Глава шестая
22 февраля 2023 г., 17:49
Лежу свернувшись клубочком, уткнувшись в подушку. Рядом на подушке лежит мягкая игрушка в виде пёсика.
Её так любила таскать по квартире, Аляска. Приносила мне в руки, а после убегала, чтобы бросила ей.
Её место в лежанке пустое.
Вспоминаю как когда открывала шоколадку она бежала на звук обёртки. Становилась на задние лапки и вытаскивала язык. Пёс, так любил, когда Крис брала её с собой в машину. Усаживала на переднее сиденье.
Захарова разгонялась, а Аляска высовывала голову в окно, её уши развивал ветерок.
***
2 ноября 2018г. — Она такая милая. — я тряслась перед лежачим на подушке щенком. Белёсый щеночек тявкал во сне, а носик подрагивал. — И не говори! Аж руки чешутся затискать её! — рядом стоящая Ви глазела на собаку. — От неё молоком пахнет.. — легонько поглаживаю по макушке, а та лишь утыкается в одеяло. Сейчас меня порвёт от этой милоты. Пёсик начал сопеть от этого мы ещё больше расстаяли. — Мне хочется её съесть! — шёпотом сказала Малышенко. — Канибал! — пихаю её в плечо, не сильно. — Да я же не в этом смысле..Да и вообще! Канибалы людей едят. — повернула голову и смотрит в упор. — Как мы её назовём? — спросила после не долгой паузы, Виля. — Беляш! Очень мило, я считаю! — провожу рукой по воздуху. — Да, Жаным.. Вкус на имена у тебя не очень. — чешет затылок. — Да? Тебе напомнить Аванэса? — смотрю в упор, сузив глаза. Расставляю руки по бокам. — Так! Ты мне тут, не это.. — повторяет за мной и становиться ко мне, оставив пару сантиметров между носками. — Ага! Помню, бедолагу. Ты мне тут ещё что-то говорить будешь. — откидываю голову в бок, ухмыльнувшись. — Так, ладно. Может, Иришка? — кидает кивок в сторону пёсика. — Ты угараешь? Серьёзно? Иришка? — начинаю хохотать во всё горло, из-за чего собака подрагивает. — Заткнись! — пихает в бок. — Ах-ха-ха-ха! И этот человек, говорит мне про вкусы. — хватаюсь за живот. Выгибаюст в спине, отклонившись. — Та ты достала! Всё, забыли! — возмущается. — Ла-а-адно.. Слушай, — резко выпрямляюсь и касаюсь кисти подруги своей рукой, подзывая её. — Что насчёт.. — Аляски.. — Аляски.. Обе вслух сказали. Будто менталка сработала. Поворачиваем голову друг напротив друга, смотря прямо в глаза. — Ты тоже её вспомнила? — Виолетта щёлкает пальцами. — Да-а-а.. — идём на кухню. Тётя Лена замешивает тесто для оладьев. Обе хотели усесться на один стул, пихая друг друга, шатенка побеждает. Я лишь в плечо её толкаю локтем и иду на другой стул. — Что там щенок? Придумали имя? — женщина улыбается. — Мы остановились на.. — смотрит на меня, и я киваю — Аляска! — О-о.. Чудесное имя! — зажигает газ и ставит сковородку на плиту. — Она спит как убитая. Они все малыши так много спят? — отпиваю из своей кружки, липовый чай. — Ну, Лизонька, — тётя Лена наливает тесто, и оно начинает громко журчать. — она ещё маленькая, и до двух недель они то и делают, как спят и кушают, иногда отлучаясь на горшок. Прям как младенцы. — хохочет. — А играться она скоро начнёт? — спрашивает Ви, откинувшись на спинку стула, закидывая ногу для удобства. — Ну, доченька! Скоро, не скоро. Кто его может знать? — вытирает руки о полотенце. — Ма-а-а! Скоро там? — шатенка качается на стуле из стороны в сторону. — Виолетта, это не в моих силах, как будет готово, так будет готово! — мама Ви затягивает волосы в хвост. — Я уже хавать хочу! — стучит пальцами по столу. — Тебе лишь бы похавать. — закатываю глаза. — А ты не завидуй! — кривляется, высунув язык. Раздался звонок. — Это бабуля! — беру