Мысленный танец

Наверное, наличие девушки вызовет меньше вопросов, чем соседки по квартире или подруги, использующей его сушилку. Одногруппницу Нилу этот факт явно удивил и, похоже, огорчил. Вскоре аль-Хайтам вручил ей подписанные листы и, пожелав удачи без особого желания, выставил за дверь. Первая мысль после этого — наконец-то пойти спать, вторая — зайти за Нилу, которая, скорее всего, убежала к Кавеху. Вторая мысль обычно самая правильная, поэтому он без стука зашёл к соседям. — Можешь возвращаться, если что, — сказал аль-Хайтам и ушёл, не дождавшись никаких комментариев. Он никогда не считал нужным скрывать факт наличия отношений; скорее, было всё равно. Но не хотелось, чтобы возникали лишние уточняющие вопросы. — И не надевай в ближайшее время вещи, которые сейчас в ванной. Я сказал твоей одногруппнице, что они принадлежат моей девушке. Слишком странное совпадение, — в двери попросил он и пару раз кашлянул. — Что? — переспросила Нилу, хвостиком побежав за ним. — Почему Виам вообще интересовалась моими вещами? — спросила Нилу, когда они очутились на кухне. — Без понятия. — Почему не сказал, что это вещи твоей сестры? — Я посчитал, что это слишком явная ложь, которую можно легко проверить. — Понятно… — Нилу опустила голову. А аль-Хайтам ушёл в свою комнату, радуясь, что наконец-то сможет поспать. Проснувшись, он подумал, что сейчас вечер. Однако, когда вышел из комнаты и встретил Нилу, та сообщила ему, что уже наступил следующий день. — В Академии и в твоё время так за внешним видом следили? — вдруг спросила Нилу. — Так говоришь, будто я учился сильно раньше твоего. Но вообще форма была обязательным условием только во время конференций и прочих официальных мероприятий. В остальное время большинство ходило как придётся. Я, кстати, и на конференциях в основном игнорировал это условие. — Ну прям бунтарь, — Нилу улыбнулась. — Продолжаю соответствовать, — аль-Хайтам посмеялся в руку. — Как вообще себя чувствуешь? Видимо, почти сутки сна пошли на пользу. Сегодня даже температуры не было. По крайней мере, так сказала Нилу, дотронувшаяся губами до его лба. — Тебе разве больничный закрыли уже? — Нет, но… В этом семестре хочу начать нормально ходить. — Посмотрим, насколько тебя хватит. Удачи. — Надеюсь, что хотя бы до конца этого года. — Учебного? Год только начался. Нилу закрыла дверь квартиры, оставив аль-Хайтама в одиночестве. Было небольшое желание обратно пойти спать, которому он сопротивлялся. Даже для Асмы ещё было слишком рано, и поэтому она спокойно сопела рядом с ним на диване. Он сделал несколько глотков кофе, который услужливо намешала ему Нилу перед уходом. Наверное, ему тоже нужно будет сегодня поработать, если он начал чувствовать себя лучше. Но сначала он решил выйти во двор с Асмой. Сегодня погода была хуже, чем в последние недели. Но климат Сумеру был таким, что плохая погода скорее исключение, чем правило. Когда с неба начал капать дождь, аль-Хайтам сразу потянул Асму домой — не хотелось, чтобы она слишком сильно испачкалась. Но лапы помыть всё равно надо будет. Только аль-Хайтам начал мыть лапы, как раздался звонок. Телефон лежал в кармане, поэтому он соизволил ответить. Тем более звонила Нилу. Однако из трубки донёсся мужской голос. — Здравствуйте… — он был явно не уверен, — я сначала позвонил её родителям, но оказалось, что они в другом городе. Последний, кто ей звонил — вы… — Ближе к сути, — аль-Хайтам выключил душ. — Девушка потеряла сознание в Академии. Аль-Хайтам откинул все вещи в сторону. Радует, что хотя бы переодеться ещё не успел. — Сейчас приеду, — сказал он, обуваясь, — вызови скорую