Руины памяти

У Отаро Тайбо грязно-рыжие волосы и полные безразличия зеленые глаза. Парень мелкий и болезненно тощий. Явно дорогая юката, перевязанная широким оби, смотрится на нем нелепо, если не жалко, но мальчишка держится с достоинством, присущим родовой аристократии. Разбивая образ хрупкого создания, Отаро без приветствий хамит им с порога, и Наруто неистово бесится, пока ругань не застревает в глотке. Унизанные золотыми перстнями толстые пальцы собственнически сжимают мальчишечье плечо. Саске тошно думать, как этот подросток попал в эскорт к их цели и что с ним делает старый извращенец по ночам. В рамках условного гостеприимства им проводят экскурсию по резиденции даймё, и Шикамару кривится, осознавая уровень коррупции, поглотившей страну Волн, однако держит безрадостные мысли при себе. Воспользовавшегося безнаказанностью военного времени чинушу по прибытии на международное собрание ждет справедливый суд. Осталось придумать, как заткнуть Наруто и заставить Акамару прекратить попытки помочиться на объект. Их четверка однозначно неудачный выбор для подобной миссии, но контролирующий свои эмоции Сай уже задействован вместе с Ино на другом задании, а Сакура просит об исключении из состава команды посреди инструктажа. Оправдание загруженностью в незаполненном госпитале звучит смехотворно, но никто не смеется, и немой вопрос Какаси повисает в воздухе. Как и сенсей, Учиха не обманывается формулировкой, пока Харуно стыдливо отводит глаза. Они оба знают, что она видела, и оба предпочитают молчать, пока Узумаки стенает по поводу решения подруги. После всю дорогу до страны Волн стенает уже Инудзука, которого безжалостно выдергивают из постели в первый за месяц выходной. Чувствительный к запахам Киба ноет столь усердно, что Шикамару вынужден сделать ранний привал, чтобы собачник таки выкупал Акамару в ближайшем водном источнике. - Есть что-то, что я должен знать? - интересуется Нара у бывшего нукенина, намеренно оставаясь с ним без условных свидетелей. Безотрывно наблюдая за остатками наспех сформированной команды, Саске успешно игнорирует потуги напарника влезть в душу. Апрель не лучший месяц для купания, и Наруто орет, как оглашенный, когда Киба вместе с верным нинкеном валят свою жертву на каменистое дно реки. Искусством Узумаки понять настроение Учиха по наклону головы или тональности хмыка, Нара однозначно не обладает и потому вынужден повторить неудобный вопрос. Отношения - тема запарная, однако Шестой назначил Шикамару главным в этой миссии, и вряд ли ссора между влюбленными приведет к ее успешному завершению. - Меньше знаешь, крепче спишь, - откликается надменный ублюдок, направляясь к Наруто, словно две минуты в не общества джинчурики приведут к концу света. Мокрый насквозь Узумаки встречает напарника такой яркой улыбкой, будто не видел Учиха, минимум, год. Ядовитым туманом голову заполняют непрошеные мысли. Если бы Темари забыла его, а потом влюбилась заново, называя чужим именем, через сколько Шикамару сошел бы с ума? Саске замирает возле джинчурики ближе положенного друзьям или напарникам, только Наруто подобное нисколько не смущает. Парни синхронно складывают печати незнакомой Шикамару техники, и пространство вокруг шиноби заполняет обжигающе горячий воздух. - Нам жопа, - стянув со лба раскалившийся хитайате, уверенно сообщает подошедший Киба. Трусящий за хозяином Акамару из-за распушившейся шерсти смахивает на комичного пса-переростка. Их команда для успеха миссии должна хотя бы внушать уважение, а не напоминать бродячий цирк на гастролях. О чём думал Шестой, утверждая данный состав? С усталым вздохом Нара растягивается на траве, закрывая глаза рукой. Хочется верить, что разбитое сердце Учиха будет единственной из возможных проблем. ~~~ Слова оказываются пророческими, хоть ряди Инудзука в шаманские тряпки. Плевая миссия в виде сопровождения продажного чиновника до резиденции даймё Огня вновь ставит вопрос о безопасности хрупкого