Ноты твоего голоса

      Что вы видите, когда открываете глаза после сна? Может быть, потолок? Шкаф? Экран телефона? У каждого разное, и многим кажется это обычным явлением, которое они видят каждый день. Вы задумывались, что будет, если завтра, когда вы откроете глаза, то увидите лишь темноту?       Лиза тоже об этом никогда не задумывалась. Девушка медленно открыла глаза. Она приподнялась на локтях, откидывая голову назад, слегка растягивая мышцы.       Выбравшись из постели, брюнетка направилась в ванную, чтобы принять душ и окончательно проснуться. После этого она решила пойти на кухню, дабы сделать себе кофе и хоть какой-нибудь завтрак.       Оказавшись на кухне, Андрющенко поставила чайник и достала из верхнего кухонного шкафчика пакет с кофе, ставя чайник на газовую плиту, принялась заваривать себе ароматный напиток. Открыв левую дверцу, Лиза достала белую кружку, которую еще на прошлый Новый год подарила мама.       После того, как кофе было сделано, Лиза направилась к окну.       Она не думала о том, что она увидит завтра. Потому что она знала, что будет.       Андрющенко была студенткой. Ей всего-то девятнадцать лет.       Лиза любит золотую середину во всём. В учёбе она не худшая, но и не лучшая. В жизни она и не неудачница, но и не полный профан. Золотая середина — она идеальна, потому что безопасна. В её интересах тоже не было ничего выходящего за рамки. Она любит кофе, слушает различную музыку, обожает смотреть сериалы и читать классику. Делая все это, она как будто выпадает из реальности, погружаясь в свой выдуманный мир, где никому нет до нее дела. Где не надо париться из-за проблем. Где все хорошо.

***

      — Блять... Да кому там что нужно с утра пораньше? — прошипела Лиза на звук трезвонящего телефона из соседней комнаты.       Поставив чашку с недопитым кофе на деревянную поверхность стола, она быстрым шагом вышла из кухни, намереваясь поскорее избавиться от проклятого звука, который нарушил всю гармонию сегодняшнего утра.       Проходя в спальню Андрющенко взяла телефон с тумбочки, увидев на экране входящий звонок от своей однокурсницы – Мишель.       — Да, Миш. Доброе утро, — пробормотала Андрющенко, выходя в коридор.              — Лиз, я до тебя уже двадцать минут дозвониться не могу! — сердитый голос девушки раздался на другом конце провода.       — Да не кричи ты так. И зачем я тебе понадобилась в такую рань? Сейчас только семь часов утра, — устало ответила брюнетка, потирая пальцами переносицу.       — Какие семь утра?! Ты на часы вообще смотрела?! Пара начинается через тридцать минут!             — Что?! — вскрикнула Андрющенко, отводя телефон от уха и смотря на экран, где в правом углу маленькие белые цифры показывали 10:05. — Твою мать... Получается, я будильник не услышала...            — Ты, бля, кукушка! Препод тебя живьём закопает, если ты хоть на минуту придёшь позже. Ты же знаешь его любовь к пунктуальности, — искреннее волнение проскользнуло в голосе Гаджиевой. К самодурству преподавателя надо либо привыкать, либо уходить из учебного заведения, в лучшем случае, добровольно. Но Лиза с таким трудом добилась места в одном из лучших университетов.       — Я постараюсь быть вовремя, — сказала Андрющенко и отключилась.       Пулей влетев в спальню брюнетка распахнула небольшой шкаф, доставая и натягивая на себя первую толстовку цвета океана и классические брюки коричневого оттенка. Макияж она не использует, на причёску времени нет, поэтому расчесав свои короткие волосы, она надела шапку-бини и вышла в коридор. Через пять секунд послышался грохот закрывшейся двери.       Этот день для Елизаветы начался не по законам золотой середины.

