Мысленный танец

Нилу записала его в список своих партнёров. В какой-то степени это даже забавно. Разумеется, аль-Хайтам не стал слушать часть рассказа, которая касалась его. Любопытство не победило. То, как Нилу стеснялась общаться со своими подругами при нём, тоже смешно… Асма наконец спустилась с рук на землю. Они возвращались домой. — Я думала, ты всё время её на руках таскаешь, — Фарузан негромко посмеялась, опустившись, чтобы погладить её. — Укусит, — сказал аль-Хайтам, пусть раньше и не замечал за Асмой подобного поведения. — Серьёзно? — девушка осмотрела счастливое лицо собаки. — Не знаю. Просто предупредил, — он пожал плечами и несильно потянул поводок Асмы на себя, — до встречи. Их диалоги уже давно не были содержательнее пары фраз, хотя раньше, несмотря на всю нелюбовь аль-Хайтама разговаривать, они могли часами обсуждать различные темы. А потом оказалось, что вместе с отношениями заканчивается и дружба. Разговоры теперь посвящены только работе. И стали даже не такими, в которых они на протяжении долгого времени спорили, какой вектор развития лучше выбрать Академии, или обсуждали новое руководство. Нилу вернулась раньше, чем он предполагал. Зашла в дом где-то через полчаса после него? Неужели он так долго говорил с Фарузан? — Ты быстро, — сказал он, оторвавшись от журнала, — как прошла встреча? — Не говори так, будто ничего не слышал. — Ну, справедливости ради, часть рассказа, которая касалась меня, я уже не слушал. — Врёшь же, — Нилу опустилась на диван рядом с ним, — так ничего и не поел? — Я пил кофе недавно. — Это не еда. Девушка недолго просидела рядом с ним, а затем пошла к холодильнику. Похоже, решала, что может приготовить. — Чем планируешь сегодня заняться? — спросила она, ставя перед ним тарелку с овсянкой. — Ничем, — коротко ответил аль-Хайтам. — Раз свободен, то предлагаю съездить на кладбище. Аль-Хайтам не сразу ответил. Тишина повисла в комнате. Нилу терпеливо ждала его ответ. — Я думал, ты уже не помнишь об этом, — он немного улыбнулся, — пожалуй, откажусь. Не хочу тратить последний выходной на поездку за город. — Причина только в этом? — Черту переступаешь, — вздохнул, — это совсем не твоё дело. Заметил, что Нилу погрустнела. Каждый раз, когда она делала такое выражение лица, он понимал, что расстроил её. Обычно Нилу начинала оправдываться, когда он делал ей какое-то резкое замечание. Но сейчас она, похоже, считала, что всё равно права. Ещё раз позавтракали они молча. Чего-то, что кто-либо из них не знал, за столь короткое время не произошло. Говорить будто не о чем было. — Если выскажешься, то станет легче, — прервала молчание Нилу. — Я правда сейчас не хочу говорить об этом. И уж тем более куда-то ехать. Когда-нибудь потом — возможно. Сейчас — нет, — аль-Хайтам сам отнёс тарелку в раковину и включил воду. Нилу попыталась что-то сказать ему, но он не услышал. Асма крутилась у него в ногах. — Если нечего делать, поиграй с собакой, — он сделал вид, будто что-то бросает в сторону Нилу, чтобы Асма переключилась на неё. А сам, закончив мыть посуду, ушёл в комнату. Упав на кровать, он начал листать рабочие чаты. Их было явно больше, чем того требовалось. Вскоре он понял, что попытки прочитать всю новую информацию в целом бесполезны. Касайся что-то из этого лично его — Нахида бы сама написала. Поэтому он решил прочесть что-то другое. В журнале оставалось несколько статей, которые по теме казались интересными. Но журнал на кухне. Он начал набирать номер Нилу, который она дала ему слишком давно, а он ни разу так и не позвонил ей. Из соседней комнаты донеслась какая-то мелодия звонка, стоящая по умолчанию. Какая на его телефоне — он уже не помнил. — Что случилось? — обеспокоенно