перемирия ребром. Сформированный пятеркой Каге союз не устраивает пару безумцев, и Наруто, конечно же, умудряется подружиться в пути с одним из них. - Хватит спасать всех подряд, усуратонкачи, - шипит Учиха, вытаскивая друга из образованного Расенганом котлована. Наруто с трудом переставляет ноги, и Саске аккуратно усаживает напарника спиной к ближайшей устоявшей в ходе сражения стене. Рана на боку джинчурики огромна, и не нужно иметь медицинского образования, чтобы знать, что внутренности не должны быть снаружи. Паника комом подкатывает к горлу, и чувствующий беспокойство партнера Наруто успокаивает, как умеет. - Зато все живы, даттебайо, - с болезненной улыбкой хрипит помешанный на мечте стать Хокаге. Маска анбу разлетается вдребезги еще в начале боя, и Саске больше не может спрятаться за равнодушным фарфором. Пара ссадин на лице Узумаки, точно связаны с тем, что джинчурики какое-то время откровенно пялился на лицо напарника, вместо лица Отаро. Хотя, стоит отдать должное Наруто, даже с провалами в памяти он вспоминает другого человека с фамилией Тайбо первым. Рыжие волосы на оттенок темнее и такие же бутылочно-зеленые глаза. Отаро - достойный сын своего вырезанного под корень клана. Фамильная техника чуть не отправляет ликвидаторов его старшего брата к праотцам. - Что вообще с тобой творится, добе? - утирая запекшуюся кровь с чужой щеки, Учиха не способен унять предательскую дрожь в пальцах. Ученика Орочимару не испугать физической болью, как и отото Итачи, познавшего на себе всю прелесть Цукуёми, однако вид неестественно бледного Наруто медленно ввергает в ад беспомощного ожидания. Рядом нет Сакуры, нет ниндзя-медиков, нет пилюль, увеличивающих запас чакры. Яд в крови Узумаки не позволяет Кураме ускорить регенерацию, и Девятихвостый неистово бесится. Учиха прекрасно понимает его гнев. Шикамару с Кибой не тратят время на пустое сидение возле отключающегося джинчурики и потому заняты эвакуацией спасенных Сусаноо из-под завалов. Саске стоило прислушаться к Карин, пытавшейся в рамках грубого флирта научить своего идола технике быстрого исцеления. Их история, правда, может так глупо закончиться? Это действительно конец? - Если ты тут умрешь, я тебя сам убью, - обещает Учиха, и капли начинающегося дождя падают на изодранную куртку джинчурики. Когда помощь все же приходит, и Узумаки техникой перемещения, сил на которую у Учиха попросту нет, доставляют в госпиталь, Саске потерянным взглядом обводит руины главного суда. Солнце в зените, и бирюзовое небо абсолютно безоблачно. Приближаясь к Учиха, как к дикому зверю, Нара жестом просит прибывших за ними ирьёнинов немного подождать. - С этим придурком все будет в порядке, - закуривая, бесцветно говорит Шикамару. Курение - самый нелепый для шиноби способ покончить с собой. Саске бездумно протягивает руку к напарнику, чтобы после первой же затяжки закашляться едким дымом. С усмешкой Нара забирает сигарету обратно и тушит ее о подошву ботинка, засовывая бычок в карман. - Наруто тоже периодически ныл, когда ты ушел из Конохи, но всё же смог вернуть тебя в деревню, - подавая напарнику ладонь, делится Шикамару. - Еще скажи, что если мне потребуется помощь, ты ее окажешь, - язвит Учиха, но руку принимает. - Помимо Наруто у тебя еще остались друзья, Саске. Учиха не успевает что-либо на это ответить. Мощный удар приходится точно в грудь, и что-то неподъёмно тяжелое валится сверху, прижимая к земле. - Акамару, слезь немедленно! - орёт Киба, пытаясь оттянуть пса, занятого яростным вылизыванием лица бывшего нукенина. Нинкен неохотно отстраняется и радостно тявкает, заглядывая Учиха в глаза. Хвост Акамару мечется из стороны в сторону, поднимая только улегшуюся пыль. Инудзука продолжает матерится, оттаскивая пса, а Нара садится на корточки рядом с поверженным собачьей любовью. - Харе валяться, пошли домой, - занудно тянет Шикамару, и Саске впервые за долгое время счастливо смеется. Гроза в его сердце, наконец, утихает.