Иной путь героя

      Капли дождя тарабанили по стеклу, оставляя за собой некрасивые разводы. Изуку вырисовывал пальчиком незамысловатые узоры, наблюдая, как пейзажи плавно сменялись один за другим. В голове царила приятная пустота, а тревожность, сковывающая разум и тело, наконец-то отступила на задний план.       Постепенно вялость одолевает его. Стоит прикрыть глаза, еще чуть-чуть, и он погрузится в легкую дрему. Правда, ненадолго. Изо всех сил жмурясь и мысленно приказывая себе не вздумать заснуть здесь, в машине, Мидория стряхивает остатки сонливости. Кости, как назло, ломит. Предсказуемо: он не первый раз из-за собственной дурости попадается на глаза Каччану. За последние несколько дней ему особенно досталось. Вот и выспаться у него теперь толком не получится.       Желая отвлечься, он прислонился лбом к прохладной поверхности, немного на нее выдыхая. Окно запотело на пару секунд, прежде чем вернуться в первоначальный вид. Изуку с недовольством надул щеки: ему хочется рисовать, да разве порисуешь на таком?       «Бездельничает», ー заключает Хисаши, наблюдая за ребенком. Но вслух не ворчит, сохраняя тишину, что длится с начала их маленькой поездки. В салоне крайне тихо, даже радио не работает. Слышен лишь рев мотора, да печальные вздохи водителя касаемо пробок.       Да, они остановились. Мидория разглядывает уличные фонари, тускло освещающие пустой асфальт. Затем пробегается глазами по толпе разноцветных машин, замечая, что с преимуществом лидирует белый цвет. Однообразие за окном быстро надоедает, и он решает переключить внимание на человека рядом.       На этот раз Хисаши устроился не впереди, а вместе с ним на заднем сиденье. Оба забились в разные углы, предпочитая отмалчиваться — сил на полноценный разговор ни у кого из двоих не было. От Изуку не скрылось то, с какой грустью взрослый смотрел куда-то вдаль, не замечая вокруг ничего. Интересно, что его гложет?       Их взгляды пересеклись. Читая настороженность в светлых глазах, уголки губ мужчины немного дернулись вверх. Он не совсем понимал, что сейчас происходит. Почему сын на него так серьезно смотрит? Он что-то упустил? Опять был слишком груб? Или причина заключается в том, что теперь они сидят рядом и Зуку сердится? Если все так и продолжится, то Хисаши прямо сейчас откроет дверь и, знаете, как-нибудь дойдет пешком!       Изуку хочет провалиться сквозь землю. Стыдливо опускает глаза, чувствуя, что его лицо по цвету сейчас ничем не уступает помидору. И по какой причине тот внезапно улыбнулся? То ли хотел успокоить, то ли, наоборот, морально готовил к чему-то ужасному? Вдруг Хисаши посчитает, что самое то устроить ему взбучку? Живя только с матерью, он понятия не имеет, как современные отцы воспитывают сыновей. Хотя у его одноклассника по кличке «Черныш» папа генерал, и недаром того всегда трясет, стоит зайти речи о…       ー О чем размышляешь? ー негромкий голос заставляет вздрогнуть.       Мидория моргнул, медленно возвращаясь в реальность. И тут же поджал губы, догадываясь, из-за чего водитель косится на него через плечо. О нет, неужели он опять бормотал вслух, пугая окружающих?       ー Устал, ー неожиданно признается. ー Я на самом деле так устал, пап.       Хисаши рядом понимающе кивает. Если быть откровенным, то его знатно помотало за эти несколько дней. Одно дело привыкать к разнице во времени, другое — нервничать из-за сумасшедших поступков мелкого. И как последний только держится?       ー Болят? ー вновь спрашивает, указывая на руки. Ребенок разглядывал их, то сжимая, то разжимая кулаки — словно пытался размять.       Сначала он непонимающе отнесся к новости, что Изуку довольно быстро смирился со шрамами и даже отказался от перчаток. Но после Хисаши отдернул себя. В голову ударил как некстати факт, что это далеко не первые шрамы его сына. Он ведь видел их собственными глазами. Эти жуткие линии, что расползлись по всему телу. И то, с каким усердием ребенок пытался до последнего их спрятать от других, невыносимо злило, но еще больше… расстраивало.       Его коробила мысль, что будь он рядом с семьей, ничего бы не случилось.       Дети в подобном возрасте должны получать маленькие шрамики, потому что по деревьям лазят да иной раз на технику безопасности забивают. Например, когда бегают в догонялки или на турниках висят. Но уж точно не по причине, заключающейся в лице малолетнего придурка, которому хочется лишний раз потешиться над кем-нибудь. И Хисаши не шутил, предупреждая мелкого выродка Бакуго, что при малейшем намеке он оторвет ему руки. По правде говоря, хотелось сделать подобное уже давно, но мысль «это тоже чей-то ребенок» постоянно останавливала его.       ー Есть такое, ー вяло кивает. ー Причем ноют именно порезы. Почему?       