спросила Нилу. — Раньше ты никогда мне не звонил… — Принеси журнал с кухонного стола и чего-нибудь попить, — ответ он не получил, поэтому решил добавить: — пожалуйста. — Стой. Давай сначала: ты где? — У себя в комнате. Следующую фразу он услышал уже лично. — Серьёзно? — спросила Нилу. — Я подумала, что не заметила, когда ты ушёл. — А журнал?.. — Я зашла проверить догадку. — Зачем? Я так и сказал. Нилу пожала плечами. В целом он прав, но как же это было иррационально. Он бы уже десять раз успел сходить до кухни… И несмотря на это, она выполнила его просьбу. — Интересно? — спросила она, подавая журнал. Дежавю. — Не особо. Смотри, — он сел на край кровати, приглашая Нилу присоединиться. Аль-Хайтам объяснял ей, почему исследование проведено неправильно. Не сказать, что девушка много понимала, вернее, видела разницу между его «как делать надо и не надо», но это всё равно не мешало ей с интересом слушать его. Этот монолог длился долго. Если сначала аль-Хайтам обращал внимание только на явные ошибки, то со временем точно начал просто придираться. — Интересно? — повторил её вопрос он. — Не особо, но мне нравится, как ты об этом рассказываешь. — Спасибо, наверное. После Нилу ушла, оставив его наедине с журналом. Она ужасно сильно хотела снова дотронуться до аль-Хайтама, возможно, обнять или вообще поцеловать. Индекс атмосферы понижало только то, что сейчас была середина дня. А так: его спальня, они вдвоём, их общий ребёнок — Асма — спит в другой комнате. — Рекомендую, кстати, прочитать эти книги, чтобы было понятнее, — аль-Хайтам открыл дверь, держа перед собой лист, на котором вручную были написаны авторы и названия, — я из них многое почерпнул. Девушка удивлённо поморгала. — Спасибо? — она приняла от него листы. Названия точно не говорили о том, что это работы с поверхностными знаниями. Нилу не уверена, что ей хочется погружаться во всё это; в конце концов, это даже не её основная специальность. Но… аль-Хайтам потратил время на то, чтобы подобрать подходящие книги. Нужно хотя бы из вежливости что-то прочитать. Не может же быть предмет, который ему интересен, скучным? — Ты куда? — спросил аль-Хайтам у Нилу, выглянувшей из-за двери. — В книжный. Сходишь со мной? Судя по паузе перед ответом, аль-Хайтам прикинул, где тут ближайший магазин. — Далеко. Не хочу. Уже выходил из дома сегодня. — Три отговорки. Не слишком много? — Нилу уже вышла из комнаты. — Не особо. В твоём внешнем виде что-то изменилось? — Ты серьёзно не заметил? — будто обидевшись, сказала Нилу. — Шучу. Ничего. Я просто за картой сходила. — До магазина не так сложно доехать. Такая очевидная шутка, но Нилу с трудом сдерживала смех. — Всё нормально? — неуверенно спросил аль-Хайтам. — Да… Подожди, — Нилу успокоилась. — Ты сказал «доехать»? — Оговорился. Дойти. — Довезёшь до магазина? — Нилу, скрестив руки за спиной, посмотрела на него, слегка выгнувшись. — Ладно, давай, — а потом добавил: — иначе ты бы пошла пешком, мне тебя жалко. Нилу весело хлопнула в ладоши и направилась к выходу. — Удивлена, что рядом с Академией нет книжных, — сказала девушка уже в лифте. — А зачем? Там же огромная библиотека есть. — Что-то я не видела, что в ней процветает бизнес по продаже канцелярии. Аль-Хайтам только пожал плечами. Видимо, ещё не додумались. На парковке возле дома Нилу подбежала к знакомой машине. — На заднее, — спокойно напомнил аль-Хайтам, заметив, что она хочет сесть рядом с ним. — С родителями я не вылезала с переднего места с тех пор, как мне исполнилось двенадцать… — И пристегнись, — добавил он, никак не прокомментировав. *** В магазине они разошлись в разные стороны. Нилу искала книги по филологии, а аль-Хайтама, похоже, книги особо и не