом по стенам, рассматривая огромный плакат с символом мира, а затем и шкаф, где плотно стояли книги, пытаясь уместиться вместе с фигурками. Качнул головой, собираясь уже уйти, как его внимание привлекла папка учебников на столе. Видимо, забрав сумку, Инко вытащила все из нее, чтобы хорошенько постирать. Сверху физики лежала немного потрепанная тетрадь.       …На кухне сидела Инко, миролюбиво ожидая бывшего мужа. Она уже успела немного успокоиться, думая, что, главное, ребенок наконец-то дома. Все остальное совсем неважно. Когда тот появился в проходе, пододвинула белую кружку с горячим напитком к противоположной стороне стола. Хисаши благодарит, прежде чем подойди и сделать несколько глотков сразу. Сидеть не хотелось. Спасибо, насиделся.       ー Я так волновалась… ー произнесла спокойно, но после повернула голову и стала отчитывать: ー Уже рассвет, а вас все нет. И ты не отвечаешь! Хисаши, у меня давление скакало! Мой ребенок ушел из дома в неизвестном направлении, а его отец не берет трубку. Хотя обещал… ー Отвела взгляд, вздыхая. Она понимает, что не имеет право требовать чего-то от него.       Тот моргнул. Он и забыл, какой суровой бывает эта женщина. Быстро кивает головой, как бы признавая, что та права.       ー Прости, ситуация не позволяла. Да, уже рассвет… Мы видели его с Изуку. Я, честно говоря, вырубаюсь, поэтому не думаю, что смогу ответить на все твои вопросы. Но знаешь, Инко, ー мягко улыбнулся, ー ты прекрасно воспитала сына. Спасибо тебе.       Ей не нужны извинения, он знает это. Бывшая жена всегда понимала его лучше, чем он сам. И Инко видит по нему, что он сожалеет. Они не поднимут эту тему никогда, но определенно… Хисаши казалось, словно на него больше не смотрели с долей безнадежья. Будто признавали, что да, он действительно отец. Это многого стоило.       ー Я корю себя. ー Призналась, сказав это несколько зажато. ー Когда ты ушел, все лежала и переваривала происходящее. Хорошие ли мы родители, Хисаши? Я знаю, что несмотря на все, Изуку любит нас. Но мне кажется, если бы я так не цеплялась за мысль, что подумают о моем ребенке, он бы… был более счастлив.       Конечно, он знал, что не единственный, кто может переживать или накручивать себя. Но никогда и представить не мог, что та способна думать, будто она ｰ плохая мать.       ー Ему стукнет только-только двенадцать, мы ещё можем исправить свои ошибки. ー Посмел даже улыбнуться и сел, закинув ногу на ногу. ー Я верю в это! И я не знаю, кто бы ещё лучше сгодился на роль матери, чем ты. …Слушай, у тебя не найдется геля от боли в спине? И что-то у меня голова трещит.

***

      Ужасно хотелось спать.       Мидория долгое время боролся с тем, чтобы не дать себе окончательно проснуться. Стоило ему открыть глаза, как он отворачивался и сразу закрывал их, погружаясь дальше в дрему. Но, когда он распахнул их окончательно, то увидел рядом с собой маму. Её вид напоминал сейчас грузную женщину, особенно, когда она вот так сидела свесив голову, перебирая пальчиками недавно связанный плед. Изуку поднял с подушки голову, сонно вглядываясь в неё. Та кипела нервной энергией, невольно передавая и ему. Что случилось?       ー Мам? ー неуверенно позвал, привлекая к себе внимание.       ー Ах, Изуку! ー подняла голову, отпуская кончик пледа. Он потянул его на себя, с удивлением отмечая, что не помнит, как укрывался. И как вообще его занесло в комнату? ー Доброе утро, милый. Выспался?       Ему пришлось привстать, но это получилось не сразу. Во-первых, у него наблюдалась подозрительная слабость в теле. И было жутко холодно, что заставило укутаться посильнее в плед. Он кивнул, подмечая, что сегодня оказывается выходной. Спасибо календарю с улыбающимся Всемогущим. Постойте, это получается, ему не надо в школу? Мысль сразу же порадовала, и он приободрился.       Инко, видя полуулыбку сына, робко улыбнулась сама.       ー Знаешь, я хотела бы извиниться. Мне так жаль, что все это случилось. Я сама не поверила, когда увидела его и мне стоило предупредить тебя… Изуку, я не сержусь, что ты ушел из дома, но мое сердце не выдержит второго такого ухода. Хисаши мне ничего не говорит, я понятия не имею, где ты был все это время!       Губы вытянулись в трубочку. Осознание того, что те воспоминания были не сном, почему-то заставило облегченно выдохнуть. Он понял, что имела в виду мама. Та не могла винить его в бурной реакции, но предупреждала, что может и не вынести следующую такую выходку. Красные щеки покраснели еще хуже от стыда. Мидория был хорошим сыном, поэтому ему не хотелось заставлять волноваться ее. Он прижался с боку, обнимая крепко-крепко и тараторя:       ー Мам, прости. За все прости! Только себя не вини, пожалуйста, ты правда идеальная мама. Я… больше не буду сбегать из дома. Но и сказать тоже не могу, прости. Мне слишком стыдно сознаваться. Но честно-пречестно, больше такого не будет!       «Надо же, он кажется менее подавленным… Это из-за высокой температуры, или разговор с Хисаши правда помог ему почувствовать себя лучше? Ох, Изу, ты не заслужил разбираться в наших проблемах». ー Подумала грустно женщина, поглаживая его по голове.       ー Лучше без резких движений, ты заболел, милый. ー Говорит строгим, материнским голосом. Тот ойкает и отстраняется, ложась обратно в кровать. ー Ничего страшного, обильное питье утром, и ты встанешь на ноги. Я сама принесу, а ты попробуй уснуть, ладно?       ー Хорошо… ー улыбнулся, почему-то действительно ощущая миротворное спокойствие. ー Мам, а папа… может ли папа не уезжать?       ー Пока ты такой больной, я точно никуда не уеду.       Изуку поворачивает голову, слыша знакомый голос, и сдерживает себя от того, чтобы не улыбнуться шире. Инко недовольно посмотрела на того, а после фыркнула:       ー Кто бы говорил, сам-то умудрился тоже заболеть! Тебе кто разрешал вставать с дивана, дорогой? А ну-ка марш, и нет, Изу, никуда он не уедет. Пока он нам не надоест.       Последнее было сказано полушутя, но произнесено ласковым тоном. Однако со стороны выглядело настолько жутко, что тот сразу же шарахнулся обратно в гостиную. И все, что успевает подумать ребенок, так это:       «Все-таки мама потрясающая!»       Конечно, его жизнь никак не изменилась. И ему ещё потребуется много времени, чтобы разобраться в своих чувствах касательно школы, одноклассников и будущей мечты. Появился и отец, с которым отношения невероятно сложны, и он понятия не имел, куда в конечном счете приведет подаренный шанс. Рано или поздно, он столкнется с проблемами лицом к лицу.       Но почему-то теперь Изуку был уверен, что готов это сделать. Он справится.