Состроив умное лицо, Мидория-старший просто не мог упустить шанс не блеснуть своими знаниями. Поправив невидимые очки и прочистив горло, он начал объяснять важным тоном:       ー Атмосферное давление меняется при непогоде, а ее перепады вызывают у многих, кто живет с рубцами или шрамами, дискомфорт и зудящую боль. А связано это с тем, что вот здесь, ー тыкает в глубокий шрам на правой руке, ー нарушаются соединения нервных волокон. Они, вроде как, отвечают за регулирование болевой чувствительности. Но это не точно. Думаю, мысль догнал.       Секунда, две… Изуку молчит, вылупившись на отца слишком удивленно. Хисаши этот взгляд не очень нравится: тот ошарашен его знаниями или самому объяснению? Эй, он, может, и не пошел в колледж, как Инко, но и не такой же прям дурак!       ー Вау, ー выдает запоздалую реакцию, когда пытается переварить объяснения в виде смеси родного и иностранного языка. Не стоит говорить, что последний у него на уровне «ю ду пипл, ю ноу». ー А ты откуда знаешь?       ー У меня на спине тоже есть кое-что. ー И, догадываясь, каким будет следующий вопрос, быстро перебивает: ー По глупости полез на второй этаж, по итогу рухнув с деревянной балки.       ー Зачем ты вообще туда полез? ー по интонации становится ясно, что сейчас Изуку размышлял: а вдруг его папа дурак и передается ли это генетически?       ー Что только не сделаешь во имя любви, малыш!       Мидория-младший прыснул в кулак, посчитав такое объяснение неплохой отмазкой. Но Хисаши не врал. В тот солнечный день ему так хотелось увидеть свою девушку, что он полез на второй этаж прямиком к ней. Представляя себя этаким принцем, что спасает принцессу от заточения (вообще-то тогда ее посадили на домашний арест из-за него, но это неважно!). Правда, он не удержался и поскользнулся, полетев вниз. Еще потом все соседи думали, что принц в конечном счете коньки отбросит или инвалидом станет. Но нет, все оказалось куда благоприятнее. Шрам даже не беспокоил, так, иногда при солнечной погоде давал о себе знать. Может, он когда-нибудь поведает об этой истории.       Разговор сам собой замялся. Стоять в пробке довольно скучное занятие, и Изуку вздыхает, желая как можно скорее оказаться дома. Рука по привычке зарывается в кудри. Он слегка морщится, по-хорошему ему бы в душ сходить. Валяние на дороге и «теплый» прием в полицейском участке не прошли без следа. В буквальном смысле. Но больше всего жалко волосы. Он еще не смотрелся в зеркало, но страшно представить, какой беспорядок у него творится на голове.       ー Они в очень плохом состоянии, ー произнес очевидное, наблюдая за тем, с каким ужасом тот перебирает пряди. ー Да не пугайся ты так, что-нибудь придумаем! Давай лучше поставим ставки: шампунь восстановит этот кошмар или нет?       ー У тебя есть идеи получше? ー мрачно спрашивает, не одобряя такой юмор. Изуку любил свои волосы! Несмотря на их непослушную натуру, он старался за ними ухаживать, и сейчас действительно расстроен таким положением дел. Если Каччан так здорово сжег все там, то придется срезать колтуны или убирать длину. А ему это категорически не хотелось!       ー Ну-у, ー протянул, подсаживаясь ближе к сыну. ー «Что-то тот совсем затих, надо бы исправлять это».       Он аккуратным движением убрал чужую ладонь, позволяя себе перебрать верхние пряди, параллельно отделяя их от нижних. Оценивая критическим взглядом масштаб трагедии, по-снобски похмыкал и заключил:       ー Налысо в принципе можно. Сразу все проблемы отпадут.       Изуку дернулся в протесте. Нет, и еще раз нет! Ему в детстве для истерики хватало увидеть ножницы и услышать разговоры о походе к парикмахеру, а тут… Налысо! Какое страшное слово!       ー Да что ты так дергаешься-то! ー фыркнул и отпустил. ー В шутку же предлагаю. Хотя, если передумаешь… Ладно-ладно, молчу! Инко поможет, я уверен.       Ему тоже хочется верить в это. Мама обязательно найдет способ как спасти безобразие, что обманчиво зовется волосами. Ну или остается молиться на шампунь, который покоится на дне бутылочки. Мидория откидывается на спинку кресла, молча признавая свое поражение. Он согласен на что угодно, только не ходить подобно Сайтаме!       Веки тяжелеют, и Мидория не замечает, как погружается в сон, не в силах сопротивляться. Ему снится злой дяденька-полицейский, что продолжает без конца использовать причуду. Стягивает наручники до такой степени, что аж плакать хочется. На вопрос «за что?» тот непоколебимо отвечает: «за косплей Сайтамы».       А потом Изуку обнаруживает себя лысым, из-за чего с воскликом просыпается. Немного взмокший он злобно поглядывает на взрослого, что непонимающе хлопает глазами. Как отблагодарить папу за новую фобию?

