яд во рту с сахаром на кончике языка

– Он умер Минхо.. За стенами одной из многочисленных сеульских квартир доносились странные громкие звуки. И хоть звукоизоляция в этом многоэтажном комплексе была хорошая, но голосовые связки живущего здесь парня все равно могли бы с этим поспорить. Уже на протяжении двух минут его соседи, что еще не успели уйти на работу, слушают непонятные звуки и вроде как.. крики? А ведь они даже успели запаниковать и подумать о том, кого лучше вызвать: полицию, врача или сразу психушку, но шум прекратился так же быстро, как и ворвался в их спокойную умиротворенную жизнь, поэтому отложив лишние переживания, соседи тут же обо всем забывают. Ли Минхо – всего лишь бедный паренёк не знающий, что такое размеренная и безмятежная жизнь, хотя он с радостью бы поучился этому у своих уравновешенных соседей. Ему просто хотелось бы закинуть в себя таблетки, что помогли бы расслабиться и превратить это житие в сплошную ровную линию, потому что его жизнь напоминала ему кардиограмму, на которой полоса сначала дергается вверх, а потом с рывком опускается вниз, и так постоянно. Но если так посудить, ровная линия – равно смерть, и Минхо соврал бы сказав, что не хочет умереть прямо сейчас. За все свои двадцать два года он четко понял только одно – все, что не убивает, делает сильнее. Ли умело пользуется этим правилом, потому что иначе он бы не выжил по другому в этом жестоком мире. Нет ну правда, иным способом он просто сошел бы с ума. Как тогда объяснить прогулку со своим другом и по совместительству одноклассником из младшей школы и его собакой, что резко сорвалась с поводка и чуть не отгрызла маленькому мальчику пол руки? Убежал и хорошо, зато бегает теперь быстро. Или как в средней школе он впервые начал промышлять шпаргалками и всякими хитростями, чтобы удачно списать, а в итоге на экзамене чуть не спалиться и не растоптал всю свою репутацию. Ничего, зато теперь ловкий и смышленый. А как в старшей школе его поймал за шиворот учитель, когда застал школьника с сигаретой в руках и парень тогда отсиживался час в кабинете директора, а потом и дома, слушая возмущенный тон своей матери на протяжении часов двух? Ха-ха, вот это он глупо попался конечно, зато теперь лучше скрываться будет. Все, что не убивает, делает сильнее – это его девиз и причина по которой он все еще не закинул горсть таблеток в рот и не запил их текилой, которую кстати за все свои двадцать два так и не попробовал. Но ещё одна причина заключалась в том, что несмотря на свою страдальческую натуру и каждодневным желанием скорее покинуть этот прогнивший мир, он все еще являлся тем, кому несколько десятков человек раскрывали свои истории, страхи, боль и всю подноготную своей жизни. "Хорошо решать свои проблемы в одиночку, но ещё лучше когда вас два" – после этих слов, совершенно не случайно вылетевших из уст, Минхо ещё долго не мог понять, а того ли человека взял себе в друзья и точно ли этот парень сможет вылечить пациента, а не как раз таки наоборот забить его в угол и перекрыть все возможные пути назад к нормальной жизни. Нет, Минхо не из тех кто мыслит стандартами и загоняет себя в рамки, но именно такое мышление к сожалению просто не обходит стороной его вид профессиональной деятельности, и его друга в том числе. Все ли психиатры двинутые? Минхо не мог отвечать за всех. Все ли психиатры которых он знает двинутые? Определённо. Учитывая то, что он хорошо общался почти со всеми преподавателями, однокурсниками, да и вообще со многими со своего факультета, при этом чуть ли не каждый день сталкиваясь с врачами на работе. Почему Ли решил выбрать именно психиатрию? Почему не любую другую профессию? Как оказалось, ответ все это время лежал на поверхности, это не банальная жажда помогать людям и что-то наподобие этого, хотя такое желание, как бы там ни было, все равно присутствовало. И даже не та жажда узнать себя, разобраться в своих проблемах и быть знатоком в своих чувствах, и так же хорошо ориентироваться в чужих. Почему он выбрал психиатрию, да и направление наркологии к тому же? Всё легко. Ли Минхо ненавидит алкоголь, пьяных людей и все то, от чего хотя-бы попахивает этаким. Он не был занудой сидящим на пп и топящий за зож, при этом регулярно напоминающий, что за день нужно влить в себя ровно полтора литра воды, употребить две тысячи триста калорий и при этом пройти как минимум семь тысяч километров. Все совершенно не так. Ли вообще до фонаря, кто какие алкогольные коктейли любит и сколько литров спиртного вливает в себя. Ему важно только то, чтобы эти люди в таком состоянии не трогали его, чтобы не говорили с ним, не обращались к нему и желательно, чтобы они забыли кто он и как его зовут, потому что это было превыше его сил. Раз он ненавидит людей зависимых от спиртного и наркотических веществ, тогда зачем он выбрал именно наркологию? Хоть Минхо терпеть не мог зависимости, но людей он еще кое как переваривал. Так что, не долго думая, он решил податься именно в эту сферу и пойти по этой кривой дорожке, чтобы все таки попытаться помочь сделать этот мир хоть чуточку светлее и трезвее, в прямом смысле этого слова. Но прямо сейчас, находясь в своей маленькой и уютной квартире, которая уже совершенно не казалась ему таковой, Минхо абсолютно не сдерживая свой гнев материться во все горло, с недовольством в голосе кричит и возмущается куда-то в пустоту квартиры. После нескольких минут безудержной ярости он все же приземляется на мягкий диван и нервно трет лицо руками с опущенной вниз головой. Тем временем телефон, что с самого начала был отброшен куда-то в сторону, возможно в стену, начал гудеть и тем самым вызывать в парне новую волну неконтролируемых эмоций. Когда нибудь он точно не выдержит, когда-то Минхо все таки решит в один день покончить со своей жизнью и больше никогда ничего не испытывать. Но это будет в будущем, потом, потому что сейчас жизнь, которая с невероятной скоростью катится вниз, все таки не оставляет парню никаких шансов кроме: "Давай продолжим и посмотрим сколько ты ещё выдержишь". Потому что несколько минутами ранее он узнал то, чего никогда не хотел бы слышать, а буквально часов двадцать назад он встретил недоразумение с двумя хвостиками на голове, с розовой юбкой на бедрах и с не заканчивающимся огоньком и диковинкой в глазах.

***

Минхо было ненавистно в этот день все: начиная с раздражающего будильника в полседьмого утра и заканчивая стоящим в пару метрах от него преподом, который несколькими минутами ранее по полной завалил его доклад и сказал исправить, если тот не хочет чтобы это задание посчиталось невыполненным. Парень пытался вникать в тему сегодняшней пары и слушать "старого глиста" на полном серьёзе, но выходило очень плохо, если честно. Ему хотелось бунтавать, как не излечившемуся от пебуртата подростку и сказать преподавателю: "Я же старался, это нечестно!", но Минхо знал – это не прокатит, а с этим глистом у которого ярко выраженная ригидность уж точно. Так что оставалось лишь тяжело вздохнуть и лелеять себя мыслью о том, что это последний год учёбы и что осталось совсем немного до того, как он свалит в закат и больше никогда не увидит это противное лицо. Но это ещё не все, что раздражало его сегодня, потому что вчера в полпервого, мать его, ночи раздался гудок на телефоне и уставшему Минхо, что уже заканчивал дела с учёбой и собирался сладко спать в своей кроватке, ничего не оставалось, кроме как взять трубку. Парень планировал быстро и по-доброму переговорить со своим старым хорошим другом, даже пожелать ему хороших снов, затем отправиться в тёплый душ, а потом завалиться на кровать и сладко поспать тихо похрапывая в подушечку, но... Мы не забываем того, что Ли Минхо был у жизни любимчиком. – Я сейчас отключусь Чан – серьёзным тоном заявил Ли, что стоял не двигаясь и кажется, почти не дыша, после услышанного в трубке. – Ты же знаешь, что я не стал бы просить тебя об этом, будь это не важно – Минхо оживает и только спустя секунды кажется начинает понимать сложившуюся ситуацию в полной мере, после чего принимается отрицательно и быстро мотать головой зная, что по ту сторону экрана об этом все равно не узнают. – Ты гонишь.. – Минхо, пожалуйста, сделай это ради меня – Я ради тебя только вырвать лист из тетради могу, о чём ты говоришь? – возмущенно воскликнул Ли. – Всего лишь прошу тебя пойти в клуб – во второй раз эта фраза ударила ещё сильнее и по коже пронеслись мурашки. Чем вообще думает парень приглашая Минхо в это страшное место, где так много спиртного и пьяных людей? – Чан ты... – его перебивают. – Слушай, у Хёнджина день рождение, а он твой друг между прочим, это я так, напоминаю. Ну понравился ему этот клуб и он решил отпраздновать именно там, но ради него можно же.. – А вот ради него мне и листик будет жалко. На что ты надеешься Чан? Моё мнение остаётся прежним, я никуда не пойду – прежде чем сбросить трубку, Ли услышал тяжелый вздох старшего, отчего на душе стало еще тяжелее. Сидя на паре ненавистного препода, который его завалил, он с недосыпом, с желанием заснуть и не проснуться прокручивает в голове этот раздражающий разговор, отчего у парня начинает неприятно пульсировать голова, а настроение катиться куда-то под плинтус, где его оттуда больше не достать. Удивительно, как жизнь любила поиграться с нервами Минхо и испытывать его. В какой-то момент ему даже казалось, что он обречён на то, что в его жизни будет сплошная чёрная полоса, скачущая как кардиограмма, взлетая то вверх даря смех и хоть какие-то положительные эмоции, и падая резко вниз заставляя глубже прятаться от неприятного щелчка в сердце и жара в солнечном сплетении. Но это только в определённый момент, и это ему всего лишь кажется. Идя по коридору в столовую друг Минхо что-то активно ему рассказывал, пока тот все еще витал где-то под землей в аду и думал о том, сколько он успел согрешить и какой котёл ему предоставят после смерти. Вдруг Ли подпрыгнул от неожиданного шума прямо над ухом, а затем увидел довольного приятеля, что улыбался так, будто спас только что планету. – Ты совсем чокнулся да? – Ты со своей второй личностью общался что-ли? – ох уж эти шуточки Сынмина – лучшего на данный момент друга Минхо – который ну уж очень любил подкреплять стереотип того, что все люди работающие в направлении психотерапии – чуток двинутые. Минхо только закатил глаза и толкнул двери ведущие в большой кафетерий, где народу было как всегда много. Протиснувшись мимо компаний студентов парни все таки добрались до витрин и начали выискивать хоть что-то, что можно было с радостью съесть. Хотя Ли есть совершенно не хотелось, не было аппетита, но он понимал, что либо он покупает себе еду и спокойно закидывает ее в себя, либо Сынмин будет кормить его с ложечки и привлекать к их столику внимание крича: "А он сам есть не умеет, бедняжка". От одной этой мысли парень поежился и послал все свое нежелание куда подальше.

***

Когда-то Минхо точно убьёт Бан Чана. Наверное это случиться, когда парень осознает, что уже готов покинуть этот бренный мир, после чего с радостью закопает друга где нибудь живьем в лесу забирая того с собой в неизвестность. Правда, скорее всего, они не встретятся, потому что Ли отправят под землю в исчадие ада, а его добродушного и веселого приятеля на небеса, хотя он точно захотел бы с этим поспорить. Почему? Да потому что хорошие и добрые друзья точно не стали бы затаскивать тебя на пьянку шантажом. Стоя перед входом в здание руки Ли слегка подрагивали то ли от холодного ветра, что пробирался под одежду и неприятно щипал кожу, то ли от страха неизвестности, потому что он был буквально в нескольких метрах от того, чтобы войти в этот чертов клуб. – Не паникуй, я с тобой – Минхо уже хотел было возмутиться, послать, ударить, как-то саркастично ответить, но на его плечи опустилась тяжелая рука Чана, которая начала подталкивать его за собой внутрь. “Ну все, приплыли” – думает он. Минхо все еще не понимал, как здесь очутился, как его друг приехал к нему лично и начал снова умолять поехать, как начал шантажировать фотками и видео, где он был, мягко говоря, не в адеквате. Опять же, за всю свою жизнь Ли ничего алкогольнее детского шампанского в себя не вливал. Так как же все таки у Чана получилось его шантажировать материалом, где парень предстает себя не в самом адекватном виде? Тут тоже все довольно легко, вы же помните несчастную жизнь этого парня и то, что он учиться на психотерапевта? Сложить два плюс два не сложно, но сдерживать поток странных мыслей с Сынмином, обсуждать чувства ковра когда на него наступают, разбираться в травмах не понравившихся им людей и спорить кто быстрее добежит до ларька и сдохнет от переутомления сложно – очень даже. Кто как ни Чан будет запечатлеть такие яркие и жизнерадостные моменты двух на голову отбитых психиатров? Поэтому напомнив своему другу об этом материале – который он предложил отправить к Минхо на работу, чтобы остальные психотерапевты убедились в его профессионализме – он внимательно разглядывал как всегда непробиваемо несчастное лицо друга и ждал положительного ответа, хотя уже наперед знал, что выиграл эту битву. Тело бросает в холодный пот, а по рукам бегут мурашки, когда в нос врезается резкий запах разных духов и немного пота. В воздухе витает явное безудержное веселье людей, крепкий алкоголь, что каждую секунду обжигает чье-то горло, громкая заводная музыка, которая не остаётся в сердцах людей равнодушной, из-за чего на танцполе категорически не хватает места даже для одной единой души, а ещё Минхо ощущает всеми фибрами своей души, что людям это правда нравится. Что здесь может нравиться? Что есть в этих клубах и барах такого, что тянет людей? Алкоголь? Общение? Новые знакомства? А они отвечают: веселье. Но что в этом весёлого? В чем они нашли здесь счастье? А Минхо знал, что ничем таким здесь и не пахнет, потому что это придуманная слабыми и зависимыми людьми глупость и оправдание; просто иллюзия, которую люди питают и в настоящие моменты этого счастья убивают свое по-настоящему счастливое будущее. Потому что нет ничего весёлого в том, чтобы вливать в себя спирт и рушить центральную нервную систему, ухудшать состояние желудка, печени, пищевода... Нет ничего весёлого и в запрещённом белом порошке, что тоже разрушает нервную систему и по сути является для нас – людей – ядом. Алкоголь и наркотики только разрушают, так в чём же все таки веселье и легкость, которые отчаянно ищут люди? В минутном забвении и помутнении разума? Что все равно пропадает на следующие утро оставляя только обезвоживание и тошноту – этакая плата за то, что вчера, по твоему мнению, ты почувствовал долгожданное счастье, которое так долго искал. К сожалению, тогда стоит сказать, что нашёл ты совершенно не то, что искал... Если сначала Минхо не понимал этих людей, потом они его бесили, то сейчас он чувствовал лишь искреннюю жалость к половине зависимых людей, а к другой испытывал жалость в другом ее проявлении; ему было невыносимо противно смотреть на таких слабых людей, которые даже сидя перед ним в кресле и зная, какую сумму заплатили его родственники за лечение, сидит и только мечтает о том чтобы выпить хотя-бы ещё одну, самую последнюю, мало-мальскую полторашку пива. Или ещё были умники, которые считали себя хитрее всех и поэтому нагло врали о том, что их не ломает, что они не думают об алкоголе и все в таком духе. Каждый раз смотря на такого очередного, пропившего мозг, человека, Минхо хотелось прикрыть лицо руками и раздраженно крикнуть, да так, чтобы эти "мега-умные" пациенты от одного его крика приросли от страха в пол и больше никогда не думали о том, чтобы обманывать. Врачи не дураки, наркологи не дураки и Ли тоже не такой, потому что он прекрасно видит анализы, он прекрасно знает как должно проходить лечение и какой люди проходят путь к тому, чтобы наконец-то избавиться от тяжёлого тягаря в виде зависимости. Да, Минхо почти год работает в наркологическом стационаре, где успел повидать абсолютно разных пациентов, которых он, к несчастью для себя, не выбирает. Ему просто прилетает в руки медицинская карта нового пациента и он с очередным тяжелым вздохом готовился к последующему сложному дню. Хотелось бы самому Минхо сказать себе, что это лишь его мысли и собственные догадки, но как-бы не так, уже всем давно стало известно, что наркотики и алкоголь – яд, разрушающий нашу нервную систему и организм. А парня это пугает еще сильнее и вводит в ступор, но люди все так же не останавливаются и продолжают медленно убивать себя.