***

      — Блять... Я не успею! — Лиза взглянула на экран своего телефона, прикидывая время на дорогу.              Она бы всё равно не успела. Поэтому, решив не мучить себя долгим бегом и последующим отчитыванием преподавателя, девушка подумала, что гораздо разумнее будет прийти к следующей паре, чем заработать с утра лишних хлопот, которых и так хватало.       Выйдя из многоэтажки, Лиза направилась в своё любимое место во всём городе.       Ещё одна чашка хорошего кофе с утра не помешала бы. Да и готовиться к следующей паре, по которой скоро намечался семинар, гораздо приятней с горячим кофе в руках.       Кофейня «Memories» находилась на пол пути к университету. Проходя между потока людей, Андрющенко подошла к парадному входу, бросив взгляд на уже привычную ей табличку.       ОТКРЫТО. 8:00 — 21:00.       И ниже она заметила красную чуть потрёпанную на конце верёвку, которая была привязана к ручке.             «Странно. Раньше её тут не было»,— подумала девушка и толкнула полустеклянную дверь, сразу услышав привычный звон колокольчика над головой.       Посетителей практически не было, только трое молодых людей сидели за ноутбуками и работали. Играла спокойна музыка, вокруг витал аромат запах кофе, корицы и других разных пряностей.              — О, привет, Лизок! — шатенка-бариста улыбнулась постоянному гостю (правда в последнее время из-за завала по учебе забывала и не успевала заходить) их не такой уж знаменитой кофейни, которая из-за своего положения не могла похвастаться огромным наплывом посетителей.              — Доброе утро, Вил, — улыбнулась в ответ брюнетка, подходя к барной стойке. — Давай эспрессо и кекс с кокосовой стружкой.       — Пиздецки рада слышать, что за последний месяц ты не изменила своим вкусам в кофе, — сказала Виолетта, пробивая чек, и отошла от кассы к кофе-машине, которая через несколько секунд выпустила струю горячего пара.       — Да, давно я не заходила — на учёбе ужасный завал, я почти жила в институте. Преподы совсем, блять, с ума посходили. Мало того, что сообщают всё в последний момент, так ещё и потом придираются к каждой мелочи, как будто они нам на это целый месяц давали. Вот хоть стой, хоть падай, — выпалила девушка.       Малышенко была единственным человеком, который получал все новости о студенческой жизни Андрющенко первой свежести и единственным человеком, который пытался помочь ей после расставании с бывшим молодым человеком (после которого у Лизы была полугодовая депрессия). Бариста приютила ее к себе и пыталась всячески успокаивать, всегда выслушивала и помогала, как могла.       Окончив обучение в школе, Виолетта прошла курсы начинающего бариста, а через некоторые время познакомилась с очень милой девушкой с полумесяцем на лбу — Дашей. Эта девушка владела своей кофейней, в которую вложила всю душу, и через время она пригласила Малышенко работать к себе.       — А че сейчас не на учёбе? — спросила Малышенко.       — Я проспала, ни одного будильника не услышала, — ответила Лиза, вновь обводя взглядом кофейню. — Количество посетителей хоть меняется?       — Не очень, — печально выдохнула Виолетта, пропуская пар через пароотвод, и принялась наливать в стеклянный стакан приготовленный горячий эспрессо. — Хотя за последний месяц у нас появился один клиент, который часто стал заходить. Пока тебя не было, он практически занял твоё место постоянного гостя.       — Ого, — только и выдавила из себя Андрющенко. Нет, она была очень рада тому, что гости кофейне прибавляются, но черта собственника кольнула у Лизы где-то в груди. По-детски, да. Но последние два года этот статус всегда был за ней в этом заведении. — Прям так часто заходит?       — Каждый день. Заказы, правда, делает не всегда, но приходит. Всегда садится на одно и тоже место со своим другом, — улыбнулась Малышенко. — Эспрессо для маинького готов и… — шагнув вправо, Вилка открыла маленький холодильник и достала оттуда аппетитный шоколадный кекс, который сверху был обсыпан ароматной стружкой кокоса. — Вот, теперь всё.       — Ой, боже. Спасибо, Вил. Это будет мне вместо завтрака. — улыбнулась Лиза, забирая стакан с напитком в одну свободную руку.              Девушка развернулась и быстро зашагала к своему любимому месту в кофейне, а именно подоконнику, на котором красиво были поставлены две подушки и разложен клетчатый плед. Поставив напиток на рядом стоящий круглый столик, Андрющенко кинула свой рюкзак и вернулась к стойке, чтобы забрать свой кекс.              — Так, говоришь, каждый день здесь бывает, а заказы делает не всегда?        — Да, так и есть, — ответила бариста, записывая у себя в тетрадке расходы ингредиентов. — Это девушка, если что.       — Долго сидит?       — Ну, когда как. Обычно где-то около трёх-четырех часов. Несколько раз даже просидела здесь с утра и до вечера.       — М, и чем же она обычно занимается здесь, когда приходит сюда не для кофе? — насмешливо спросила Лиза.       — Ничем, просто сидит.       — В смысле «просто сидит»? В телефон втыкает что-ли? — изогнула бровь девушка.       — Ну, то и значит. Она просто сидит молча и всегда со своим другом, — спокойно ответила бариста, отрываясь от записывания.              — Пиздец... Столько сидеть молча, да и ещё и с человеком. Со скуки же сдохнуть можно, — усмехнулась Лиза.       — Лизка, она не совсем обычная, она… — начала говорить Малышенко, но, посмотрев за плечо своего уже почти постоянного гостя, замолчала, а потом продолжила, — Ой, а вот и она пришла! Подожди минутку, я сейчас приму у нее заказ и сможем попиздеть, — сказала Вилка и отошла от кассы, выходя из зоны баристы.       Брюнетка проводила её взглядом. Девушка прошла мимо Андрющенко и вышла из кофейни, оказавшись на небольшой террасе, где за один из деревянных столиков села молодая девушка. Со стороны барной стойки Лизе был виден только её затылок с блестящими блондинистыми волосами, на которых виднелась белая кепка. Виолетта подошла к девушке, мягко дотронувшись до ее плеча, от чего та повернула голову в её сторону и встала напротив неё, улыбаясь во все тридцать два. Это показалось брюнетке очень странным, ведь в кофейне «Memories» не предусмотренно полное обслуживание клиентов. Шатенка что-то спросила у нее, не переставая улыбаться, словно хотела, чтобы она увидела эту улыбку. Малышенко что-то записала в свой блокнотик и, убрав его в нагрудный карман своего фартука, наклонилась вниз, слегка вытянув руку вперёд, будто там что-то было.       С места Андрющенко не было видно ничего такого, но выглядело это слегка забавным, то, как Вилка улыбается и гладит пустоту, что заставило студентку улыбнуться. Бариста приподнялась и, вновь что-то сказав гостье все с той же широкой улыбкой, ушла обратно в кофейню.       — И что она заказала? — спросила Лиза, вновь провожая взглядом фигуру шатенки.        — Латте, — радостно ответила Малышенко, пробивая в классе чек.       — Латте, значит, — пробормотала Андрющенко.              Поняв, что Виолетта сейчас заинтересована явно не в разговоре с ней, девушка отошла к своему месту, ставя на столик свой кекс.       Новая постоянная клиентка всё ещё сидела за своим деревянным столиком. Теперь, Лиза могла спокойно рассмотреть ее внешность в профиль. Волосы были собраны в низкий хвостик. Светлая кожа цвета слоновой кости, чуть пухленькие губы. Одета она была в кожаную куртку, чёрные широкие джинсы и красные потрёпанные кеды. По ее телу было разбросано много татуировок. Тёмные очки добавляли некой серьезности ее образу. Сидела она расслабленно, вытянув ноги вперед. И, на удивление, девушка действительно просто сидела и смотрела вдаль. Ни за телефоном, ни за ноутбуком, даже ни за книгой или газетой, нет. Она просто сидела, уставившись в одну точку. Это показалось и очень интересным, и очень странным одновременно, потому что на фоне общества блондинка выглядела так, словно выпала из мира.       Вдруг она дёрнула головой, как будто что-то услышала, а Андрющенко показалось, что она словно повела ухом. Повернув голову влево, тем самым отвернувшись от девушки, она наклонилась вниз и вытянула ладонь. И только сейчас Лиза увидела собаку. Золотистый ретривер лежал у ее ног, смотря на хозяйку с высунутым языком. Девушка погладила его за ухом, отчего пёс удовлетворённо зажмурился и завилял своим пышным хвостом. Эта милая картина заставила Лизу поднять уголки губ вверх.        «Так вот какой друг», — подумала она про себя.             — Лизок! — позвала девушку Малышенко, возвращая студентку в реальный мир.       — Да, Вил? — отозвалась она, делая ещё один глоток кофе.       — Помоги мне, пожалуйста, — бариста поставила на стойку белую чашку с напитком. — Отнеси это Кире, мне нужно сделать срочный звонок о поставке продуктов.       — Кире? — недоумённо спросила.         — Этот та девушка, сидящая на террасе, про которую я тебе говорила как о нашем пост...       — Поняла. Поняла я, — прервала её Андрющенко. — А почему она сама не подойдёт и не забёрет?       — Лиз... Она… — Вилка явно хотела что-то сказать, но потом передумала и как-то странно ухмыльнулась. — Просто, пожалуйста, сделай это для меня. Да и думаю, тебе это будет полезно.       — Поработать официанткой? — ехидно ухмыльнулась брюнетка.       — Познакомиться с интересными людьми, дура.       Андрющенко лишь закатила глаза.       — Спасибо, Лизок. Я тебя обожаю! — с улыбкой бросила Малышенко, и, отправив девушке воздушный поцелуй, скрылась в подсобке.       Брюнетке ничего не оставалось делать, как лениво встать со своего места и подойти к кофе-бару. На деревянном подносе стояла чашка латте на верхней шапке из молочной пены было нарисовано сердечко. Приподняв уголки губ, девушка взяла напиток в руки и медленно понесла его к выходу. Дойдя до парадной двери, Лиза вдруг поняла, что дверь будет открыть трудновато без помощи рук, которые были заняты. Оглянувшись на практически пустую кофейню, где только уже двое молодых людей ворковали между собой, Андрющенко поняла, что дело безнадежное, потому что позвать самого заказчика она не могла, ибо орать – глупая идея. Вновь повернувшись к выходу, Лиза слегка постучала ногой по стеклу двери. И у неё сработало. Девушка, услышав звук, повернулась на источник.       Наклонившись вниз, она отстегнула поводок от ошейника своего ретривера, и собака, получив свободу, побежал прямо к двери, за которой стояла Лиза с горячим латте в руках. Пес поднялся на одну ступеньку и вцепился зубами в ту самую красную веревку, которую она посчитала странной и даже не думала, что она была повешенна для этого. Пес потянул ее вниз и открыл дверь, выпуская Андрющенко на свежий воздух. Девушка аккуратно вышла и спустилась, стараясь ничего не разлить, а потом тихо сказала псу: «Спасибо». В ответ на это золотистое создание завиляло хвостом.       — На место, — раздался впереди женский голос с хрипотой. Собака мигом побежала к хозяйке и улеглась у ее ног, смотря на Лизу своими большими глазами и наслаждаясь поглаживаниями.       Лиза аккуратно подошла к девушке, чтобы ничего не разлить. Блондинка не шелохнулась и просто прислушивалась к шагам. Поставив чашку на столик, брюнетка собиралась сказать, что Виолетта занята и не может подойти, но ее прервал вновь дружелюбный лай питомца девушки.       — Тише, друг. Чего-то ты сегодня слишком эмоциональный, — сказала блондинка, ухмыльнувшись.       — Красивая у тебя собака, — подала голос Андрющенко. После этого улыбка спала с лица девушки напротив, что неприятно кольнуло ее.       — А где Вилка? Виолетта, — спросила блондинка.       — Ей нужно было срочно отойти для звонка, поэтому она попросила меня принести Ваш заказ, — холодно ответила Лиза, переходя на более официальный тон.       Улыбка неожиданно вернулась к ее губам. Девушка подняла взгляд на нее. Теперь Индиго четко видела лицо на против и заметила чуть выбритые брови, которые выглядели серьезно и добавляли грубости ее четким чертам. Из-под черных очков глаз было совсем не видно, но девушка смотрела на нее, но на мгновение показалось, что она смотрит будто сквозь нее.       — Его зовут Джек, — сказала она.       — Что?       — Собака. Его зовут Джек, — татуированная девушка указала рукой на пса.       — Да, он… Красивый и очень… Игривый? — неуверенно сказала Индиго, чувствуя, как напряжение начало потихоньку таять.       — Только сегодня. Обычно он людей сторонится, даже Виолетту так не встречает. Ты ему понравилась, — вновь этот взгляд сквозь.       — Приятно слышать, — не зная, как реагировать на проявленную симпатию со стороны Джека, ответила Андрющенко. В конце концов, это всего лишь собака. Незнакомая ей собака.       — Можешь погладить, если хочешь. Он не кусается.       — Спасибо, — сказала брюнетка. Девушка присела на корточки и протянула руку вперед к мордочке ретривера. Джек потянулся вперед, обнюхивая ее ладошку, а потом неожиданно резко уткнулся мордочкой в нее, чем вызвал легкий смешок из уст девушки. Темноволосая дотронулась до золотистого уха, ощущая мягкость шерсти, и собака склонила голову вбок, в сторону ее руки, позволяя себя погладить. — Молодец, — мягко сказала она, чем вызвала еще одну улыбку у хозяйки, которая наблюдала за всей этой картиной сверху.       — Я Кира, — сказал блондинка и, улыбнулась, очаровывая своей харизмой, протянула ладонь, когда брюнетка уже поднялась. Девушка пожала ладонь в ответ, чувствуя легкий контраст температур между её холодными пальцами и горячими напротив.          — Лиза, — ответила девушка.       Девушка чуть кивнула. А пес не сводил глаз с латте хозяина.       — Кажется, Джек будет очень рад слизать молочную пену с твоего кофе, — усмехнулась брюнетка.       — Перебьется, — потянула Кира.       Наступила неловкая тишина. И только шум ветра разбавлял ее. Медведева смотрела прямо на Андрющенко. А Лизе казалось, что она смотрит на нее и через нее одновременно. Это немного смущало, отчего у девушки появился легкий румянец на щеках.       — Часто бываешь здесь? — спросила она, пытаясь хоть как-то разбавить обстановку.       — Да, особенно в последнее время. Мне нравится место. Здесь спокойно, да и людей практически не бывает, что тоже невъебически мне нравится, — ответила блондинка.       — Мне тоже. Кофе здесь готовят идеальный. Вилка — мастер своего дела. Все напитки на высшем уровне, — начала говорить Лиза.       — Стой, ты и есть та самая Лизка? — вдруг спросила Кира.       — В смысле? — Андрющенко немного растерялась.       — Ну, постоянный гость Малышенко. Она мне рассказывала про тебя. Сказала, что в последнее время ты совсем не появлялась здесь, — ветер чуть потрепал волосы девушки, отчего некоторые упали на лицо.       — Да-а… Завал был на учёбе, — устало протараторила брюнетка, вспоминая этот ужасный месяц недосыпа, истерик, конспектирования и нервных срывов.       — А на кого учишься? — спросила она, убирая мешающие волосы с лица и заправляя за ухо.       — На экономиста, — привычно сообщила она.       — Ого. Видимо, ты пиздец шибко умная, — сказала Кира, чуть приподнимая брови.         — Это комплимент или оскорбление?       — Это уже сама решай. Если учишься там, где нравится, то комплимент. Если там, где пришлось, то ты сама понимаешь, — улыбнувшись, протянула девушка, проведя пальцами по кофейной чашке.              «Да выпей ты уже наконец этот чертов кофе!» — раздражённо подумала студентка.       — А ты прямолинейная, однако, — подметила Андрющенко с легким смешком. — Говорить такое незнакомке.       — Мы знаем имена друг друга. Технически мы не незнакомцы.       — Но я только тебя встретила, — сложила руки на груди девушка.       — Очень часто по одному только взгляду можно понять многое,— отстраненно сказала Кира и достала из кармана пачку ментоловых сигарет.       — Первое впечатление очень часто бывает обманчивым.       — Но ведь именно оно решает очень многое. В частности, желание или нежелание видеть человека снова, — поделилась блондинка, закуривая сигарету. — Ты видишь сначала то, что люди хотят, чтобы ты увидел в них.         — Считаешь себя мастером? — спросила девушка и сжала губы, — Пока что сейчас для меня ты выглядишь очень… Вызывающе.              — Сочту за комплимент, — улыбнулась Медведева.       — Настолько уверена в себе? — ее тон совершенно не был оскорбительным. Наоборот, Лиза слышала какую-то игривость. Это и начинало ее раздражать. — Ты-то уж точно, с такой смелостью говорить людям, кто они такие.       — Это был комплимент или оскорбление? — повторила ее слова, сказанные ранее.       — Ну, это уже сама решай, — не осталась в долгу брюнетка, и девушка в темных очках на это засмеялась.       — Да ты настоящая Индиго.       — Лизок! — знакомый, слегка прокуренный, женский голос раздался со стороны кофейни. Виолетта уже стояла в парадном проходе. — У тебя телефон звонит.        — Боже! — встревожилась девушка, смотря на настенные часы, которые показывали, что до начала следующей пары оставалось всего лишь двадцать минут. — Пиздец... Я совсем забыла... Я побежала! — бросила девушка блондинке и быстро зашагала в сторону баристы.       — Какой был рисунок? — неожиданно спросила ее Кира на половине пути.       — Что?       — Что было нарисовано на моем кофе? — взгляд сквозь вновь одарил девушку.       — Сердце. Там было нарисовано сердце, — остановилась девушка.       Медведева легко кивнула головой.       — Спасибо, — сказала она, опустив голову и вновь посмотрев на нее, а точнее на её живот, — ещё поболтаем, Индиго.       — Да-да-да, конечно, — промямлила Лиза.       Девушка развернулась и подошла к Виолетте, которая стояла с широкой улыбкой на лице.       — Чеширский Кот, ты чего? — спросила Андрющенко, подходя к шатенке.        — Ты ей понравилась, — только и ответила Малышенко.       — Собаке?       — Нет, Кире, — Вилка слегка наклонила голову вбок. — Она тебя увидела.       — Понятное дело, — пожала плечами темноволосая. — Она же не слепая.       Улыбка на лице Малышенко вмиг растаяла, она подняла голову, выпрямившись в спине, и поправила бейджик на своём фартуке зеленого цвета.