***

      ー Так, послушай меня.       Хисаши произнес это с крайней серьезностью, останавливая его прямо перед дверью и не давая пройти дальше. Изуку непонимающе взглянул, даже с долей обиды: оба были промокшими, благодаря тому, что кое-кто забыл захватить зонт, так теперь его еще и домой не пускают! Но взгляд тут же смягчился, стоило заметить, что и сам Хисаши выглядел немного встревоженно: странный блеск в глазах, выступивший пот на лбу и нахмуренные брови. Он перевел дыхание, прежде чем произнести более спокойно:       ー У нас в доме гостья.       ー До сих пор? ー спрашивает с ноткой удивления. Сколько он себя помнит, мама никогда не любила гостей, что имеют привычку засиживаться у них дома больше нескольких часов. Да и вообще, когда в последний раз у нее кто-то был, кроме Бакуго-сан?       Мужчина неоднозначно повел плечами. На его лице что-то отразилось, но не успел Мидория открыть рот, как его уже перебили:       ー Тут особый случай. Я с ней не в ладах, но ты… ー нехотя признался: ー Инко права, ты имеешь право знать о ее существовании.       «Этот день никогда не закончится, да?» ー детский голос в голове уже просто требовал зайти домой, умолял помыться и лечь спать. Да-а, он как представит мягкое свое одеяло, матрасик, так и жизнь прекрасна. Сонно потерев переносицу, закивал, даже не вслушиваясь в дальнейшие слова.       ー …Зуку, ー перед его глазами помахали рукой: ー Ты меня слушаешь? Все понял? Сам-то готов?       ー Ага, так точно!       Видимо, ему стоило переспросить.       …Изуку стоял столбом, растерянно глядя на свое окружение. Он успел тысячу раз пожалеть, что ему вздумалось пойти на кухню поздороваться с матерью. Стоило сначала все-таки помыть руки или хотя бы снять мокрую одежду. Просто, просто он никак не ожидал познакомиться именно в таком виде.       На стуле гордо восседала женщина пожилого возраста. Несмотря на округленное лицо и на кислую улыбку, незатрагивающую пухлые щеки, ее подбородок был гордо вздернут. Большие серые глаза смотрели прямо на него, заставляя разнервничаться еще больше.       ー З-здравствуйте, ー пролепетал хоть и четко, но еле слышно. Он слегка поклонился, но долгое молчание заставило его поднять голову. Ответная реакция окончательно вывела из равновесия:       ー Это. что. такое? ー в ее голосе сквозила насмешка. Инко покачала головой, продолжая наливать чай в пустые стаканы.       ー Вот вы и дома, ー с долей облегчения поприветствовала их хозяйка квартиры. Она потянулась за дополнительной посудой, а сама, оглянув сына, ласково произнесла: ー Изу, иди в ванную, можешь даже задержаться там. Ах, Хисаши, и ты промок!       ー Да там такой ливень, что мы пока с такси до подъезда добежали уже все, капут!..       Инко разрывалась на месте, не зная, куда себя деть: то ли сорваться и начать осматривать потрепанного сына, убедиться, что после он обязательно наденет теплую пижаму, то ли расспросить мужа, из-за чего тот в какой-то момент встал и, отмахнувшись, мол, заберу сына из школы, выбежал из дома.       Но ее бывший муж выглядел спокойным. А стоило ему посмотреть на нее, то во взгляде сразу читается: все хорошо, все в порядке. И она решает довериться.       