***

Как-то раз в тёмном переулке, освеченый только одним тусклым уличным фонарём, показался совсем молодой юноша, его лицо совершенно было похоже на детское, может, он тогда был примерно в средней школе, совсем ещё маленький. Переулок был не из самых безопасных на вид, грязь и бутылки валялись внизу под каменными стенами, что в свою очередь были где-то покрыты плесенью от влаги или раскрашены ярким графити, что по течению времени все равно почти что выцвели. Стоял неприятный запах, от чего мальчик не мог не сощурить глаза и не прижать пальцы к носу. Только вот троим парням постарше такая реакция не понравилась. – Не нравиться принцесса? – ядовито спросил один из парней, что выглядел самым крупным из остальных и более угрожающим. – Ч-что вам н-надо? – мальчик не мог сдержать свой испуганный голос, поэтому он предательски дрожал и заикался, что только веселило троих парней напротив. – Не бойся мальчик, просто нам скучно и нам бы хотелось чтобы ты нам в кое чем помог.. – другой из них подошёл ближе и наклонился чуть ниже, но от этого маленькому Минхо ничуть лучше и спокойнее не становилось, потому что странная улыбка на чужом лице выбивала весь воздух из лёгких. Он чувствовал – что-то здесь точно не так. Третий из парней достал из кармана пакетик с чем-то белым внутри и передал их парню стоящему рядом с Ли. – Смотри, – он помахал пакетом перед лицом мальчика – это одна классная штучка, сладенькая, лучше всех тех леденцов и конфет, которые едят в твоём возрасте – незнакомец продолжал странно улыбаться, пока не заговорил первый парень. – Попробуй, тебе понравиться – на лице всех трех незнакомцев играла улыбка, до поры до времени, пока они не заметили сомнения в глазах малыша. Другой парень наклонился ещё ближе и без улыбки и какой либо радости в голосе начал говорить довольно серьёзно и раздраженно. – Пробуй – на этот раз это не выглядело как предложение или вопрос, а утверждение и принуждение. Спустя, буквально, несколько дней мальчик лежащий в больнице со спокойным выражением лица смотрел на плачущую маму и отца о чем-то спорящим с врачом. Женщина нежно гладила мальчика по руке и старалась другой рукой прикрыть свое лицо исказившееся от беспрерывного плача. Её голова болела с момента когда ей позвонили и сообщили, что её сын находиться в больнице. Как оказалось позже, её любимого и единственного сына напичкали наркотиками в какой-то подворотне и только чудом, проходящий мимо человек заметил тело в переулке и тут же позвонил в скорую. Родители были благодарны небесам, врачам и тому человеку, что не прошёл мимо и не бросил маленького паренька одного, и этим добросердечным простолюдином оказался именно Бан Чан, что был ещё совсем подростком. Спустя ещё месяц родители Минхо поймали виновных и в ходе судебных разбирательств засадили их за решетку, правда возникшие проблемы со здоровьем их сына никак не исчезли и им стало ничуть не легче. Замедления или наоборот очень эмоциональная и невнятно быстрая речь, бледное лицо и ярко выраженные чуть ли не фиолетовые синяки, слабые зрачки, что даже от света лампы слишком сужались, либо наоборот расширялись и из глаз непроизвольно текли слезы, а также ужасный аппетит, потому что его вообще не было, парня от всего тошнило. Через некоторое время организм Минхо полностью очистился, аппетит вернулся, яркий свет уже не резал глаза, а речь восстановилась. Ему оставалось только пару раз сходить сдать анализы чтобы наверняка и на сеансы к психиатру. Вследствие посещения второго врача парень понял, как жалко и плохо смотрится со стороны, и как мужчина сидящий перед ним в кресле отчаянно пытался ему помочь. От осознания того, что таких людей как он очень много, что чуть ли не каждый день кто-то добровольно употребляет алкоголь и запрещенные вещества, или силой принуждает других людей, маленькому Минхо становилось не по себе, но при этом он чувствовал острое желание помочь таким людям, теперь зная, как им на самом деле может быть больно. Кто как ни Минхо понимает то, что удалось пережить его пациентам, которые в свою очередь чувствуют, что их никто не понимает.

***

– Хэй, мы тут!! – Ли замечает крик и движение в стороне, а затем оборачивается встречаясь взглядом с Хёнджином. Парни направляются к нему и садяться на диван за столик. – Итак, в принципе мы все тут друг друга знаем, но теперь у нас одно новое лицо, – Хван указывает на парня сидящего около себя. Если честно, он выглядел уж больно молодо, будто ему два дня назад только восемнадцать исполнилось. Чёрные короткие волосы, хитрый разрез лисьих глаз и красивые ямочки, что появляются от одной только искренней, наполненной радостью, улыбки – это Ян Чонин – Приятно познакомиться, я Бан Чан, а это Минхо – парень сначала ложит ладонь на собственную грудь, а затем дергает подбородком в сторону сидящего рядом Ли. – Рад встречи – ответил Чонин, все еще вежливо улыбаясь каждому. – С каких пор ты водишь малолеток по таким местам Джинни? – Минхо тут же получает толчок от друга и недовольно хмурит брови якобы спрашивая "А что я такого сказал?", но Чонин не растерялся. – Мне есть двадцать, можешь не переживать – в глазах блеснула некая искра, а Минхо в это время думал только о том, что ох уж эта молодёжь. – Я уж было думал, что в клубы теперь детей пускают – непринужденно ответил Ли, который тут же осел после строгого взгляда Хёнджина, что был точно намечен прямо в его сторону. – Так, закрываем тему. Сегодня между прочим мое день рождение, так что давайте хорошо повеселимся! – Минхо еле сдерживался чтобы не закатить глаза и не начать двухчасовую лекцию о том, почему повеселиться в этом месте не получиться. Зачем его вообще сюда позвали? Он правда не понимал, что ему здесь делать. По правде говоря с Хёнджином он не то чтобы много и тесно общается, они просто хорошие приятели со старшей школы. Однажды к Минхо в класс пришел новенький и по чистой случайности они разговорились и поддерживали связь какое-то время даже за стенами школы, ходили гуляли после уроков, ночевали друг у друга и посещали интернет клубы. Только вот, как быстро они подружились, так быстро и перестали контактировать. Старшая школа, экзамены, будущее, поступление – все это затянуло их и в принципе всех учеников в то время. Так что теперь встретиться лично и поговорить как раньше практически не получалось. А Чан был его героем и спасателем, который раз в неделю заходил к мальчику в больницу, приносил фрукты и рассказы из своей жизни, которые маленький Минхо любил послушать. Так они сдружились и смирилась со своими отношениями какие бывают между старшим и младшим братом. Чан часто заботиться о Ли, пока тот в свою очередь до последнего упрямиться и говорит, что он уже не маленький и сделает все сам, хотя в итоге старший все равно его осаживает и помогает. "Имеет же способность этот петух красиво и уверенно убеждать людей" – такого мнения был Минхо о своём друге. Иногда у них бывают ссоры, которые быстро забываются, потому что ни один из них не способен долго держать обиду, иногда они как маленькие дети кидают друг в друга подушки и клянутся, что убьют друг друга, а иногда шантажируют друг друга разными фотками и видео, потому что не стесняются друг перед другом сделать или сказать что-то не то, потому что они оба уверены, что их дружба полна искренности и доверия. А как эти трое вообще оказались вместе? Тут все ещё легче. Чан просто не мог не познакомиться с новым другом Ли, учитывая то, что его приятель никогда к себе не подпускает кого попало и тем более не говорит о нем несколько часов подряд восхваляя так, будто не с одноклассником сдружился, а с айдолом. По течению времени парни начали больше времени проводить друг с другом и хоть их активное общение втроем продержалась недолго, но оно успело оставить приятные отпечатки в сердце каждого, поэтому даже по сей день они поздравляют друг друга с различными праздниками и довольно часто списываются без повода, хотя почти не встречаются в жизни. Так что то, что Хёнджин сумел собрать их всех вместе – настоящий успех, который конечно заставляет Минхо чувствовать двоякие чувства по поводу этой ситуации.

