Однострочники (IPL)

Он давно позабытым жестом берёт её измождённую руку. Лежащая Катерина приоткрывает глаза. И чуть хрипло, слабо шепчет: — Александр... Он наклоняется поближе, в кои-то веки позволив себе не соблюдать несгибаемую комендантскую осанку. — Я с тобой, дорогая. — Третья сестра, незваная сестра... нашу доченьку чернить хочет, от святой правды людей отвращать... — продолжает бессильным шёпотом бывшая Хозяйка. — Сырую могильную землю разрыла ногтями, на свет выбралась и пришла сюда, проклятая... ведёт обольстительные речи, внушает мне сомнения!.. Затуманенные глаза ищут неумолимо ускользающий из сознания силуэт мужа в тускло освещённой комнате. Тот уверенней и бережнее сжимает её холодные пальцы: — Не было ни третьей, ни второй. Клара у нас одна, и зла никому не несёт. Только добро и надежду. И тебя сегодня коснётся её благословение. Потерпи ещё немного. — Александр, Саша, Сашенька... прогони её... дурно мне... не хочу умирать... О, это она, страшная, искушает меня, сводит с благого пути... Он с застывшим в глазах обеспокоенным строгим вопросом смотрит на подошедшего Рубина. — Ничего страшного, скоро подействует. Видите, она почти уже... — начинает тот. Сабуров, не дослушав, молча выходит из прозекторской. Никто не должен видеть слабость его супруги, даже он сам; так она завещала. Никто не должен заподозрить, будто бы ему совсем не хочется отдавать любимую жену на кровавый конвейер Самозванки. К тому же, слишком настойчиво лепет её предсмертного помутнения рассудка напоминает Александру, что следующим быть ему.