ー Пап, ー Изуку старается не обращать внимания, с какой брезгливостью его осматривает гостья, и обращается ко взрослому, немного потянув за ткань. Когда на него обратили внимание, старается увести за собой: ー Идем, нам надо переодеться.       «И поговорить. Срочно поговорить!» ー он удержался от комментария в последнюю секунду, поджав губы.       ー Это, блин, кто?! ー не сдержавшись, спросил Изуку, стоило им зайти в ванную. Хисаши мыл руки, пока он смотрел ошарашенными глазами в зеркало, не зная, чему удивляться больше: своему отвратительному виду, волосам, что в плачевном состоянии, или человеку на их кухне.       ー Это твоя бабушка. ー Спокойным тоном добавил: ー Да, я знаю, ты думал, мол, она…        И поднял глаза к потолку, намекая, что женщина по идее давно постигла смерть. Тот заторможенно кивнул.       ー Но нет, она живее всех живых. Просто и у меня, и у Инко с ней очень напряженные отношения. Эта старая карга… не самая приятная дамочка. Они долгое время не общались из-за ее скверного характера.        Мозг отказывался думать. Поэтому ребенок стоял и кивал болванчиком, просто принимая все сказанное как факт. Медленно, но верно, пазл стал складываться в голове: он никогда не посещал с матерью кладбище, и не то, чтобы мама много рассказывала о своем детстве. А на все расспросы обычно отмалчивалась.       Изуку не понимал одного: если мама с ней не в ладах, то почему она сегодня здесь?       ー А что теперь изменилось? Она решила извиниться?       ー Она умеет извиняться? ー спросил будто у себя, но после покачал головой: ー Нет, но у нас есть шанс хотя бы сегодня не разругаться. Зуку, мы все стареем, и Инко посчитала, что не может тебе больше врать.       ー Это все… ради нашего знакомства с ней?       ー Типа того. Я, вот, понятия не имею, кто моя мать. Но предпочел бы знать о ней пусть даже самое плохое, чем пребывать в неведении.       Ему хотелось о многом спросить. О чем он еще не догадывается? Почему родители недолюбливают бабушку, или почему бабушка недолюбливает их? По какой причине она так негативно настроена к нему самому? Он ведь не слепой, видел, как ей неприятно здесь находиться и просто видеть своего внука. Зачем все это? Почему он просто не может развернуться и уйти спать?       От информации голова шла кругом, вновь неприятно побаливая.       Хисаши похлопал по плечам, заставляя все мысли куда-то улетучиться. Мидория посмотрел на отца через зеркало, улавливая, что тот тоже на него смотрит. Он видит, как на дне зеленых глаз что-то плещется. И ему почему-то на мгновение становится легче.       ー Итак, перекись ты сам знаешь где, если понадобится помощь — зови. И перестань накручивать себя, дурная привычка. Теща, конечно, тот еще подарок, но ты справишься.       Ощутив как непривычная тяжесть упала с плеч, Изуку пробормотал:       ー Я не знаю, как вести себя.       ー Просто… будь собой? ー Возможно, ему стоило отговорить Инко попробовать связаться с матерью? Или все же это было хорошей идеей? Он тоже не догадывался как правильно поступить, но что-то ему подсказывало: Изуку в глубине души знал. ー Она тебе ничего плохого не сделала, но и хорошего тоже. Поэтому не пытайся ее впечатлить. Ты дома, а разве в своем доме кому-то нужно что-то доказывать?       Когда дверь хлопнула, Мидория почувствовал, как по щеке покатилась слеза. Последние слова за живое задели.