и попроси кого-нибудь позвать Фарузан. Если скорая приедет раньше меня, то пусть отправится с ней. Он сбросил звонок и постучал пару раз в квартиру Кавеха. Тот на удивление быстро открыл. — Помой Асме лапы, — настойчиво сказал он, — я потом объясню… — и выбежал на лестничную клетку. *** Очнувшись, Нилу увидела белые стены. Рядом с ней сидел аль-Хайтам, держа её за руку. Похоже, спал. Девушка помнила только то, как начало темнеть в глазах, когда она поднималась по лестнице на занятие. Что дальше — загадка. Почему здесь аль-Хайтам — тоже. Он разве не остался дома? Осматривая комнату, больше напоминающую больничную палату, она увидела профессора Фарузан, сидящую в другой стороне от входа. Та что-то читала. Нилу попробовала лечь повыше, стараясь не тревожить аль-Хайтама. Через пару секунд Фарузан обратила на неё внимание, похоже, из-за скрипа кровати. Женщина подошла к ней. — Ты как? — спросила она, садясь рядом на край постели. Она пару раз дёрнула аль-Хайтама за плечо, но тот так и не проснулся. Фарузан махнула на него рукой. — Я… нормально. Но что вы здесь делаете? И что это за место? — Ты потеряла сознание в Академии. Какой-то идиот додумался сказать об этом аль-Хайтаму. Ну и… Он попросил меня присмотреть за тобой. — И вы… согласились? — Аль-Хайтам может бесконечно говорить, что у него нет друзей, но я знаю как минимум троих человек, готовых подняться на гробницу царя Дешрета, если он попросит, — она улыбнулась, — к сожалению, я одна из них. Это сильно контрастировало с тем, что рассказывал аль-Хайтам ей про Фарузан. Но трое это не так много… Кавех, Фарузан, а кто третий? Тигнари? — Но почему мы вообще в больнице? — «Люди не теряют сознание просто так», — Фарузан попробовала повторить слова с интонацией аль-Хайтама, — он переживал за тебя. Возможно, слишком сильно. Но боялся, что ты повторишь историю его бабушки. В горле было очень сухо, говорить тяжело, но Нилу смогла задать ещё один вопрос. — А что с ней? — Он не рассказывал? Я думала, вы в весьма… близких отношениях. Особенно после сегодняшнего. — Не рассказывал, — подал голос аль-Хайтам, — и не хотел бы, чтобы кто-то распространялся про это. — Я думала, ты спишь. — Я просто тебя игнорировал, — скорее всего, пошутил. — Какой ты вредный в последние дни. Нилу, несмотря на все протесты аль-Хайтама, написала отказ от госпитализации и ждала его на парковке вместе с Фарузан, пока он в очередной раз расспрашивал у врача, из-за чего произошёл обморок. — Я думал, ты уже на остановке, — сказал аль-Хайтам, подходя к машине. — Ты не довезёшь меня до дома? Я никогда не видела тебя за рулём. — Ты переехала ближе к Академии? — Нет. И не собираюсь. — Тогда ничем не могу помочь. — Ты серьёзно? Она же весь день на тебя убила, — влезла в разговор Нилу. — Вообще-то на тебя. — Не я просила об этом. Аль-Хайтам тяжело вздохнул и добавил ещё одну точку на навигатор. Сначала он остановился рядом со своим домом и высадил Нилу, несмотря на то, что у неё получилось найти общий язык с Фарузан, и, судя по тому, как она нехотя прощалась, была бы рада поболтать с ней ещё. — Вы рядом живёте? — спросила Фарузан, стоило Нилу покинуть салон. — Даже не представляешь, насколько. — Ты же понимаешь, что она не только твоя студентка, а ещё младше тебя лет на десять? — Ты с Нахидой начала общаться? — спросил он. — Я прекрасно знаю, что делаю. — Ну ещё статью про это напиши. — Сейчас пешком пойдёшь. — Прости. Это совсем не моё дело. — Ты говоришь так, чтобы я тебя не высадил? В зеркало он увидел, что Фарузан кивнула. — Не зайдёшь ко мне? — Зачем? — Покормлю тебя хотя бы. Мы уже, наверное, год не