***

– Я никогда не ненавидел кого-то или что-то – Какой же ты скучный хён – сказал Хёнджин и сделал глоток из своего стакана с ликером. – Мог бы придумать что-то поинтереснее? Например смотрели ли мы гей порно или воровали чужое белье в конце концов – следом за ним отпил Чонин и Минхо. – А тебе есть чем поделиться? – с хитрым прищуром уставился Ли на своего школьного друга, и смелого к тому же. Тот лишь закатил глаза театрально фыркая. – Если не заткнешься, то я отправлю тебя домой, так то ты уже достаточно выпил – в ответ на это Хван махнул рукой, показывая, что его не интересует мнение Чана. Именинник и вправду выглядел слегка пьяным. Старший на это лишь вздохнул и повернул голову к Минхо – Теперь ты Минхо хоть и не пил алкоголь, но всё равно играл в эту игру, только не с каким-то крепким шотом в руках, а с безалкогольным пивом. Не сказать, что он сумел расслабиться за эти полтора часа пребывания в клубе, но теперь его конечности хотя-бы не дрожали и он полностью сумел побороть раздражение, что было открыто показано ребятам с самого начала. Ему просто повезло иметь такого друга как Чан (частично), потому что тот сумел создать нужную атмосферу давая ребятам понять, что Минхо не бешеный, параллельно с этим приводя того в чувство и напоминая, как нужно вести себя в компании нормальных людей, а не психиатров. – Я никогда не.. не знаю, может.. я никогда не влюблялся с первого взгляда? – больше с вопросительной интонацией сказал Минхо. – Ну, это уже интереснее – молвил Хван, но глоток так и не сделал, также как Чан и Чонин. – Да ладно?! Видимо мы все здесь серьёзные дядьки не верующие в любовь – хихикнул Хёнджин, крутя в своей руке стакан с темной тягучей жидкостью. – Удивительно, что ты не выпил – сказал Ли обращаясь к уже изрядно пьяному Хвану. – Пф, – Хёнджин снова раздраженно фыркнул и непроизвольно сделал глоток – то, что вокруг меня в школе постоянно кружились толпы влюбленных девчонок ещё не делает из меня романтика, верующего в любовь с первого взгляда – все за столом улыбнулись, потому что знают, что он как раз таки такой: эмоциональный романтик, верящий в свои ванильные мысли и мечтает встретить ту самую, для которой и звезду с неба достанет, и горы с места сдвинет. Ни для кого не было секретом то, о чём Хёнджин мечтает, потому что по разговорам и по его характеру, словам уже давно было понятно, что то, что он так старательно и отчаянно ищет – это любовь. Он не был сильно богатым, у него не было последней модели Rolls-Royce и он не жил в двухэтажном коттедже с огромным бассейном в элитном районе Сеула, как обычно свойственно богатым людям у которых есть все, кроме искренней любви. Хван зарабатывал просто достаточно, жил в новой хорошей квартире в весьма отличном районе и мог иногда себе позволить на свои честно заработанные деньги какуе-то дорогую безделушку. Дело не в стереотипах, а в его романтичный и тонкой натуре, которая жаждет той самой любви как в фильмах и книгах. Не раз Хёнджин заводил эту тему разговора и плавился в мечтаниях представляя у себя в голове тот самый идеал. В какую только он чушь не верил: судьба, соулмейты, любовь с первого взгляда и все тому подобное. Не раз он рассказывал, как выглядела бы его избранница и какой бы у неё был характер, но потом он резко отмахивался и говорил, что внешность не так уж и важна, потому что он хотел просто хрупкую и милую девушку рядом, чтобы защищать, оберегать и бегать друг от друга по квартире бросаясь подушками, мечтая после этого упасть на диван и еще долго обниматься после долгой беготни. Иногда такие слишком подробные рассказы и мечты заставали Бана и Хо врасплох, которые в свою очередь сидели напротив поехавшего романтика и обменивались многозначительными взглядами, пытаясь не засмеяться после каждой стычки глазами или очередной сказанной Хваном глупости из своих ванильных мечтаний с начала и до конца пропитанных сладкими конфетами и милыми поняшками. – А тебе вообще нормально хён? Завтра рабочий день, а ты уже так напился – подал голос Чонин, что все это время только изредка поддерживал разговор, но при этом Минхо не заметил, чтобы тому было как-то некомфортно в новой компании. С самого начала паренёк вёл себя довольно уверенно и открыто, что удивительно, учитывая его возраст, когда обычно люди все еще бояться ошибиться и имеют проблемы с самооценкой. Скорее всего он мало говорил лишь по одной причине – ему больше нравиться слушать, нежели говорить, но когда находиться интересная для него тема и он хочет высказать свое мнение, мысль или рассказать что-то, то он это делает. Чонин не из робкого десятка, он достаточно хорошо знает в чем он хорош, в чем плох, что ему нравиться, а что нет – он знает себе цену и он уверен в себе. Это то состояние, которого пытаются добиться многие подростки и даже люди постарше, которые не сумели разобраться в себе еще во время пубертата, но их не за что винить. Кто-то может прожить всю жизнь с низкой самооценкой и грызть себя изнутри, сдавливая свои желания из-за кого-то или просто боясь опозориться. В мире всегда будут такие люди, но главное понять, хочешь ли ты входить в их число? Хочешь ли проживать свою жизнь для того, чтобы думать, а что скажут другие? Хочешь ли жить свою жизнь постоянно думая о том, а чем такой человек как я хуже остальных? И только половина из этих людей ответят "нет", потому что не каждый может принять то, что помочь вылезти из этого состояния может только он сам, не каждому хочется покидать прижившуюся позицию слабого морально, а следовательно и физически человека, не каждый вообще хочет избавляться от этой проблемы, по разным причинам, но в любом случае осуждать их нет смысла, каждый живет той жизнью которую выбрал для себя. – Не начинайте прошу, давайте просто расслабимся, а то я уже вижу как Минхо мне сеанс терапии прямо тут назначит – Хёнджин говоря это и вправду выглядел паршиво, будто у него точно что-то случилось, но также не сложно было понять, что чтобы там за проблема ни была, ему не хотелось об этом разговаривать. Минхо на это лишь улыбается, пытаясь разрядить вдруг возникшую напряженную обстановку, и посмотрел в каждое лицо поочередно, проверяя состояние каждого за несколько секунд, которых вообще не хватает, чтобы понять хотя-бы приблизительно, заметили ли они нотки грусти и отчаяния в голосе их друга. – Так может тогда продол... – Ли не успевает договорить, как вдруг его улыбка резко сползает с лица, а в глазах появляется прежний еле заметный страх, что успел притупиться с момента прихода в клуб. Ему не нравились такие места, они его пугали и раздражало одновременно. Так что новое столкновение не могло оставить его равнодушным в этой ситуации. Он смотрит на свою голубую рубашку в белую полоску, перёд которой был полностью мокрый до нитки. – Ой, я случайно – пролепетал голос откуда-то сверху. Минхо медленно поднимает голову и сталкивается взглядами с незнакомцем, которому.. которому явно не мешало бы посетить если не психолога, то сразу же психиатра, а вообще желательно незамедлительно и прямо сейчас. Глаза тут же округляются и виновнику торжества эта реакция явно приходиться по душе. Ли бегло ещё раз оглядывает молодого парня с ног до головы и не в силах выдавить хоть что-то, слышит: – Что нужно сказать, когда провинился перед человеком? – чуть ли не прыская со смеху спрашивает незнакомец. Глаза Ли округляются еще больше, но он быстро берет в себя в руки и начинает хмуриться смотря прямо в глаза парня, в которых совершенно не присутствовал стыд или сожаление за содеянное. На его лице была нервная улыбка, которую он пытался сдержать, но больше всего удивляло не его выражение лица, которое менялось, казалось, будто каждую секунду и вызывало у Минхо сомнения на счёт того, что незнакомец находился в трезвом состоянии, если конечно оно не было вызвано чем-то помимо алкоголя, а сам его неоднозначный вид. Незнакомец был одет в черную легкую рубашку с глубоким острым разрезом, на шее красовалась серебряная цепочка, и кожаные штаны, что облегали худые ноги, а сбоку на бедре также красовалась еще одна цепочка, которую было почти не разглядеть из-за... пышной розовой юбки, которую он надел поверх своих штанов. Пшеничного цвета волосы были собраны в два хвостика, на голове красовались разноцветные детские заколочки, а на губах была ярко выраженная темно-коричневая помада. Ли проморгался пару раз, чтобы убедиться в том, что это точно не сон. Он чувствовал, как друзья за его спиной тоже удивлённо и с интересом рассматривали незнакомца в ожидании дальнейших действий. Прокашлявшись, Минхо все таки решил прервать молчание и хоть что-то сказать. – Чего? – несмотря на то, что он пытался прочистить горло, его голос все равно оказался хриплым и получился уж больно грозным и раздраженным, хотя взгляд был скорее удивленным, по крайней мере, Минхо так думал. Ему показалось, что парень стоящий напротив слегка съежился из-за его тона, хотя тот старался не подавать виду и теперь с наигранным удивлением смотрел на испорченную рубашку. Удивительно то, с какой скоростью менялись эмоции на его лице. – Ты это.. не думаешь что сам виноват вообще-то? – брови Ли взлетели вверх, а глаза опять чуть ли не выпадают из орбит. Теперь Минхо убеждается ещё больше в том, что точно встретил чьего-то пациента сбежавшего из клиники, который спокойно (не совсем) ходит и достает окружающих людей. "Даже здесь меня находят блять" – думалось Ли. И даже все равно, что по виду парень выглядит трезвым, потому что Минхо предпочитал думать, что к нему прицепился незнакомец находящийся под чем-то. Как бы ему не хотелось злиться на этого парня, у него не получалось, потому что единственная эмоция которую он сейчас чувствует – это явное непонимание и ступор, но это до тех пор пока... – Эй, чего молчишь? Извиниться не хочешь? – парень пытался с серьёзным тоном обратиться к Ли слегка выпячивая грудь вперёд, якобы показывая, что не намерен шутить, хотя весь его вид и улыбка, которую он еле как сдерживал показывали совершенно обратное. От этой картины Минхо начинает раздражаться. Мало того, что его лучший друг затащил его в ненавистное ему место с помощью шантажа, так ещё он встретил какого-то сумасшедшего, что пролил на него какой-то напиток и теперь пытается перекинуть ответственность и выставить его козлом отпущения, так при этом еще стараясь не засмеяться. То, как он странно и неоднозначно себя вел начало раздражать кажется не только Минхо, но и его друзей, что начали копашиться и явно готовились в любой момент влезть в переговоры. Ли раздраженно вздыхает и встает со своего насиженного места. Незнакомец отступает на полшага назад, сразу же меняюсь в лице. – Пропусти меня – Ли делает шаг вперёд – и скройс.. – но он не успел договорить, как его опять перебили, но на этот раз это был уже незнакомый ему голос. – Стоп стоп чувак! Давай без драк, окей? – к ним подлетает парень, что выглядел точно старше незнакомца. Чёрные короткие волосы, простая черная футболка и джинсы, но отличительной чертой было его тело, что казалось куда более накаченным и массивным, нежели у самого Ли, и это кстати совершенно его не пугало. Зачем бояться, если человек-мускулы не разбрасывается сразу же кулаками защищая своего друга-пациента-психбольницы, хотя мог бы, а пытается мирно переговорить. "Хоть кто-то адекватный" – подумалось Минхо. – Мы просто играли на желание и вот так получилось.. прости – Хо устало закатил глаза и затем потёр пальцами переносицу. – Мне все равно – процедил Минхо и не дожидаясь пока эти двое отойдут в сторону, обошел их и направился в сторону туалета. Но его резко схватили за руку, от чего злость, которую он с такой силой пытался побороть с прибытия в клуб, загорелась с новой силой. – Прости – послышался голос чудика, но Ли почти сразу вырвал руку и развернулся, чтобы в последний раз заткнуть всех, и даже друзей, что что-то говорили ему в спину и очевидно пытались выбежать из-за стола, чтобы успокоить. – Ме-ня не е-бё-т. По слогам понимаешь чучело? – замолчал буквально на секунду, чтобы вдохнуть новую порцию воздуха – Свали – напоследок кинул Минхо и теперь уже точно скрылся в толпе смеющихся людей, будто растворился среди этого балагана и шума музыки доносящийся из больших колонок. Стоя перед раковиной Минхо выкрутил воду на самую холодную и умывал горячее лицо то ли из-за бушующего внутри гнева, то ли из-за душного и жаркого помещения в котором он провел так много времени. Опираясь на раковину он уставился в свое отражение, вглядываясь в свое лицо и останавливаясь на глазах. Он будто пытался прочитать в них, что же пошло не так и в какой момент он свернул не на ту тропу. Сдерживать эмоции – это самая отвратительная идея в этом чёртовом мире, особенно если ты работаешь в сфере, где контактируешь с людьми. Особенно, если ты психиатр. Минхо знает это, конечно же знает, поэтому иногда выплескивает негатив уж больно резко и до боли под рёбрами неприятно. Как-то раз Хёнджин рассказывал, как плакал всю ночь в подушку после их ссоры, потому что Ли выглядел настолько же ужасающим, как и его слова, они пугали, ужасали и сидели в сердце как болючая колючка, которую было достать не без труда. Конечно же парни в итоге помирились и Минхо извинился за свои слова, но где-то в глубине души по сей день Хван чувствует тот маленький шрамик, что время от времени напоминает о себе. "Знает же, как по слабому месту побольнее ударить" – думал тогда Хёнджин. И даже Чан, с которым Ли всегда предпочитал закрывать конфликты как можно быстрее, не раз говорил о его черствой натуре во время ссор и даже коротких перепалок. Хотя Бан и не был сильно впечатлительным и его совершенно не волновали резкие слова брошенные в разгаре ссоры, но все же где-то в подсознании он всё же их запоминал, даже если и не обращал на них должного внимания и не раздумывал. Минхо в свою очередь не отнекивался и даже не пытался скрыть эту черту характера. Нет, не подумайте, что в разгаре ссоры он говорит что-то наподобие: "Да ненавижу я тебя и в рот всю твою родню ебал, желаю чтобы тебя скорее в канаве нашли ничтожество клятое восемь раз с дубу рухнотое и два раза в детстве падавшее, нахуй ты вообще на свет появился неудачный мамкин эксперимент". Такими словами он, к счастью или сожалению, не разбрасывался, разве что только с малознакомыми людьми, что выводили из себя его или его друзей, вот например, как пару минут назад. На самом деле Ли ничего не мешало покрыть незнакомца трехэтажным матом и вдобавок сказать что-то про мать, так, на всякий случай, чтобы уж точно больше на глаза не появлялся. Но дело в том, что он не такой уж и бешеный, чтобы бросаться на людей, которые просто решили расслабиться, да и к тому же искренне извинились. Даже за те доли секунд он сумел увидеть в их глазах и выражении лица сочувствие и сейчас задумавшись об этом, брюнет начинает жалеть даже о случайно вылетевшем изо рта "чучело". Минхо выкрутил несколько салфеток и вытер лицо, а затем руки, все ещё пытаясь неотрывно смотреть на свое отражение. Находясь где-то далеко в своих мыслях, он не сразу замечает знакомую фигуру рядом. Повернув голову вправо, он видит парня в все ещё странном прикиде, который умывается, а затем смывает и помаду со своих губ, кажется, совершенно не замечая или пытаясь не замечать, парня, которому несколько минут назад испортил рубашку. Благо, под ней была чёрная футболка и она почти не намокла из-за плотности рубашки. Выкидывая салфетки в урну, Минхо стягивает с себя элемент сегодняшнего образа и проверяет на наличие пятен, хотя все равно предпочёл бы потереть немного намокшее место, чтобы наверняка. Незнакомец тем временем неспешно вытирал мокрое лицо, а затем ещё раз прошёлся по губам, потому что из-за большого количества помады у него не удалось смыть ее с первого раза. Справившись с лицом он начинает поочередно доставать заколки из волос немного морщась из-за того, что они задевают волосы, а потом уже расплетает хвостики пытаясь уложить причёску, хотя получалось весьма плоховато из-за появившихся складок. Последним делом он расцепил сбоку юбку и снял её тотчас же складывая ее у себя в руках и выбрасывая в урну, куда кстати полетели те же заколки и две резинки. Минхо время от времени поглядывал на парня, который с каждым действием и выбрасывающим элементом странного образа, все больше походил на обычного человека, на самого скучного и ничем не отличающийся от других. Ли уверен на все сто процентов, встреть он его сразу же в этом образе где-то, то даже внимания бы не обратил, потому что таких как он – сотни, ничего необычного. Только вот в данной ситуации Хо заметил его, еще как заметил, запомнил и кажется, не забудет еще долго, так что возможно этот незнакомый парень появиться в его голове лет так через десять, когда Ли в компании своих нынешних друзей, а может к тому времени и новых, за очередной беседой вспомнит об этом случае и они все посмеются над этим. Правда в таком случае, он бы точно упомянул лишь половину этой истории, а вторую предпочел бы закрыть на замок и не вспоминать о ней даже находясь с собой наедине. – Слушай, – послышался сбоку хриплый голос, после чего парень тут же откашлялся – Минхо, – Ли отвлекся от рубашки и удивлённо уставился на парня, что смотрел точно на него и повернут в ту же сторону – мне правда жаль... – но Ли его практически не слушает, он не слышит, что тот говорит ему дальше, потому что в мозгу на большом табло светиться красный свет и его собственное имя. – Откуда ты знаешь моё имя? – совершенно не замечая, что перебил парня спрашивает Минхо. – Оу, ты не узнал меня? – незнакомец складывает руки на груди и слегка наклоняет голову внимательно следя за выражением лица напротив, которое в свою очередь показывало явное недоумение, брови были сведены к переносице, а губы поджаты. Глубоко вздохнув он покачал головой – Эх правда не помнишь, какая жалость – отводит взгляд в сторону. – Так, откуда мы знакомы? – немного погодя все же решается задать вопрос Хо. – Уже не важно, – незнакомец возвращает взгляд на прежнее место и со всей серьезностью смотрит в глаза Ли – ничего особенного, забудь – некоторое время они стояли в тишине, пока парень чуть ли не подпрыгнул от какой-то мысли. – Точно, я это.. все же вещь твою испортил, давай я за химчистку заплачу или вообще денег на новую рубашку дам? Сколько она стоила? – он начал воодушевленно хлопать по бёдрам ожидая, пока ему назовут сумму. Минхо все это время почти что молчал, так как не знал, что говорить и как. Ему очень не нравилась мысль о каком либо общении с малознакомым человеком, да и к тому же с тем, кто испортил его вещь и вечер в принципе. А после услышанного про то, что они знакомы, его сердце с ощутимым недоверием и волнением забилось чаще, потому что он не помнил абсолютно никого с похожей внешностью. Эта ситуация явно его напрягала, потому что не каждый день странные парни обливают его чем-то, а потом зовут по имени говоря, что они вообще-то знакомы, хотя у него в этот момент в голове абсолютно пусто, только ветер дует. – Ничего не нужно – на выдохе произнёс Ли и выкинул очередные использованные салфетки в урну, уже складывая рубашку, чтобы как можно скорее ретироваться из туалета, потом из клуба, из этого района, и вообще желательно из Сеула куда подальше, а дальше уж как пойдёт. Но ему и в этот раз не дали молча уйти. – Мне все же стыдно знаешь, я в этот раз и впрямь палку перегнул, обычно я не порчу людям вещи, это просто... – Случайно получилось? Да да, я понял, не продолжай – полностью сложенная рубашка теперь была в руках Минхо, который был готов вылететь в любую секунду из этого душного помещения, если бы не парень, что стоял прямо возле входа и вообще по видимому не собирался прекращать этот бессмысленный диалог. – Правда прости, может.. тебя угостить чем? – его глаза метались с одной стороны помещения в другую, на этот раз боясь встретиться с тяжёлым взглядом карих глаз – Кофе купить? Раз деньги принимать не хочешь, то... – Лучше свали – резко выпалил Хо. – Что? – глаза тут же нашли другие и встретились с ними взглядом. – Договорил за тебя, скажем так – глаза незнакомца тут же расширились, он точно такого не ожидал. – Спасибо, что дал наконец-то возможность уйти, всего хорошего, недоразумение – оставив напоследок саркастическую ухмылку Минхо все же ретировался из туалета, пока озадаченный таким поведением парень потупил взгляд куда-то вдаль переваривая весь минувший диалог. Подходя к столику Ли увидел парочку новых макушек, которых до этого вроде как не видел. Проморгавшись он попытался вспомнить не должно ли было быть еще кого на этом званом празднике, но поняв, что он реально идиот который немного потерялся в событиях после странного разговора с не менее странной особой, Минхо подошел ближе к столу. – А вот и наш Минхо – радостно воскликнул Хван, который казался еще пьянее с момента когда Ли отошел в уборную. Парень закатил глаза и осмотрел присутствующих. Рубашка в руках бесила, потому что она должна была быть на плечах, а из-за всей этой ситуации.. Ли положил ее на диван в угол чтобы не мозолить глаза; главное не забыть. – А, кстати, давай нормально познакомимся, – сказал тот самый накаченный друг недоразумения – Со Чанбин – он протянул руку. – Допустим, Ли Минхо – парень с явным недоверием осмотрел нового знакомого, который заметив его взгляд начал лыбиться пуще прежнего, лишь бы недовольный Хо больше не смотрел на него с оскалом и в его глазах не читалось явное желание расчленить всех присутствующих. – А это Ли Феликс – Со повернулся к своему другу и выставил ладонь около его недовольного лица. Удивительно, был еще кто-то кому вся эта ситуация абсолютно не нравилась. – Он у нас злюка сегодня, не обращай внимания – в его сторону полетели сразу же два недовольных взгляда и он, поняв, что сморозил глупость поднял обе руки вверх, якобы не пределах. Заприметив Чонина Ли сразу понял, что малышу явно пора домой, потому что он почти что засыпал сидя на диване и клюя головой. Только от одной этой картины захотелось расплыться в улыбке. "Ну хоть что-то приятное за эту ночь" – подумалось парню. – Что с рубашкой? – у Чана все же получилось вставить свои пять копеек в этот увлекательный разговор и с беспокойством в глазах посмотреть на своего друга. Минхо только отмахнулся, что означало на его языке “все хуево, но терпимо” и уже хотел было сесть на свое место, которое осталось нетронутым, но сзади раздался уж больно знакомый голос, опять. – Оу, вы уже сюда перебрались – Минхо закатил глаза и устроил руки на груди даже не имея желания банально для вежливости обернуться в сторону говорящего. – Кстати – обратился Со к Ли – это Хан Джисон, – он указал пальцем на человека стоящего немного поодаль Хо – я просто сомневаюсь, что вы познакомились, но теперь вот.. – сегодня парень не собирался давать людям договорить свою мысль до конца. – Эта информация мне не пригодиться, спасибо – Ли наигранно чуть поклонился и натянуто улыбнулся, после чего его выражение лица вернулось в привычное. – Я пойду – Стой, уже? – его быстро одернул Чан. – Именинник упился, Чонин тоже в зюзю, сидит вон носом клюет, а меня завтра ебать по полной будут, так что я сваливаю – А кто младших развезет? – кинул Чан в спину Хо, что уже хотел уйти. – Вон, – Ли дергает подбородком в сторону трех парней – новенькие друзяшки тебе в помощь, бывай – это последнее, что сказал Минхо, перед тем как вылететь из клуба будто ошпаренный. В этот момент он сказал самому себе еще раз, что больше никогда в жизни не осмелиться зайти в это ужасное место.