интересовали, из-за чего он больше внимания уделял выбору ручки. Проходясь мимо книг, иногда задевая их пальцами, Нилу зацепилась взглядом за знакомое имя. Сначала она подумала, что это просто его тёзка, но, начав читать аннотацию, поняла, что как-то слишком много совпадений. На задней обложке книги не было, как обычно, фотографии автора. Хотя отступ говорил о том, что изначально она планировалась. Как же это в духе аль-Хайтама. — Нашёл подходящую? — спросила Нилу, идя к кассе, когда заметила, что аль-Хайтам так и не отошёл от стеллажа с ручками. — Я и не искал. Всё время одну и ту же покупаю, — он отдал ручку ей, уходя, — в машине подожду. *** — А почему ты не рассказывал, что книги пишешь? — спросила Нилу, ставя пакет рядом с собой. — Я и не пишу. То — сборник моих статей. Я же говорил, что их написание — моя основная работа. А Академия — странное хобби. — Действительно, странное, — Нилу зевнула. Дорогу до дома она провела, лёжа щекой на стекле. Проснулась только тогда, когда аль-Хайтам потряс её за плечо. Глаза слипались. Хотелось остаться в машине и ещё поспать, но аль-Хайтама этот вариант, похоже, не особо устраивал. Сонная Нилу в итоге вылезла из машины. Ноги были будто ватные. — Всё нормально? — спросил он, придерживая Нилу за плечо. — Неважно выглядишь. — Не переживай, утром всё было хорошо, так что сейчас… тоже. Зато следующим утром Нилу не могла встать с кровати. Вернее, могла, но сил хватило только для того, чтобы дойти до ванны. В одно из таких перемещений она встретила на кухне аль-Хайтама. Своим видом он ей напомнил, что выходные уже прошли так-то. После этого она вышла в наспех натянутой академической форме с невероятно растрёпанными волосами. — И куда ты? — спросил он, смотря на Нилу, расчёсывающуюся перед зеркалом. — На учёбу, — ответила Нилу, будто аль-Хайтам сам не догадался, — мне надо продолжать строить связи в коллективе. — Не заражай потенциальных друзей. Аль-Хайтам подошёл к ней и, приподняв чёлку, дотронулся рукой до лба. — Я надеялась, поцелуешь, — негромко посмеявшись, сказала Нилу. Он покачал головой и с улыбкой наклонился к её губам. Нилу интуитивно потянулась к нему, пусть это и немного не то, на что она рассчитывала. — Я имела в виду, чтобы ты померил температуру губами… — сказала Нилу, оторвавшись от него через несколько секунд, — но такой вариант тоже… хороший. Почему мы не делаем это чаще? — Не знаю. Разде… — начал аль-Хайтам, оборвавшись на полуслове, — переодевайся. Для Нилу все события последних пяти минут выглядели как тот самый сон при температуре сорок. Но он через долю секунды добавил: — Я сейчас погрею чай с лимоном, а когда станет легче, сходишь к врачу, — аль-Хайтам достал из ящика аптечку и подал ей градусник, — нормально измерь, я не понимаю, как рукой можно определить температуру. Девушка, понимающе кивнув, ушла в свою комнату. Только время потратила на то, чтобы надеть форму, потому что меньше чем через двадцать минут вновь вернулась к образу, состоящему из пижамных шорт и футболки. Аль-Хайтам постучал костяшками пальцев в дверь её комнаты. — Какая температура? — спросил он, сев рядом с ней на диван. Нилу дала ему градусник: тридцать восемь градусов. — Можешь антибиотик принести? — К врачу сходи, а не самолечением занимайся. — Да полежу денёк, и всё хорошо будет… — В чём смысл пить лекарства, если ты не знаешь, что именно у тебя? Нилу послушала его и на следующий день направилась в больницу. До этого ей не приходилось оказываться в сумерской клинике. Аль-Хайтам не поехал с ней, потому что были какие-то важные дела в Академии. Он предложил взять с собой Кавеха, но тот тоже не смог. Все места были незнакомыми, Нилу внимательно вчитывалась в таблички