общались друг с другом нормально. — Больше, но давай. Они поднимались по лестнице. — Вот поэтому я и не хотел с тобой жить, — сказал аль-Хайтам уже на нужном этаже. — А я с тобой почему не могла? — Со мной тогда Кавех жил, я же говорил. В квартире Фарузан быстро переоделась в домашнюю одежду и собрала волосы в неряшливый пучок. — Не хочешь поделиться, что у тебя происходит сейчас? — Ничего. Если ты про Нилу, то мы просто соседи, — с нечитаемым выражением лица проговорил он. Фарузан с укором посмотрела на него и начала разогревать заказанную на днях еду. В это время они не разговаривали. Позже она решила подойти к теме с другой стороны. — Я не до конца понимаю, как мне к этому относиться. Если бы мы не были друзьями, то я просто проигнорировала бы — это совсем не моё дело, но я переживаю за тебя. — Если хочешь поговорить, то можешь рассказать, что у тебя нового, — аль-Хайтам попытался сменить тему. — Ну, у меня нет историй про то, что я встречаюсь со студентами. — Слишком старая для них? — Нет, просто мои принципы не позволяют спать с теми, кто до сих пор хвастается пятёркой по истории. Он посмеялся и наконец-то принялся за еду. То ли он голодный, то ли вчерашний разогретый рис и вправду такой вкусный. — Ну, не думаю, что у тебя есть повод переживать за своего друга, — сказал он, доедая, — Нилу совершеннолетняя, я ни дня официально преподавателем не работал. — Как знаешь, — Фарузан посмотрела на него, — чай будешь? Или ещё что-нибудь… — она кивнула в сторону стоящей на столе бутылки. — Я за рулём, если ты забыла. — Можешь переночевать у меня, — через секунду она поняла, как это звучало, — поспим в разных комнатах, естественно. — Откажусь, пожалуй, — сказал аль-Хайтам, выходя из-за стола, — до понедельника. *** Асма не выбежала привычно встречать аль-Хайтама. Он понял, что Нилу, похоже, не стала забирать её у Кавеха. Наверное, так лучше, сегодня максимально не до неё, насколько бы это ни было неправильно. Аль-Хайтам поздоровался, проходя мимо Нилу, которая всё ещё сидела в уличной одежде на кухонном диване. — Долго тебя не было, я подумала, уже не вернёшься. — Но всё равно продолжала ждать? Нилу кивнула. Аль-Хайтам услышал звук урчания в животе. — Хочешь заедем куда-нибудь поесть? — спросил он, пусть сам и не был голодным. Иррационально. — Да не надо. И я, и ты устали уже. — Пиццу закажем? — Давай, — еле слышно согласилась Нилу. Доставка приехала быстро. Нилу увязалась за аль-Хайтамом в его комнату. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он, когда Нилу скрестила под собой ноги перед коробкой с пиццей. — Сейчас хорошо. Мне просто надо было пойти домой. — Тебе изначально не надо было никуда идти. Что за пара хотя бы была? На ней не было ничего ни важного, ни интересного, но девушке хотелось вернуться в коллектив. Её пропуски уже никого не удивляли, поэтому никто даже не поинтересовался, что у неё случилось. — Ты маме звонила после того, как пришла в себя? — доставая кусок пиццы, спросил аль-Хайтам. Нилу отрицательно качнула головой, на что аль-Хайтам предположил, что её родители, должно быть, переживают за неё. — Вообще не стоило им ничего говорить… Я даже не сказала им, когда заболела. Будет лучше, если они будут думать, что у меня всё хорошо. Он принёс ей телефон, оставленный на кухне. Нилу была в ужасе от количества пропущенных вызовов от родителей. Ей точно достанется от матери из-за того, что ничего не сказала… Сейчас она даже не знала, как должна начать разговор: «Привет, мам, всё в порядке»? Слова почему-то застряли в горле. Нилу так и не позвонила. Просто написала, что ничего страшного не