трубку. — Да, бабушка? — провожу ладонью по волосам. — Лизунь, зайка. Ты скоро домой? Мама должна приехать. — ласковый голос бабушки слышен приглушенно. — Мама? Я поскорее приду! — моё сердце начинает стучать как бешенный мотор. Я так скучаю по маме. Последний раз она приезжала больше двух недель назад, я очень сильно соскучилась. Совсем скоро у меня будет братик, и она стала редко приезжать. — Тогда аккуратнее. Целую, солнышко! — бабуля хохочет добродушно. — Целую. — Как там бабушка? — спросила Лена. — Хорошо, мама должна приехать! — радуюсь и улыбаюсь во все тридцать два зуба. — Давление у неё нормальное? Мигрень больше не беспокоит? — интересуется женщина.***
— Малыш.. — сзади кровать прогибается матрац. — Крис.. Это так тяжело — хриплый от истерики голос, говорить тяжело. Заикаюсь. — Я знаю, милая, знаю. — обнимает за талию, прижимаясь. Целует в шею. — Ты.. Я.. К-куда она бросила меня? — слова не клеются в полноценные предложения. — Я понимаю, детка, мне тоже тяжело. Я привязалась к ней. — шмыгает носом, а я всклипываю. Вытираю слезы рукавом от кофты, размазав все по лицу. Выгляжу скорее всего ужасно. — Я унесу её вещи и миски. — поглаживает мой живот. — Да, они уже... — новая волна слез нахлынула — не понадобятся. — Зайка, прошу не нужно! Я не могу видеть твои слезы, пожалуйста — встаёт с кровати, последний раз оглянувшись. Какое же гадство! Через пару минут шуршаний Крис по квартире, дверь хлопнула и настала тишина. Лишь моё сопение и всхлипывание. Прошло три дня, а слезы все никак не кончаются. Кажется, я рыдаю уже от безысходности. Настолько больно даются мне слезы как морально так и физически. В груди каждый раз больно до невозможного, ком подкатывает и желание вырвать усиливается. Грудаки сжимает, а лёгкие сужаются. Знакомый шёпот больно отдался в ушах. Нет, только не это. Опять? Становлюсь босыми ногами на ковёр и иду на голос. Никого, нигде нет. — Виль, это снова ты? — ищу глазами знакомы силуэт. — Где ты, Виль? — обхожу нашу небольшую квартиру. Голос отдаётся не громко, я ели разбираю слова. Захожу в ванную. — Ви, ты что.. — Представляешь! Эта свинка снова вся измазалась пока ела суп — девушка моет песику мордочку. — Ей наверное было так вкусно. — облокачиваюсь на косяк. Утираю нос. — Ах-ха-ха! Грязнуля! — хохочет подруга. — Это точно! — смеюсь. Лицо красное, а глаза уставшие. Впавшие скулы выдают меня с потрахами. — Виль.. — она оборачивается, на её круглых щеках появляются ямочки. Тату немного уменьшаются благодаря этому. — Да, жанымка! — глаза её сужается из-за улыбки на лице. — Я скучала. — немного покачиваюсь из стороны в сторону. — Я тоже.. Я тоже! — последнее больше шёпотом произнесла. Прикрываю глаза, не тороплюсь открывать. Дверь хлопает и я слышу шаги. Открыв глаза, ванна осталась пустой. — Зай, ты где? — кричит девушка из комнаты нашей. — Я здесь — шёпот. Вряд-ли она его услышала.***
4 марта 2020г. — Ебать, нам пизда будет! — комментирует Малышенко, пока я корчусь от боли. Молчу, нельзя издать и звука, пока она вырисовывает буквы на моей шее. Боль адская. — Я надеюсь тебе понравится! — откусывает кусочек пельменях, отпуская тату машинку. — Мне все понравится. Не забывай, что это твоя вторая работа. Представь, не было бы у тебя меня, на ком бы ты училась бить тату? — говорить тяжело. Делаю вдох носом. — Не было бы у меня тебя, я бы не жила. — серьёзно заявляет подруга. — Виль.. — рукой провожу по её щеке. — Правда.. Я не знаю как бы я жила без тебя. — отпивает сок. Снова жужжит машинка и я