***

Полупрозрачные шторы вздымались вверх от легкого прикосновения утреннего и немного прохладного ветра. Время на телефоне показывало полдвенадцатого, а из скомканного одеяла на кровати выглядывал спящий парень, веки которого слегка подрагивали во сне, грудь чуть вздымалась, а руки, лежащие на подушке около лица, были покрыты тонкими и широкими линиями от смятой постели. Через пару минут его глаза медленно раскрываются и утыкаются в белый потолок. Из уст вырывается протяжный стон отчаяния от осознания того, что он проснулся и его ждет очередной день пропитанный бессмыслицей и страданиями. Вчерашняя ночь для него была будто пустая дорога ведущая куда-то вдаль, в туман, где нет ничего и никого, только Минхо, его мысли и пустота, которую он не может разглядеть в полной мере из-за опустившегося густого тумана. Оставалась только вытянуть руки чуть вперед и прищурить глаза, чтобы не наткнуться на что-то, что скрыто за еле видимыми шторами мглы. Ли был не из тех, кто открыто показывал свой страх и недоумение в экстренных ситуациях. В те моменты когда ему страшно, он будто отключает свою нахлынувшую панику и инстинкты самосохранения. Сколько бы не было адреналина в крови, как бы мозг не кричал ему: “Беги” – Минхо не побежит, как бы сильно не стучало сердце и не подкашивались ноги, он просто ни за что не сорвется с места. Такой он, будет до последнего стоять на месте пытаясь уворачиваться из цепких рук, но не убежит. Кухня у парня была совмещена с гостинной комнатой, так что выйдя из спальни он в несколько шагов оказался на маленькой кухне у столешницы и ставил закипать чайник с водой. Осмотрев беглым взглядом внутренности холодильника он еще раз убедился, что скоро там повеситься вторая мышь, после чего закрыл дверцу и уставился в стену – завис. Но буквально через полминуты он очнулся и проверил время на телефоне, громко выругавшись он откидывает гаджет на столешницу и потирает виски, что начали неистово гудеть. Парень понял, что проспал и теперь ему ничего не оставалось кроме как прогулять целый день, потому что спешить на остальные ему не хотелось. Сегодняшний день почти ничем не отличался от предыдущих, Ли все так же раздражается, не хочет ничего есть за завтрак, варит себе крепкий кофе и начинает свою рутину с тяжелым вздохом и мыслями о том, что скоро он сгниет со скуки, отчаяния и его собственного поведения. Но это лишь почти, потому что во-первых, он редко прогуливает пары, а во-вторых, он начал свой день куда позже обычного из-за того, что поздно лег спать; странные ощущения из-за чего Минхо чувствует себя помятым. На самом деле парню самому не нравилось, что его постоянно что-то раздражает и постоянно что-то не нравиться, но он настолько привык к таким эмоциям, что искоренить их теперь будет проблематично. У некоторых людей такая раздражительность вызывает смех, потому что они думают, что Минхо корчит такую мину в шутку и огрызается для того чтобы поддерживать этот статус, но это не совсем так. Конечно ему нравилось саркастические шутки, улыбки и вечные подколы, черный юмор и далее по списку, но его образ очень сильно повлиял на его мировоззрение и жизнь в целом. Конечно же он не раз думал о том, чтобы все таки вырвать эту проблему с корнем и больше не возвращаться в это состояние. Такие мысли были в те моменты, когда парня доставало уже все и злил окружающий мир пуще прежнего. Но когда сильный прилив злости утихал, то Минхо становилось даже страшно от мысли, что он может утихомирить свою раздражительность. Вроде бы это ненормально и это правда проблема, когда ты не контролируешь свою агрессию и она ручьем льется из тебя задевая вокруг остальных ни в чем не виновных людей. Но также поймите, что чтобы искоренить эту проблему нужно много времени и страх того, что что-то может пойти не так, что может станет еще хуже, может я потеряю себя, берет вверх в этом противостоянии. Сделав первый глоток крепкого кофе без молока и сахара, телефон рядом завибрировал. Минхо уже хотел было не поднимать трубку, но увидев знакомое имя с работы тут же ответил. – Привет, случилось что? – увидь бы парня кто-то из его друзей сейчас, то они непременно бы заплакали, потому что обычно люди перед смертью меняються. – Хотел напомнить, что сегодня работа, а то я тебя на паре не застал – это был парень с его курса, который работает в том же стационаре, что и сам Ли. У них отношения чисто учеба-работа уже как целый год, и если люди за это время непроизвольно начинают сближаться и уже могут назвать себя друзьями, то этот случай определенно не их. Сначала конечно же Кан пытался заговорить на какие-то отдаленные темы, но видимо поняв, что Минхо эта дружба вообще не сдалась, перестал. Несмотря на то, что у них рабочие отношения и не более, все же за такое количество времени ты все равно неволей лучше узнаешь человека. И когда Ли узнал Тэхена чуть ближе, то сразу же понял, что связался с хорошим человеком. Кан Тэхен сам не любит заводить знакомства и строить дружбу, а особенно когда она вам обоим не нужна. – Я помню, но спасибо – наверное Кан это один из немногих людей, с которым не хотелось шутить глупые шутки и паясничать, потому что с ним куда лучше было обсуждать жизнь и жаловаться на нее. – Сколько у тебя сегодня людей? – Вообще двое, но.. ко мне еще должен тот мальчонка зайти, который в старшей школе еще учиться – Это у которого была передозировка и он недавно выписался да? – как-то слишком осторожно переспрашивает Кан, из-за чего Ли успевает напрячься. – Ну да – тон Минхо сам поменялся без его ведома и стал более жестким. Ему совершенно не нравился притихший голос в трубке. – Так ты не знаешь? – на выдохе произносит Тэ. – Что? – Он умер Минхо.. И вот тот самый момент когда соседи Минхо начинали свое утро не с кофе, а с глухих криков где-то вдалеке. Ли после сказанного Тэхеном: “Он передознулся, но это был уже его последний раз” тут же отключился и кинул телефон куда-то в сторону. Парень сам не понял, как начал кричать и со всей злостью впечатал кулак в стену. От ноющей боли Хо скривился. Что может быть хуже для врача, когда он узнает, что его пациент все же умирает? Это больно, очень больно, поэтому многие из них стараются не привязываться и ведут себя отстраненно и холодно. У психиатров участь не лучше, они ведь тоже врачи, которые правда копаются не в твоем организме, а в голове, хотя и первое иногда необходимо в некоторых ситуациях. Минхо и не знал, что будет так больно. Конечно ему старшие говорили, что и им тяжело узнавать такие новости, так что лучше быть осторожней с этим и просто выполнять свою работу не привязываясь, только вот Ли не прислушался. Всем нужно получить ссадину на коленке чтобы понять, что это больно, вот и в этой ситуации все так же само. Лишь испытав эту боль Ли научиться с ней справляться или по крайней мере будет просто знать, что его ожидает. Предупрежден – значит вооружен. Ему очень хотелось выключить эту боль и просто прекратить все размышления, но собственные чертовы мысли кричали:”Что я сделал не так? Почему не помог? Все же было хорошо или я настолько слепой, что не увидел то, что обязан был увидеть? Почему я не заметил? Какой с меня тогда толк?”. В этот момент он абсолютно не думал про тех людей, которым он помог выбраться из той запутанной пучины и избавиться от зависимостей. Он не думал, как много слов благодарности получил и насколько теплые улыбки дарили ему пациенты, что смогли. Совершенно не важно, что хороших итогов было куда больше, потому что... "Я ему не помог". Больно, чертовски больно где-то под солнечным сплетением, ребра ломило, а голова болела. Он и не вздумает плакать, нет, это не в его стиле, но предательская пелена застилала глаза и все вокруг вмиг потеряло свои грани. Хотелось просто напросто исчезнуть, провалиться сквозь землю, забыть всю свою жизнь и не помнить более знакомых лиц и имен. Хоть бери и складывай чемоданы убегая на первый пришедший поезд, чтобы уехать куда подальше, сменить цвет волос, сделать тату и пирсинг, изменить стиль одежды и накачаться так, чтобы тебя стороной обходили и никто из знакомых, если вдруг, не узнал. Но Минхо не станет, он просто трус.

***

– Никогда не думал, что скажу это, но.. чувак, у тебя похмелье? – протараторил парень в трубке. – Я не пил – на удивление спокойным голосом ответил Минхо. С той неожиданной новости прошло десять часов и за это время у него все же получилось успокоиться. Один пропущенный от Хенджина и кучу сообщений от него же, три от Чана и одна смс-ка “перезвони”, и было еще десять пропущенных от Сынмина и шестьдесят с чем-то непрочитанных сообщений. Конечно Минхо знал, что лучше всего будет перезвонить в первую очередь Бану, но как-то так получилось, что.. – Знаешь чем отличается психиатр от психа из дурки? – нет, когда-нибудь Ли все же примет верное решение и позвонит заботливому, понимающему и чувственному Чану, а не идиоту Сынмину. – Только тем, что ночует дома – в трубке тихо хихикнули, а Минхо даже глаза лень закатить на такую дурость. – Еще что скажешь? – с незаинтересованным тоном произнес Ли, хотя все же признавал, что глупые разговоры Кима как-то непроизвольно расслабляют и отвлекают. – Я знаю, что произошло, мне Кан рассказал, ты не грусти приятель – Минхо знал, будь его друг сейчас рядом, то несомненно бы похлопал его по плечу с сочувствующим видом. – Помог ахуеть, обязательно продолжу ходить к вам на сеансы мистер-лучший-в-мире-психотерапевт – Может тебе кпт нужен, а? Пора бы уже знаешь – Иди свои анекдоты учи лучше, я отчаливаю – прозвучали гудки. У Минхо не было совершенно никакого желания звонить еще кому либо, говорить не хотелось от слова совсем. Так что он быстрыми движениями пальцев отправил ответ Хвану, а Чану написал, что позже перезвонит. Хотя парень не удивился бы, если Бан уже знал о произошедшем, потому что все они так или иначе связаны и свои информаторы есть везде, но даже если и так, желание говорить от этого не появляется. Положив телефон на столешницу Минхо потер пальцами глаза пытаясь вспомнить что-то, за что можно было бы зацепиться и не отпускать до тех пор пока глухая боль не отпустит окончательно. В мозг лезли воспоминания со вчерашнего вечера и парень невольно поежился и зашипел, не это он хотел вспомнить, хотя все мысли безотчетно туда его и тянули. Он резко приподнял голову и задержал взгляд на чем-то. К нему внезапно подкралось странное чувство, что вынуждало из раза в раз прокручивать события вчерашней ночи. Волей неволей мысли крутились вокруг этого, а необъяснимое чувство уже успело поселиться внутри и теперь полностью командует воспоминаниями в его голове. Покопавшись еще чуток в вчерашних эпизодах Минхо тут же отмирает и вспоминает: “Рубашка”.