на стенах, чтобы найти дорогу к нужному врачу. Параллельно пытаясь запомнить, где другие, дабы в следующий раз было легче ориентироваться. В целом всё прошло вполне гладко. Ничего серьёзного, но больничный ей всё равно выписали. А вместе с ним и каких-то лекарств. Родителям Нилу решила не говорить, что заболела, пусть думают, что у неё всё хорошо. Первый раз за учебный год, когда у неё реально есть объективная причина пропускать занятия, но почему-то именно сейчас ей этого максимально не хотелось. Будто всё начало налаживаться. Она даже общается теперь с кем-то, кроме аль-Хайтама и его друзей. Кажется, будто если она пропустит неделю, то все произведённые действия пойдут насмарку. Но ей очень нравилось то, что аль-Хайтам проявляет к ней больше внимания, чем обычно. Заходит поболтать, спрашивает, нужно ли ей что-то. Ей сразу вспомнились эпизоды сериалов, в которых персонаж делает вид, что всё ещё болен, лишь бы второй к нему лучше относился. Но Нилу не могла себе позволить обманывать аль-Хайтама. Тот, похоже, искренне заботился о ней. Сначала это казалось милым, но потом она не могла избавиться от чувства, будто всё не по-настоящему. Слишком резкое развитие отношений. — Ты о чём? — спросил он, когда Нилу поделилась своими чувствами. — У тебя опять температура поднялась? — Нет, но… я правда не понимаю, почему ты так себя ведёшь. Он вздохнул и снова дотронулся рукой до лба. Вообще аль-Хайтам иногда заходил к ней, когда думал, что спит, чтобы проверить, не поднялась ли температура. — Ладно, я понимаю, о чём ты. Но всё-таки иногда бывают ситуации, когда стоит жертвовать своим комфортом ради другого. — Теперь я не понимаю. — Если у болезни начнутся осложнения, то будет немного грустно, что не общался с тобой, когда представлялась возможность. — Немного? — спросила Нилу, чихнув. — Будь здорова, — пожелал он, выходя из комнаты. Через несколько дней он опытным путём понял, что целоваться с больным человеком — не лучшая идея. Для выяснения этого потребовалась повышенная на несколько градусов температура, а также ломящие кости. Он предупредил Нахиду, что не сможет прийти на конференцию, а сам завалился спать дальше. Нилу уже как пару дней чувствовала себя в целом хорошо, но больничный ещё не был закрыт, поэтому она просто занималась всякой домашней работой. В отличие от некоторых, она не считала, что из-за обычной простуды могут возникнуть осложнения, приводящие к смерти, поэтому не лезла лишний раз к аль-Хайтаму, не мешая отлёживаться. Дни проходили очень лениво. Большую их часть аль-Хайтам валялся на кровати, смотря семинары. Даже не было сил читать книги, не говоря уже о том, чтобы писать работы. По академическим делам тоже остались незавершённые вопросы. Но сейчас на них совершенно не было сил. Как и отвечать на сообщения Нахиды, которая слишком настойчиво написывала ему в личные сообщения. — Принеси сама, — сказал он, ответив на звонок, — я сейчас вообще не в состоянии идти на работу. — Я по голосу понимаю, но… Ладно, попрошу Нилу передать тебе. — Так она… — «на больничном», — не успел договорить он, услышав сигнал завершения звонка. Аль-Хайтам был уверен, что хотел попросить Нилу добежать до Академии, чтобы забрать бумаги Нахиды, но это действие как-то вообще вылетело из головы, и он уснул до тех пор, пока не услышал стук в дверь. Нилу подумала, что это Кавеху что-то нужно. Тот бы вряд ли стал стучаться, но, возможно, она забыла открыть дверь. За время болезни она поняла, что заказывать доставку еды всё-таки удобнее, чем самому ходить в магазин. Но когда она открыла дверь, то увидела свою одногруппницу, держащую листы. — Нилу? — явно удивившись встрече, спросила она. — Что ты здесь делаешь? Если бы