***

      ー Ваш сын уже такой большой, а вы забираете его из школы. И где самостоятельность? В его возрасте ты не только одна ходила в школу и возвращалась, но и сама себе готовила, и дом содержала. ー Прицокивая языком, она продолжала наседать на дочь. Инко не пыталась отмазаться, но и отпор не давала — знала, что это бесполезное дело и мать ее не послушает.       ー Изуку достаточно самостоятелен. Если я пошел его забирать со школы, значит, так требовала ситуация.       На кухню зашел Хисаши, сдерживая свою вспыльчивую натуру. Он раз за разом напоминал себе, что должен быть достаточно спокойным и тактичным, ведь иначе в этой комнате останется лишь один пепел.       ー Вот как мы заговорили, ー она поджала свои накрашенные сливовые губы. ー А что с его безобразным видом?       ー Что-то за одиннадцать лет Вас не волновал его вид, ー огрызнулся, улавливая в серых глазах вспышку гнева.       ー Хисаши! ー пресекла попытку Инко, ненароком думая, что несколько лет и его не особо колышил вид ее сына. Тот поднял руки, показывая, что сдается. Затем она строго посмотрела и на свою мать: ー И ты, пожалуйста, хватит!       ー Я просто спросила. И не груби старшим. ー Театрально покачала головой. ー Будучи в браке с разгильдяем совсем манеры растеряла.       Бывшие супруги переглянулись с друг другом. Еще до звонка полиции все разговоры сводились к этому: вот, твоя жизнь пошла под откос из-за брака, сына от плохого человека родила и сама ты тоже плохая. Инко пыталась перевести тему в другое русло, например, расспрашивала, как дела у самой матери, что там с фермой у отца, но в ответ получала сплошные упреки.       Женщина даже не подозревала, что творится в жизни у дочери. Да и ей, похоже, не было интересно. За полдня она ни разу не спросила искренне: у тебя все хорошо? Ребенок твой достаточно кушает? А с мужем как?       Инко смотрела на человека, которого в свое время хотела впечатлить, и испытывала тяжесть в районе груди. Когда-то она надеялась услышать похвалу или уловить теплоту во взгляде. Она так мечтала о банальном: «я тобой горжусь». Но мать никогда ею не была довольна. Она недостаточно скромна, недостаточно умна и слишком эмоциональна. В детстве ее запросто могли довести до слез, ненароком словом задеть, а затем подобная реакция высмеивались в доме хозяйкой.       Наверное, по этой причине она никогда не осуждала сына, что мог расплакаться из-за жалости к жареной лягушке или, наоборот, искренне улыбаться настолько широко, что аж просто глядя на его улыбку, щеки сводило.       Когда на ее руках оказался комочек счастья, Инко поняла, что хочет стать идеальной матерью. Противоположностью своей. Но ей не удалось. Позор. Она зациклилась и не сумела поддержать сына в роковые для него моменты: когда оказалось, что причуды не будет, когда от него стали отворачиваться друзья, когда… отец ушел из семьи.       ー Ты знала, что Мицуки беременна? ー спросил Хисаши как в ничем не бывало. Такой неподходящий вопрос позволил напряжению, что витало в воздухе, спасть хотя бы ненадолго.       ー А? ー Инко взглянула на свое искривленное отражение в стаканчике. ー Разве такое тебя интересует? Она сама мне только пару дней назад сказала!       ー Виделись сегодня, ー ответил как нечто собой разумеющееся. Он вытащил пачку сигарет, игнорируя недовольные взгляды. А затем зажал одну меж пальцев, задумчиво покручивая ее. Будто взвешивает все за или против.       ー Кто в доме курит-то, а? Инко, и ты ему еще позволяешь!       Первым среагировал сам Хисаши:       ー Бросьте наседать на нее, я обычно прикуриваю у окна. ー Медленно переведя взгляд с сигареты на женщину, он дунул на кончик, даже не глядя. Благодаря причуде, он без труда смог зажечь ее. Сделав затяжку, показательно выдохнул колечко дыма: ー А еще мы в разводе, поэтому да, она может позволить.       Старческое лицо мгновенно вытянулось, по щекам расползлись красные некрасивые пятна, ноздри вздулись — весь вид ее напоминал сейчас больше этакого черта, чем человека. Хисаши мысленно усмехнулся с такой картины, откидываясь на спинку стула. А чего юлить, когда с большей вероятностью он не встретится с этой каргой? И Инко не обязана чувствовать себя плохо, пытаясь сделать все, чтобы та была довольна и не распускала гадкие комментарии.       Нет, этого больше не будет. Может, он и проебался как отец, но уж точно разбирается в таких противных людях. Они ведь, кроме себя, никого не любят. Да и не умеют любить. Пусть его бывшая жена будет хоть лучшим человеком в мире, та все равно прикопается к ней. Просто потому, что не любит ее. К сожалению. Вот и все.       ー А теперь послушайте меня внимательно. Я расскажу историю о том, как Ваша дочь жила на улице после того, как Вы ее выгнали в одних шортах и майке. О том, как она стала хорошей матерью, несмотря на такой пример суки и непутевого мужа. Ах да, у нее еще есть сын. И бабушкой Вы уж точно недостойны зваться.       «Прости, Инко. Не получится у меня сегодня быть вежливым…» ー и, думая об этом, он вновь поднес сигарету к губам.