произошло. Возможно, стоило рассказать подробнее, но тогда может всплыть много лишней информации. *** Утром Нилу привычно потрогала лоб аль-Хайтама, чтобы проверить, не поднялась ли температура. Он ещё спал. Взгляд упал на коробку с оставшимися кусками пиццы, которая лежала возле кровати. Нилу помнила, как аль-Хайтам поставил её на пол, когда они уже начали засыпать. Девушка практически не помнила содержания их вчерашнего разговора. Что-то про родителей, что-то про работу и учёбу. Впечатления от вечера остались сугубо положительные. Ей даже не хотелось уходить. И она не ушла. Она села на край кровати рядом с аль-Хайтамом и взяла холодный кусок пиццы. Готовить сейчас не было никакого желания. Нилу пару секунд рассматривала аль-Хайтама, пусть и боялась, что он может проснуться, и тогда они неловко встретятся взглядами. Она до сих пор не понимала, какие у них отношения. Они неоднократно ночью спали вместе, но почему-то волнение от осознания этого факта никуда не девалось. Нилу безгранично доверяла аль-Хайтаму. Понимала, что он ничего с ней не сделает. Однако разве это не логичный этап развития отношений?.. Но, с другой стороны, что, если аль-Хайтам воспринимает это всё как-то иначе? Нилу услышала звук открывающейся входной двери. Ей казалось, что дверь была заперта, но, похоже, нет. На секунду пронеслась мысль, что это её одногруппнице что-то вновь понадобилось. Второй раз она уже вряд ли поверит, что Нилу нужен был сахар. Который она так и не забрала из квартиры Кавеха. Но сейчас не было и семи утра. Даже Нахида не стала бы просить делать что-либо в такую рань. Нилу лениво вышла из комнаты и увидела на кухне Кавеха, роящегося в ящиках. — Что ты… — Ищу корм для собаки, которую вы так и не забрали, — он вытащил пакет из шкафа, — ты не подумай, я не осуждаю. Мне бы в таком случае тоже было не до этого. — В каком таком? — спросила Нилу, не понимая, что он имеет в виду. — Ты вышла из его комнаты в такую рань. Выводы напрашиваются сами, — сказал он в двери, — я Асму сам покормлю, развлекайтесь дальше. — Может, ещё и погуляешь с ней? — Подумаю, — вышел из квартиры. В ванной она забросила одежду в стирку и начала переодеваться в вещи, которые взяла с сушилки. В этом виде хотя бы не было странно выходить из квартиры. — Ничего у нас не было, — сказала Нилу, встретив на лестничной клетке Кавеха, выходящего с Асмой. — Ты специально ждала меня, чтобы сказать об этом? — посмеялся он. — Нет, но… — Пойдём вместе на улицу; расскажешь всё. Нилу согласилась. Все разы, когда она выходила гулять с Асмой с аль-Хайтамом, она именно что гуляла с собакой, а он поодаль занимался своими делами. Из-за этого сейчас было очень странно идти рядом с Кавехом и разговаривать. Пусть такая вариация, наоборот, является самой логичной для совместной прогулки. — Как в Ли Юэ съездили? — Ты бы ещё через год спросил… — Так вы со мной не общаетесь больше. Единственное, для чего я вам нужен — посидеть с Асмой. — Нет! Что ты, — начала оправдываться девушка, — не только для этого… — А для чего ещё? — Ну… — Сказала бы хоть, что со мной общаться интересно. — Да, не успела договорить просто. Кавех посмеялся. Они уже несколько раз обошли кругами дворы. Пожалуй, с ним действительно интересно общаться. Во время прогулки им встретился Тигнари, явно удивившийся тому, что они всё ещё гуляют с собакой. — А ты куда идёшь так рано? — поинтересовалась Нилу после того, как Тигнари проверил время. — Так на работу… Не все могут сидеть на шее у своих сожителей. Девушка почувствовала укол в свою сторону. Ей даже нечего было ответить: Тигнари полностью прав. Она пожелала ему хорошего