Нилу сейчас не стояла в домашней пижаме, что-то придумать было гораздо проще. — Я… живу напротив, а у меня сахар закончился, — Нилу обошла её и приоткрыла дверь квартиры Кавеха. Хорошо, что хоть он не закрывает её. — А где сахар? Нилу ударила себя по лбу и вернулась в квартиру аль-Хайтама. Она быстро нашла ящик с приправами, потому что, похоже, единственная, кто залезал в него. И, забрав всю сахарницу, выбежала из квартиры. Она стояла около двери, не выпуская из рук посуду. Когда Кавех спросил, что случилось, она только цыкнула на него, мол, не мешай слушать. Тот встал рядом. Дверь в квартиру аль-Хайтама была открыта, поэтому через дверной глазок Нилу хорошо видела всё происходящее. Её одногруппница переминалась с ноги на ногу около входа, осматривая кухню. Аль-Хайтам не торопился выходить. Похоже, снова уснул. Нилу на пару секунд отвлеклась от своего поста, дав Кавеху посмотреть, а сама начала писать сообщения аль-Хайтаму. Но он, не прочитав их, вышел из комнаты. Не похоже, что между ними происходил какой-то диалог. Аль-Хайтам забрал листы и… пригласил её к столу? — Нилу, — обратился к ней Кавех, — ты чего? — Он не выгнал её через секунду после того, как забрал бумаги… — Ты что, ревнуешь? — он посмеялся. Нилу встревоженно посмотрела в его сторону. Не похоже, будто она хотела слышать что-то подобное. — Скорее всего, она ждёт, пока тот заполнит что ему там надо, а потом заберёт листы и отнесёт обратно в Академию. — Почему он не сказал ей подождать за дверью?! — Ну, это невежливо. — Мы про одного человека сейчас говорим? — Он же болеет, вот и ведёт странно. Не переживай. Чай они точно не будут пить, — он кивнул на сахарницу, которую девушка держала в руках. Нилу даже немного улыбнулась, — а мы можем и попить. Девушка наконец-то отошла от двери. Без явного желания она помешивала сахар в чае, который навёл Кавех. Временами косилась на дверь. Нилу рассказала ему предысторию этой девушки. И про то, как сильно она фанатеет по аль-Хайтаму, и про то, как ждала его однажды под дверью кабинета. — Сейчас бы по аль-Хайтаму фанатеть, — Кавех засмеялся. — Чем вообще Нахида думала, давая ей его адрес? Она же теперь может не под дверью кабинета, а под дверью подъезда ждать. — Мне кажется, ты преувеличиваешь. Аль-Хайтам вообще не такой классный, чтобы на него столько времени тратить. Нилу пожала плечами и больше ничего не говорила, оставаясь наедине со своими мыслями. Аль-Хайтам не мог собраться с мыслями, чтобы прочитать бумаги. Буквы были слишком расплывчатыми. Если бы перед ним сейчас не сидела его студентка, он бы точно оставил их на краю стола и вернулся бы к ним… не вернулся. Девочка иногда даже говорила ему что-то, но он игнорировал. Через пару попыток мозг смог обработать сигнал от ещё одного органа чувств. Оказалось, она не думала, что задержится здесь дольше, чем на пару минут, и спросила, может ли сходить в туалет. Аль-Хайтам пару раз кивнул, причём не будучи до конца уверенным, правильно ли понял просьбу, и указал в сторону ванной комнаты. Когда одногруппница Нилу встала из-за стола, аль-Хайтам подошёл к раковине и умылся прямо в ней. Пожалуй, от этого реально был толк. Стало немного легче. Он достал чистое кухонное полотенце и вытер им лицо, чтобы стекающая вода не попала на документы. — А чья женская одежда, висящая на сушилке? — спросила девочка, выйдя из ванны. Аль-Хайтам удивлённо моргнул. И ещё раз. Он не был уверен, что этично отвечать на этот вопрос человеку, стоящему ниже его в социальной иерархии. И ещё больше не уверен, что этично спрашивать об этом. — Сестры, да? — спросила она, будто надеясь, что он согласится. — Нет, моей… — а кто Нилу для него? Соседка по квартире, подруга… — девушки.