делаю вдох носом.. — Ви, это.. Не описать словами. — рязглядываю в зеркале свое новое тату. — Настолько плохо? — кривит лицо в грустной гримассе. — Шутишь? Это просто шикарно! — кидаюсь на неё с объятиями. — Я рада, что тебе нравится! Пошли, надо намазать и плёнку наложить. — ведёт за руку меня. — Прикинь, как нам в школе влетит за это? — обвожу пальцами по воздуху вокруг тату Малышенко на лице, а после мои на шее. — Честно? Похуй! Мать уже смерилась, а что скажут в школе.. В рот я их — резко кладу ладонь на её губы. — Виль, уши вянут! — спокойно говорю. Холодный гель растекается по шее, охлождая кожу. — Прости, лисичка! — делает движения, будто застегивает рот. — Блин, глотать больно немного. Это же нормально? — провожу рукой по бокам шее. — Нормально, скоро пройдёт. — жуёт свои пельмени кареглазая. — Дай мне тоже — открываю рот, а она приближается и показывает, что хочет дать мне свой прожеванный пельмень. Толкаю ладонью в лоб, легонько. — И это после всего, что между нами было — огорчается. — Ой, то, что ты плевала мне в рот водой, не значит, что я должна жрать пожеванный тобой пельмень! — вставляю руки по бокам. — Угу — наигранно злиться.***
— Лорик, пришли пожалуйста конспект с пары Юлии Андреевны. У меня времени очень мало, нужно ещё успеть все написать — вожу колпачком от ручки по тетради. — Конечно, кисунь. Сча кину. Подожди секунду. Оль, принеси тетрадь со стола, зелёная — голос Ларисы отдалённо слышится, когда она зовёт сестру. — Всё, жди, заюнь. — её ласковые прозвища так ласкают слух. Отключаю звонок и выдыхаю, отклонившись на спинку своего кресла. Тру лицо ладонями, щеки и нос краснеют. Звонок.«Мамуля»
— Да, ма-а-а.. — беру трубку, провожу ладонью по затылку. — Мышонок, как ты? — на фоне ласкового голоса мамы, шумит Саша. — Никак! — тяжко выдыхаю. Даже говорить не хочется сейчас ни с кем. — Мы не созванивались пару дней. Кошечка, я хотела приехать к тебе. Не против? — даже не знаю, что и ответить. — Да, мам.. Давай не сегодня, я уроки делаю. Эти дни мне отрабатывать теперь нужно, а отрабатывать не мало. Да и, честно, не хочу говорить ни с кем. — говорю как есть. — Я поняла. Ну ладно, созвонимся попозже. — мама хоть и груснеет, но я думаю понимает меня. Отключаю телефон, не сказав ничего в ответ. Захожу в чат с одной из близняшек и открываю файл, который она прислала. С новыми силами принимают писать конспект.***
Дверь открывается. Захарова вернулась с работы. Пугает меня какой-то шум. Будто тумбочка упала. Встаю с кровати и иду в прихожую. — Зай, ты чего.. Ничего не соображающая Кристина ели стоит на своих ногах. На полу валяются вещи, которые до этого лежали на тумбочке в прихожей. — Детка, я.. — до боли хриплый голос сейчас не внятно что-то бубнел. — Крис, что сегодня за повод?! — наклоняю голову, чтобы посмотреть в её опущеные в пол глаза. Взгляд её потерянный и пустой. Глаза косят, а губы поддрагивают. — Прости, малыш.. Я, — разводит руки и её пошатывает. — Как же достало! — срываюсь. Сил уже терпеть это, нет. Насколько тяжело вывести меня, это уже выше границ. Снова алкоголь выше меня поставила. — Ты же знала, что я жду тебя! Почему ты снова в таком состоянии? Ты и неделю не можешь продержаться, чтобы не выпить! — выдыхаю громко, но она даже не мыслит, происходит. — Как ты в таком состоянии до дома дошла? — и довольно грубо, стягиваю рукав куртки. — Я-я-я.. — что-то хочет сказать. — Замолчи! — снимаю куртку и шапку. Волосы её распущенные, в разные стороны торчат. Хватаю под руку и веду в спальню.