***

      Изуку потратил больше часа, пытаясь привести себя в порядок. Он тщательно растирал мочалкой кожу, обрабатывал царапины, параллельно ругаясь на Бакуго, даже пофыркал на синяки, но вот с волосами все оказалось куда сложнее. Шампунь и десяток масок просто не смогли ничего исправить. Он был готов проторчать здесь хоть целую ночь, но умом понимал, что все бесполезно. Оставался лишь один выход: резать. Но как же ему хотелось избежать этой участи!       На улице было неприлично темно, когда он только-только приоделся и пошел сушить кудри (или то, что осталось после них). Закончив, Мидория почувствовал странное притяжение к кровати, особенно, когда глядел на нее, но ложиться спать не решился. Глаза сами собой слипались, однако тревожная мысль, что мама сидит на кухне в нежелательной компании, не позволяла ему заснуть с чистой совестью. Он не хотел туда идти, у него не было аппетита или желания общаться с бабушкой, но ему ничего не оставалось, кроме как взять себя в руки и пойти.       Стоило пересечь порог, как вдруг стало слишком тихо. Негромкие разговоры смолкли, и все трое теперь смотрели на него. Изуку старался вести себя куда увереннее, чем чувствовал, и сел, внезапно выдав даже для себя:       ー Эм, папина ставка выиграла — шампунь не смог справиться с этим… кошмаром.       ー Ох, Изу! ー сочувственно протянула Инко, понимая, что это значит. Она прикусила губу, прикидывая, что можно сделать с волосами. Как лучше обрезать, чтобы оставить длину и сын не так слишком горевал.       Он смотрит на них всех, отмечая, что атмосфера вокруг уж слишком странная. Чересчур спокойная, но и не особо доброжелательная. Что-то успело произойти, пока его не было? Изуку опускает взгляд и зарывается в волосы, даже не представляя выход из этой неловкой ситуации.       ー Ты… ー вдруг произнесла женщина скверным тоном, заставляя его поднять голову. Она смотрела на него так, словно он червяк под микроскопом. Неприятные ощущения. ー Скажи мне, ты считаешь, твои родители достаточно взрослые люди?       Ребенок изумленно моргнул, поражаясь такой нетактичности. Он мог бы подумать, что это шутка, но уж слишком недовольна та выглядела для кого-то в роли шутницы.       ー Мне кажется… ー замялся, обдумывая каждое свое слово, что крутилось в голове. ー Никогда нельзя назвать кого-то достаточно взрослым.       ー Ну и бредятина. Вот я, как ни смотри, могу себя таковой назвать.       ー Сейчас это прозвучало даже для ребенка слишком по-детски. ー Буркнул Хисаши себе под нос, пододвигая горячий напиток сыну.       Изуку замолчал, не зная, нужно ли ему продолжать. И все же он решился:       ー Я знаю, что мои родители взрослые люди. Они прожили определенное время, имеют опыт за спиной и знания. Но это не спасет их полностью от ошибок, ведь они еще, например, недостаточно взрослые по сравнению с Вами — физически уж точно, ментально, может быть, а вот по опыту…       Ему было одиннадцать, а он уже знал, что такое жестокое обращение в социуме и каково это: быть беспричудным. Женщина, что сидела с ним за одним столом уж точно не могла догадываться об этом. Нет, никто за столом не мог и полностью представить, как живется будучи не таким, как все.       ー У каждого он свой. И разный. Неужели Вы правда хотите сказать, что достаточно взрослые? И не совершаете никаких ошибок?       Он говорил крайне тихо, будто боялся, что на него накричат. Когда-то он пытался поговорить с теми, кто его обижает, но остался неуслышанным. И замолчал на очень долгое время. Если бы не последние события, смог бы Изуку хотя бы однажды поступить верно? Ведь постоянно бездействуя, ты перестаешь контролировать хоть что-то в своей жизни. К примеру, собственное счастье.       Хисаши даже поперхнулся воздухом. Было нечто невинное в размышлениях сына, может, даже то самое «детское», но в его возрасте он явно размышлял не так. Нет, ему казалось все куда прозаичнее и проще. Люди такие разные и думают тоже по-разному.       