Однострочники (IPL)

Секрет долгожителя Симона как был для Даниила нераскрытой тайной, так и рисковал навсегда ею остаться со смертью вышеозначенного. Только, пожалуй, его брат - что-то странное было в его глазах, неживое, похожее на бледную желтизну полночной луны - мог прояснить обстоятельства, но не торопился. Молчал после каждой фразы. И словно был скован чем-то ещё, кроме поминальной скорби. Данковский отметил про себя, что похожую желтовато-мертвенную остекленелость замечал во взглядах некоторых Приближённых. Местного театрала, складского вора... Город и его население, насколько успелось с ним ознакомиться, оказались куда более богатыми на странности, чем он предполагал. Впрочем, нездоровые внешность и поведение горожан он списал на климат и сильное цветение подкашивающих здоровье своим терпким, кружащим голову, приносящим мигрень и сердечные хвори дурманом степных трав. С видимой неохотой уходя от разговора о финальной смерти князя, Виктор думал о своём. О том, кто же мог избавиться также от Исидора Бураха, чьё приглашение, высланное учёному, ставило под угрозу Маскарад. О том, что местные смутьяны - ни беспечный тореадор, ни гангрел с птичьей кличкой - по одиночке на это не пошли бы, а значит, разговора с главами фракций было не избежать, вне зависимости от того, как бы ему не хотелось обсуждать что-либо с Ольгимским и Сабуровым. О том, не вскрылись бы при этом скелеты в шкафу их, глав Камарильи, вентру и тремеров, как-никак, претендовавших на гордое звание истинных каинитов. О том, наконец, не заинтересовались бы их делами проклятые инквизиторы. Только бродяжка-неонатка, не знавшая ни своего сира, ни клана, ни предназначения, которую приютили Сабуровы, его тревожных размышлений не затрагивала. А зря. Так как именно она в тот же час оставляла свои собственные на волю раздвоенному безумию, и, ведомая зовом прародителя-Малкава, брела к особняку, встречаясь взглядом с сестрой в зеркальных лужах после осеннего дождя.