рабочего дня, а сама, забрав Асму у Кавеха, направилась в сторону дома. Кавех же, похоже, пошёл провожать Тигнари. Стоило ей зайти внутрь квартиры, аль-Хайтам сразу же спросил, почему она ушла, а за этим последовал вопрос, всё ли в порядке. — Я гуляла с Асмой, — она приподняла поводок, будто аль-Хайтам мог не поверить ей на слово. — Долго вы что-то, ну да ладно. Может, днём тогда она поспокойнее будет. — Со мной Кавех был, а потом ещё и Тигнари встретили. Аль-Хайтам кивнул. — Может, лапы ей помоешь? — попросила Нилу, но, не дождавшись ответа, сказала: — хотя не надо, я сама. Он только пожал плечами и сел на своё привычное место. Всё утро Нилу бегала, занимаясь домашними делами. Она и раньше это делала, но сейчас начала будто делать больше, чем от неё требовалось. — Ты уверена, что стоит так перенапрягаться? — спросил он, наблюдая за Нилу, вытирающей самые потаённые уголки квартиры. — Да всё нормально, это не тяжело. — Я не хочу опять весь день с тобой в больнице провести. — Заметь, я даже не просила об этом! — Я часто нерациональные вещи делаю. — Например? — Пускаю незнакомцев жить в моём доме, — аль-Хайтам, забрав чашку с кофе, ушёл в свою комнату. А, в целом, какой ответ она ещё ожидала? Проще не стало. Нилу не понимала, чем может отплатить аль-Хайтаму за всё, что он для неё сделал с первого дня знакомства. — Хорошо тебе, — решив передохнуть, обратилась Нилу к Асме, почёсывая ей живот, — тебя безусловно любят и не говорят, что сидишь на шее. — А тебе кто об этом говорит? — спросил аль-Хайтам, появившийся будто из воздуха. Нилу сразу же отдёрнулась. — Никто… хотя… — она не знала, стоит ли рассказывать аль-Хайтаму про слова Тигнари. Вдруг, даже если он об этом не думал, после её слов точно задумается? — Кавех? Нилу покачала головой. — Зелёный? Её слегка повеселило то, как он назвал Тигнари. Нилу сначала хотела обмануть аль-Хайтама, но после первого отрицательного качка головой глаза начали слезиться. До этого она не подозревала, что её так сильно это задело. — Что случилось? — он задал самый глупый вопрос, который только мог прийти в голову. — Да ничего… — Нилу вытерла глаза, она не плакала, но понимала, что если начнёт рассказывать, то сдержать слёзы станет гораздо сложнее. И через пару секунд начала пересказывать аль-Хайтаму прогулку с Асмой с момента встречи с Тигнари. Ей показалось, что его это удивило. Будто после слов «да ничего» он даже не подверг это сомнению. — А потом он сказал, что не все могут сидеть на шее у сожителей, — Нилу боялась дотронуться до аль-Хайтама, пусть раньше это никак не смущало её, а он сидел в паре десятков сантиметров. — Так он Кавеха имел в виду. Он же буквально содержит его. Не знаю, что тот даёт Тигнари взамен и, если честно, даже думать не хочу об этом. — Серьёзно? — Не думаю, что Тигнари бы так выразился, если знал, что это заденет тебя. — Ну даже так… Он прав. Я даже не плачу за аренду, но при этом живу в центре Сумеру. — Хочешь начать платить? — Мне было бы так намного проще, — Нилу наконец-то смогла признаться себе в этом. — На днях составлю договор аренды, если не передумаешь. Но я бы максимально сильно не хотел брать с тебя мору. Ты делаешь для дома намного больше, чем делал Кавех в практически аналогичных условиях. Тебя даже не приходится заставлять убираться. — Спасибо, конечно, но ты тоже делаешь для меня намного больше, чем просто предоставляешь жильё. Поэтому не уверена, что такие сравнения уместны. Я даже не знаю, что могу сделать, чтобы хоть как-то отплатить. Но если что-то есть… — Ты на что намекаешь? — А ты о чём подумал? Аль-Хайтам только покачал головой.