ー Лишь… ー скривила губы, ー пожинаю плоды старых. Но новые впредь не совершаю.       ー Тогда… почему Вы бросили маму?       Послышался всхлип. Инко накрыла рот ладонью, не веря в услышанное. Ничего подобного она не заявляла сыну, более того, откуда тот мог узнать? Этот вопрос она всегда боялась спросить лично у матери, а ребенок перед ней с такой простотой это спрашивает, в глазах нет и тени страха.       ー Я? Бросила?! Неужели твоя мать жаловалась тебе на то, как я «несправедливо» с ней обошлась?       ー Моя мама… ー поморщился от того, как та визгнула, ー ни разу не говорила плохого слова о Вас. Но Вы не общались с ней. И не пытались наладить контакт. Или… или я не прав?       ー А она пыталась? У своей мамаши спроси, думала ли она хоть раз обо мне? Она мне должна, я ее, девочку, родила и не бросила. Где мой стакан воды, почему мне подает его нянечка?!       ー …Отвратительно, ー признался Изуку и печально улыбнулся. ー Вы такой отвратительный человек. Знаете, что сделал папа, когда я на него накричал? За дело накричал, но позволил себе слишком многое. Он заткнулся и понял меня. А Вы пришли сюда и продолжаете обижать маму, считая, что Вам должны и обязаны. Разве нет хотя бы… чуть-чуть желания извиниться? Исправить отношения? Вернуть дочь?       ー Это не то, что должен говорить ребенок взрослому. ー Вмешался Хисаши, но после взревел: ー Вы совсем с ума сошли?!       Инко стояла и сжимала запястье матери. Женщина подняла руку в попытке замахнуться, но в последний момент ей помешали. В ответ ей непоколебимо смотрели прямо в упор, мрачно борясь со слезами. Несмотря на попытки вырвать руку, та не отпускала.       ー Хватит, мама. Ты плохая мать, так стань хотя бы сейчас хорошей бабушкой.       Черты лица постепенно разгладились. Фудзико перестала сопротивляться и раздраженно выдохнула. А почувствовав, что хватка стала слабее, сразу вырвала руку.       ー У тебя слишком длинный язык. Такой же, как и у папаши, но ум… Можете гордиться им, хоть кто-то в этой семейке пошел в меня.       Изуку кое-как сдержался от того, чтобы не фыркнуть. Он только сейчас начал понимать, что перед ним действительно плохой человек, которого еще принято называть токсичным. Его бабушка не умеет признавать свои ошибки и уж тем более извиняться. Но печаль в серых глазах читалась настолько открыто, что даже Инко вновь села за стол, перестав чувствовать в ней угрозу. Он не простит ей сегодняшний поступок, но попытается понять.       ー Послушай совет мастера, ー она звучала так спокойно, будто еще пару минут назад не думала его ударить. Мидория понятия не имел, как реагировать на это. ー Если хочешь сохранить кудри, то достаточно сбрить немножко виски и сзади. Длину укоротим, но должно смотреться хорошо.       ー Оба-сан… ー неуверенно уточнил: ー Вы парикмахер?       Та возмущенно хмыкнула. Она не желала признаваться, что у нее самой-то образования нет, так, курсы когда-то проходила и зарабатывала на жизнь тем, что копошилась в чужих волосах.       ー Это сейчас неважно! Я не могу позволить внуку ходить подобно чучелу. Но могу исправить это.       «Она так хочет загладить вину или желает окончательно испортить мне волосы?» ー ребенок покосился на родителей. Хисаши вздохнул:       ー Не, в этом плане ей правда можно довериться. Но еще подобная выходка и я не посмотрю на то, что Вы женщина — улетите отсюда быстрее пули.       ー Не надо угрожать людям, это некрасиво. ー Вдруг вклинилась в разговор Инко, находя в себе силы дать отпор матери. Теперь она точно не позволит унижать мужа или пугать сына. ー Надо просто молча сделать это и все. Без угроз, мы цивилизованные люди.       Старая женщина вдруг побледнела, а Изуку рассмеялся: только он мог знать, что оба сейчас говорили не на полном серьезе. И детский смех, звучащий на кухне, осветлял все вокруг.       ー Хорошо, давайте попробуем. Я надеюсь на Вас, Оба-сан.