***

Может когда-нибудь Минхо все же надоест быть постоянно злым и строгим по отношению к другим и себе, надоест разделять людей на своих чужих, вести себя высокомерно и несправедливо с незнакомцами, просто потому что ты их не знаешь, надоест вечно держать все в себе и отказываться от любой предложенной помощи, надоест травить едкие шуточки и строить из себя холодную глыбу непробиваемого льда; может совсем скоро он оттает после стольких лет дикого холода. И может тогда парень наконец-то поймет, как же он на самом деле благодарен своим друзьям, что терпят его, может он станет добрее или по крайней мере уважительнее относиться к людям, которые просто спрашивают у него дорогу до магазина и он не будет воспринимать их как врагов народа, поймет, что нет смысла себя ругать на чем свет стоит только из-за того, что ты сказал что-то лишнее про себя, потому что на самом деле людям все равно на твои откровенные проебы, они сосредоточены на своих. Пока ты ругаешь себя за лишнее сказанное слово ибо думаешь, что человек это сразу же заметил и взял на заметку, твой собеседник думает о том, что он не так сказал, ну или о том, что он закажет сегодня на ужин в одной из кафешек в центре города. Может пока ты думаешь над тем, как другие тебя воспринимают, эти другие думают о том, как их воспринимаешь ты. На самом деле людям все равно, даже если кто-то и додумается обсуждать твой характер, внешний вид и всю родословную, то эти разговоры рано или поздно утихнут, они не вечны. Зачем? Зачем же так изнурять себя и тратить время на “а что если..”, “а что они подумают?” или “а что скажут?”. А имеет ли это все значение? Мы дважды не живем. Ты можешь даже пить на постоянной основе и курить не слушая советов других, можешь принимать запрещенные вещества, можешь попытаться наложить на себя руки, можешь делать аборты сколько влезет, буквально жить в клубах и постоянно развлекаться, а можешь всю жизнь прожить в темпе учеба-работа-дом-семья. И ты вправе жить, как считаешь нужным, даже если это первый вариант, что сведет тебя в могилу раньше чем ты состаришься. Не всем жить правильно и прилежно в этом мире, не все выбирают быть счастливыми и у каждого разные понятия на этот счет. Можешь быть душой компании и заливать литры спиртного на вечеринках без передышки, главное чтобы ты осознавал, а устраивает ли это тебя. А если нет – надо что-то менять, не так ли? Можно сказать: “Говорить легче, чем сделать”, но когда ты встанешь и начнешь наконец-то что-то делать, то сможешь произнести – “Меньше слов, больше дела”. Разве не лучше говорить вторую фразу с вершины горы, нежели стоять внизу и бросаться жалобными фразами даже не попытавшись пройти и километра? Мысли заполняли голову Минхо, что только вчера пообещал себе никогда больше не заходить ни в одно из тех адских мест, которые он так ненавидит, но есть ли в этом смысл? Почему он должен бояться даже банально зайти в клуб или бар? Прошло столько времени с той ситуации, тогда он был маленьким учеником средней школы, а сейчас он взрослый студент, который может защитить себя, но почему колени так предательски дрожат? К сожалению одного желания избавиться от страха недостаточно, это работает точно так же как и с зависимостью. Хочешь не хочешь, но мысли и желание при виде алкоголя снова прыгает на максимум, отказывать которым стоит больших усилий. Вот и Минхо чувствует себя сейчас ровно так же, хочет забыть этот липкий страх и перестать трястись, но тем неменее видя перед собой неоновую вывеску желудок скручивает, в горле стоит ком, а где-то внутри что-то неприятно жжет. Вот смотришь и понимаешь, что избавиться от этого противного ощущения задача не из легких, собрать всю силу в кулак и просто зайти – это так сложно. Ли не хотел себя принуждать входить через силу, он решил стоять столько, сколько потребуется, а при любом моменте когда страх начал бы немного угасать рванул бы вперед. В прошлый раз рядом с ним были его друзья, так что спрятать дрожь в руках и испуг в глазах было довольно легко, а теперь когда он один ему понадобиться больше времени. Конечно же парень и не надеялся, что все его проблемы все разом взявшись за ручки и вприпрыжку свалят в закат, вообще нет, но то, что он в последнее время постоянно заостряет на этом внимание должно было что-то значить. Может у него все таки удасться отстраниться от своего страха и избавиться от неконтролируемой агрессии из-за малознакомых людей, которую он выливает чаще всего не на них, а на своих близких. Безумно стыдно и непонятно, как они все его терпят? Минхо знал про свой ужасный характер, плохие шутки и срывы. Он часто бросал трубку раньше положенного и когда ему перезванивали не брал ее, когда ему что-то рассказывали он часто слушал вполуха – через одно влетало, а через другое вылетало, или когда его просили о чем-то, а он либо делал вид, что не услышал, либо говорил сразу же “нет” даже не дослушав проблему до конца. С родителями ситуация тоже была не лучше. Пока все его сверстники уже давно помирились со своими родителями, с которыми вообще не планировали даже связываться из-за детских травм, Минхо все так же старался их избегать. Вроде пубертат закончился и он больше не эмоциональный подросток обиженный на жизнь, но почему-то чувствами к родителям он не пропитался и проблемы из головы не искоренил. Его родители не были плохими людьми: пили не много, вредных привычек не имели, у обоих была работа, конечно они не могли купить сыну все, что тот захочет, но самое необходимое всегда было и не абы какое, а все качественное и в хорошем состоянии. У Ли была своя комната, которую он обустроил как хотел, хорошая одежда из магазинов, нормальный телефон и всякие другие мелочи, ничего вычурного. Но дело было не в этом. Что бы родители ему не давали, как бы не извинялись за свои поступки разными подарками, Минхо от этого будет еще больнее, потому что то, чего он так хотел в детстве – это мамине или папине “люблю” или “я горжусь тобой”. Минхо никогда не считал, что слова важнее действий, все таки второе он ценил куда больше, но почему-то в ситуации связанной с родителями он хотел услышать именно слова. Парень никогда не хотел, чтобы его язык любви с родителями был “сбросьте деньги, спасибо, пока”, хотя казалось, что их это устраивало. Они радовались каждый раз когда он брал трубку и в каждом разговоре они сумели заводить диалог о деньгах, будто готовы были обеспечивать своего сына всю жизнь. Конечно Ли было приятно, потому что это правда с какой-то стороны забота, но неужели было так сложно хотя-бы один раз подойти и обнять его со словами: “мы любим тебя”? Почему в их семье не было принято показывать эмоции? Почему единственное чем можно было бы выразить любовь – это деньги? Хотя Минхо понимал почему, а все эти вопросы в голове лишь риторические и это жалость к самому себе. Бабушки и дедушки парня были консервативными людьми с четкими установками, как и у многих других. Так что и родителям пришлось тоже несладко, правда кто-то сумел вырваться из этих цепких лап старых и неправильных убеждений, а кто-тот нет. Естественно их тоже учили “слезы – слабость”, “любовь и секс – стыд”, “искренние чувства и твоя индивидуальность никому не нужна”. Так что стоит ли обижаться на родителей, которые испытали в свое время ту же боль? Конечно нет, но печаль поразительным образом от этого никуда не делась. Как же все таки все тесно взаимосвязано в формировании нашей психики и характера: место жительства, материальный статус, наши родители, а позже наше окружение и первый опыт в чем бы то ни было. Первая любовь, буллинг, ночная вылазка из дома, первое нарушенное правило, первый глоток алкоголя и первая сигарета, предательство и ссоры, первое наказание родителей и строение себя как отдельной индивидуальной личности. Столько всего выпадает на плечи детей в один момент, что может в этот же момент как и поломать, так и взбодрить, развеселить и дать надежду. Погрузившись глубоко в свои мысли Ли и не заметил, как теперь больше не дрожит, а в голову не лезут плохие сценарии, поэтому вдохнув поглубже прохладный вечерний воздух он все же приоткрывает массивные двери и входит внутрь. Перед выездом ему все же пришлось позвонить Чану, с которым он беседовал где-то около часа. Как оказалось, он не знал о случившейся ситуации, а Минхо сам проболтался ему об этом. В итоге быстрый минутный разговор, который должен был состоять просто из вопроса не забрал ли кто его рубашку, превратился в сеанс психологии, только вот роль психолога занял Бан, а не Ли. Может старший и учился на музыкального продюсера и в психологии ни черта не понимал, но догадаться о том, что его другу станет легче, если тот выговориться большого труда не составило. Минхо и сам не заметил, как начал говорить обо всем, что он думал без остановки и без фильтрации речи и мата, что невольно сам проскальзывал между строк и предавал ситуации еще большей окраски. Может быть раньше он бы и стал себя винить за слабину, но почему то сейчас ему не казалось это большой трагедией, хотя возможно позже он будет сидеть один в комнате и с запущенными пальцами в волосы рассматривать пол перед ногами думая о том, что с ним стало, но это потом, не сейчас. Потому что сейчас парень идет вдоль танцпола, на котором очень мало людей, и то, они даже не танцуют, а просто слегка покачиваются в такт не сильно энергичной музыки и разговаривают между собой. Ну конечно, настенные часы где-то вдалеке, которые скорее всего служили просто декором, показывают всего полдесятого вечера. Это пока что слишком рано для больших толп и компаний людей, так что дышать от этого осознания сразу же стало легче. Ли почти сразу заприметил столик за которым они вчера сидели и без промедления быстро двинулся к нему. Конечно же шанс, что она лежит на своем месте равен одному проценту, но лучше сначала проверить, а потом спрашивать у работников или охранников. Ему бы очень хотелось сказать, что никому его рубашка и в помине не нужна, но она была брендовая.. решил себя порадовать дорогой вещью, а в итоге ее не только намочили, но и забыли в каком-то клубе. Судьба у некоторых вещей ничуть не лучше чем у людей и с этой проскользнувшей мысли парню захотелось то ли смеяться, то ли плакать. Шарики за ролики, крыша потекла и съехала, а он в край шизанулся, ну, а с кем не бывает. Полностью сосредоточив взгляд на одной точке Ли и не заметил человека сбоку и случайно его задел плечом. На самом деле он бы и не почувствовал и не заметил незнакомца, если бы не сильна боль в плече. Видимо столкнулись они и впрямь больно. – Простите я.. – но успев вовремя поднять глаза на незнакомого человека Минхо тут же обрывает предложение. Незнакомцем оказывается Джисон, что удивленно хлопает своими большими круглыми глазами и как рыба глотает воздух ртом не в силах выдавить из себя хоть слово. Конечно сам парень тоже удивлен, но не настолько же, будто вчера они виделись в сеульском баре, а сегодня где-то в центре Нью-Йорка по воле случая. Это был все тот же город и клуб, просто случайность и не более. Хотя может в первом случае Ли отреагировал также ибо дело было совершенно не в обстоятельствах, а в нем самом. – О, Минхо.. – Хан ожил – какими судьбами? – сегодня он выглядел куда спокойнее, но и не только, сейчас перед Ли будто другой человек, не тот, что способен нести бред при незнакомом человеке, обливать его чем-то и при этом более менее держать лицо – не бесстыдник. Джисон теребил рукав своей белой рубашки, закусывал внутреннюю часть губы и старался не смотреть на стоящего перед ним парня. Удивительно. Где же его храбрость? – В судьбу я не верю, но в то, что я не хотел бы тебя видеть – очень даже – выпалил Минхо быстрее чем подумал, что заставило его прикусить язык и уставиться на парня у которого кажется скоро начнуться приступы астмы. Почему-то именно сейчас совесть нагулялась и решила вернуться домой в голову парня, тем самым заставляя его невольно прищурить глаза и свести брови к переносице. Его же собственные слова ранят его, а что испытывает Хан в этот момент.. даже думать страшно. – А, – голос Хана был хриплым и поэтому он хотел прочистить горло для подальших слов, но молчание и затягивание сделало ситуацию только хуже, потому что в горле встал противный ком и самому парню казалось, что он не сможет вымолвить и слова. Минхо стало уж совсем совестно и не в силах больше смотреть на вмиг потухшего парня, он взял его за локоть и кивнув в сторону потащил его к уборной. Сначала Джисон просто удивился и сделал пару шагов вперед, но буквально еще через пару секунд он остановился. – У меня смена с минуты на минуту, мне нужно.. – еще одна плохая привычка Ли от которой пора бы уже давно избавиться – перебивать. – Это не займет много времени – и они возобновили движение в сторону уборной. На самом деле только в этот момент он заметил рабочую форму на Хане, что его немало удивило. “Кто будет отдыхать в том же месте, где и работает?”. Зайдя внутрь Минхо заметил, что все кабинки открыты, а значит ни единой лишней души кроме них двоих здесь нет. Отпустив чужой локоть он дернул подбородком в сторону раковин и Хан без лишних слов все понял. Не понятно для самого Ли было то, что этот парень пошел за ним без всяких вопросов и сейчас делает то, о чем он попросил, даже не подозревая о том, что Джисон уже знает почему. Холодная вода опаляет лицо и глаза начинают неистово жечь, потому что в отличие от остального лица они были горячими от слез. Обидно, ему было жутко обидно и больно. Хотелось прямо здесь и сейчас спуститься вниз на корточки, закрыть лицо руками и рыдать в голос, но Минхо вблизи и приближающаяся смена заставляли подтянуть сопли назад и оставить их на потом, на тогда, когда он снова окажется в своем общежитии под одеялом. И даже Феликс на соседней кровати ему не помешает, хотя он Феликсу скорее всего да. Джисон умылся и уставился на себя в зеркале, но не надолго, потому что заметил, что не только он любуется своим жалостливым видом. Минхо за его спиной внимательно наблюдал за каждым действием из-за чего сам того не подозревая заставлял Хана сжаться и надеяться на то, что у него получиться прямо сейчас провалиться сквозь землю. Но гляделки продлились не так уж и долго, возможно около минуты которые ощущались всего лишь как вечность. Ли подошел к дозатору салфеток, быстрыми движениями вытащив оттуда несколько и протянул их Джисону, на что тот мог лишь коротко кивнуть, и то, даже не глядя в глаза напротив. Он быстро вытер лицо и хотел было уже выкидывать мокрые салфетки, как вдруг услышал сбоку тихое: – Прости В ушах зазвенело, а глаза сами по себе увеличились в два раза. Хан и забыл о всей неловкости и своем подавленном состоянии поворачивая голову в сторону Ли, что находился всего в двух шагах от него. Минхо в это время тоже было сложно, потому что он не мог даже вспомнить хоть какуе-то ситуацию даже из детства где ему приходилось извиняться. Обычно он и вправду оказывался правым в конфликте и в те редкие случаи, когда оказывался неправ просто съезжал с этой темы предлагая компромисс, но извинения для него было чуждо. Хотя нельзя было сказать, что Ли прямо таки выдавливал эти слова из себя силой, потому что совесть домой пришла и жалость к пареньку проснулась. На самом деле ему впервые захотелось искренне произнести эти слова, вот просто захотелось, не из-за того, что так нужно, не из-за того, чтобы успокоить парня напротив. В первую очередь он это сделал из-за появившегося желания, ну а о причинах и том, что его подтолкнуло на этот шаг ему еще следует подумать. – Нет, нет, что ты! Все.. нормально и я... – может первым делом Ли стоит отрезать себе язык. – Ты типо терпила что-ли? – получилось слишком грубо – Я же виноват в конце концов – немного погодя он все же решил высказаться. – Никогда не думал, что скажу это, но неужели ты даже не упрекнешь меня или еще чего? – конечно же Минхо не хотел бы, чтобы его отчитывали и ругали за что-то, потому что ему очень сложно сдерживать себя в такой ситуации и велика вероятность того, что он не сможет сдержать язык за зубами и накинется на тебя как зверь на добычу впиваясь клыками в глотку. Просто конкретно в этой ситуации его поражала такая скупая реакция парня на то, что его так унизили и опустили. Будто прочитав его мысли Хан выдает: – Не обязательно унижать в ответ чтобы быть на равных – на удивление спокойно ответил Джисон. Сейчас он выглядел даже уж слишком отстраненным, будто и не хотел минуту назад расплакаться смотря на свое отражение в зеркале. Минхо хоть и удивился, но виду не подал. – Тебе сделали пакость, а ты в ответ и считай вы квиты – Ли пожал плечами, в то время как у Хана проскользнула улыбка на устах. – А что не так? – заметив реакцию парня выдает Минхо с немного возмущенным тоном. – Видимо и здесь мы разойдемся, – покачал головой – очень жаль – а Минхо почти сразу меняется в лице и сводит брови к переносице. Нет, его не злил Джисон и конкретно его мнение и высказывания, его злило "разойдемся". В то время как сам Хан будто бы очнулся ото сна и снял розовые очки – не нравиться. И от этого его почти что тошнит. – У меня смена, я пойду – Минхо не в силах проронить и слова просто замер смотря в одну точку, пока Джисон развернувшись выходил за дверь уборной. Тот же город, тот же клуб, то же место, но не те же роли. Ли глубоко и прерывисто дышит. Почему его легкие так обжигает, а сердце бунтует и неприятно колет? Никому не будет приятно услышать такие слова правда же? Никому не будет приятно услышать такое от незнакомца с которым ты знаком всего лишь сутки черт его дери... О чем он вообще думает? Невольно он сам оказывается на месте Джисона и поворачивает кран с холодной водой на максимум чтобы остудить свой пыл и непонятное внутри зарождающееся чувство. Его начинает тошнить, а голова наполняется странными мыслями, но только подняв голову к зеркалу у него все внутри леденеет, а мурашки пробираются вверх по рукам. Что же это с ним?

***

Прошла неделя с тех пор, как Минхо плакал в общественном туалете из-за... кого? Джисона? Да кто он такой чтобы из-за него слезы лить? Почему вообще его слова задели и почему он вообще это почувствовал? Неужели он слишком открылся и в этот момент его задела даже самая простая фраза? Или может быть дело было в том, с каким тоном эти слова были произнесены? Кажется, словно Минхо еще никогда не было так грустно и непонятно. В его голове с каждым днем становилось все больше мыслей и казалось, что еще немного и он окончательно погрязнет в этом болоте. Вопросов было нескончаемое количество, а ответа ни одного. Как это Джисон вообще сумел одними лишь словами и видом заставить его почувствовать себя так, будто его пустили несколько раз через мясорубку. Все это время он ходил мрачнее самой черной тучи в пасмурный день. Если раньше Ли был просто саркастичным придурком жалующимся на все и всех подряд, то с той ситуации он сидел ледяной глыбой на парах, стоял каменной стеной на остановке ожидая нужный автобус и только на работе ему приходилось отмирать коммуницируя со старшими коллегами и пациентами, а дома он разваливался мешком на кровати и думал, думал, думал. Все обиды, проблемы и удручающая жизнь отошли на второй план, потому что теперь в мыслях был Хан Джисон и его слова. Почему-то это “видимо и здесь мы разойдемся” ранило глубже и больнее наточенного ножа, такого, который валяется в одном из ящиков на кухне Ли. Заставить себя подняться с места не получалось и вообще что-либо заставить делать тоже, даже перевернуться на другую сторону было непреодолимой задачей. О какой ненависти к жизни может идти речь если все, что сейчас Минхо это острое желание жить? Ему как никогда хотелось поднять себя с кровати и пойти куда-нибудь с друзьями, да хоть в бар или клуб, теперь было уже не так страшно. Нет, остальные проблемы и вопросы никуда от этого не исчезли и не испарились, а Минхо не изменился в лучшую или же наоборот в худшую. Все это просто отошло на второй план, ибо кое-что новое в жизни навеяло много вопросов и догадок. Эти вопросы было просто не сосчитать, так что и нормально думать не получалось. Парень хваталася за все и понемногу, так и не сумев что-нибудь понять.

***

У каждого в жизни был период когда общения в реальной жизни не хватало. Хотелось познакомиться с кем-то в интернете или же у кого-то это получалось совершенно случайным способом. В его случае все получилось спонтанно, хотя он задумывался об этом и хотел написать кому-то забавы ради, но кто же мог предугадать дальнейший исход событий такой связи... В первый раз Джисону больно сделала мама, что не смогла вытерпеть его подростковое поведение и ударив кухонной тряпкой несколько раз по лицу со словами “ни на что не годный двоечник и позор семьи” со всего размаху выходя из комнаты хлопнула дверью оставив своего сына один на один с пеленой перед глазами и школьными учебниками. С тех пор Хан все делал: во время сдавал работы, учился на отлично и не жаловался на несправедливое отношение учителей, но к матери не подходил ближе чем на метр. Во второй раз было больно, когда Джисон осознал, что совершенно один в этом мире, а в совокупности с пубертатным периодом это вообще был сладкий наборчик, который никогда не забудется. Друзья у него были, не более, просто существовали, на этом все. Семья тоже просто существовала, даже не так, делала вид будто существовала. Что уже говорить о второй половинке, когда тебе признаются просто из-за того, что спор проиграли. Была только музыка, наушники и любимые темные толстовки на весь круглый год. А в третий раз Джисон узнал насколько больно найти хорошего человека, родственную душу и потерять ее. Это самая неприятная для него тема, которую он ни с кем всерьез не обсуждал. Иногда вспоминал при разговорах, посмеивался над ситуацией со словами: “Подростком же был” и тут же увиливал от темы переходя на другую. В груди каждый раз больно щемило, на губах вырисовывалась кривая усмешка, а глаза наполнялись соленой жидкостью. Неприятно и больно. Ситуация как у всех: познакомились в интернете, начали переписываться, словили общую волну, часто смеялись, а со временем уже отправляли голосовые, мало помалу перешли на звонки и даже осмелились показаться скидывая свои фото. Даже как-то раз единожды у них удалось поговорить по видеозвонку, но не надолго, хотя даже этих ничтожных пары минут хватило чтобы рассмотреть своего красивого собеседника и навсегда отпечатать его внешность и голос в памяти. Всему хорошему свойственно кончаться – именно такие бы слова Хан подобрал бы для этой ситуации. Сам того не замечая он начал ощущать влюбленность и его это нисколько не пугало, так же как и его собеседника, которому он решил признаться. Такой он, Хан Джисон, он не может долго держать свои чувства под замком если точно уверен в них. И хоть ему отказали, он не расстроился, ведь ему было главное рассказать о своих чувствах, как бы эгоистично это не звучало, а то, что будет дальше его уже не сильно волновало. Шло время, уже был почти год как они общались и если в первые месяцы общения они только и в шутку гадали сколько же их общение протянется и брали с друг друга слово, что они обязательно как-то отпразднуют свой год, то когда до этой даты оставалось чуть меньше двух месяцев они оба заметили – все потухло. Джисон кажется сходил с ума от того, что красивый парень последнего класса старшей школы Ли Минхо в последнее время отвечал ему без какого либо энтузиазма. Из-за этой ситуации и сам Хан начал игнорировать парня иногда даже целыми днями, а самым большим сроком было почти две недели. Хан сам не заметил, как угас, хотя продолжал ломать голову и плакать смотря в потолок от осознания того, что заглядывая в будущее, где Минхо нет рядом он видит только мрак, темноту и сырость. Моментально всплывали черно белые картинки в голове и заставляли новые слезы катиться к вискам, а затем на подушку. Ему уже не было так больно из-за того, что Ли может не быть рядом, а скорее от осознания того, что он думает о плохом исходе если Минхо не будет рядом. Прошла та стадия когда грустно и пришла та, когда хотелось злиться и кричать, выяснять отношения и выставлять свои претензии в ответ на которые приходила всегда только одна реакция: “Я просто занят”, “Ты ведешь себя эгоистично” или “У тебя не получается нормально думать, лучше отдохни”. И эти ответы побуждали в Хане настолько много эмоций, что это нельзя было передать словами. Хотелось плакать, кричать, толкнуть и просто послать куда подальше и только после последней мысли зарыться пальцами в волосы и чуть ли не лезть на стену от осознания того, что после этого посылания неизбежно из уст вылетит: “Останься”. А это заставляло его улыбаться кривой усмешкой и ощущать, как отвратительный ком внутри становиться с каждым разом все больше и больше. Незаметно их диалоги превратились в нечто совершенно странное. Они подолгу друг друга игнорировали, отвечали короткими и холодными сообщениями из-за чего кто-то из них не выдерживал первым и начинал ссору. При этом всем они созванивались раз в две недели и их вызовы длились несколько часов, максимально количество было пять с чем-то, когда они засели вместе играть в какуе-то онлайн игру. И дело в том, что из такого большого количества времени в среднем они разговаривали если не пятьдесят минут, то хотя-бы тридцать. И то разговоры были по-типу: дела на учебе, дела дома, кто что увидел в тик токе или советовали друг другу фильмы и аниме. Они говорили о всякой ерунде лишь бы не зацепиться за что-то такое, из-за чего мог бы возникнуть конфликт. Они могли ссориться по переписке сколько влезет, но телефонные разговоры для них были возможностью отвлечься и побыть в компании друг друга, хоть местами и напряженной, потому что как бы они не старались, а чувства не обмануть и между ними частенько весела именно раздражающая тишина в которой каждый из них пытался не вспылить лишь из-за косо сказанного слова или неправильной интанации, что не понравилась другому. Не легче ли было прекратить общение если оно стало таким? Как бы Джисон не пытался ненавидеть и замаскировать все за ссорами, чувства никуда не девались и это било под дых каждый раз, когда он видел Минхо в сети, который игнорировал его уже пятый день. Может Хан тогда и вправду сошел с ума, но он периодически следил где Ли был в оффлайне и сколько, в итоге его это разозлило еще больше – Минхо почти всегда был в онлайне и при этом не находил времени написать или же просто не хотел. Почему он просто не скажет как есть? Почему не выкинет Джисона из своей жизни чтобы никто из них не мучался? Но Хан боялся, что даже если Ли поднимет эту тему и попытаеться мягко намекнуть на то чтобы разорвать и без того потухшее общение, то он просто не сможет развернуться и уйти. Даже эти постоянные ссоры ему приелись, а нервные срывы и истерики стали как родные. Ему было страшно уходить, страшно было представить жизнь без старшего и в эти моменты он понимал, что не готов уйти. Настала та самая дата. Был год как он знаком с Минхо и по этому поводу они в очередной раз созвонились. К удивлению Хана они даже не ссорились и в воздухе не витало напряжение. Они говорили около часа о всяких мелочах: аниме, книгах и даже рассказывали какие-то истории из жизни. Поначалу все и вправду было хорошо, но Джисон уже и не вспомнит, кто первый начал разговор о том, что их обоих напрягало – это было неосознанно, случайно, почти что неосязаемо, но все равно эта тема приняла четкие контуры и оба начали понимать к чему все клонит. Минхо сказал то, что в глубине души Хан и ожидал услышать, но все равно столкнувшись с этими словами лицом к лицу оказалось куда сложнее чем он себе представлял. Он сказал, что Джисон часто ведет себя глупо, что ему неинтересно с ним общаться, что он не понимает Джи и что все его друзья знают о нем и тоже не понимают почему он такой странный и выносит мозги их другу. Разговор был тяжелым, если так можно было назвать быстрое обменивание несколькими фразами, что заняли не больше минуты. Джисон сбросил трубку. Взяв весь свой дух в руки он отписал достаточно большое сообщение почти о всем, что думает, том, что чувствует и что терзало его с того самого переломного момента. На самом деле он и раньше писал такие сообщения пытаясь все же нормально решить проблему и узнать, что случилось, но ответом всегда было: “Ты много думаешь” или “Иди отдохни”, что всегда бесило и не в силах преодолеть это тянущее гнетущее чувство внутри он и вправду шел спать с надеждой, что завтра будет легче, хотя в глубине души знал, что это самообман. Но в тот последний раз после отправки сообщения ответ пришел через две минуты, а не через два дня, как оно обычно бывало. “Я не хотел чтобы ты воспринял все так, прости если показался грубым. Прости. И не пиши так, будто это прощание” – было предпоследним его сообщением, после которого он не писал около двух недель, а Джисона тем временем начинало отпускать. Время шло и то ли проснувшийся здравый смысл, то ли появившиеся друзья стали причиной его перемен и причиной того, что на последнее сообщение от Минхо: “Как ты?” Джисон без лишних раздумий и боли в груди ответил: “Прощай”. Было несложно, мир без старшего не оказался черно белым и не разрушился, у Хана в жизни все было как нельзя лучше, намного лучше, чем он представлял в своих страшных фантазиях. Что должен сказать человек человеку, когда понял, что перед ним стоит давний интернет друг с которым они разошлись на странно печальной ноте? Вот и Джисон не знал, но Минхо упростил ему задачу – он не помнил. С одной стороны было неприятно, что вроде бы такой яркий эпизод, а Ли его не запомнил, или может для него он и не был таким значимым как для Хана? А с другой в каком-то смысле стало легче, потому что не хотелось неловкого молчания и ворошения прошлого, ран, хотя от этого сама ситуация не исчезла, рано или поздно до Минхо дойдет.. дойдет же? Долевая алкоголь чуть ли не до края рюмки Джисон протягивает ее посетителю и еле успевает убрать пальцы, как тот хватается за нее и выпивает немного морщась, и парень делает вывод, что у мужчины явно был тяжелый день. Смена только началась, посетителей пока мало и занять себя пойти нечем: с коллегами он редко общался, а к телефону не тянуло от слова совсем. Единственным спасением была мысль о том, что скоро должен был подойти Ликс, а затем и Чанбин. Этим двое сыграли немалую роль в его жизни. Заехав в общежитие еще на первом курсе соседом Хана стал грубый и отстраненный парень по имени Феликс, голос которого полностью подходил к характеру, но не ко внешности. При первой встрече Джисон сразу же подумал, что у него наверняка милый и послушный сосед, успел уже было обрадоваться, но как только это невинное существо открыло рот весь энтузиазм мигом испарился и от счастливого Джисона осталось только его имя и радостью совершенно не пахло. Уживались соседи по началу плохо, но как бы там ни было, они все все жили вместе в маленьком помещении, так что волей неволей, а узнавали они друг друга с каждый разом все лучше и лучше. Прошло время и они даже подружились, да и настолько, что Феликс при нем улыбаться начал, часто смеяться и даже обниматься, хотя раньше говорил, что терпеть такое не может. Как оказалось у Ли тоже были свои неприятные истории и опыт из-за которого ему сложно довериться кому-либо, а тем более доверить свое тело даже для банальных объятий. Хан не стал расспрашивать, да и сам Ликс не горел желанием вспоминать об этом. Джисон может и не знал точно, но примерно понимал, что могло так повлиять на его друга. Возможно когда-то они об этом поговорят. А Чанбин появился слишком неожиданно в скучной жизни Джисона, как снег на голову в июне. Как-то раз Хан очень сильно опаздывал на пару из-за посиделок с одногруппниками, так что несся по пустым коридорам как ошпаренный. Не повезло конечно ему оказаться там в то время, когда Со также опаздывал. Кто бы мог подумать, что на спешащего парня налетит огромная масса чего-то и повалит на пол с такой силой, но это кстати не помешало Чанбину продолжить свой путь и он дальше порхал по коридору в поисках нужного кабинета. Интересная она – жизнь. Джисон понял это, когда Феликс притащил к ним в общежитие своего друга и парень увидел перед собой черный шкаф, который придавил его в коридоре. После этого естественно ссоры было не избежать, ну а что, Хан уже хотел было пошутить и простить, но тот начал отрицать, якобы никого он не сбивал, из-за чего между парнями и возник спор. Двадцать шесть минут, Ликс засекал, они спорили кто прав, а кто после этой перепалки съест говна. Кто же доказал свою правоту? Джисон? Или же упрямый Чанбин сумел выкрутиться? Победителями явно были не они. Запихав салфетки во рты двум парням Ликс с гордо поднятой головой сказал: “Воняет просто” и достал из микроволновки попкорн. Тогда напоследок спросив хотят ли они еще что-то обсудить и увидев отрицательные кивки Феликс заботливо погладил их по головке со взглядом “раскроете рты и съедите говна оба”. Феликс не был жестоким бесчувственным козлом, которым все его привыкли видеть, потому что на самом деле он очень ценит свою семью и друзей, даже если иногда может случайно обидеть и то, такое было лишь единожды. А Чанбин не оказался типичным тупым качком упрямцем, что только и знает как кулаками махать. На самом деле он оказался очень чувственным и добродушным паренем, с таким не страшно хоть на край света, хоть в стужу или зной – в беде не бросит, ответственный и заботливый. И вот они – его лучшие друзья и самые лучшие люди на свете, которые с самого начала не внушали доверия и Хан чуть ли не ставил крест на общении с ними, сидят за барной стойкой и о чём-то оживленно болтают, пока Джисон неволей улетает куда-то далеко в свои мысли оставив друзей. Перед глазами что-то маячит и он чуть ли не подпрыгивая на месте отмирает. – У тебя точно все норм? – подозрительно уставившись на своего друга спросил Феликс. И он и Со знали о истории Джисона, но только вскользь, потому что тот всегда переводил все в шутку и влияние гормонов. Знал бы он еще о том, что друзья они на то и друзья, что знают тебя как облупленного. – Я в порядке

***

Во рту неприятно сухо, горло дерет, а жажда просто неимоверная. До дома еще минут пять точно, но ощущения такое, словно Минхо не добежит и умрет прямо по дороге. Прошло еще дней пять с того момента, как он расплавился из-за своих мыслей. Сейчас же все стало лучше и Ли выкинул тот странный разговор из головы, хотя воспоминания все равно иногда его возвращали в тот клуб и прокручивали все события раз за разом. Только благодаря тому, что Ли копался в воспоминаниях он зацепился за не менее странную вещь, что стала волновать его: “Джисон знает меня? Откуда?”. Хотя он не то чтобы был сильно удивлен тому, что Хан мог его знать, а сам Минхо нет. У него всегда было много знакомых, также он знал друзей и приятелей его знакомых, и все в таком духе. Так что он мог и забыть, потому что такое большое количество людей в лицо сложно запомнить, хотя если бы они виделись, то Ли наверное хоть как-то бы подумал о том, что черты лица какие-то знакомые, а так этого не произошло. Странно. Добежав домой парень тут же кинулся к графину с водой и быстро налив ее в стакан залпом его опустошил, но легче не стало. Чувство жажды не угасало и только после третьего стакана стало легче. Чувствуя, как внутри булькает вода Ли не мог двигаться, было неприятно, так что он разлегся на диване и начал бессмысленно листать ленту в инстаграме не смотря на то, что у него был пропущенный от мамы, пару сообщений от Хенджина и пять пропущенных от Сынмина. Закатив глаза Минхо написал последнему, что не может говорить, на что в ответ тут же получил: “А я могу, лох, не знаешь кого теряешь”. Не сдержав смешка Минхо все же расплылся в улыбке и отправил стикер с котом. Вдруг телефон в руках резко завибрировал и не ожидавший такого Хо тут же выронил телефон из рук, который приземлился ему на лицо, прямо твердой гранью на нос. Минхо тут же вскрикнул поднимаясь с дивана, а из трубки звучал отдаленно чей-то голос. Он тут же понял, что кто бы то ни был, придется уж напрягаться и говорить. Ли в один клик сделал громкую связь даже не удосужившись поднять взгляд выше и прочитать кто это. – Ты чего кричал? – А Чан, это ты – Ли потирает больное место. – Да я так.. скучно было вот и кричал – Не сомневаюсь – послышался смешок. – Я чего звоню.. пойдешь с нами в бар? – Это был ваш план по тому, как заставить меня начать ходить по этим отвратительным местам? – О, ты не занят, вот и отлично – даже не дав вставить слово или перебить он продолжил. – Адрес уже сбросил, ждем – и отключился. Минхо тупо уставился в телефон почти что не моргая. С чего вдруг Бан такой быстрый? Обычно он любит поболтать и приглашение на встречу откладывает в самую последнюю очередь, а тут так быстро и сумбурно. Естественно это заставляет напрячься, начать как всегда много думать и задавать бесчисленное количество вопросов, на которые никто тебе не даст ответы. Конечно же Ли мог бы просто закинуть эту затею и не приехать, по словам Чана там еще кто-то есть, так что он бы не соскучился, но интерес был куда сильнее. Так что встав с дивана он направился к себе в комнату искать подходящий прикид для того, чтобы его было не жалко при встрече с чьим-то напитком.

***

Перезвонить маме все же пришлось. Их диалог ничем не отличался от остальных: “Как дела на учебе? Как дела в личной жизни? Что-то не получается? Ты справишься. Кстати деньги нужны? Нет? На твоем счету уже есть пополнение сынок. Пока”. Одно и то же каждый раз. Парень вообще задался вопросом, а не роботы ли его родители случайно? Они так мастерски всегда скрывали от сына проблемы в жизни и на работе, что казалось будто у них их вообще нет. И если с маленьким Минхо это прокатывало, то повзрослев естественно он осознал всю ситуацию из-за чего становилось жуть как неприятно. Даже будучи уже достаточно взрослым и самодостаточным парнем родители все равно не посвящали его в свои проблемы и жизнь в целом. Они не относились к нему как к ребенку, не сюсюкались с ним и вполне себе осознавали, что их сын вырос и что он в состоянии жить отдельно, сам зарабатывать и заботиться о себе. Но говорить с ним на важные темы это было не в их стиле, с выражением каких либо теплых эмоций то же самое. Не расстраиваться, не плакать, не говорить слова любви, не хвалить – сбросить денег на карту. Вот какие ценности были в их семье – все меряется деньгами и подарками, потому что все остальные проявления внимания рассчитывались совсем не как любовь, а слабость. Именно поэтому родители ссорились в тайне от сына, скрывали свою тревогу и боль за масками улыбок или простого молчания, если уж первое давалось очень тяжело или было крайне не уместно. Сколько бы они не прятали, на сколько бы замков не запирали свои трудности – Ли замечал их, может даже подсознательно улавливал эту атмосферу, но замечал же в конце концов. И в чем тогда смысл, если они просто бегали друг от друга и играли в кошки мышки? Все и так все знали, но при этом тактично делали вид, что все нормально. Внешность не выбирают, характер, положение в обществе, и родителей тоже. Так что Минхо наполовину смирился с их негласными правилами в семье, а с другой стороны в нем все же было много сомнений и вопросов, ему было интересно почему именно так и никак иначе. Хотя опять же, он понимал примерно почему, эти вопросы скорее были риторическими и подливали масла в огонь. Закончив разговор Минхо еще минут пять шагал в сторону нужного бара. Как оказалось место было не очень далеко от его дома, всего лишь две остановки и минут десять ходьбы. Неосознанно Ли сразу же потянулся осматривать фотки бара и читать отзывы – он часто начал так делать в последнее время, заразился у Сынмина, который тоже сам того не понимая читал отзывы про место пред тем как пойти в него. Видя перед собой очередное здание за дверью которого находиться ад, Ли уже не так трясло и он не так сильно боялся. Ему даже не нужно было настраиваться перед входом и пытаться успокоить себя. Быстро сделав глубокий вдох и выдох он уверенно потянул дверь на себя и скрылся за ней. Бар оказался довольно светлым. Было видно, что это не место для районный гопников и быдла, хоть и находилось оно на углу какого-то здания рядом с полупустыми переулками. Стены и пол были светлыми, шторы и некоторые стулья в тон, но вся остальная мебель была из темно-коричневого дерева. Пахло приятно: чем-то свежим: фруктами и большим разнообразием духов посетителей, которых кстати было достаточно много несмотря на то, что было всего без пятнадцати десять. За одним из столиков стоял галдеж и в один момент Ли уловил достаточно много движений с той стороны. Повернув голову его кончики губ слегка приподнялись заприметив Чана. – Я думал ты не придешь – воскликнул друг из-за чего все макушки тут же развернулись в сторону подходящего к ним Ли. Парень уловил радостные визги Хвана, их было невозможно спутать еще с чьими-то. – Мне уйти? – несмотря на свои слова Минхо протягивает руку старшему для пожатия всем своим видом показывая, что не собирается никуда деваться. – Конечно нет! Присаживайся – Ли решил осмотреть присутствующих только когда оторвал взгляд от своего друга. Быстро пробежавшись по всем глазами в голове и красным цветом загорается: “Какого хуя”, но не успевает он и рта открыть как на него налетает Хенджин. – Минхо-о наконец-то ты пришел! Я так скучал! – на этот раз ему даже закатывать глаза не хотелось. Он смирившись притянул друга ближе и слегка похлопал того по спине, но Хенджин первый вырвался из объятий и демонстративно отошел от парня назад. – Ты заболел? Ты умираешь? Я что-то натворил? – Минхо усмехнулся. – Неа – это все, что он сказал перед тем как сесть на диван рядом с Чаном и оставить немного испуганного Хвана наедине со своими мыслями. Хотя потерянным выглядел не только он. – А что вы тут забыли? – Хо обводит пальцем троицу сидящую напротив. Чонина он не увидел, а жаль, он выглядел довольно умным мальчишкой, с ним есть хотя-бы о чем поговорить, не то что то с этими.. Накаченный кирпич, принцесса недотрога и чудо по которому вся психиатрия плачет – прекрасный набор, что идеально дополнит вашу компанию и сделает лично вашу жизнь чуточку ярче или же разьебет ее вдребезги на мелкие кусочки. – Не будь таким злым, вообще-то из нас ничего такая компашка скажи? – Со улыбнулся и спрятал ухмылку за стаканом какого-то напитка. – Скажу, а с какого момента мы теперь общаемся? – Ли взял меню лежавшее на краю стола около него и начал листать невольно разглядывая страницу с напитками. – Минхо-я, – Хван присаживается сбоку от Ли и улыбался так широко, что аж тошнотворно становиться – угостишь меня? – Еще чего, не буду я.. – кто бы мог подумать, что когда-нибудь кто-то осмелиться перебить самого Ли Минхо. – А меня? – Джисон демонстративно тыкает указательным пальцем себе в грудь и приподнимает вопросительно брови. Минхо тут же сдувается при виде Хана, на которого старательно пытался не смотреть. – Вы меня позвали чтобы я вам всем выпивку купил что-ли? – в ответ на это все, кроме Феликса, отрицательно покачали головой и с улыбками на лицах пытались убедить в обратном. Детский сад или же дурдом, выбирайте сами. Минхо на самом деле не был против такой компании и ему откровенно говоря было все равно с кем решили вести дружбу его друзья, даже если эти кто-то являлись товарищами Джисона. И если говорить о нем, то стоит упомянуть, что всего где-то недели две назад у них состоялся странный разговор после которого Ли себе места не находил и сам не понимал почему. Все это время проведенное в компании парень поглядывал мельком на Джисона не давая себе отчет в том, что иногда слишком долго задерживал на нем взгляд привлекая внимание остальных ребят. Его мысли только и крутились вокруг того, где же он мог видеть Хана раньше. А еще он думал, почему в нем просыпается такой странный спектр эмоций внутри, когда он находиться в компании где есть этот парень: к горлу невольно подступала тошнота, голова немного гудела, в голове один лишь красный свет и желание поговорить еще раз. Когда-нибудь возможно они остануться наедене по воле случая, когда-нибудь один из них первым не выдержит и напишет другому или они на глазах у остальных ребят просто отойдут поговорить, но это будет потом, не сейчас. Потому что сейчас Джисон заливисто смеется с шутки Чанбина и толкает Феликса в бок, отчего тот тоже невольно начинает оттаивать и улыбаться. А Минхо не может не смотреть на эти глаза бусинки, мягкие щеки которые так и тянут прикоснуться, бледные губы что расплылись в широкой улыбке обнажая ровные зубы и не может не слушать его замечательный высокий голос и оттого громкий смех. Чан сидящий рядом только и прячет улыбку за очередным стаканом мало процентного пива глядя на резкую перемену своего друга, а Хенджин как и в прошлую ночь навис над стаканом с виски и о чем-то сосредоточенно думал. Кажется, эти парни нуждались в обществе друг друга даже больше, чем они могли бы себе вообразить в первый день неловкого знакомства.

***

Нет, Минхо на самом деле мог притворяться холодным и отстраненным придурком сколько влезет, даже перед друзьями, но когда один из них ему совершенно не пишет, не подает признаки и жизни и даже на тринадцатый вызов не берет трубку оставаться безэмоциональным булыжником у него не получалось. Вот поэтому сейчас ругая Хвана на чем свет стоит парень выжидает своего друга под дверью его общежития и уже в который раз тарабанит в его дверь совершенно не волнуясь о том, что другим студентам все прекрасно слышно. Зачетки и преподов пережили, значит и это переживут. Все проблемы можно обойти если друг находиться в беде. Для Минхо стало проблемой существо, которого обычно звали “охранником” и которое не верило, что мистер Хван Минхо приехал навестить своего младшего братишку не предупредив его и тем самым сделав для него сюрприз. Таких экземпляров парень давно не встречал, так что достав самую добродушную улыбку из своего арсенала Ли принялся правдоподобно рассказывать историю якобы с самого начала. Не было смысла умолять его и оправдываться – ни у кого это доверие не вызовет. Так что со спокойствием в голосе Ли принялся рассказывать с какой удачей ему прилетели билеты в руки и что он провел семнадцать часов летя в Корею из Канады, даже на английском пришлось пару фраз и слов сказать, якобы не совсем помнит, как это говориться на корейском. С невероятным усердием и отменной актерской игрой, хоть Оскар подавай, Минхо удалось войти вглубь здания и расспросить мимо проходящих студентов не знают ли они Хенджина. Конечно же без косых взглядов не обошлось, но парню было все равно. Куда важнее – это спасение друга и проверка того, не сдох ли. Спустя еще минуту бессмысленного рокота и замок тихо щелкает. Ли даже не сразу замечает этот тихий звук и только спустя секунд пять отрывает ладони от двери и решаеться потянуть ручку вниз. На удивление и к счастию она поддается и двери открываются показывая маленькую комнату. Все было предельно просто: маленький и короткий коридорчик выходил в комнату побольше, справа стояла небольшая кровать, напротив нее шкаф, а по левую сторону от спального места письменный стол, с которого, если поднять взгляд, открывается вид на несколько домов впереди из окна. В левой части комнаты был маленький уголок с кухонной столешницей, миниатюрным холодильником, небольшого размера желтым диваном и мольберт в самом углу. Поморщившись от того насколько здесь мало места из-за количества мебели Ли к несчастью для себя обнаружил еще и горы одежды на полу и поверхностях, а также много всякого другого хлама. Вздохнув он прошел вперед и оборачиваясь назад увидел еще одну дверь, скорее всего, ванной комнаты. Подойдя ближе он прислушался к тому, что там происходит, но в ответ была только тишина. В следующую же секунду дверь распахнулась и Минхо еле успел отойти назад на пару шагов, спасибо работающим рефлексам. – Ты чего под дверью стоишь? – в непривычно безразличной манере спросил Хенджин. Будь с ним все нормально он бы точно вскинул вопросительно брови и тупо уставился на старшего, но этого не произошло. – Что с тобой? – Почему ты здесь? – Хван адже не оборачиваясь покачивал к кровати и пластом упал на нее. – А может ты, блять, перестанешь отвечать вопросом на вопрос – Хо подходит к спальному месту другу и складывает руки на други хмуря брови. – Какое тебе дело? – бубнит парень уткнувшись носом в постель. – Это был не вопрос Джинни – не церемонясь Ли садиться на кровать рядом с другом и обеими руками толкает его, чтобы перевернуть его на спину. – Тяжелый, зараза – пыхтя и кряхтя работы не сделать, так что Хван решил сжалиться над парнем и на полпути развернулся сам и удобно умостился на кровати запрокинув одну из рук под голову согнув ее в локте. – Рассказывай – поворачивает голову в сторону старшего. – Что? – Я тебе вьебу щас – чтобы придать своим словам серьезности он сжимает кулак и машет им перед лицом друга чуть наклоняя корпус в его в сторону, хотя и он и Хван прекрасно знают, что с кулаками никто не собирается налетать. – Честно? Я заебался хён – если Хенджин переходил на формальности и называл своих старших как нужно – дело пахнет жареным, потому что он либо зол, либо расстроен, либо на грани нервного срыва. – Расскажи мне все – Ли опускает руку на чужой живот и немного поглаживает его через ткань домашней белой футболки. Слышиться тяжелый вздох и парень поворачивает сторону набок якобы собираясь привести мысли в порядок и прибрать все к куче. Минхо понимает и не торопит, взгляд цепляется за вид из окна, картина была обычной: пару серых домиков и улочка, что через каких-то пару десятков метров выливается в еще один переулок, но уже побольше – это явно был выход на главную улицу где вовсю разъезжали машины. Темные тучи нависли над городом предупреждая, что в ближайший час начнется дождь, но парня это нисколько не пугало, потому что этот час или больше он будет слушать рассказ друга.

***

С момента как Ли попал под ливень после посиделок у Хенджина в общежитии прошло всего два дня, но только на третий он заметил как горло неприятно дерет, а активность упала на ноль. Иногда его пробирала дрожь и морозило, а еще вечером второго дня термометр показал температуру тридцать семь и четыре, но Ли не обратил должного внимания, потому что на вечер температура всегда поднимается, ничего критичного. А утро третьего дня началось не с кофе, а с неприятной боли во рту, ощущения опустошения и слабости. Еле как поднявшись на ноги Минхо поставил чайник и закинув в себя кусок хлеба с сыром просто ради приличия, это было трудно даже бутербродом назвать, достал аптечку. Быстро найдя нужные таблетки он закинул в рот две и опустошил стакан с теплой водой, а затем уже позволил заварить себе кофе. Как у Минхо хватило ума пойти на учебу в этот день? А черт его знает чем он думал ступая на порог университета где сновали толпы студентов туда сюда и казалось, что будто только парень был не в своей тарелке. Идя в нужную аудиторию он еле сдерживался чтобы не положить руки на уши и не зажмуриться от головной боли, которую вызывал громкий галдеж вокруг. В этот день даже Сынмин не спасал, а только раздражал. Быстро уловив ауру пассивной агрессии от своего друга Ким после первой пары не проронил и слова, а перед обедом все же удосужился узнать, что с его ненаглядным другом случилось, на что тот получил лишь шипение, не хватало только выпущенных коготков. Как бы друг не пытался, переубедить Хо в том, что ему следует пропустить последние две пары и пойти домой у него не получилось. Нет, ну правда, сколько Сынмин уже знаком с Ли и он все не перестает поражаться упрямству своего друга. Тот постоянно говорил, что у него нет каких-то четких убеждений и он не ограничивает свое мышление рамками, но при этом когда всем вокруг понятно, что Минхо превращается в говно на ногах, этот упрямец все еще пытается спорить и придумывает причины, почему все не правы, а он один единственный знает лучше всех. И все же Минхо поддержал свой статус непоколебимого парня и уехал домой только после окончания пар.

***

Минхо и правда не хотел чтобы проблемы друга надолго задерживались в его голове, но вот шел четвертый день с их последней встречи, календарь показывал четверг, часы полвосьмого, а слова Хенджина так и не покидают его голову. “Я не могу Минхо, я не знаю, что делать” “Черт, мне так страшно” “Как же блять это тяжело” Эти и другие фразы вмиг проносятся в голове, а затем и причина таких громких и пропитанных болью фраз. На самом деле Минхо не совсем понимал трагедию Хенджина по началу, но узнав детали из его детства, то все вопросы касательно этого тут же исчезли. Сам Ли никогда не задумывался над этой темой, ему было все равно, потому что такого рода отношения его никогда не привлекали, так что и опыта так такового и даже размышлений по этому поводу не было. “Мне нравиться парень…” “Это же ненормально да?” “Мама же всегда говорила о невестке, а папа о долге мужчины перед женой и семьей” Кажется, что у Хвана обида на родителей возникла только недавно, в то время как у большинства это происходило еще в школе. Почему еще тогда маленькому Хенджину не сказали, что ему нужна не невестка, а просто любимый человек рядом? К чему были эти разговоры о важности отношений мужчины и женщины? К чему вот эти тонкости их взаимоотношений и тонна стереотипов, которыми засыпали парню голову? Эта проблема только Хенджина и его семьи. Возможно парень никогда не поднимет эту тему и даже не переубедит их, но для начала его главной задачей было принять себя, свою ориентацию и научиться с этим жить. Уже потом можно будет говорить о первом опыте с человеком своего пола в плане интима и отношений. Может возникшие чувства Хвана будут ему в тяжесть или же наоборот мысли об этом человеке будут его подбадривать и заставлять раскрепощаться снимая с себя очередные оковы навешанные родителями еще в детстве. Может именно поэтому Хван так упивался мыслью о прекрасной девушке, с которой их сведет судьба, представлял их ванильно сказочную жизнь, продумывал каждый этап отношений. Его родители с детства говорили, что мужчина без женщины не будет успешен, а женщина без мужчины не будет счастливой. Именно поэтому к холостякам его родители относились с неким пренебрежением, а когда на горизонте виднелась незамужняя женщина за тридцать мама сразу же говорила сыну на ушко: “Такие женщины несчастны и они всем семьям желают зла, пытаются уводить мужей”. Ребенок не должен был этого знать, он не должен был представлять, а что если какая-то тетя заберет его отца под руку из их семьи. Он не должен был думать какого рода отношения у каждой пары и анализировать счастливы ли они вместе, а потом слушать мнение матери на этот счет. Хенджин не должен был в свои десять слушать мамины сплетни, что касались чьих-то отношений и которая говорила так, будто знает проблемы пары лучше, чем они сами. Это так больно, когда ты вдруг осознаешь, что в важных вопросах твое мнение и мнение родителей полностью противоположное, когда понимаешь, что ты не веришь их словам и не можешь им доверять. Будучи детьми мы верим своим родителям и запоминаем каждую брошенную ими фразу, становясь чуть ли не их копией, поэтому попадая в современный мир интернета и окружение одногодок вмиг приходит разочарование, потому что ты узнаешь, что где-то родители тебе и наврали. И когда спустя время ты уже полностью сформулировал свое мнение на счет разных жизненных ситуаций и слышишь полностью противоположное из уст родителей – становиться печально. Мысли неволей захлестнули голову Минхо и он тяжело вздохнул. Ему повезло, что родители просто не поднимали с ним эту тему и никаких “невесток” в их разговорах никогда не было, только расспросы по поводу личной жизни, которые тут же заканчивались даже не успев начаться. Со стороны двери слышиться глухой стук. Ли преодолевая головную боль и слабость приподнимается на локтях с кровати и медленно идет к двери. Открыв двери к нему в квартиру тут же влетает нечто, ставя на пол пакет с продуктами и снимая черные берцы с ног. – Скучал? – отрываясь от ботинок парень выпрямляется и улыбается. – Безумно, но что ты тут забыл? – смотря на немного растрепанного Джисона, Минхо вопросительно приподнимает брови и не сводит с пришедшего гостя глаз, заставляя его тем самым врасплох. – Все заняты, а ты больной упрямец не умеющий позаботиться о себе, – Хан поднимает с пола пакет и как-то уж слишком по-хозяйски обходит Ли направляясь прямо к барной стойке – поэтому я тут чтобы вылечить тебя – Ты доктор? – спрашивает Минхо идя за парнем. – Нет, я супергерой – пакеты приземляются на барный стул, а глаза Ли закатываются, но еле заметная усмешка на губах его выдает. – Нет Ханни, ты идиот – на это Джисон лишь хихикает и принимается раскладывать покупки. – Ну и зачем это? – парень тыкает пальцем указывая на продукты. – А ты планировал умереть с голоду? Прости, не знал, в следующий раз учту – “В следующий раз..”. – Так, где у тебя мусорное ведро? Следующие несколько минут Джисон спрашивал как обстоят дела на кухне, где что находиться и пытался привыкнуть к расположению и размерам. На удивление Минхо, его незваный гость быстро учиться, так что уже спустя полчаса квартира начала оживать, как и сам ее хозяин. Ли подумал о том, что с момента въезда здесь никогда не было так шумно и по-настоящему.. живо. Впервые он действительно ощутил, что это его дом. Обычно он использовал диван чтобы полежать, кровать чтобы поспать, ванную чтобы помыться и кофемашину чтобы позавтракать, и все. Сейчас, смотря за тем, как Хан готовит, хоть неуклюже и неуверенно, но в Минхо просыпается чувство тепла, потому что ему кажется, что впервые он видит яркий свет. Только в этот момент он понял, что все то время будто смотрел на серый мир, без ярких красок и эмоций, а сейчас он отчетливо видит в каждой вещи теплый оттенок. Оказалось, что его диван был приятного коричневого цвета, ковер и шторы тепло-бежевого, а собственный тон кожи казался таким теплым, будто Ли никогда и не ходил как белая стена. Казалось, будто если он посмотреться в зеркало, то увидит румяного парня с улыбкой на губах и звездочками в глазах. Что же ты сотворил Хан Джисон? Время близилось к девяти тридцати, ужин был почти готов, Минхо успел выпить таблетку, что ему любезно всунул незваный гость, так что теперь он смирно сидел и спокойно наблюдал за Джисоном, что единственный маячил перед глазами и все никак не мог успокоиться. Ли пытался позвать того несколько раз, но тот все не унимался: то грязь где-то заметил, то посуду мыл, то бегал тряпки на батарею вешал, то еще какая-то дилемма. Не выдержав, Минхо подошел к парню и положив руки к нему на плечи развернул к себе чуть наклоняясь вперед. – Потом Ханни, умерь свой пыл – Джисон растерянно смотрел на стоящего напротив парня быстро моргая, кажется, совсем завис. – Эй, слышишь? – он слегка качает головой все еще будто находясь в некой прострации. Ли убирает руки с его плеч и направляется назад за барную стойку, чтобы сесть за стул и наконец-то поесть, но его вдруг останавливает чужая рука на локте. Минхо удивленно поворачивается и видит все такого же Джисона, что мнется с ноги на ногу и явно хочет что-то сказать, но не может. – Говори – неожиданно серьезным тоном говорит Ли полностью разворачиваясь в сторону Хана и подходя к нему ближе. Парень будто очнулся и слегка покачал головой. – Нет, ничего Минхо, пойдем.. – а Минхо тем временем был точно уверен, что из-за такого мнительного парня он никогда не избавиться от этой ужасной привычки. – Говори – Джисон впервые за весь этот диалог поднимает взгляд на старшего и фокусирует взгляд на его лице, после чего тяжело вздыхает. – Я не то чтобы не хочу с тобой общаться, но.. – Но что? – Минхо тут же поменялся в лице, что отразило тон его голоса. В отличии от других их стычек, сейчас Джисон уже не выглядел зажатым. Было видно, что он собрал всю свою смелость для этого разговора. – Но нужно ли тебе это? – они полминуты простояли в тишине, потому что удивленный Хо почти что не дышал и не моргал глупо уставившись на парня и пытаясь понять, в какой момент все опять свернуло не пойми куда. – Скажи мне, ты дурак? – Дурак здесь только ты – Да что ты? Ну и что со мной не так? – А со мной? Они опять замолчали. Почему Минхо так легко завелся и отвечал на провокации? Почему они так глупо спорили о том, что толком даже не обговорили? В какой-то момент парень почувствовал острое ощущение дежавю. Их молчание прервал тяжелый вздох Джисона. – Ты ведь не помнишь меня да? – Да, я не помню, но.. – секундная пауза – скажи мне уже наконец – Именно поэтому я и начал этот разговор – он отвел взгляд в сторону, явно размышляя как будет лучше сказать, но терпение Ли полностью иссякло и чтобы показать это, он подходит еще ближе в ожидании ответа. Джисон снова смотрит в глаза напротив. – Неужто ты не помнишь меня игнорщик Ли Минхо, который все время был в сети, но при этом не находил и минутки чтобы мне написать? За одну секунду в его голове пронеслись все те моменты, что были два года назад, а затем и случайная встреча. Все будто сложилось в один пазл и Ли застыл, не моргал, не дышал. Но всего через пару секунд он сумел раскрыть уста чтобы вымолвить: – Так это ты.. – Хо немного отходит и упираясь лопатками в поверхность барной стойки вздыхает. На губах Джисона вырисовывается кривая усмешка. – Разочарован да? Теперь не хочешь со мной говорить? Выгонишь меня? – насмешливым тоном говорит Хан, а у самого глаза блестят от урагана чувств внутри. – Думаешь перед тем как говорить? Ты.. – теперь у Минхо появился конкурент. – Нет – кажется Джисон сам того не замечая начинает перенимать привычки старшего. – А лучше бы думал – Ли отрывается от поверхности и идет прямиком на Хана. – Это было столько лет назад Ханни.. неужели ты думаешь, что оттуда осталось хоть что-то? Мне все равно, честно, для меня главное то, кем ты являешься сейчас – Я понимаю, но неужели тогда ты совершенно ничего не чувствовал по отношению ко мне? Даже другом меня не считал? – Хан поднял ладонь и демонстративно похлопал ею по своей груди. Минхо со всей осторожностью прикоснулся к его руке своей и сжал ее. – Это отдельный разговор, но сейчас давай просто.. поедим и развеем эту напряженную атмосферу? – И ты не злишься? – С чего бы? – подушечки пальцев начали медленно поглаживать костяшки. – Я не знаю.. прости, я просто.. – а возможно привычка Ли не такая уж и ужасная временами. Притянув Джисона ближе к себе он обвил его руками крепко сжимая в своих объятиях. Хан уцепился в его футболку как за спасательный круг и удобно уместил голову у него на плече ровно вдыхая и выдыхая через нос воздух. Пальцы старшего проскальзывают в чужие волосы пшеничного цвета, что еще примерно около месяца назад были собраны в два смешных хвостика. Тепло разливалось по телу с макушки до пят, голова отяжелела то ли от слабости, то ли из-за приятной обстановки и не менее приятного человека рядом. Немного погодя Минхо поддаётся вперед соприкасаясь с губами Джисона, что еще месяц назад были покрыты темной помадой. Руки сползли ниже к бедрам, на которых когда-то висела та самая розовая пышная юбка. Поцелуй не был глубоким и долгим, потому что почти сразу Ли отстранился и внимательно посмотрел в глаза парня ищя в них негативную реакцию, но не наткнувшись на нее, Минхо расплывается в улыбке. Смотря сейчас на Джисона перед собой Минхо не отдавал отчет тому, как сильно ему нравиться внешность, характер и голос этого парня, хотя месяц назад стоя от него в двух шагах он видел в нем сбежавшего пациента психбольницы. Как сильно все может поменяться, когда человек начинает ощущать то самое тепло внутри? Это необъяснимое чувство, когда хочется прийти домой и укутаться в объятия этого человека, когда хочется проводить вместе все сутки напролет, когда ничье другое присутствие не греет, как даже сама простая мысль о том человеке и как сильно тяжелеют веки, когда ты находишься в теплых объятиях и желание спать пожалуй выходит на первое место. Поэтому, перед тем как полностью отключиться и попасть в царство Морфея Минхо произносит последние слова: – Не оставляй меня – веки опускаются и парень проваливается в сон. Джисон, улыбаясь, заправляет волосы старшего за ухо. – Не оставлю Им еще будет, что обсудить, будет о чем поговорить и какие волнующие их вопросы решить, но это все подождет, потому что идя по кривым дорожкам жизни Минхо страдал и не видел конца этому кошмару, совершенно не замечая появившеюся два года назад гортензию, посаженную вдоль его жизненного пути, которая на языке цветов означает: “Вспомни обо мне”. Когда глотка Минхо была до верхов наполнена ядом, на кончике языка все ещё оставался сладкий привкус спасения. Джисон кричал ему: "Думай обо мне, когда тебе плохо".

The End